Решение от 21 декабря 2025 г. АС города Москвы

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, <...> http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-129450/25-19-926
22 декабря 2025г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 08 декабря 2025г.

Мотивированное решение изготовлено 22 декабря 2025г. Арбитражный суд в составе судьи Подгорной С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.П. Ротарь рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ИНН: <***> ОГРН: <***>)

к ответчику: АО "ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ АВТОМАТИЧЕСКОЙ АППАРАТУРЫ ИМ. АКАДЕМИКА В.С. СЕМЕНИХИНА" (ИНН: <***> ОГРН: <***>)

о взыскании 158 631 000 руб. неустойки, с учетом принятых изменений в порядке ст. 49 АПК РФ

при участии:

от истца: ФИО1 .Н.Б., диплом, доверенность, удостоверение

от ответчика: ФИО2, доверенность, паспорт, диплом; ФИО3, доверенность, паспорт, диплом

УСТАНОВИЛ:

Министерство обороны Российской Федерации обратилось с учетом уточнения предмета требований к АО «Ордена трудового красного знамени научно-исследовательский институт автоматической аппаратуры им. Академика В.С. Семенихина» о взыскании 12 017 500руб. 00коп. неустойки по государственному контракту от 31.03.2021г.

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования, просил их удовлетворить, представил письменные объяснения.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Как усматривается из материалов дела, 31.03.2021г. между истцом и ответчиком заключен государственный контракт.

В соответствии с вышеуказанным государственным контрактом ответчик обязался выполнить работы, а истец принять и оплатить их.

Согласно п. 15.2 контракта ответчик обязался выполнить принятые на себя обязательства в срок до 25.10.2022г.

Ссылаясь на то, что ответчиком обязательства не выполнены, истец просит взыскать неустойку, предусмотренную п. 10.2 контракта из расчета 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ от цены контракта, что по расчету истца составляет 158 631 000руб. 00коп.

Оценив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Так, из преамбулы контракта следует, что он заключен с ответчиком как с единственным поставщиком на основании п. 2 ч. 1 ст. 93 Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ.

В силу ч. 6 ст. 6 Федерального закона от 29.12.2012г. № 275-ФЗ государственный оборонный заказ обязателен для принятия единственным поставщиком (исполнителем, подрядчиком).

Согласно н.1. ст. 528 ГК РФ проект государственного контракта разрабатывается государственным заказчиком и направляется поставщику (исполнителю).

Таким образом, АО «НИИАА» не имело права отказаться от заключения контракта.

Первоначальные работы выполняются АО «ВПК «НПО машиностроения» (ОГРН <***>) в рамках государственного контракта, заключенного между Минобороны России и АО «ВПК «НПО машиностроения», с последующей сертификацией в рамках государственного контракта от 29.12.2016г.

Таким образом, использование работ ответчика возможно только после проведения сертификации программных средств.

АО «ВПК «НПО машиностроения» является единственным поставщиком (разработчиком) сертифицированных образцов, что подтверждается самим заказчиком в протоколе совещания по вопросу выполнения контракта от 05.08.2022г.

В п.2.1, 2.3. технического задания к контракту указано, что целью выполнения работ является доработка первоначального результата.

Таким образом, заказчик в техническом задании к контракту с ответчиком напрямую указал на необходимость использования ответчиком при выполнении им работ результатов иного госконтракта, выполняемого другим лицом.

В свою очередь, работы выполнялись АО «ВПК «НПО машиностроения» по прямому государственному контракту от 29.12.2016г. с Минобороны России. Следовательно, выполнение работ ответчиком по контракту напрямую зависело от выполнения АО «ВПК «НПО машиностроения» своих обязательств по указанному контракту. Данный факт подтверждается самим заказчиком в протоколе совещания по вопросу выполнения контракта от 05.08.2022г.

Однако на момент заключения истцом с ответчиком контракта оборудование еще не разработано и соответственно не сертифицировано, что подтверждается ответами разработчика на письма ответчика о неготовности заключить договор поставки (Исх. № 12/118 от 15.12.2021г., № 12/22 от 07.02.2023г., а также протоколом от 27.12.2023г. совместного совещания ДОГОЗ МО РФ, в/ч 87406, ГОУ ГШ ВС РФ, АО «НИИАА» и АО «ВПК «НПО машиностроения»).

АО «НИИАА», действуя добросовестно, до заключения контракта с Минобороны России, заблаговременно подготовилось к выполнению обязательств, а именно 26.02.2019г. провело совещание с АО «ВПК «НПО машиностроения» по вопросам его готовности начала работ, что подтверждается письмом от 05.03.2019г. № 12/31 АО «ВПК «НПО машиностроения», которым разработчик также заверил АО «НИИАА» о том, что возможный срок начала указанных работ - январь 2020 года.

Таким образом, АО «НИИАА», получив соответствующие гарантии от разработчика, заключило контракт с Минобороны России.

Техническое задание на доработку первоначального результата разработано и утверждено заказчиком 04.02.2021г.

Однако истец, заключая контракт с ответчиком, и, составляя ТЗ к нему, заведомо имел информацию о неготовности составляющего изделия для интегрирования сертифицированного оборудования в рамках контракта с АО «НИИАА». При этом, истец явно осознавал риски неисполнения ответчиком своих обязательств по контракту в установленный срок в случае просрочки АО «ВПК «НПО машиностроения» своих обязательств, взятых на себя по госконтракту, и, как следствие - по контракту между АО «НИИАА» и АО «ВПК «НПО машиностроения».

Ответчик перед заключением контракта заблаговременно предупредил истца (письмо от 12.10.2020г. Исх. № ПЭУ/743/4558) о том, что АО «ВПК «НПО машиностроения» разработка оборудования еще не завершена по государственному контракту от 29.12.2016г., а также о том, что доработка может быть произведена не ранее октября 2022 года, при условии предоставления сертификационного оборудования в АО «НИИАА» не позднее февраля 2021 года.

Однако соисполнителем оборудование ответчику не поставлено, что привело к срыву текущих сроков работ.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о взыскании неустойки с АО «НИИАА» следует учитывать, что работы по контракту могли быть выполнены исполнителем только после поставки ему оборудования разработчиком, взаимоувязанным с работами, выполняемыми АО «ВПК «НПО машиностроения», в рамках отдельного государственного контракта.

Заключив контракт с Министерством обороны, «АО НИИАА»,

действовало добросовестно, незамедлительно приступило к работам по нему, заключив соответствующие контракты с АО «ГРЦ ФИО4» и ООО «НПО ВС».

Параллельно АО «НИИАА» продолжало вести активную переписку и переговоры с разработчиком по вопросу готовности сертифицированного оборудования, срокам его поставки и возможности заключения контракта на его поставку, так как АО «ВПК «НПО машиностроения» является разработчиком и единственным поставщиком оборудования, что подтверждается прямым указанием в п.2.3 технического задания к контракту. Однако разработчик отказывался заключать контракт на поставку до завершения работ по сертификации. Несмотря на это, возможные работы с другими вышеуказанным поставщиками без использования СОПБП-71 были выполнены. Однако АО «ВПК «НГ машиностроения» в связи с неготовностью оборудования продолжало отказываться заключения контракта с АО «НИИАА», которое оказалось в безвыходной ситуации, так к прогнозируемый срок готовности СОПБП-71 находился за сроками выполнения Контракта Минобороны России.

В результате ответчик вынужден был приостановить работы по контракту.

Письмом № НТЦ АСУ/1444/3399 от 04.05.2022г. ответчик уведомил истца о приостановке исполнения государственного контракта в связи с тем, что соисполнителем АО «ВПК «НПО машиностроения» до настоящего времени не представлены необходимые результаты, и сроки завершения испытаний и сертификации не определены. Также в данном письме ответчик уведомил истца том, что отсутствие оборудования имеет непосредственное влияние на выполнение обязательств АО «НИИАА» по государственному контракту, поскольку не позволяет выполнить свои обязательства в срок, установленный контрактом. Кроме того, ответчик заверил истца в том, что после прекращения оснований, послуживших приостановлению исполнения обязательств АО «НИИАА», исполнение будет возобновлено.

Согласно п. 3.2.4. контракта исполнитель обязан приостановить выполнение работ в случае обнаружения независящих от исполнителя обстоятельств, которые могут оказать негативное влияние на качество результата работ и сообщить об этом заказчику.

В соответствии с п. 3.4.5. контракта заказчик обязан при получении исполнителем уведомления о приостановлении выполнения работ в случае, указанном в п. 3.2.4. контракта, рассмотреть вопрос о целесообразности и порядке продолжения выполнения работ. Решение о продолжении выполнения работ принимается заказчиком и исполнителем совместно и, при необходимости, оформляется дополнительным соглашением к контракту.

В результате, договор на поставку оборудования заключен между АО «НИИАА» и АО «ВПК «НПО машиностроения» только 01.08.2024г.

В соответствии с п.п.1, 3 ст. 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. Если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, в

разумный срок не изменит указаний о способе выполнения работы или не примет других необходимых мер для устранения обстоятельств, грозящих ее годности, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать возмещения причиненных его прекращением убытков.

В данном случае, как указано выше, АО «НИИАА» является единственным поставщиком по контракту, поэтому отказаться от его исполнения он не имел права в силу закона.

Таким образом, существовали объективные основания для приостановления исполнения АО «НИИАА» своих обязательств по контракту.

О возникшей проблеме истцу было известно с самого начала заключения контракта: ответчик инициировал проведение совещаний, направлял заказчику письма, однако, заказчик не оказывал содействия исполнителю и не обеспечил разработку оборудования, осуществляемую, как указано выше, по контракту, заключенному ответчиком с АО «ВПК «НПО машиностроения».

АО «НИИАА» в целях выполнения своих обязательств в рамках контракта неоднократно обращалось к разработчику АО «ВПК «НПО машиностроения» ( № НТЦ АСУ/817/1481 от 30.03.2021г., № НТЦ АСУ/3152/2012 от 30.06.2021г., № НТЦ АСУ/2136/3386 от 14.07.2021г., № НТЦ АСУ/2155/3409 от 16.07.2021г., № НТЦ АСУ 2292/3675 от 29.07.2021г., № НТЦ АСУ 2311/3682 от 02.08.2021г., № НТЦ АСУ/1985/4891 от 27.06.2022г., № УЗД/44/203 от 16.01.2023г, № НТЦ АСУ/104/387 от 23.01.2023, № НТЦ АСУ/903/3598 от 23.05.2023, № НТЦ АСУ /1422/5789 от 10.08.2023г, № НТЦ АСУ /1523/6321 от 30.08.2023г, № УЗД/1099/6530 от 07.09.2023, № УЗД/1251/7260 от 04.10.2023, № УЗД/1444/8117 от 08.11.2023г., № УЗД/1573/8793 от 01.12.2023, № НТЦ АСУ /279/1368 от 29.02.2024; № УЗДД/354/1707 от 11.03.2024; № НТЦ АСУ/893/4161 от 11.06.2024, № НТЦ АСУ 1688/8493 от 19.11.2024г), с просьбами о выяснении сроков поставки и возможности заключения договора; во избежание срыва сроков предоставления расчетно-калькуляционных материалов и недопущения выставления штрафных санкций, представить расчетно-калькуляционные материалы, а также с целью планирования дальнейших работ по выполнению контракта информировать о ходе выполнения «Плана- графика».

Об обращениях Ответчика в адрес АО «ВПК «НПО машиностроения» истец поставлен в известность, так как значился в них вторым адресатом, и данные письма направлялись ему.

В ответных письмах № 12/118 от 15.12.2021г., № 12/28 от 31.03.2022г. АО «ВПК «НПО машиностроения» уведомляло АО «НИИАА» о том, что договор на поставку оборудования может быть заключен по причине приостановки межведомственных испытаний из-за выявленных недостатков, программное обеспечение также требует доработки и повторного испытания.

Письмом № 12/60 от 04.07.2022г. разработчик сообщил АО «НИИАА», что приостановленные межведомственные испытания планируется продолжить в июле и закончить в 3 квартале 2022г., с этого времени по указанию генерального заказчика возможна поставка.

Письмом № 12/22 от 07.02.2023г. разработчик уведомил АО «НИИАА», что окончание сертификационных испытаний возможно не ранее 3 квартала 2023г.

Письмом № 12/200 от 11.12.2023г. разработчик сообщил АО «НИИАА», что заключения о цене могут быть представлены после получения от сертификационной лаборатории на проведение работ по сертификации оборудования.

Письмом № 12/95 от 04.12.2024г. разработчик сообщил АО «НИИАА», что поставка изделия планируется в марте 2025г.

В связи с непредставлением в АО «НИИАА» расчетно-калькуляционных материалов на поставку оборудования по его запросу ( № НТЦ АСУ/3152/2012 от 30.06.2021г.) истец в своем письме № НТЦ АСУ/2155/3409 от 16.07.2021г. просил соисполнителя направил адрес АО «НИИАА» уполномоченных представителей АО «ВПК «НПО машиностроения» и 4294 ВП МО РФ для участия в совместном совещании.

Истец был осведомлен о причинах невозможности выполнения ответчиком обязательств по контракту, в частности письмом в адрес истца № НТЦ АСУ/1616/6579 13.09.2023г. АО «НИИАА» сообщило заказчику, что договор поставки между АО «НИИА. и АО «ВПК «НПО машиностроения» (разработчиком) заключить не представляется возможным, так как разработчик отказывался отвечать на запросы АО «НИИАА» по подготовке и представлению проекта договора.

Письмом № НТЦ АСУ/1444/3399 от 04.05.2022г. ответчик уведомил истца о приостановке исполнения государственного контракта в связи с тем, что соисполнителем АО «ВПК «НПО машиностроения» до настоящего времени не представлены в АО «НИИА результата, и сроки завершения испытаний и сертификации программных средств не определены.

Также ответчик письмом № НТЦ АСУ/2349/5731 от 27.07.2022г. сообщал истцу о том, что АО «ВПК «НПО машиностроения» уведомило ответчика о невозможно заключения договора с АО «НИИАА» на поставку оборудования до конца 1 квартала 2023 года. Также данным письмом ответчик уведомил истца о подготовке совместного совещания с истцом с целью обеспечения безусловного выполнения задания государственного оборонного заказа.

Кроме того, истец обращался ( № 248/1/3457дсп от 18.03.2024г.) в адрес АО «ВПК «НПО машиностроения» с просьбой проработать вопрос организации проведения сертификации, а также проинформировать заказчика и АО «НИИАА» о ходе сертификации, сроках ее завершения и сроках заключения межзаводского договора с АО «НИИАА» на поставку оборудования.

16.04.2024г. состоялось совместное совещание истца, ответчика и АО «ВПК «НПО машиностроения», на котором принято решение о проработке вопроса сертификации оборудования.

Только в марте 2025г. оборудование прошло сертификацию и поставлено АО «НИИАА». Незамедлительно АО «НИИАА» передало оборудование соисполнителям и приступило к остальным работам.

Таким образом, по март 2025г. у АО «НИИАА» отсутствовала возможность выполнения работ по контракту.

Исполнение обязательств АО «НИИАА» поставлено в зависимость от исполнения обязательства АО «ВПК «НПО машиностроения», стадия готовности которых известна истцу к моменту заключения контракта.

В письме № 12/92 от 26.05.2023г. разработчик информировал АО «НИИАА» о том, что документы на утверждение оезультата направлены в Департамент Минобороны РФ по обеспечению государственного оборонного заказа. Письмами № 12/133 от 22.08.2023г. № 12/142 от 04.09.2023г. разработчик сообщил АО «НИИАА», что результаты утверждены Госзаказчиком, и о том, что поставка сертифицированных образцов может быть осуществлена через 5-6 месяцев после заключения договора поставки. Кроме того, 27.12.2023г. состоялось совместное совещание заказчика, истца и разработчика, на котором представителем заказчика подтверждено, что выполнение работ разработчиком не завершено.

Письмом № 12/206 от 20.12.2023г. АО «ВПК «НПО машиностроения» направило в адрес АО «НИИАА» план-график поставки оборудования, который предусматривал, в числе прочего, 30.09.2024г. проведение сертификационных испытаний 3-х образцов оборудования, а также 15.10.2024г. поставку 3-х промышленных образцов в АО «НИИАА».

Таким образом, АО «НИИАА приняло все возможные меры для выполнения в срок и надлежащим образом своих обязательств по заключенному контракту.

Таким образом, истец, злоупотребляя своими правами в отношении единственного исполнителя, который не мог отказаться от заключения контракта в силу закона, поставил исполнение обязательств ответчиком под условие и в зависимость от событий, которые еще не наступили к моменту заключения контракта с АО «НИИАА», и не зависели от воли и действий ответчика.

При вышеуказанных обстоятельствах, суд пришел к выводу, что неустойка за нарушение сроков выполнения работ начислению не подлежит.

Согласно п. 2 ст. 330 ГК РФ кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

На основании п. 2 ст. 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно п. 3 ст. 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

В силу п. 1 ст. 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором, либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Таким образом, вина кредитора имеет место в случае, если должник не мог исполнить свое обязательство по причине действий или бездействия кредитора, которыми должнику созданы препятствия к надлежащему выполнению.

Для применения названной нормы и освобождения должника от ответственности необходимо, чтобы просрочка кредитора лишила должника возможности надлежащим образом исполнить обязательство.

Предполагается, что в случае возникновения обстоятельств, находящихся вне контроля должника и препятствующих исполнению им обязательства, он освобождается от ответственности, если у него отсутствует возможность принять разумные меры для устранения таких обстоятельств.

Судом установлено, что ответчик исполнил свои обязательства, предусмотренные государственным контрактом с нарушением установленных сроков, по независящим от ответчика причинам, что является основанием для освобождения ответчика от обязанности по оплате неустойки.

Госпошлина по иску относится на истца, в связи с отказом в удовлетворении исковых требований в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 10, 309, 310, 329, 330, 401, 405, 406 ГК РФ, ст. ст. 65, 71, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований, отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: С.В. Подгорная