Постановление от 8 сентября 2022 г. по делу № А26-8454/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


08 сентября 2022 года

Дело №

А26-8454/2020


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Бычковой Е.Н., ФИО1,

при участии от акционерного общества «БМ-Банк» представителя ФИО2 (доверенность от 20.08.2021),

рассмотрев 06.09.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «БМ-Банк» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 по делу № А26-8454/2020,

у с т а н о в и л:

Публичное акционерное общество Банк «Возрождение», адрес: 101000, Москва, Лучников пер., д. 7/4, корп. 1, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - ПАО Банк «Возрождение»), обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с иском к ФИО3 (далее - ответчик) о взыскании 4 310 389,6 руб. убытков, причиненных его незаконными действиями в период осуществления обязанностей конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Медвежьегорский молокозавод», адрес: 186000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Общество).

Решением от 27.03.2021 в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021 произведена замена в порядке процессуального правопреемства ПАО Банка «Возрождение» на акционерное общество «БМ-Банк», адрес: 107996, Москва, ул. Рождественка, д. 8, стр. 1, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Банк), решение от 27.03.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.10.2021 решение от 27.03.2021 и постановление от 28.06.2021 отменены, дело направлено в арбитражный суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении решением от 27.12.2021 иск удовлетворен.

Постановлением от 15.06.2022 решение от 27.12.2021 отменено, по делу принят новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления Банка отказано.

В кассационной жалобе Банк, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 15.06.2022 и оставить в силе решение от 27.12.2021.

По мнению подателя жалобы, судом апелляционной инстанции не была дана оценка незаконным и недобросовестным действиям арбитражного управляющего, в результате которых Банк был лишен возможности своевременно ознакомиться с отчетом конкурсного управляющего, в связи с чем Банк не был осведомлен о совершенных ФИО3 сделках с залоговым имуществом.

При этом, как указывает Банк, судом апелляционной инстанции не исследован вопрос о правомерности предложенного арбитражным управляющим порядка реализации залогового имущества.

Банк считает, что судом апелляционной инстанции не учтено отсутствие членства арбитражного управляющего ФИО3 в саморегулируемой организации и договора страхования его ответственности, а представленные Банком в материалы дела доказательства, касающиеся недобросовестности действий арбитражного управляющего, не получили надлежащей правовой оценки судом.

Кроме того, по мнению Банка, суд апелляционной инстанции неправильно применил положения пункта 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, не применимого к рассматриваемой ситуации.

В судебном заседании представитель Банка поддержала доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда Республики Карелия от 09.08.2017 по делу № А26-10972/2016 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В рамках дела о банкротстве Общества Банк являлся конкурсным кредитором, требование которого в размере 10 079 693,12 руб. основного долга определением от 27.04.2017 включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества (далее – Реестр) как обеспеченное залогом имущества должника.

Решением собрания кредиторов, принятым 20.03.2018, утверждено Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества Общества.

Определением от 19.12.2019 по делу № А26-10972/2016, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 17.03.2020 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.07.2020, процедура конкурсного производства завершена.

В обоснование заявленного в рамках настоящего дела требования Банк указывает на то, что в ходе обжалования им определения суда о завершении процедуры конкурсного производства ему стало известно о реализации ФИО3 имущества должника, заложенного Банку. ФИО3 продал движимое имущество Общества по прямым договорам купли-продажи, а недвижимое имущество - земельный участок с кадастровым номером 10:13:013:1101:89 – передал в собственность Администрации Медвежьегорского района Республики Карелия (далее - Администрация) на безвозмездной основе.

Ссылаясь на то, что реализация заложенного имущества не была согласована с Банком и в результате незаконных действий ФИО3, по мнению Банка, был причинен вред имущественным правам кредиторов, в том числе Банк не смог воспользоваться своим правом об оставлении нереализованного имущества за собой, Банк обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании 4 310 389,6 руб. убытков, возникших у него в результате незаконных действий ФИО3 по безвозмездной передаче земельного участка в муниципальную собственность.

Суд первой инстанции, указав на то, что конкурсный управляющий продавая имущество путем заключения прямых договоров и передавая залоговое имущество – спорный земельный участок – безвозмездно в собственность Администрации без согласования с Банком, действовал с нарушением порядка, установленного статьями 111, 138, 139 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), признал доказанным факт причинения Банку убытков и их размер, неправомерности действий арбитражного управляющего, а также наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и наступившими последствиями для Банка, в связи с чем удовлетворил иск полностью.

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда первой инстанции и установив, что право собственности Общества и право залога Банка на спорный земельный участок не прекращено, пришел к выводу о наличии у Банка возможности реализовать свои права залогодержателя в отношении названного земельного участка, в связи с чем постановлением от 15.06.2022 отменил решение от 27.12.2021 и принял по делу новый судебный акт, которым отказал в удовлетворении иска.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», после завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В силу названной нормы права под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков и причинно-следственную связь между первым и вторым обстоятельствами.

В пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» указано, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

Исходя из положений, установленных в статьях 131 и 134 Закона о банкротстве, требования кредиторов подлежат удовлетворению за счет имущества, включенного в конкурсную массу, поэтому обязанности конкурсного управляющего направлены на обеспечение реализации кредиторами права на удовлетворение их требований к должнику и достижение целей конкурсного производства.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 АПК РФ).

В данном случае, отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции указал на недоказанность наличия у Банка нарушенного права ввиду того, что право залога Банка на спорное имущество не прекращено.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с данными выводом апелляционного суда в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 148 Закона о банкротстве при отказе кредиторов от принятия имущества для погашения своих требований, которое предлагалось к продаже, но не было продано в ходе конкурсного производства, и при отсутствии заявлений собственника имущества должника - унитарного предприятия, учредителей (участников) должника о правах на указанное имущество конкурсный управляющий направляет подписанный им акт о передаче указанного имущества должника в органы местного самоуправления по месту нахождения имущества должника или в соответствующий федеральный орган исполнительной власти.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства уведомления ФИО3 Банка о необходимости принять решение об оставлении имущества за собой либо об отказе от этого.

Судом первой инстанции учтено, что письмом от 15.04.2019 Банк указал на невозможность продажи имущества Общества путем заключения прямых договоров, так как это противоречит действующему законодательству.

В этой связи, как обоснованно указано в решении от 27.12.2021, конкурсный управляющий, продавая имущество путем заключения прямых договоров и передавая залоговое имущество – спорный земельный участок – безвозмездно в собственность Администрации без согласования с залоговым кредитором - Банком, действовал с нарушением порядка, установленного статьями 111, 138, 139 Закона о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 111 Закона о банкротстве установлено, что недвижимое имущество подлежит продаже на торгах, проводимых в электронной форме.

Исходя из системного толкования норм пункта 3 статьи 111 и пункта 5 статьи 139 Закона о банкротстве продажа недвижимого имущества по прямым договорам купли-продажи с заинтересованными в его приобретении лицами без проведения торгов невозможна.

При этом ни собрание кредиторов, ни конкурсный управляющий не вправе определять порядок и условия продажи заложенного имущества.

Учитывая, что конкурсный управляющий вправе был обратиться в суд с заявлением о внесении изменений в Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества, принадлежащего Обществу, но находящегося в залоге у Банка, а также об утверждении нового положения, либо о разрешении разногласий в отношении реализации спорного имущества, чего ФИО3, сделано не было, вывод суда первой инстанции о неправомерности действий конкурсного управляющего является обоснованным.

В связи с тем, что имущество было реализовано путем прямых продаж и передано на безвозмездной основе Администрации, кредиторы не имели возможность получить информацию о результатах торгов из иных открытых источников помимо Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ), и предоставляемых кредиторам отчетов арбитражного управляющего.

При этом, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, отчет конкурсного управляющего Обществом был составлен 18.12.2019 и представлен в судебное заседание 19.12.2019, а опубликован в ЕФРСБ уже после завершения процедуры 31.12.2019.

В связи с изложенными обстоятельствами суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что арбитражный управляющий в данном случае не предпринял все предусмотренные законом меры, предшествующие передаче на безвозмездной основе имущества в орган местного самоуправления, а его действия были направлены на сокрытие от кредиторов информации о ходе конкурсного производства, поскольку сведения о реализованном имуществе в установленном законом порядке не были опубликованы и отчет ФИО3 не был представлен заблаговременно Банку.

Кроме того, суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие членства арбитражного управляющего в саморегулируемой организации арбитражных управляющих, посчитал, что указанное обстоятельство также имеет правовое значение при оценке добросовестности действий конкурсного управляющего.

Требования к членству арбитражного управляющего в саморегулируемой организации прямо закреплены пунктом 1 статьи 20 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 статьи 20 Закона о банкротстве в период членства в саморегулируемой организации арбитражных управляющих арбитражный управляющий обязан соответствовать установленным саморегулируемой организацией в соответствии с пунктами 2 - 4 названной статьи условиям членства в ней. Порядок подтверждения соответствия арбитражного управляющего условиям членства в саморегулируемой организации устанавливается саморегулируемой организацией.

С даты выявления несоответствия арбитражного управляющего требованиям, установленным пунктами 2 - 4 статьи 20 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий не может быть представлен саморегулируемой организацией в арбитражный суд для утверждения в деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае арбитражный управляющий ФИО3 30.08.2019 исключен из Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий», после чего ФИО3 не вступал в другую саморегулируемую организацию.

Согласно пункту 1 статьи 145 Закона о банкротстве в случае исключения арбитражного управляющего из саморегулируемой организации в связи с нарушением арбитражным управляющим условий членства в саморегулируемой организации, нарушения арбитражным управляющим требований названного Закона, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего на основании ходатайства саморегулируемой организации арбитражных управляющих.

Как следует из материалов дела, 09.09.2019 Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий» направила в арбитражный суд заявление об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, однако данное ходатайство было рассмотрено судом только определением от 19.12.2019 после завершения процедуры конкурсного производства в отношении Общества.

Судом первой инстанции принято во внимание, что в период отсутствия у ФИО3 членства в саморегулируемой организации, договора страхования его ответственности конкурсный управляющий принимал самостоятельные решения о реализации залогового имущества, участвовал в судебных заседаниях, представлял 19.12.2019 отчет о своей деятельности от 18.12.2019 и заявлял ходатайство о завершении конкурсного производства.

В силу изложенного вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии совокупности обстоятельств, при наличии которых в силу статьи 15 ГК РФ у ФИО3 могла возникнуть ответственность, не соответствует представленным в дело доказательствам и сделан при неправильном применении норм права.

При этом представляется несостоятельной ссылка суда апелляционной инстанции на пункт 11 статьи 142 Закона о банкротстве и пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ, поскольку судебными актами по настоящему делу о завершении конкурсного производства установлено, что конкурсным управляющим ФИО3 осуществлены все необходимые мероприятия, в том числе реализовано имущество должника, включающее спорный земельный участок, который передан конкурсным управляющим в порядке пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве Администрации в собственность на безвозмездной основе.

Таким образом у суда апелляционной инстанции не имелось оснований считать Администрацию незаконно получившей спорный земельный участок, поскольку обязанность по принятию названного имущества и регистрации права собственности на него лежит на Администрации в силу пункта 9 статьи 148 Закона о банкротстве, так и оснований квалифицировать спорный земельный участок как обнаруженное имущество ликвидированного должника по смыслу 5.2 статьи 64 ГК РФ.

При этом суд кассационной инстанции в постановлении от 03.07.2020 указал, что завершение конкурсного производства не лишает Банк правовой возможности защиты своих прав посредством предъявления требования о взыскании убытков с арбитражного управляющего.

Абзац третий пункта 9 статьи 142 Закона о банкротстве устанавливает, что требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

Статьей 352 ГК РФ установлен исчерпывающий перечень оснований прекращения залога. В частности пунктом 4 части 1 указанной статьи предусмотрено, что залог прекращается в случае реализации заложенного имущества в целях удовлетворения требований залогодержателя в порядке, установленном законом, в том числе при оставлении залогодержателем заложенного имущества за собой, и в случае, если он не воспользовался этим правом (пункт 5 статьи 350.2 ГК РФ). Пунктом 10 части 1 этой же статьи установлено, что залог прекращается в иных случаях, предусмотренных законом или договором.

Исходя из вышеуказанных норм права, а также принимая во внимание, что Общество исключено из ЕГРЮЛ 02.04.2020 в связи с ликвидацией, следует признать, что в рассматриваемом случае, вопреки утверждениям суда апелляционной инстанции, произошло прекращение права собственности Общества и право залога Банка на спорное имущество в силу закона, Администрация получила земельный участок свободным от каких-либо правопритязаний.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам.

В этой связи у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для отмены решения от 27.12.2021.

При указанных обстоятельствах постановление суда апелляционной инстанции от 15.06.2022 подлежит отмене, решение суда первой инстанции от 27.12.2021 – оставлению в силе.

Поскольку кассационная жалоба Банка подлежит удовлетворению, то в соответствии с частями 1, 5 статьи 110 АПК РФ уплаченная Банком государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы подлежит взысканию с арбитражного управляющего ФИО3

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 по делу № А26-8454/2020 отменить.

Решение Арбитражного суда Республики Карелия от 27.12.2021 по тому же делу оставить в силе.

Взыскать с ФИО3 (ИНН <***>) в пользу акционерного общества «БМ-Банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 3000 руб. расходов по оплате государственной пошлины по кассационной жалобе.



Председательствующий


Ю.В. Воробьева


Судьи


Е.Н. Бычкова

ФИО1