Решение от 16 июля 2020 г. по делу № А56-62391/2019

676/2020-261690(1)

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6 http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А56-62391/2019
16 июля 2020 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 07 июля 2020 года. Полный текст решения изготовлен 16 июля 2020 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Варениковой А.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: ФИО2 (адрес: Россия 197046, Санкт-Петербург, ул.Куйбышева 21/18; Россия 198335, Санкт-Петербург, пр.Ленинский 53/3/9(для адвоката Шуралёвой А.А.), ОГРН: );

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Кубаро» (адрес: Россия, 191036, Санкт-Петербург, Лиговский пр., д.10/118, лит.А, пом.202-Н, оф.229, 230, ОГРН: <***>)

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью «Хостельер» (адрес: Россия, 197046, Санкт-Петербург, ул.Куйбышева, д.21, кв.18, ОГРН <***>)

о взыскании убытков в размере 3 881 686 руб., при участии

- от истца: Шуралёва А.А. по доверенности 78 АБ 5537333 от 20.08.2018, - от ответчика: ФИО3 по доверенности от 31.07.2019,

- от третьего лица: Шуралёва А.А. по доверенности от 14.06.2019,

у с т а н о в и л :

ФИО2 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Санкт- Петербург и Ленинградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке ст.49 АПК РФ, к обществу с ограниченной ответственностью «Кубаро» (далее - ответчик) о взыскании убытков в размере 3 881 686 руб.

Определением от 12.07.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Хостельер».

Дело принято к производству судьей Чиркуновой А.И.

Распоряжением заместителя председателя Арбитражного суда города Санкт- Петербурга и Ленинградской области от 30.07.2019 дело передано в производство судье А.О. Варениковой в связи с нахождением судьи Чиркуновой А.И. в длительном отпуске.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что ранее истец обращалась с аналогичными требованиями в Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга, но определением от 22.05.2019 по делу № 2-309/2019 производство по делу было прекращено,

поскольку суд пришел к выводу о том, что спор имеет экономический характер и неподведомственен суду общей юрисдикции.

В судебном заседании 07.07.2020 представители истца и ответчика представили суду заявление в порядке ст.70 АПК РФ о признании обстоятельств относительно того, что на согласии на использование помещения от 26.07.2016 (том 3 л.д.53) подпись от имени генерального директора ответчика выполнена не ФИО4, а печать выполнена с использованием печатной формы ответчика. Заявление приобщено к материалам дела.

Учитывая изложенное, необходимость в назначении судебной экспертизы для выяснения признанных сторонами обстоятельств отпала.

Представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения требований по доводам, изложенным в ранее представленных отзывах.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела и представленные доказательства, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 26.07.2016 между Обществом с ограниченной ответственностью «Кубаро» (арендодатель, ответчик) и ФИО2 Илоной (арендатор, истец) был заключен договор аренды № 10 (далее - договор аренды) нежилого помещения кадастровый номер 78:31:0001045:2490, общей площадью 167,8 кв.м, расположенного по адресу: <...>, лит.А, пом.4Н, в личных целях под бытовые нужды (п.1.4), на срок 5 лет (2.1), с условием внесения обеспечительного платежа в размере 100 000 руб. (п.3.6), с ежемесячной арендной платой 110 000 руб. (п.3.1) (том 3 л.д.76-81).

Договор аренды был зарегистрирован в установленном законодательством РФ порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 25.09.2017 за № 78:31:0001045:2490-78/042/2017-2.

Акт приема-передачи помещения в аренду от 28.07.2016 истцом (арендатором) подписан не был (том 3 л.д.63-64), но истец не отрицает фактическое пользование помещением в течение двух лет до расторжения договора аренды (протокол судебного заседания от 27.11.2019).

10.02.2017 между ФИО2 Илоной (арендатор) и Обществом с ограниченной ответственностью «Хостельер» (субарендатор) заключен договор субаренды (далее — договор субаренды) вышеуказанного нежилого помещения для использования под размещение хостела для временного приема постояльцев, сроком на 3 года и 9 месяцев (п.6.1), за арендную плату 250 000 рублей в месяц (п.3.1) (том 3 л.д.48-52).

Договор субаренды был зарегистрирован 26.07.2018 за № 78:31:0001045:2490- 78/042/2018-4.

30.08.2018 между истцом и ответчиком подписано соглашение о расторжении договора аренды (том 2 л.д.12).

Акт возврата помещения между сторонами договора аренды подписан не был, но стороны не оспаривают, что истец освободила помещения и направила ответчику ключи от помещения по почте (том 2 л.д.30-31).

31.08.2018 между истцом и третьим лицом подписано соглашение о расторжении договора субаренды (том 2 л.д.35).

Истец ссылается на то, что помещение в аренду было передано в ненадлежащем техническом и санитарном состоянии, в связи с чем ей пришлось за свой счет проводить обработку помещения от плесени в июне и октябре 2017 года, стоимость работ составила 20 000 рублей, что истец за свой счет установила на объекте систему видеонаблюдения и контроля доступа, общая стоимость составила 50 020 рублей, истец внесла задаток по договору аренды в размере 100 000 рублей, понесла расходы на проведение экспертизы по установлению состояния помещения в размере 25 000 рублей, а так истец указывает, что в связи с тем, что договор субаренды был досрочно расторгнут, и истец лишилась

возможности получать прибыль, составляющую разницу между арендной и субарендной платой в размере 130 000 рублей в месяц в течение 2 лет 2 месяцев и 10 дней, что составляет ее упущенную выгоду в размере 3 686 666 рублей.

Считая, что вышеуказанные расходы и упущенная выгода понесены ею по вине ответчика, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения требований ответчик указывает, что истцом не доказано, что помещения были переданы в ненадлежащем состоянии, мероприятия по удалению плесени и проведение экспертных исследований выполнены истцом спустя год после получения помещения в аренду, причинно-следственная связь между появлением плесени и действиями ответчика не доказана, обязанность содержать помещение в надлежащем санитарном состоянии в силу п.1.5 договора аренды лежит на истце, неотделимые улучшения произведены истцом без согласия ответчика, в связи с чем их стоимость возмещению не подлежит, внесенный истцом задаток был зачтен ответчиком в счет арендной платы на ноябрь 2018 года в связи с чем возврату не подлежит, договор субаренды заключен истцом без согласия ответчика с афиллированным истцу юридическим лицом, в котором на тот момент она являлась учредителем и генеральным директором, договор субаренды зарегистрирован за месяц до подписания соглашения о расторжении договора аренды, стоимость субаренды более чем в 2 раза превышает стоимость аренды, также ответчик указывает, что в договоре субаренды от 10.02.2017 имеется указание на дату регистрации основного договора аренды 25.09.2017, о чем стороны не могли знать, если бы договор субаренды был действительно подписан в указанную в нем дату, в связи с чем ответчик считает, что заключение договора субаренды произведено со злоупотреблением правом.

Оценив в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает требования истца не подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

Согласно положениям статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

Как указано в статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и убытками, а также размер убытков.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», кредитор обязан представить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Истец, заявляя ко взысканию убытки в виде расходов на обработку помещения от плесени и расходов на экспертизу, не представила доказательств того, что помещения при передаче в аренду находились в ненадлежащем состоянии.

Как было указано выше акт приема-передачи истцом подписан не был, какие-либо замечания к состоянию помещения не указаны, но факт использования помещения в течение двух лет истец не отрицает, при том, что с момента подписания договора аренды 26.07.2016 до момента подписания соглашения о его расторжении 30.08.2018 прошло 2 года и 1 месяц. Претензия в связи с наличием плесени была направлена ответчику только в июле 2017 года, равно как и первое экспертное заключение датировано сентябрем 2017 года, то есть спустя год с момента получения помещения в аренду, при том, что из представленного заключения не следует, что причиной появления плесени явились действия ответчика.

Таким образом, истцом не доказан факт возникновения плесени по вине ответчика и причинная связь между действиями ответчика и расходами истца на устранение плесени и на оплату экспертизы, при том, что как обоснованно указывает ответчик, в соответствии с п.1.5 договора аренды обязанность по надлежащему санитарному содержанию помещения лежит на истце.

В соответствии с п.3 ст.623 ГК РФ стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом.

В данном случае, истцом не представлено доказательств наличия согласия ответчика на установку системы видеонаблюдения и контроля доступа, в связи с чем у ответчика отсутствует обязанность по возмещению данных расходов. Кроме того, истцом в материалы дела не представлены доказательства несения непосредственно истцом расходов на приобретение и установку такого оборудования. Имеющиеся в материалах дела акты (том 1 л.д.40-44) не подтверждают факт оплаты истцом выполненных работ.

Доводы истца в обоснование требования о взыскании упущенной выгоды основаны на том, что расторжение договора аренды имело место в связи нарушением арендодателем условий договора аренды в части предоставления в аренду помещения с недостатками (наличие плесени), препятствующими пользованию.

Вместе с тем в соглашении о расторжении договора аренды от 30.08.2018 отсутствуют какие-либо ссылки на причины расторжения договора. Договор расторгнут по соглашению сторон во внесудебном порядке, в то время как расторжение договора по инициативе арендатора в связи с виновными действиями арендодателя в соответствии со ст.620 ГК РФ возможно лишь в судебном порядке.

В соответствии с п.1 ст.618 ГК РФ досрочное прекращение договора аренды влечет досрочное прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды.

Суд соглашается с доводами ответчика в том, что договор субаренды не мог быть подписан 10.02.2017, поскольку в указанную дату истец как арендатор и генеральный директор субарендатора не могла знать, что договор аренды будет зарегистрирован 25.09.2017 за № 78:31:0001045:2490-78/042/2017-2, о чем имеется указание в п.1.2 договора субаренды. Таким образом, договор субаренды не мог быть подписан ранее 25.09.2017.

Кроме того, суд критически оценивает представленные истцом доказательства фактического получения субарендной платы начиная с 12.02.2017 в размере 250 000 рублей. ООО «Хостельер» было создано 09.02.2017 с уставным капиталом 10 000 рублей и уже через 3 дня с момента создания выплачивает из кассы истцу 250 000 рублей субарендной платы (остальные операции по оплате субарендной платы также обоснованы исключительно кассовыми операциями). Доказательств наличия столь крупной суммы в кассе 3 дня назад созданного юридического лица, в материалы дела не представлены, учитывая, что счета и акты за стирку белья выставленные в адрес ООО «Хостельер» представлены за период начиная с 25.09.2017, из чего можно сделать вывод о фактическом начале деятельности субарендатора только в сентябре 2017 года.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств, а также афиллированность сторон договора субаренды, и то, что по состоянию июнь 2017 года (проведение первых мероприятий по удалению плесени) и тем более на начало сентября 2017 года (проведение обследования помещения) истец знала о наличии в арендуемом помещении плесени, тем не менее установила субарендую плату, превышающую более чем в 2 раза размер арендной платы по договору аренды, и при этом зарегистрировала договор субаренды в установленном порядке только 26.07.2018, не позволяют суду признать представленные истцом доказательства в обоснование получения выгоды в заявленном истцом размере достоверными.

Относительно согласия от 26.07.2016 ответчика на сдачу помещения в субаренду и использование помещения для размещения хостела.

В соответствии с п.5.2.4 договора аренды арендатор вправе сдавать помещение в субаренду с письменного согласия арендодателя.

Как установлено в совместном заявлении сторон от 07.07.2020 стороны признают, что указанное согласие подписано не генеральным директором ответчика, но на заявлении проставлена печать ответчика.

В соответствии с п.1 ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Таким образом, обязательным атрибутом, подтверждающим факт совершения сделки, является именно подпись уполномоченного лица.

В данном случае, с учетом установленных сторонами обстоятельств, на документе имеется лишь печать ответчика, с наличием которой закон не связывает факт заключения сделки.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии согласия ответчика на сдачу помещения в субаренду и изменение цели использования помещения.

Отсутствие доказанной совокупности условий для взыскания убытков влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины остаются на Истце.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения. Судья Вареникова А.О.

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного департамента

Дата 31.05.2019 10:08:11

Кому выдана Вареникова Александра Олеговна