Постановление от 19 марта 2021 г. по делу № А53-32295/2019




АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-32295/2019
г. Краснодар
19 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2021 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Денека И.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «ИнтерТрансЭнерго» (ИНН 3123356394, ОГРН 1143123020721) – Дямчина А.Ю. (доверенность от 26.02.2021), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ИнтерТрансЭнерго» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.10.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2020 по делу № А53-32295/2019 (Ф08-1147/2021), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Долотинский завод железобетонных изделий» (далее − должник) ООО «ИнтерТрансЭнерго» (далее − общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 936 086 рублей 89 копеек.

Определением суда от 23.10.2020, с учетом определения об исправлении опечаток от 18.11.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 05.12.2020, требование общества к должнику в сумме 1 936 086 рублей 89 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В кассационной жалобе и пояснениях общество просит отменить судебные акты о признании требований общества, подлежащими удовлетворению после погашения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, и принять новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, суды сделали необоснованный вывод о наличии аффилированности общества и должника. Судом не установлен факт злоупотребления и недобросовестного поведения сторон при совершении сделки. Признаки контролирующих лиц у сторон также отсутствуют, в связи с чем у судов отсутствовали основания для понижения очередности удовлетворения требований общества.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий и уполномоченный орган просят оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы и пояснений.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 05.02.2020 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден Бессарабов Ю.А. Решением суда от 19.11.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Бессарабова Ю.А.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 936 086 рублей 89 копеек, указывая на следующие обстоятельства. Общество (продавец) и должник (покупатель) заключили договор от 25.03.2019 № 07 (далее − договор), согласно которому продавец обязался поставить продукцию (товар) в соответствии со спецификациями к договору, а покупатель − оплатить продукцию (товар) в течение 60-ти дней от даты поставки, которой является дата передачи товара покупателю, указанная в товарно-сопроводительном документе (ТОРГ-12). Общество выполнило обязательство по поставке продукции по указанному договору на сумму 6 951 298 рублей 62 копеек, что подтверждается товарными накладными и счетами-фактурами. Обязательства по оплате продукции должником частично исполнены в сумме 5 015 211 рублей 73 копеек посредством подписания соглашений о зачете встречных однородных требований от 30.09.2019, от 30.11.2019, от 21.01.2020. Оплата должником поставленного товара в оставшейся части в размере 1 936 086 рублей 89 копеек не произведена.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд.

При рассмотрении спора суды обоснованно исходили из следующего.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в порядке, определенном статьей 71 Закона о банкротстве. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом проверка осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором − с другой стороны (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Совокупность установленных обстоятельств признана судами, как подтверждающая фактическую аффилированность названных лиц и организаций.

При рассмотрении требований аффилированных с должником лиц, предъявляемых в делах о банкротстве, применяется более строгий стандарт доказывания, предполагающий доказывание кредитором гражданско-правовой природы обязательства, на котором основано требование. В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не участвовал в капитале должника).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, к требованию кредитора, аффилированного с должником, согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации применяется более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве − повышенный стандарт доказывания в деле о банкротстве

Аффилированный с должником кредитор должен исключить любые сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, которые недоступны обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 3, 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее − Обзор), контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям − оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 названного Кодекса (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица (пункт 4 Обзора).

Суды установили, что должник с 2016 по 2019 год получил убытки на общую сумму 35 122 тыс. рублей и его выручка сократилась с 94 709 тыс. рублей до 17 846 тыс. рублей, т.е. на 81% по сравнению с 2016 годом. Согласно балансовым показателям наблюдается выбытие основных средств, двухкратное с 2016 года уменьшение активов должника, увеличение кредиторской задолженности.

В то же время, оценив представленные доказательства, суды обоснованно признали установленной фактическую аффилированность должника и общества.

При этом должник находился в состоянии трудного экономического положения (имущественный кризис) и общество в силу аффилированности не могло не знать о том, что покупатель (должник) находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует реальная угроза неполучения встречного денежного исполнения за поставленный цемент и щебень. В такой ситуации вполне ожидаемым поведением любого не связанного с должником разумного участника гражданского оборота явился бы отказ от заключения договора. Это предопределено сущностью конструкции коммерческой организации, предполагающей имущественную обособленность названного субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), извлечение им прибыли в качестве основной цели деятельности (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суды отметили, что разумные экономические мотивы заключения сделки при вышеуказанных обстоятельствах обществом не раскрыты.

При таких обстоятельствах суды с учетом правовых позиций, изложенных в Обзоре, квалифицировали отношения, положенные в основу требований, как компенсационное финансирование, которое не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов. Основания для иной оценки установленных судами обстоятельств обособленного спора у суда кассационной инстанции отсутствуют.

При указанных обстоятельствах является верным вывод судов о признании требований общества обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве.

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.10.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2020 по делу № А53-32295/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Е.В. Андреева

Судьи И.М. Денека

Ю.В. Мацко