Постановление от 29 марта 2026 г. ФАС МО (ФАС Московского округа)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

30.03.2026

Дело № А40-282741/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 17.03.2026.

Полный текст постановления изготовлен 30.03.2026.

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи С.Ю. Дацука,

судей Ю.В. Архиповой, Е.В. Кочергиной

при участии в заседании:

от истца: общества с ограниченной ответственностью «Газпромтранс» – ФИО1, представитель по доверенности от 13.03.2024; ФИО2, представитель по доверенности от 12.12.2024; ФИО3, представитель по доверенности 26.01.2024;

от ответчика: акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» – ФИО4, представитель по доверенности от 20.07.2025; ФИО5, представитель по доверенности от 01.08.2025; ФИО6, представитель по доверенности от 01.08.2025;

рассмотрев в судебном заседании 17 марта 2026 года кассационную жалобу

акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 11 ноября 2025 года по делу № А40-282741/2024

по иску общества с ограниченной ответственностью «Газпромтранс»

к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности»

о взыскании денежных средств.

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Газпромтранс» (далее – ООО «Газпромтранс») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – АО «Согаз») о взыскании страхового возмещения по договору страхования средств железнодорожного транспорта № 19ТР2437/1900804 от 20.12.2019 в размере 416 792 466,64 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.05.2025 в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2025 решение суда первой инстанции отменено, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу апелляционным постановлением, АО «Согаз» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование жалобы инициатором кассационного пересмотра указано на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов, содержащихся в постановлении, обстоятельствам дела.

По мнению заявителя, апелляционный суд неверно истолковал условия договора страхования № 19ТР2437/1900804 от 20.12.2019 и Правил страхования, пришел к ошибочному выводу о соответствии произошедшего события признакам страхового случая, оставил без внимания предписания статей 964, 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также не учел наличие самостоятельных оснований для отказа в выплате страхового возмещения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии жалобы к производству, месте и времени судебного заседания была размещена на официальном интернет-сайте суда: http://fasmo.arbitr.ru.

ООО «Газпромтранс» в отзыве на кассационную жалобу выразило несогласие с доводами процессуального оппонента, просило оставить обжалуемое постановление апелляционного суда без изменения как законное и обоснованное.

В заседании суда кассационной инстанции представители АО «Согаз» и ООО «Газпромтранс» поддержали правовые позиции по спору, отраженные в жалобе и отзыве.

Изучив доводы кассационной жалобы и отзыва, исследовав материалы дела, заслушав в судебном заседании представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20.12.2019 между АО «Согаз» (страховщик) и ООО «Газпромтранс» (страхователь) заключен договор страхования средств железнодорожного транспорта № 19ТР2437/1900804, по условиям которого истец осуществил страхование рисков подвижного состава, перечисленного в Приложении № 3 к договору.

В соответствии с пунктом 1.2 договора № 19ТР2437/1900804 страховщик обязуется при наступлении страховых случаев (раздел 2 договора) произвести страховую выплату в пределах страховых сумм (раздел 3 договора) в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

В силу пункта 1.4 договора № 19ТР2437/1900804, посвященного регламентации территории страхования, застрахованными считаются отправки средств ЖТ по любому маршруту в пределах Российской Федерации, стран Балтии и СНГ.

Разделом 2 договора № 19ТР2437/1900804 в состав страховых случаев включены крушение, авария с участием единиц железнодорожного транспорта, природные силы и стихийные бедствия, противоправные действия третьих лиц, пропажа без вести, происшествия при погрузочно-разгрузочных работах, посторонние воздействия.

Страховая стоимость средств ЖТ и общая страховая сумма определены в размере 40 976 246 594,88 руб. (пункты 3.1, 3.2 договора), совокупный размер страховой премии установлен в сумме 53 105 215,58 руб. (пункт 4.1).

Действие договора № 19ТР2437/1900804 распространено на период 00 часов 00 минут 01.04.2020 – 24 часа 00 минут 31.03.2022 (пункты 4.2, 8.1 договора).

Правоотношения сторон подчинены «Правилам страхования железнодорожного транспорта» в редакции от 20.10.2015 (Приложение № 1 к договору), пунктом 12.3.2 которых предписано, что в случае гибели или утраты застрахованного средства ЖТ размер страховой выплаты определяется исходя из страховой суммы застрахованного средства ЖТ, за вычетом стоимости пригодных для дальнейшего использования остатков средства ЖТ, если таковые имеются.

В порядке реализации достигнутых договоренностей ООО «Газпромтранс» произвело перечисление АО «Согаз» страховой премии.

В период действия договора № 19ТР2437/1900804 (январь – февраль 2022 года) на территорию Украины по заявкам клиентов ООО «Газпромтранс» в рамках заключенных договоров транспортной экспедиции были направлены принадлежащие истцу груженые вагоны, что подтверждается данными ГВЦ ОАО «РЖД» и транспортными железнодорожными накладными.

Впоследствии 114 единиц подвижного состава не были возвращены на территорию Российской Федерации в адрес ООО «Газпромтранс».

Полагая, что произошедшее событие обладает признаками страхового случая, предусмотренного пунктом 2.1.5 договора № 19ТР2437/1900804 (пропажа без вести – отсутствие сведений о местонахождении (дислокации) застрахованного средства ЖТ в течение 1 месяца, начиная с расчетной даты прибытия в место назначения), истец инициировал обращение к АО «Согаз» о выплате страхового возмещения, размер которого определен в соответствии с пунктом 12.3.2 Правил страхования и составил 416 792 466,64 руб.

По результатам анализа и оценки первичных и дополнительно представленных документов ответчик проинформировал истца об отсутствии законных оснований для квалификации произошедшего события в качестве страхового случая и выплаты возмещения (письма №№ 1/27-02/10981 от 17.05.2022, СГ-70222 от 26.05.2022, СГ-93328 от 04.07.2022, СГ-128569 от 20.09.2022, 1/27-02/6056 от 25.03.2022, 1/27-02/10981 от 17.05.2022, 1/27-02/13925 от 21.06.2022, 1/27-02/20712 от 14.09.2022, 1/27-02/21937 от 29.09.2022, СГ-165344 от 24.11.2022, 1/27-02/29380 от 27.12.2022, 1/27-02/7739 от 12.04.2023, СГ-87967 от 29.05.2023).

Претензией № 1/09-03-092023/65136 от 01.04.2024 ООО «Газпромтранс» потребовало от АО «Согаз» осуществить выплату страхового возмещения в размере 416 792 466,64 руб.

Письмом АО «АО Согаз» № СГ-80649 от 22.05.2024 претензия страхователя была отклонена.

Таким образом, несмотря на предпринятые меры, направленные на досудебное урегулирование спора, разногласия сторон не были преодолены, оплаты со стороны ответчика не последовало, что послужило основанием для обращения ООО «Газпромтранс» в арбитражный суд с иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил наличие между сторонами договорных отношений, оформленных соглашением № 19ТР2437/1900804 и подчиненных действию Правил страхования железнодорожного транспорта (в редакции от 20.10.2015), констатировал отсутствие подтверждений возращения принадлежащих истцу застрахованных 114 единиц подвижного состава, направленных в период январь - февраль 2022 года на территорию Украины.

Вместе с тем судом первой инстанции установлено, что на территории поименованного государства субъектом естественной монополии прекращены любые отношения с ОАО «РЖД» (включая приостановление диспетчерского сообщения), спорные вагоны переданы в управление профильному агентству.

Выявив приведенные обстоятельства, установив состав и последовательность действий, предпринятых в отношении объектов страхования, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для констатации пропажи вагонов без вести, и как следствие, о невозможности квалификации произошедшего события в качестве обладающего признаками страхового случая, предусмотренного пунктом 2.1.5 договора № 19ТР2437/1900804.

При этом, оценивая существо договорных условий, суд учел, что договор страхования № 19ТР2437/1900804 был заключен по результатам централизованной закупки, а состав и формулировка конкретных положений осуществлялись истцом.

Руководствуясь положениями статей 12, 309, 310, 929, 942, 943, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации, предписаниями Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон № 4015-1), правовыми позициями, приведенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» (далее – Постановление № 19), суд первой инстанции оставил исковые требования без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции признал указанные выводы ошибочными.

Апелляционная коллегия заключила, что договор страхования заключался на территории и по праву Российской Федерации, судом первой инстанции ошибочно не применены Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС).

Как отметил апелляционный суд, в силу пункта 2 статьи 964 Гражданского кодекса Российской Федерации изъятие, конфискация, реквизиция и арест применяются исключительно к действиям государственных органов Российской Федерации. Истец не обладает возможностью обжаловать решения иностранных судов. При этом у ООО «Газпромтранс» не имеется сведений о дислокации застрахованных средств железнодорожного транспорта, а продолжительность отсутствия таких данных указывает на наступление страхового случая, предусмотренного пунктом 2.1.5 договора № 19ТР2437/1900804.

Сославшись на перечисленные обстоятельства, а также на нормы статей 309, 310, 929, 942, 943, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации, и Закона № 4015-1, суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и предписал к взысканию страховое возмещение в полном объеме – 416 792 466,64 руб.

Коллегия кассационного суда по итогам изучения доводов жалобы и материалов дела не находит возможным согласиться с позицией суда апелляционной инстанций.

Правовое регулирование института страхования основано на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона № 4015-1.

Согласно статье 3 Закона № 4015-1 целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования может быть, в частности, застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (статья 930).

Согласно пункту 1 статьи 930 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Статьей 2 Закона № 4015-1 регламентировано, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Пунктом 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: 1) об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования; 2) о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая); 3) о размере страховой суммы; 4) о сроке действия договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 15 Постановления № 19, исходя из положений пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества, в связи с чем к условиям договора помимо перечисленных в статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть отнесены и другие условия (в частности, территория использования или место нахождения застрахованного имущества; перечень случаев, которые не могут быть признаны страховыми (например, управление транспортным средством лицом, не допущенным к управлению в рамках договора добровольного страхования транспортного средства; угон транспортного средства с оставленными регистрационными документами, если в соответствии с договором страхования страховым риском является кража или угон транспортного средства без документов и (или) ключей).

Стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества (страховой полис) перечень страховых событий и исключений из него, условия о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству, в частности не ущемляют права потребителя (статья 16 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, в действующей системе нормативного регулирования, с учетом актуальных правовых подходов к толкованию и применению норм материального права, стороны, базируясь на принципе свободы договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), наделены правом установить дифференцированный состав страховых событий, страховых случаев, предусмотреть соответствующую такому распределению рисков систему страховых премий.

В силу правового подхода, приведенного в пункте 11 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017), страхователь (выгодоприобретатель), предъявивший к страховщику иск о взыскании страхового возмещения, обязан доказать наличие договора добровольного страхования с ответчиком, а также факт наступления предусмотренного указанным договором страхового случая.

В ходе судебного разбирательства истец последовательно настаивал на том, что произошедшее событие обладает признаками страхового случая, предусмотренного пунктом 2.1.5 договора № 19ТР2437/1900804, и состоит в пропаже без вести 114 единиц подвижного состава, то есть отсутствии сведений о дислокации застрахованных средств ЖТ в течение 1 месяца, начиная с расчетной даты прибытия в место назначения.

Надлежит учитывать, что в силу правового подхода, приведенного в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Из указанного следует, что условия заключенного договора страхования должны были подвергаться не избирательной, а комплексной оценке.

Базируясь на предписаниях статей 421, 942, 943 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны в пункте 2.1.5 договора № 19ТР2437/1900804 в прямой постановке отразили, что пропажей без вести для целей договора является отсутствие каких бы то ни было сведений о дисклокации единиц подвижного состава в течение заданного периода времени (1 месяц, начиная с расчетной даты прибытия в место назначения).

Соответственно, объективная осведомленность заинтересованного лица о правовой и фактической судьбе застрахованных объектов, как верно отметил суд первой инстанции (корректно истолковав данное условие договора по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 43 Постановления № 49 – исходя из его буквального содержания и смысла в совокупности с иными условиями договора), исключает возможность констатации наступления поименованного страхового случая.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что все спорные средства ЖТ пересекли пограничный переход из РФ до 24.02.2022 и по состоянию на указанную дату находились на территории Украины.

При этом выявленная судом первой инстанции хронология дальнейших событий, подтвержденная надлежащими источниками доказывания, и, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не опровергнутая инициатором спора, включала предметные и исчерпывающие данные о порядке, моменте и основании передачи властями сопредельного государства всех 114 единиц подвижного состава в ведение конкретных организаций, текущем статусе средств ЖТ, а также субъекте, реализующим в настоящее время функции управления данным имуществом.

Такое положение обоснованно признано судом первой инстанции не отвечающим критерию пункта 2.1.5 договора страхования.

Суд округа отмечает, что пункт 2.1.5 договора № 19ТР2437/1900804, вопреки выводам апелляционного суда, не содержит указаний, позволяющих признать данный страховой случай наступившим лишь по мотиву затруднительности потенциального истребования имущества (возврата его по принадлежности) или отсутствию точных сведений о дислокации вагонов в ГВЦ ОАО «РЖД».

В настоящем случае договор страхования был заключен по результатам централизованной закупки услуг страхования для нужд дочерних обществ ПАО «Газпром» на 2020-2021 годы (протокол № 1/0001/19/СЗ/0000000991/К/ГОС/Э/14.11.2019 от 02.12.2019). При этом форма договора страхования средств железнодорожного транспорта, содержащего указанную формулировку пункта 2.1.5, являлась приложением к конкурсной документации (лот № 11), разработанной заказчиком, и не подлежала корректировке.

В силу пункта 16 Постановления № 19 по общему правилу, при неясности условий договора страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Таким образом, в данном конкретном случае при возникновении разногласий условия договора страхования подлежат толкованию в пользу ответчика.

Осуществленное судом первой инстанции толкование условий договора страхования в данной части согласуется с буквальным содержанием и смыслом пункта 2.1.5 договора.

Кассационная коллегия также обращает внимание, что ни на этапе претензионного урегулирования спора, ни в рамках судебного разбирательства истец не изменял правовую квалификацию страхового случая по пункту 2.1.5 договора, не требовал производства выплаты страхового возмещения по иным основаниям раздела 2 договора № 19ТР2437/1900804.

Более того, после направления истцом ответчику первых претензионных требований (март 2022 года) между АО «Согаз» и ООО «Газпромтранс» было заключено дополнительное соглашение, в пункте 2 которого истец подтвердил отсутствие сведений о событиях, которые могут быть квалифицированы в качестве страхового случая.

Не может быть поддержан кассационной коллегией и вывод апелляционного суда относительно применения СМГС.

Надлежит учитывать, что данное Соглашение имеет строго определенное назначение и ограниченную сферу применения, устанавливает единые правовые нормы договора перевозки груза в прямом международном железнодорожном сообщении и в прямом международном железнодорожно-паромном сообщении.

Каких-либо законных оснований для универсального и полноценного применения данного акта к страховым правоотношениям, подчиненным специальным нормам гражданского законодательства, условиям заключенного сторонами договора страхования и Правилам страхования, не имеется.

Кроме того, даже в случае принципиальной допустимости применения отдельных положений СМГС установленные им презумпции (включая презумпцию утраты имущества при отсутствии сведений о таковом в течение определенного периода) являются опровержимыми.

В данном деле ответчиком, реализовавшим установленный законом стандарт доказывания с соблюдением статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, были представлены сведения, опровергающие утверждения процессуального оппонента о безвестной пропаже единиц подвижного состава.

При изложенных данных законных оснований для вывода о наступлении страхового случая у суда апелляционной инстанции не имелось.

Суд округа обращает внимание, что вопреки ссылкам в апелляционном постановлении, суд первой инстанции, признавая доказанным наличие оснований для освобождения страховщика от выплаты возмещения, руководствовался исключительно положениями законодательства Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядок судопроизводства в арбитражных судах определяется Конституцией Российской Федерации, Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» и Федеральным конституционным законом «Об арбитражных судах в Российской Федерации», Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и принимаемыми в соответствии с ними другими федеральными законами.

В силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Согласно части 1 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации и нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, актов органов местного самоуправления.

Таким образом, в силу генерального принципа действующей системы нормативного регулирования разбирательство частноправового спора должно базироваться на материальных и процессуальных нормах национального права, в том числе в части применимого стандарта доказывания и правил оценки конкретных - представленных в дело доказательств.

В рассматриваемом случае такой стандарт разбирательства судом первой инстанции был соблюден.

Коллегия суда округа отмечает, что в основу выводов суда первой инстанции были положены исключительно законодательные предписания национального права – Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона № № 4015-1, а также обязательные к применению правовые позиции, выработанные Верховным Судом Российской Федерации.

Упоминание в итоговом судебном акте отдельных извлечений из нормативных актов сопредельного государства и актов его юрисдикционных органов, инициировавших передачу под управление подконтрольных лиц застрахованного имущества, было осуществлено исключительно с целью корректного отражения правовых позиций сторон спора.

Более того, данные позиции были подвергнуты критической оценке.

Содержательная часть выводов суда первой инстанции не включает ссылок, позволяющих заключить фактическое (прямое или косвенное) применение в данном споре норм иностранного государства или признание преюдициального значения за отдельными властными распоряжениями.

Приведенные в акте апелляционного суда ссылки на судебную практику не могут быть признаны обоснованными, поскольку соответствующие правовые позиции сформулированы применительно к спорам с иными – существенно отличающимися фактическими и правовыми обстоятельствами.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о наличии оснований для возложения на АО «Согаз» обязанности произвести выплату страхового возмещения не может быть признан правомерным.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, нормы права применены верно, с учетом позиций, отраженных в поименованных актах высшей судебной инстанции.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имелось.

Учитывая отсутствие необходимости в повторной реализации процедур, направленных на установление имеющих значение для дела обстоятельств, а также получение и исследование новых доказательств, суд округа полагает необходимым на основании пункта 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 ноября 2025 года по делу № А40-282741/2024 отменить.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 16 мая 2025 года по делу № А40-282741/2024 оставить в силе.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпромтранс» в пользу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» расходы по оплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в сумме 50 000 руб.

Председательствующий-судья С.Ю. Дацук


Судьи: Е.В. Кочергина

Ю.В. Архипова