Решение от 22 марта 2026 г. АС города Москвы

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-281453/25-145-2196
г. Москва
23 марта 2026 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 марта 2026 года

Решение в полном объеме изготовлено 23 марта 2026 года

Арбитражный суд в составе:

Председательствующего судьи Кипель М.Т.

При ведении протокола судебного заседания секретарем И.И. Каменсковой,

Рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

ООО «ДЕЛИЯ» (127521, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 20.08.2002, ИНН: <***>)

к Московской таможне (124498, город Москва, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.11.2010, ИНН: <***>)

об обязании возвратить излишне уплаченные таможенные платежи в размере 321 897, 65 руб.,

В судебное заседание явились:

от заявителя: ФИО1 (по дов. от 23.07.2025г. № Д/01.23 паспорт);

от ответчика: ФИО2 (по дов. от 19.12.2025г. № 10-01-15/147 удостоверение);

УСТАНОВИЛ:

ООО «Делия» (далее – истец, Общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Московской таможне (далее – ответчик, таможенный орган) об обязании возвратить излишне уплаченные таможенные платежи в размере 321 897, 65 руб.

Ответчиком в материалы дела представлен письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому он просит суд в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Представитель истца в ходе проведения судебного заседания поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Представители ответчика в ходе судебного заседания возражали против удовлетворения заявленных исковых требований.

Суд, рассмотрев исковые требования, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, считает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «Делия» (также - «Покупатель») были заключены внешнеторговые контракты:

- от 23.04.2024 № 82240 с «HUIZHOU YIDU STATIONERY SUPPLIES CO., LTD», Китай, далее соответственно - «Контракт- 1 », «Продавец - 1 ».

- от 01.08.2021 № 10841 с Zhuhai Chaojun Technology Co., Ltd Китай, далее соответственно - «Контракт- 2», «Продавец - 2». Также совместно соответственно «Контракты» и «Продавцы».

В соответствии с указанным Контрактом на территорию Таможенного союза были ввезены товары (картриджи) различных наименований. Товары были задекларированы Истцом в декларациях на товары (далее – ДТ) №№ 10013160/091024/5130484, 10013160/141024/3293603.

Таможенная стоимость товаров определена Истцом по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами, предусмотренному статьей 39 (метод 1) Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

В ходе таможенного контроля по данным ДТ таможенным органом были направлены Заявителю запросы о предоставлении дополнительных документов, и установлен срок для их предоставления.

Товары были выпущены таможенным органом под обеспечение уплаты таможенных платежей.

В ответ на запросы документов и сведений Заявитель направлял таможенному органу дополнительные документы и сведения, а также давал письменные пояснения по вопросам, которые были сформированы в запросах.

В целях подтверждения заявленных сведений о таможенной стоимости товаров Истцом были представлены коммерческие документы, отражающие сделку: соответствующий внешнеторговый контракт, инвойс Продавца, заказ Покупателя (Истца), прайс-лист (ценовое предложение) и упаковочный лист Продавца; транспортные документы, транзитная декларация, заявка на перевозку, договор экспедиции; иные документы и сведения: ведомость банковского контроля (далее - ВБК), платежное поручение, бухгалтерские документы по оприходованию и реализации на внутреннем рынке РФ, аналитика по ценам на внутреннем рынке РФ и прочее.

Сроки предоставления указанных документов и пояснений таможенному органу в каждом из рассматриваемых случаев были соблюдены Истцом.

В результате рассмотрения вышеуказанных документов таможенным органом были приняты оспариваемые решения о том, что заявленная таможенная стоимость по декларациям Истца не может быть принята таможенным органом по методу 1, т.е. по стоимости сделки с ввозимыми товарами, в связи с чем таможенная стоимость ввозимых товаров откорректирована по методу 6 в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС. В результате корректировки таможенной стоимости таможенные платежи Истца увеличились на 321 897, 65 руб.

На основании вышеизложенного, истец обратился в Арбитражный суд города Москвы с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя заявленные исковые требования, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 66 ТК ЕАЭС таможенные платежи признаются уплаченными (взысканными) излишне, если их размер превышает суммы, подлежащие уплате в соответствии с ТК ЕАЭС и (или) законодательством государств - членов ЕАЭС.

Плательщик таможенных платежей вправе требовать возврата сумм таможенных пошлин, налогов, поступивших в бюджет в излишнем размере в связи с незаконными действиями и решениями таможенных органов. Защита нарушенного права по усмотрению обратившегося в суд лица может осуществляться как посредством оспаривания ненормативных правовых актов, действий (бездействия) таможенного органа, так и посредством обращения в суд с соответствующим имущественным требованием.

Наличие у плательщика публично-правовых платежей права на защиту собственности посредством предъявления в пределах трехлетнего срока давности имущественных требований также неоднократно подтверждалось Конституционным Судом Российской Федерации.

Имущественные требования о возврате излишне поступивших в бюджет таможенных платежей подлежат рассмотрению по общим правилам искового производства и возлагают на таможенный орган обязанность подтвердить законность правовых актов, в связи с принятием которых произведено перечисление таможенных платежей.

При этом обращение в суд с имущественным требованием о возврате таможенных платежей, поступивших в бюджет излишне, не предполагает необходимости соблюдения административной процедуры возврата .

Общество заявляет имущественное требование о возврате излишне взысканных сумм таможенных пошлин, сборов и пеней, перечисленных в бюджет во исполнение актов таможенных органов, приводит доводы об их незаконности. Имущественное требование заявлено в пределах срока исковой давности.

Согласно пункту 10 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенные органы не вправе устанавливать требования и ограничения, не предусмотренные международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и законодательством государств-членов.

Как указал Верховный суд РФ в Постановлении № 49 «О некоторых вопросах возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу таможенного кодекса ЕАЭС» (далее Постановление № 49), при рассмотрении споров, связанных с правильностью выбора метода определения таможенной стоимости, таможенный орган вправе ссылаться на отсутствие у него ценовой информации для использования соответствующего метода в случае подтверждения невозможности получения такой информации либо при отказе декларанта в представлении необходимых сведений в рамках, проведенных с ним в соответствии с пунктом 15 статьи 38 Таможенного кодекса ЕАЭС консультаций.

В указанном случае, консультаций между декларантом и таможенным органом не проводилось.

Вместе с тем, в соответствии с абзацем 2 пункта 10 Постановления Пленум ВС РФ № 49 примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При этом различие цены сделки с информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к спорной сделке, само по себе не может служить основанием для корректировки таможенной стоимости, а является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий (статья 325 ТК ЕАЭС).

В соответствии с Постановлением Пленума № 49 Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В соответствии с пунктом 16 Правил применения резервного метода (метод 6) при определении таможенной стоимости товаров, утвержденных решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 6 августа 2019 г. № 138 (далее - Правила № 138), при применении резервного метода (метод 6) не допускается использование усредненных ценовых данных в отношении обобщенных групп товаров.

Согласно подпункту «а» пункта 3 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утв. Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 г. № 42 (далее - Положение о ТС), при проведении контроля таможенной стоимости товаров используется имеющаяся в распоряжении таможенного органа информация, в максимально возможной степени сопоставимая с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, включая сведения об условиях и обстоятельствах рассматриваемой сделки, физических характеристиках, качестве и репутации ввозимых товаров, в том числе о сделках с идентичными, однородными товарами, товарами того же класса или вида, полученная в том числе с использованием информационных ресурсов таможенных органов.

Доводы таможенного органа о том, что Инвойс не может выступать в качестве документа, подтверждающего согласование между сторонами сделки существенных ее условий, в связи с чем, договор считается не заключенным, судом отклоняется, исходя из следующего.

В ответах на запросы таможенного органа даны разъяснения относительно согласования товарной партии.

Пунктом 3.1 регламентировано, что Покупатель направляет Продавцу заказы на товар с указанием наименования и кода (артикула) товара, а также желаемого количества и сроков поставки.

В соответствии с пунктом 3.2, Стороны согласовывают условия по ассортименту, и количеству на отдельную поставку.

Таким образом, инвойсы являются итогом согласования товарной партии».

Согласно п. 1 ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 предложение о заключении договора, адресованное одному или нескольким конкретным лицам, является офертой, если оно достаточно определено и выражает намерение оферента считать себя связанным в случае акцепта. Предложение является достаточно определенным, если в нем обозначен товар и прямо или косвенно устанавливаются количество и цена либо предусматривается порядок их определения.

ООО «Делия» представило таможенному органу прайс-лист поставщика. Именно на основании полученного от поставщика прайс-листа ООО «Делия» сформировало заказ, а затем им был получен инвойс поставщика, которые в соответствии со ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 и ст. 432 ГК РФ являются соответственно офертой и акцептом.

Выставлению Продавцом инвойса Покупателю предшествовал обмен документами: прайс-листом от Продавца в адрес Покупателя и, затем, заказом от Покупателя в адрес Продавца. Согласование условий об ассортименте, количестве и цене товара происходило через акцепт истцом оферты Продавца, изложенной в прайс-листе, путем направления заказа.

Обмен сторонами Контракта офертой и акцептом, выраженными в форме, соответственно, ценового предложения (прайс-листа) Продавца, заказа Покупателя, а затем и инвойса Продавца, согласно законодательству РФ, подтверждает достижение Сторонами соглашения о цене на товары и об условиях их поставки.

Сделка купли-продажи заключена Сторонами в письменной форме, наименование, количество товара, условия поставки согласованы Сторонами в Заказе и Инвойсе к Контракту (Контракт, Заказ и Инвойс представлялись таможенному органу при декларировании товара), что свидетельствует о документальном подтверждении заключения сделки в форме, соответствующей требованиям законодательства.

Исходя из статей 11 и 12 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров договор купли-продажи, если одна из сторон находится на территории Российской Федерации, заключается или подтверждается в письменной форме, согласно статье 14 Конвенции в число существенных условий, характеризующих предмет договора, включены обозначение товара и его количество (либо способ его определения).

Таким образом, условия сделок по поставке каждой партии товаров согласованы и исполнены Сторонами, что подтверждается документами, которые Истцом представлены Таможенному органу. Кроме того, согласование условий об ассортименте, количестве и цене товаров происходило через акцепт Истцом оферты соответствующего Продавца, изложенной в инвойсе, путем оплаты товара на сумму, указанную в инвойсе.

Согласно пункту 10 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенные органы не вправе устанавливать требования и ограничения, не предусмотренные международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и законодательством государств-членов.

Таким образом, условия сделки согласованы и исполнены сторонами, что подтверждается документами, которые представлены таможенному органу.

Относительно довода о том, что представлено платежное поручение без указания номеров инвойсов на конкретную поставку товара, проформ по которым произведена оплата, документ не содержит полных сведений о товаре, указанных в гр. 31 ДТ, суд отмечает следующее.

Довод таможенного органа об оплате является формальным, не может являться основанием для корректировки таможенной стоимости.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 Таможенного кодекса.

Непредставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

В подтверждение оплаты по Контракту декларантом представлено платежное поручение от 08.10.2024 № 58, в нем содержится ссылка на Контракт и дополнительное соглашение к нему, также представлена Ведомость банковского контроля.

Таким образом, Декларантом представлена имеющаяся оплата по предыдущей поставке. Довод таможенного органа о том, что информация в платежных поручениях не идентифицируется со сведениями, заявленными в рассматриваемой ДТ является не обоснованным.

Относительно утверждения о том, что «документ не содержит полных сведений о товаре, указанных в гр. 31 ДТ» необходимо отметить, что количество символов, которые могут быть указаны в платежном поручении ограничено, при этом законом не установлена обязательность конкретного указания в назначении платежа, ссылка на контракт позволяет соотнести платеж с рассматриваемой поставкой.

Таможенным органом указано, что получателями денежных средств в соответствии с представленными платежными поручениями выступают иные организации, нежели компания «Zhuhai Chaojun Technology Co., Ltd» (продавец - 2), например, согласно платежному поручению по ДТ №10013160/141024/3293603 № 58 от 08.10.2024 получатель «Импакт Трейд» (ФЗЕ).

Вместе с тем, таможенным органом не учтены положения п. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС, в соответствии с которыми ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

При этом, платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов и иным действующим законодательством. Представленные документы отражают сумму затрат на перевозку товара, при этом замечания со стороны таможенного органа к представленным документам отсутствуют.

Так как таможенным органом не доказана невозможность применения данных документов, довод об оплате транспортных расходов подлежит отклонению. В результате проверки таможенной стоимости таможенный орган ни одного из обстоятельств, препятствующих определению таможенной стоимости товаров по методу сделки с ввозимыми товарами, не установил.

Необходимо отметить, что Таможенный орган при наличии у него сомнений в заявленной таможенной стоимости не направил запрос документов в адрес банка в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС, что подтверждает позицию Общества о том, что данный довод является формальным.

При реализации таможенным органом своего права на запрос документов в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС; Положения ст. 325, 340 ТК ЕАЭС и п. 15 «Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации», утвержденного Приказом ФТС России от 21.05.2021 № 436 (далее - Порядок) в своем системном толковании допускают направление запросов при осуществлении проверки достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров в рамках проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Таможенный орган как лицо, наделенное властными полномочиями, в рамках осуществления таможенного контроля имел достаточные основания для самостоятельного истребования дополнительных подтверждающих документов и сведений.

Данная позиция нашла свое отражение в судебных актах по делу № А40-69757/2023, в том числе поддержана Верховным судом РФ.

Кроме того, суд принимает во внимание, что решением Московской таможни от 08.04.2025, в порядке ведомственного контроля по ДТ 10013160/111024/5134363 (ООО «Делия») решение таможенного поста отменено, по аналогичным доводам.

Доводы таможенного органа относительно того, что сведения, заявленные о контракте в Экспортной ДТ, не соответствуют контракту, представленному Обществом, также не могут быть приняты судом во внимание, на основании следующего.

Общество надлежащим образом исполнило свою обязанность перед таможенным органом по предоставлению запрашиваемых документов и сведений (экспортная декларация).

В свою очередь таможенный орган не воспользовался своим правом в соответствии с положениями ст. 325, 340 ТК ЕАЭС и п. 15 «Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации», утвержденного Приказом ФТС России от 21 мая 2021 г. № 436 (далее - Порядок), которые в своем системном толковании допускают направление запросов при осуществлении проверки достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров в рамках проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Таможенным органом были получены в том числе идентификационные данные экспортной декларации, в случае если данный экземпляр (единственный имеющийся у Декларанта) не устраивал таможенный орган он мог обратиться в таможенные органы КНР.

Экспортные декларации являются документами, не имеющими какого-либо отношения к определению таможенной стоимости товаров, декларируемых Обществом. Поэтому заявление таможенного органа о том, что непредставление обществом копий экспортных деклараций не позволяет провести анализ структуры цены товара, является необоснованным: общество в рассматриваемом случае предоставило таможенному органу все документы и сведения, относящиеся к определению таможенной стоимости товаров - Контракт, заказ, ценовое предложение (прайс-лист Продавца), Инвойс, упаковочный лист, транспортные документы.

Таким образом, общество надлежащим образом исполнило свою обязанность перед таможенным органом по предоставлению запрашиваемых документов и сведений.

Документ "экспортная декларация" не содержит информацию, позволяющую провести всесторонний комплексный анализ факторов ценообразования у конкретного экспортера.

Экспортная декларация является документом, оформляемыми продавцом - то есть иностранным контрагентом Общества, и ответственность за непредставление данного документа не может быть переложена на российского резидента.

Кроме того, в абзаце 3 пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ N 49 отмечено, что непредставление декларантом дополнительных документов (сведений) обосновывающих заявленную им стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Таким образом, декларантом представлены экспортные декларации, которые содержат все сведения необходимые для идентификации с рассматриваемыми поставками (цена, количество, продавец и т.д.).

Кроме того, суд принимает во внимание, что решением Московской таможни от 08.04.2025, в порядке ведомственного контроля по ДТ 10013160/111024/5134363 (ООО «Делия») решение таможенного поста отменено, по аналогичным доводам.

Доводы таможенного органа относительно предоставления прайс-листа не могут быть приняты судом во внимание, исходя из следующего.

Материалами дела подтверждается, что ООО «Делия» представило таможенному органу прайс-листы поставщика. В прайс-листе содержатся все сведения, необходимые для идентификации товара и определения его цены.

Совпадение содержания прайс-листов, заказов и инвойсов не является порочащим документы ООО «Делия» обстоятельством. Напротив, это обстоятельство свидетельствует, что стороны достигли соглашения обо всех условиях поставки товара. Данное обстоятельство полностью соответствует ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 и опровергает утверждение таможенного органа о том, что условия поставки не были согласованы сторонами.

При этом законодательство ЕАЭС не устанавливает обязательных требований, которым должны соответствовать прайс-листы. В том числе, в законодательстве нет требования того, что прайс-лист должен быть на условиях публичной оферты неограниченному кругу лиц.

Более того, документы, указанные в пункте 8 Положения, не являются обязательными документами, подтверждающими таможенную стоимость товаров. Как неоднократно указывали суды при рассмотрении аналогичной категории дел, информация прайс-листа может являться лишь справочной, в совокупности с иными коммерческими документами, свидетельствующими об условиях конкретной сделки; отсутствие прайс-листа, адресованному неопределенному кругу лиц, не является основанием для вывода о недостоверности заявленной при декларировании таможенной стоимости товара и тем более не может являться основанием для отказа в ее принятии (определение Верховного Суда РФ от 29.10.2018 № 303-КГ 18-16672 по делу № А51-23134/2017, постановления Арбитражного суда Московского округа от 29.03.2024 по делу № А40-67428/2023, от 25.03.2024 А40-549/2023, от 25.01.2024 по делу №А40-50515/2023).

Доводы таможенного органа о невозможности убедиться в обоснованности заявленной декларантом таможенной стоимости товара в отсутствие прайс-листа на условиях публичной оферты нормативно не обоснованы.

Кроме того, с наличием либо отсутствием публичной оферты не связаны основания, исключающие применение основного метода оценки таможенной стоимости, установленного статьей 39 ТК ЕАЭС.

Согласно части 2 статьи 340 ТК ЕАЭС перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется таможенным органом исходя из проверяемых документов и (или) сведений с учетом условий сделки, характеристик товара, а также иных обстоятельств.

Доводы об отклонении уровня таможенной стоимости задекларированных товара по сравнению с аналогичными, судом отклоняются, исходя из следующего.

У Общества отсутствует возможность самостоятельного получения от Московской таможни копии деклараций, использованных таможенным органом в качестве источника информации для сопоставления с данными, содержащимися в ДТ Общества.

У таможенного органа отсутствовали основания для заявления о невозможности использования метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

В своем решении таможенный орган ссылается на допущенные Обществом нарушения п. 9 ст. 38 ТК ЕАЭС и п. 10 ст. 39 ТК ЕАЭС. Между тем, в решении отсутствуют обоснованные доказательства таких нарушений.

Так, согласно п. 9 ст. 38 ТК ЕАЭС «определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров». При этом, как усматривается из представленных в материалы дела доказательств, заявленная Обществом таможенная стоимость товаров не является ни произвольной, ни фиктивной: цена товара подтверждена документами, представленными Обществом таможенному органу (Контрактами, заказом, ценовым предложением, инвойсом, транспортными документами, упаковочным листом). То есть в полном соответствии с требованием п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товара основана на предоставленной Обществом достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

В связи с этим, непредставление декларантом тех или иных документов, запрошенных таможенным органом, не может однозначно свидетельствовать о неопределенности и недостоверности, заявленных в таможенных целях сведений, если они подтверждены и не опровергнуты иными документами.

Таким образом, обязанность декларанта представить по требованию таможенного органа объяснения и дополнительные документы возникает лишь при наличии признаков недостоверности сведений о таможенной стоимости товаров либо в случае, когда заявленные сведения должным образом не подтверждены.

Согласно п. 20 Приказа ФТС России от 13.10.2017 № 1627 "Об утверждении Инструкции о действиях должностных лиц таможенных органов по проведению проверки правильности определения, декларирования таможенной стоимости товаров, ввозимых (ввезенных) на таможенную территорию Евразийского экономического союза, при контроле, проведении дополнительной проверки и корректировке таможенной стоимости товаров" расхождение между заявленной декларантом (таможенным представителем) таможенной стоимостью и имеющейся в таможенном органе ценовой информацией не является основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товаров без выяснения причин такого расхождения в порядке, установленном Инструкцией.

Понятие "индекс таможенной стоимости товаров" является понятием условным, статистическим, не имеющим реального отношения к цене товара, и производится простым арифметическим методом путем деления статистической стоимости (гр. 46 ТД) на вес нетто товара (гр. 38), фактически это статистическое понятие, не имеющее законодательного закрепления.

Таможенная стоимость же товаров - это денежная стоимость товара, на основе величины которой начисляются таможенные пошлины, сборы и платежи на ввозимый в страну товар; определяется декларантом согласно правилам и методам таможенной оценки. Информация, содержащаяся в базах данных ДТ (в том числе ИСС "Малахит", ИАС "Мониторинг-Анализ"), носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Формальная же констатация таможенным органом факта наличия какого-либо отклонения от средних значений стоимости спорных товаров от стоимости однородных товаров само по себе не могло являться основанием для вывода о недостоверности задекларированной таможенной стоимости.

Кроме того, суд обращает внимание на тот факт, что по результатам таможенного контроля таможенный орган определил таможенную стоимость спорного товара в соответствии со ст. 45 ТК ЕАЭС. В качестве основания для отказа от применения методов 2 и 3 таможенный орган сослался на отсутствие у него информации о сделках с идентичными и однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Таким образом, таможенный орган не имел оснований для проведения контроля таможенной стоимости, выводы о несоответствии таможенной стоимости товаров, оформленных по рассматриваемой ДТ, информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа, являются недостоверными.

Означенные нарушения являются самостоятельным основанием для признания действий таможенного органа незаконными.

Доводы таможенного органа относительно того, что представленное Поручение экспедитору не содержит сведения о маршруте следования товаров. Представленный документ также не содержит сведений о конкретном месте на границе ЕАЭС, что не позволяет оценить достоверность величины затрат, включенных в таможенную стоимость товаров, судом также отклоняется, поскольку противоречит фактическим материалам дела.

Довод таможенного органа о неподтвержденности транспортных расходов, поскольку «в документах отсутствует информация о маршруте следования, о расстоянии в километрах, о тарифах, по которым транспортные услуги предоставлялись и оплачивались. Информация об актуальных ставках и тарифах, по которым оплачиваются услуги экспедитора, декларантом не предоставлены. Договором ТЭО тарифы тоже не определены, а согласующие их документы отсутствуют», является несостоятельным ввиду следующего:

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

В связи с этим непредставление декларантом тех или иных документов, запрошенных таможенным органом, не может однозначно свидетельствовать о неопределенности и недостоверности, заявленных в таможенных целях сведений, если они подтверждены и не опровергнуты иными документами.

Таким образом, обязанность декларанта представить по требованию таможенного органа объяснения и дополнительные документы возникает лишь при наличии признаков недостоверности сведений о таможенной стоимости товаров либо в случае, когда заявленные сведения должным образом не подтверждены.

Таможенный орган как лицо, наделенное властными полномочиями, в рамках осуществления таможенного контроля имел достаточные основания для самостоятельного истребования дополнительных подтверждающих документов и сведений у перевозчика.

CMR, сопровождавшая товары содержит оттиск печати таможенного органа, согласно которому груз пересёк границу, также в распоряжении таможенного органа имеются выставленные в адрес общества счёта, таким образом цена является твёрдой.

Согласно п. 19 постановления ВС РФ N 49 неполнота заявления декларантом дополнительных начислений не является основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, если при проведении таможенного контроля в распоряжении таможенного органа имеются документы, позволяющие учесть такие дополнительные начисления.

Таким образом, исходя из совокупности положений ТК ЕАЭС, документами, подтверждающими заявленные сведения о величине транспортных расходов, являются документы, связанные с перемещением товаров через границу ЕАЭС. В частности, заявки на организацию перевозки, счета, международные товаротранспортные накладные, иные документы. Указанные документы оформляются лицами, осуществляющими перевозку. В силу гл. гл. 40 и 41 ГК РФ экспедитор и перевозчик являются лицами, которые осуществляют перевозку.

Учитывая изложенное, действующее законодательство не ограничивает возможность документального подтверждения расходов на транспортировку исключительно документами непосредственного перевозчика. Законодательство в качестве документального подтверждения допускает и не ограничивает использование документов, составленных как непосредственным перевозчиком, так экспедитором или иными лицами, осуществляющими перевозку товаров.

При этом для подтверждения таможенной стоимости декларант обязан предоставлять только документы, предусмотренные действующим законодательства и применяемые в условиях сложившейся коммерческой практики.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС и в иных нормативных актах в сфере таможенного дела не содержится императивного указания на то, что сведения о расходах на доставку (транспортировку) товаров могут быть подтверждены только лицами, непосредственно оказывающими услуги по перевозке товаров (фактическими перевозчиками)

Так, тип гражданско-правового договора, в рамках исполнения которого декларантом товаров понесены затраты (договоры перевозки, транспортной экспедиции, договор агентирования или комиссии и др.), число привлеченных к перемещению товаров субъектов (перевозчики, экспедиторы, агенты и т.п.) и иные подобные обстоятельства юридического значения для целей таможенной оценки не имеют; соблюдение условий для подтверждения расходов на перевозку (транспортировку), может подтверждаться различными доказательствами, в зависимости от особенностей условий договоров, избранных поставщиком средств перевозки (транспортировки) товаров, типов заключенных гражданско-правовых договоров, включая договор транспортной экспедиции.

В заключенных покупателем импортируемых товаров договоров транспортной экспедиции для покупателя расходами на их перевозку в значении, установленном пп. 4 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС, являются именно суммы, выплаченные экспедитору на основании соответствующего договора.

При этом экспедиторы вправе самостоятельно осуществлять разбивку стоимости расходов на организацию перевозки ввозимых товаров, как до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, так и на перевозку ввозимых товаров по таможенной территории Союза, при этом, не выделяя отдельно свои расходы на экспедиторские услуги.

В данном случае выделение в договорах транспортной экспедиции отдельных этапов оказания услуги по доставке товара с обеспечением его сохранности не свидетельствует о том, что каждый указанный этап подлежит оплате отдельно и не включен экспедитором в общую сумму оказываемой услуги.

Доказательств обратного таможенным органом не добыто при проведении таможенной проверки, не представлено в материалы настоящего дела.

Таким образом, довод таможенного органа о том, что расходы на перевозку ввозимых товаров не выделены в счетах экспедиторов, отклонен судами правомерно, поскольку по условиями договоров транспортной экспедиции предусмотрена обязанность экспедитора в обеспечении сохранности груза, следовательно, с учетом разъяснений, содержащихся в п. п. 25 - 26 Постановления № 26, цена всех услуг, оказанных экспедитором, может выражаться в твердой сумме без выделения расходов на перевозку.

Стоимость оказываемых услуг определяется экспедитором самостоятельно, полная детализация и калькуляция стоимости не отражается в актах оказанных услуг, общество не обязано проверять правильность и пропорциональность разбивки стоимости перевозки, представленной ему на основании счета и акта привлеченного им экспедитора.

Довод таможни о том, что транспортные расходы по иностранной территории и по территории ЕАЭС распределялись экспедитором ориентировочно, транспортные расходы являются непропорциональными пройденному расстоянию по иностранной территории и по территории ЕАЭС, является несостоятельным на основании следующего.

Количество пройденных километров не является основным и тем более единственным критерием (единицей измерения) для определения стоимости перевозки и не может свидетельствовать о произвольности и фиктивности заявленных сведений о разделение расходов по перевозке до и после границы ЕАЭС.

Согласно обычаям, делового оборота стоимость услуг экспедитора определяется из количества свободного автотранспорта на рынке и разрешений на перевозку груза из третьих стран в РФ, а также качества покрытия дорожного полотна и возможной скорости движения, платных дорог, криминогенной обстановки на территории того или иного государства (риска повешенной ответственности экспедитора за сохранность груза), количества пройденных километров, вознаграждения экспедитора и т.д.

Экспедитор, выступающий договорным или фактическим перевозчиком, исходя из совокупности большого количества критериев, а не только пройденных километров, определяет стоимость своих услуг и согласует ее с клиентом. При этом после достижения согласия о стоимости услуг для клиента уже не имеет принципиального значения, каким маршрутом, через какой пункт пропуска и каким количеством транспортных средств экспедитор обеспечит доставку груза за согласованную сторонами стоимость в оговоренный срок. В процессе транспортировки и после ее завершения оговоренная стоимость услуг экспедитора вследствие изменения количества пройденных километров по причинам, не зависящим от клиента, изменению не подлежит ни в большую, ни в меньшую сторону.

Учитывая вышеизложенное, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 АПК РФ и другие положения Кодекса, суд приходит к выводу о том, что требования подлежат удовлетворению.

При этом, судом изучены доводы таможенного органа, изложенные в отзыве на исковое заявление, однако, указанные доводы судом отклонены, поскольку основаны на неверном толковании законодательства и по существу не опровергают доводы истца, изложенные в заявлении.

Учитывая, что решение по данному делу принято в пользу истца, в соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине взыскиваются с ответчика в пользу истца, поскольку законодательством не предусмотрено освобождение государственных или муниципальных органов от возмещения судебных расходов в случае, если решение принято не в их пользу

Руководствуясь ст. ст. 29, 65, 71, 75, 110, 167- 170, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Обязать Московскую таможню возвратить ООО «ДЕЛИЯ» излишне уплаченные таможенные платежи в размере 321 897 (триста двадцать одна тысяча восемьсот девяносто семь) руб. 65 коп..

Взыскать с Московской таможни в пользу ООО «ДЕЛИЯ» расходы по оплате государственной пошлины в размере 21 095 (двадцать одна тысяча девяносто пять) руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья М.Т. Кипель