Решение от 21 декабря 2023 г. по делу № А40-260898/2022

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-260898/22-118-2027
г. Москва
21 декабря 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 декабря 2023 года

Полный текст решения изготовлен 21 декабря 2023 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску ООО «Каркаде» (ИНН: <***>)

к ООО «ГИПЕРСТРОЙ» (ИНН: <***>)

о взыскании задолженности по договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 в размере 1 321 913,52 руб., неустойки, начисленную на сумму 1 321 913,52 руб. за период с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 5 948,61 руб. за каждый день просрочки, о взыскании задолженности по договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 в размере 1 330 670,71 руб., неустойки, начисленную на сумму 1 330 670,71 руб. за период с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 5 988,01 руб. за каждый день просрочки,

по встречному иску ООО «ГИПЕРСТРОЙ» и ИП ФИО2 к ООО «Каркаде» о взыскании совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 в размере 6 058 502,12 рублей, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 6 058 502,12 рублей за период: с 01.11.2022 по 06.04.2023 в размере 195 448,94 рублей. с 07.04.2023 по дату фактической выплаты задолженности

при участии:

от ООО «Каркаде»: ФИО3 по дов. № 1819/2023 от 27.06.2023 (диплом),

от ООО «ГИПЕРСТРОЙ» и от ИП ФИО2: ФИО4 по дов. от 19.01.2023 (диплом),

УСТАНОВИЛ:

ООО «Каркаде» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «ГИПЕРСТРОЙ» о взыскании задолженности по договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 в размере 1 321 913,52 руб., неустойки, начисленную на сумму 1 321 913,52 руб. за период с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 5 948,61 руб. за каждый день просрочки, о взыскании задолженности по договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 в размере 1 330 670,71 руб., неустойки, начисленную на сумму 1 330 670,71 руб. за период с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 5 988,01 руб. за каждый день просрочки.

Ответчик, не признав предъявленные исковые требования по доводам, изложенным в отзыве, заявил ходатайство о принятии к рассмотрению встречного иска о взыскании совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 в размере 6 058 502,12 рублей, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 6 058 502,12 рублей за период: с 01.11.2022 по 06.04.2023 в размере 195 448,94 рублей. с 07.04.2023 по дату фактической выплаты задолженности.

Указанное ходатайство ответчика удовлетворено судом в порядке ст. 132 АПК РФ и определением суда от 13.04.2023 встречное исковое заявление принято к рассмотрению.

В судебном заседании 06.06.2023 встречным истцом представлено ходатайство об уменьшении суммы неосновательного обогащения до 5 533 532,76 руб., увеличении суммы начисленных процентов до 239 919,76 руб., которое удовлетворено судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

Определением суда от 22.08.2023 произведена замена встречного истца ООО «ГИПЕРСТРОЙ» на правопреемника ИП ФИО2 в части требований 40% от суммы неосновательного обогащения по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 и начисленных процентов.

В судебном заседании 14.12.2023 истцом по первоначальному иску заявлено ходатайство об увеличении суммы исковых требований, а именно: о взыскании задолженности до 3 167 727,76 руб. по договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021, неустойки начисленную на сумму 3 167 727,76 руб. за период с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14 257,77 руб. за каждый день просрочки, о взыскании задолженности по договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 в размере 3 176 484,88 руб., неустойки, начисленную на сумму 3 176 484,88 руб. за период с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14 284,18 руб. за каждый день просрочки.

Указанное ходатайство удовлетворено судом в порядке ст.49 АПК РФ.

Истцами во встречному иску заявлено ходатайство об уменьшении размера исковых требований, а именно: о взыскании с ООО «Каркаде» в пользу ООО «ГИПЕРСТРОЙ» совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 в размере 2 291 179,06 рублей, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 2 291 179,06 рублей за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 236 399,46 рублей, с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности; о взыскании с ООО «Каркаде» в пользу ИП ФИО2 совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 в размере 1 527 452,70 рублей, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 1 527 452,70 рублей за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 157 599,64 рублей, с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности.

Указанное ходатайство удовлетворено судом в порядке ст.49 АПК РФ.

Истец не признал требований встречного иска, ответчик не признал требований первоначального иска.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный первоначальный иск не подлежит удовлетворению, а встречный иск подлежит удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Каркаде» (лизингодатель) и ООО «ГИПЕРСТРОЙ» (лизингополучатель) заключены договоры лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021, в соответствии с которыми истцом по договорам купли-продажи приобретены в собственность и переданы ответчику в лизинг транспортные средства, в комплектации согласно спецификациям к договорам купли-продажи и договорам лизинга.

Предметы лизинга приняты лизингополучателем, что подтверждается соответствующими актами приёма-передачи.

Согласно п. 4.1 договоров лизинга, договор состоит из самого договора лизинга, приложений, дополнительных соглашений к нему и Общих условий договора лизинга, которые являются неотъемлемой частью настоящего договора. Получение лизингополучателем Общих условий договора лизинга, его согласие с содержанием и условиями настоящей сделки закреплено в п. 4.2 договора лизинга.

В соответствии с п. 5 ст. 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» по договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга. В силу п. 2.3.1 Общих условий договора лизинга лизингополучатель обязан выплачивать лизинговые и прочие платежи согласно договору лизинга.

Учитывая нарушение лизингополучателем платежной дисциплины истец направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договоров лизинга.

Предметы лизинга переданы лизингодателю и реализованы по договорам купли-продажи.

По общему правилу расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно правилам, установленным Постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Заключая договор лизинга, стороны предусмотрели в п. 5.9 Общих условий договора лизинга, что в случае досрочного расторжения договора лизинга по основаниям, предусмотренным положениями п. 5.2. и его подпунктов настоящих Общих условий договора лизинга, и изъятия предмета лизинга, стороны определяют взаимное предоставление Сторон (сальдо взаимных предоставлений), применяя следующую формулу:

Сальдо = СПД + С + У - Ц

Где:

Сальдо - результат расчета взаимных обязательств сторон по договору(ам) лизинга, совершенных до момента его(их) расторжения, рассчитываемый по формуле, закрепленной в настоящем пункте Общих условий договора лизинга;

СПД - сумма прекращения договора, которая равна стоимости досрочного исполнения договора в соответствии с графиком платежей на дату лизингового платежа, следующего после расторжения договора лизинга; если договор лизинга расторгнут в период, когда его досрочное исполнение не допускается (соответствующая отметка стоит в графике платежей), то сумма прекращения договора лизинга определяется как наиболее ранняя из указанных в графике стоимость досрочного исполнения в совокупности с суммой платежей, подлежащих начислению с даты расторжения договора лизинга по дату платежа, начиная с которого возможно досрочное исполнение;

С - санкции, которые складываются из общей суммы непогашенной задолженности лизингополучателя на дату расторжения договора лизинга, включая задолженность по лизинговым платежам, пени за просрочку уплаты лизинговых платежей в соответствии с п. 2.3.4. настоящих Общих условий договора лизинга, убытки лизингодателя в связи с неисполнением и (или) несвоевременным исполнением лизингополучателем обязанности по оплате страхования предмета лизинга в соответствии с п. 4.4 настоящих Общих условий договора лизинга, начисленные штрафы, задолженность по оплате комиссии, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с даты расторжения договора лизинга по дату реализации предмета лизинга, но не более чем до истечения шести месяцев с даты расторжения договора лизинга или с даты изъятия предмета лизинга (в зависимости от того, какое из указанных событий произошло позднее), а также расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга в размере, установленном в п. 5.8. настоящих Общих условий договора лизинга;

У - убытки лизингодателя, в том числе реальный ущерб лизингодателя, включающий сумму расходов лизингодателя с даты расторжения договора лизинга или даты изъятия предмета лизинга (в зависимости от того, какое из указанных событий произошло раньше), такие как затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт, реализацию предмета лизинга и другие.

Ц - стоимость возвращенного предмета лизинга. Определяется как цена реализации предмета лизинга третьим лицам (если предмет лизинга реализован) или на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (если предмет лизинга не реализован), при этом:

• Срок реализации предмета лизинга не должен превышать 180 дней с даты возврата/изъятия предмета лизинга или даты расторжения договора лизинга, в зависимости от того, какая дата наступит позднее. При этом лизингодатель вправе по своему выбору рассчитывать сальдо как на основании цены реализации возвращенного предмета лизинга, так и на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (в том числе ранее истечения 180 дней с даты возврата/изъятия предмета лизинга или даты расторжения договора лизинга, в зависимости от того, какая дата наступит позднее).

• Если на изъятый предмет лизинга наложено ограничение на совершение регистрационных действий, арест, иной вид ограничений, препятствующий продаже предмета лизинга лизингодателем или снижающий стоимость предмета лизинга, или предмету лизинга был присвоен компетентными органами статус вещественного доказательства (далее - ограничение), срок 180 дней, указанный в определении «Ц» начинает течь с даты прекращения всех ограничений. Если предмет лизинга был зарегистрирован не на лизингодателя, резюмируется, что ограничения наложены на предмет лизинга по вине лизингополучателя, бремя доказывания иного возлагается на лизингополучателя. лизингодателю достаточно доказать факт наличия ограничений минимальными доказательствами, включая, предоставление заверенной лизингодателем распечатки изображения с официального сайта ГИБДД с указанием на ограничение на предмете лизинга.

Истцом по первоначальному иску произведен расчет сальдо взаимных представлений сторон по договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий договора лизинга правилам и формулам, из которого следует, что Сумма прекращения договора (СПД) составляет 4 382 635,16 руб.

Санкции (С) составляют 2 093 604,20 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 177 603,40 руб.

Пени в размере 24 357 руб.

Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 8 359,53 руб.

Расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга в размере 37 470,03 руб.

Штраф по п.6.7 ОУ договора лизинга составляет 1 845 814,24 руб.

Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку ТС составляют 2 900 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) составляет 3 311 411,60 руб.

Таким образом, сальдо взаимных представлений по договору лизинга складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 3 167 727 руб. 76 коп.

Согласно п. 5.11. Общих условий договора лизинга, в случае если сальдо взаимных представлений, определенное в порядке, предусмотренном п. 5.9. настоящих Общих условий, складывается в пользу лизингодателя (составляет положительную величину), то лизингодатель вправе требовать с лизингополучателя оплаты неустойки, начисленной в размере 0,45 % от размера представленного финансирования и платы за финансирование, за каждый день просрочки возврата указанных сумм, с момента истечения 15 (пятнадцати) календарных дней с даты направления соответствующей претензии и до момента ее фактического исполнения. Стороны договорились, что настоящий пункт Общих условий действителен и действует до фактического исполнения, указанного в нем обязательства лизингополучателем вне зависимости от расторжения/прекращения договора лизинга.

Согласно расчетам истца подлежит взысканию неустойка с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14 257,77 руб. за каждый день просрочки.

Истцом по первоначальному иску произведен расчет сальдо взаимных представлений сторон по договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий договора лизинга правилам и формулам, из которого следует, что Сумма прекращения договора (СПД) составляет 4 382 635,16 руб.

Санкции (С) составляют 2 092 361,32 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 177 603,40 руб.

Пени в размере 24 693,16 руб.

Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 6 780,56 руб.

Расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга в размере 37 470,03 руб.

Штраф по п.6.7 ОУ договора лизинга составляет 1 845 814,24 руб.

Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку ТС составляют 2 900 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) составляет 3 301 411,60 руб.

Таким образом, сальдо взаимных представлений по договору лизинга складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 3 176 484 руб. 88 коп.

Согласно п. 5.11. Общих условий договора лизинга, в случае если сальдо взаимных представлений, определенное в порядке, предусмотренном п. 5.9. настоящих Общих условий, складывается в пользу лизингодателя (составляет положительную величину), то лизингодатель вправе требовать с лизингополучателя оплаты неустойки, начисленной в размере 0,45 % от размера представленного финансирования и платы за финансирование, за каждый день просрочки возврата указанных сумм, с момента истечения 15 (пятнадцати) календарных дней с даты направления соответствующей претензии и до момента ее фактического исполнения. Стороны договорились, что настоящий пункт Общих условий действителен и действует до фактического исполнения, указанного в нем обязательства лизингополучателем вне зависимости от расторжения/прекращения договора лизинга.

Согласно расчетам истца подлежит взысканию неустойка с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14 284,18 руб. за каждый день просрочки.

Кроме того, ООО «Каркаде» представлены расчеты сальдо встречных представлений по договорам лизинга от 21.10.2021 №30341/2021 и от 21.10.2021 №30340/2021, без предъявления требований о взыскании задолженности по данным договорам.

ООО «Каркаде» произведен расчет сальдо взаимных представлений сторон по договору лизинга от 21.10.2021 №30340/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий договора лизинга правилам и формулам, из которого следует, что Сумма прекращения договора (СПД) составляет 9 199 361,87 руб.

Санкции (С) составляют 4 323 802,46 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 381 091,51 руб.

Пени в размере 42 682,57 руб.

Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 18 172,33 руб.

Расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга в размере 78 749,01 руб.

Штраф по п.6.7 ОУ договора лизинга составляет 3 803 107,04 руб.

Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку ТС составляют 0 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) составляет 8 911 411,60 руб.

Таким образом, сальдо взаимных представлений по договору лизинга складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 4 611 752 руб. 73 коп.

ООО «Каркаде» произведен расчет сальдо взаимных представлений сторон по договору лизинга от 21.10.2021 №30341/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий договора лизинга правилам и формулам, из которого следует, что Сумма прекращения договора (СПД) составляет 9 199 361,87 руб.

Санкции (С) составляют 4 135 197,30 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 218 534,94 руб.

Пени в размере 24 645,93 руб.

Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 10 160,38 руб.

Расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга в размере 78 749,01 руб.

Штраф по п.6.7 ОУ договора лизинга составляет 3 803 107,04 руб.

Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку ТС составляют 0 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) составляет 9 151 411,60 руб.

Таким образом, сальдо взаимных представлений по договору лизинга складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 4 183 147 руб. 57 коп.

Возражая против заявленных исковых требований, лизингополучателем предъявлен встречных иск, по результатам расчета которого сальдо встречных обязательств по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 сложилось в пользу встречных истцов.

Согласно п. 15 Обзора по лизингу от 27.10.2021 при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга подлежит определению совокупный сальдированный результат. Установление сальдо взаимных обязательств сторон в таком случае не является зачетом встречных однородных требований по смыслу ст. 410 ГК РФ.

Поскольку между лизингополучателем и лизингодателем заключено четыре договора лизинга (30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021), а не два, то подлежит определению совокупный сальдированный результат.

В соответствии с п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного встречными истцами уточнённого расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 следует, что общий размер платежей по договору составляет 5 340 344,44 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 184 647,20 руб.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 3 691 628,49 руб.

Расходы на оценку составляют 2 900 руб.

Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга составляет 3 283,86 руб.

Размер финансирования составляет 3 506 981,29 руб.

Срок договора лизинга – 1847 дней.

Фактический срок финансирования – 371 дней.

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет 331 171,42 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей составляет 266 764,15 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга – 3 767 694 руб. (согласно судебной экспертизе).

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 190 121 руб. 58 коп. и является неосновательным обогащением на стороне ООО «Каркаде».

Из представленного встречными истцами уточнённого расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 следует, что общий размер платежей по договору составляет 5 340 344,44 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 184 647,20 руб.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 3 692 944,14 руб.

Расходы на оценку составляют 2 900 руб.

Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга составляет 3 283,86 руб.

Размер финансирования составляет 3 506 981,29 руб.

Срок договора лизинга – 1847 дней.

Фактический срок финансирования – 328 дней.

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет 292 787,67 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей составляет 292 787,67 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга – 3 781 405 руб. (согласно судебной экспертизе).

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 242 216 руб. 33 коп. и является неосновательным обогащением на стороне ООО «Каркаде».

Из представленного встречными истцами уточнённого расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 21.10.2021 №30340/2021 следует, что общий размер платежей по договору составляет 11 207 815,43 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 375 697,16 руб.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 7 606 214,08 руб.

Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга составляет 9 485,02 руб.

Размер финансирования составляет 7 230 516,92 руб.

Срок договора лизинга – 1847 дней.

Фактический срок финансирования – 373 дня.

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет 727 340,18 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей составляет 552 619,99 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга – 8 911 411,60 руб.

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 1 496 869 руб. 47 коп. и является неосновательным обогащением на стороне ООО «Каркаде».

Из представленного встречными истцами уточнённого расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 21.10.2021 №30341/2021 следует, что общий размер платежей по договору составляет 11 207 815,43 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 375 697,16 руб.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 7 606 214,08 руб.

Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга составляет 5 476,87 руб.

Размер финансирования составляет 7 230 516,92 руб.

Срок договора лизинга – 1847 дней.

Фактический срок финансирования – 380 дней.

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет 7740 989,99 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей составляет 715 176,56 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга – 9 151 411,60 руб.

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 1 889 604 руб. 38 коп. и является неосновательным обогащением на стороне ООО «Каркаде».

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

С учетом заключенного договора цессии, истцы просят взыскать с ООО «Каркаде» в пользу ООО «ГИПЕРСТРОЙ» совокупное неосновательное обогащение по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 в размере 2 291 179,06 рублей, проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 2 291 179,06 рублей за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 236 399,46 рублей, с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности; взыскать с ООО «Каркаде» в пользу ИП ФИО2 неосновательное обогащение по договорам лизинга № 30338/2021 от 21.10.2021, 30339/2021 от 21.10.2021, 30341/2021 от 21.10.2021, 30340/2021 от 21.10.2021 в размере 1 527 452,70 рублей, проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 1 527 452,70 рублей за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 157 599,64 рублей, с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности.

Проверив расчеты сальдо встречных представлений сторон, суд установил, что расчеты ООО «Каркаде» составлены неверно, с нарушением правил, установленных постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Разногласия истца и ответчика заключаются в определении формулы расчета встречных представлений сторон, в цене возвращенных предметов лизинга по договорам лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 и от 21.10.2021 №30339/2021, в расчете неустойки, а также в размере заявленных лизингодателем убытков.

Исследовав материалы дела, а также условия договоров лизинга, суд пришел к выводу о невозможности применения для расчетов завершающей обязанности сторон формулы, установленной в п.5.9 Общих условий договора лизинга.

Согласно положениям ст. 2, 4 и 19 Закона о лизинге и разъяснениям п. 2 Постановлении Пленума ВАС № 17 договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Из взаимосвязанного содержания условий п. 5.9 ОУЛ следует, что расчеты, предусмотренные ОУЛ, не позволяют определить реальные предоставления сторон, среди которых: сумма финансирования, плата за пользование финансированием, лизинговые платежи, оплаченные лизингополучателем. Таким образом, расчеты по п. 5.9 ОУЛ существенно отличаются от предусмотренного в Постановлении Пленума ВАС № 17 расчета встречных предоставлений сторон договора лизинга.

Предоставления лизингодателя по основному предмету договора в расчетах по п. 5.9 ОУЛ учитываются путем исключения из расчетов лизинговых платежей, оплаченных лизингополучателем, а также путем включения в расчет задолженности лизингополучателя, образовавшейся из неоплаченных лизинговых платежей до момента реализации предмета лизинга.

Таким образом, на стороне лизингодателя учитывается сумма платы за фактический срок пользования финансированием и сумма финансирования с учетом его частичного погашения, поскольку лизинговые платежи до момента реализации предмета лизинга включают в себя плату за пользование финансированием и возврат части финансирования.

В свою очередь, предоставления лизингополучателя по основному предмету договора в расчетах п. 5.9 ОУЛ учитываются путем исключения из расчетов всей суммы предоставленного лизингодателем финансирования, поскольку сумма финансирования была частично погашена лизинговыми платежами до момента реализации предмета лизинга.

При таком учете встречных предоставлений сторон существенное значение имеет остаток финансирования (то есть то, что осталось неисполненным, тело кредита), сложившийся на момент расчета сальдо (момент реализации предмета лизинга, с момента реализации которого финансирование считается возвращенным (п. 17 Обзора практики по лизингу)). Однако п. 5.9 ОУЛ вместо учета суммы остатка финансирования учитывает сумму оплаты досрочного выкупа, которая определяется исходя из графика платежей на момент реализации предмета лизинга, что не допустимо.

Довод лизингодателя о том, что сумма досрочного выкупа компенсирует сумму финансирования и платы за финансирование, также не соответствует действительности. Сумма досрочного выкупа превышает остаток финансирования.

Кроме того, уплата суммы досрочного выкупа не является обязательством по договору лизинга и определяется сторонами как отступное, размер которого может носить любой произвольный/вероятностный характер. Намерение сторон исполнить отступное при заключении договора отсутствует. Возможность прекратить свое обязательство путем выплаты отступного является правом, а не обязанностью или обязательством лизингополучателя. Условие п. 5.9 ОУЛ превращает право лизингополучателя в его обязанность.

Согласно определению Верховного Суда РФ от 16.08.2022 № 305-ЭС22-7116 не подлежит применению условие договора, которое создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (п. 3 - 4 ст. 1 ГК РФ), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании.

Кроме того, несправедливость и необоснованность формулы «СПД» также подтверждается и тем, что она предполагает включение в сальдо задолженности лизингополучателя по лизинговым платежам.

Лизингодатель не вправе возлагать на лизингополучателя убытки (сумму заранее оцененных потерь/убытков), в условиях их нераскрытия, неуказания в общих условиях лизинга алгоритма их определения, а также без представления доказательств, подтверждающих их размер

Как прямо разъяснено в постановлении Пленума ВС РФ № 7, возмещению подлежат лишь те потери, которые уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем, а соглашение о возмещении потерь - должно быть явным и недвусмысленным. В случае неясности того, что устанавливает соглашение сторон - возмещение потерь или условия ответственности за неисполнение обязательства, положения статьи 406.1 ГК РФ не подлежат применению.

Возможность применения статьи 406.1 ГК РФ к договорным отношениям должна быть прямо санкционирована их сторонами, а сама норма не допускает возмещения потерь в произвольном размере, поскольку не освобождает кредитора от раскрытия доказательств, подтверждающих как факт возникновения у него соответствующих потерь, так и разумность избранного сторонами алгоритма к определению их размера.

Кроме того, установление цены сделки в предпринимательской деятельности по общему правилу в экономическом смысле предполагает формирование стоимости (цены) реализуемого имущественного блага, которая компенсирует имущественные расходы предлагающей услугу стороны (в данном случае лизингодателя), то есть по общему правилу потери лизингодателя, возникающие при ведении им собственной предпринимательской деятельности, учитываются при определении размера лизинговых платежей. Поэтому в составе уже произведенной другой стороной платы до расторжения договора затраты компании на содержание своих ресурсов не могут не покрываться (полностью или частично) (Определение от 14.11.2023 № 305-ЭС23-11168).

Однако в договоре лизинга, ОУЛ отсутствует указание на конкретный заранее определенный размер имущественных потерь, которые должны с безусловностью наступить у лизингодателя в случае нарушения обязательств лизингополучателем и (или) при наступлении обстоятельств, связанных с исполнением договора, риск наступления которых несет лизингополучатель.

При таких условиях применение суммы прекращения договора, оговоренной в Правилах лизинга (договор присоединения), для целей сальдирования встречных обязательств сторон может привести к произвольному получению лизинговой компанией предоставления, превышающего величину ее потерь от прекращения договора, подлежащих возмещению со стороны лизингополучателя.

В любом случае, лизингодателем не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие потери, которые уже понесены лизинговой компанией, а также подтверждающие расчет суммы финансирования и платы за него, на компенсацию которого направлен размер суммы досрочного выкупа.

В отсутствие данного обоснования учет суммы досрочного выкупа вместо суммы финансирования и платы за него с очевидностью влечет нарушение эквивалентности встречных предоставлений (определение ВС РФ от 29.09.2022 № 307-ЭС22-5301).

Из положений указанных условий договоров лизинга следует, что Общие условия носят типовой характер, Общие условия разработаны лизингодателем заранее, а лизингополучатель принял их путем присоединения.

Однако отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора (определения Верховного суда от 14.11.2023 № 305-ЭС23-11168, от 10.10.2023 № 305-ЭС23-12470, от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301, от 16.08.2022 № 305-ЭС22-7116, от 01.09.2022 № 305-ЭС22-2207, от 01.09.2022 № 305-ЭС22-2212, 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954).

Правила лизинга разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к ОУЛ применяются положения ст. 428 ГК РФ о договоре присоединения. В таком случае, пока не доказано иное, предполагается, что лизингополучатель был ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора. Согласно определению ВС РФ от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851 в том случае, когда конкретное условие становится частью договора не в результате реализации принципа автономии воли каждой из сторон, а в результате подчинения воли одной стороны другой, обязанностью суда является защита слабой стороны договора от злоупотреблений, допущенных в ее отношении сильной стороной.

Таким образом, при применении п. 5.9 ОУЛ применение суммы прекращения договора, оговоренной в Правилах лизинга (договор присоединения), для целей сальдирования встречных обязательств сторон может привести к произвольному получению лизинговой компанией предоставления, превышающего величину ее потерь от прекращения договора, подлежащих возмещению со стороны лизингополучателя.

В соответствии с п. 26 Обзора, условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу регулирования отношений сторон по договору лизинга и является ничтожным.

В настоящем деле, поскольку предмет лизинга был возвращен лизингодателю и подлежит установлению сальдо, то начисление и взыскание задолженности по лизинговым платежам после расторжения договора лизинга не допустимо и нарушает баланс интересов сторон.

Учет лизингодателем суммы неполученных платежей в предоставлении лизингодателя приведет к необоснованному уменьшению предоставления лизингополучателя, включающего в себя сумму выплаченных платежей. Включение суммы неполученных от лизингополучателя платежей приводит к уменьшению суммы полученных платежей, что не соответствует фактическому результату соотнесения предоставлений.

Сальдо встречных представлений является разностью между поступлениями и расходами. Размер задолженности устанавливается при сопоставлении поступлений и расходов, а не участвует в этом сопоставлении.

Также, задолженность лизингополучателя не относится ни к расходам, ни к убыткам лизингодателя. Кроме того, в составе задолженности по лизинговым платежам содержится плата за финансирование, которая уже учтена в предоставлении лизингодателя. Двойной учет платы за финансирование, как отдельной составляющей расчета, так и в составе долга по лизинговым платежам, влечет неосновательное обогащение лизингодателя.

Расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Указанный принцип Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

В состав лизинговых платежей (пункт 1 статьи 28 Закона о лизинге) входит возврат финансирования и выплата причитающегося лизингодателю дохода. Посредством уплаты лизинговых платежей лизингополучатель возвращает лизингодателю предоставленное финансирование (возмещает закупочную стоимость предмета лизинга и иные связанные с его приобретением расходы) и вносит плату за финансирование (проценты), даже если в конкретном договоре названные составляющие лизинговых платежей не выделены отдельно.

Таким образом, компания, опираясь на пункт 5.9 Общих условий, по сути потребовала от лизингополучателя внесения одного и того же предоставления дважды: возврата финансирования (Ф) и внесения платы за пользование финансированием (ПФ), начисленных до дня возврата финансирования (с даты начала договора лизинга до даты реализации предмета лизинга), а также задолженности по лизинговым платежам (Пр), в объем которой уже частично вошел как возврат финансирования, так и плата за пользованием им за соответствующие периоды.

Лизингодатель настаивает на том, что в сальдо подлежат включению расходы на ведение дела согласно п. 5.8 Общих условий.

Как указано в п. 5.8 ОУЛ, в состав показателя «Пр», используемого для расчета сальдо, включаются расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга, определяемые в размере 1% от расходов по закупке предмета лизинга, но не более 100 000 руб. Размер таких расходов считается заранее согласованным и оспариванию не подлежит.

В силу принципа свободы договора (п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 421 ГК РФ) и с учетом объективной сложности доказывания убытков участники экономического оборота вправе использовать различные механизмы, в том числе договориться об особенностях привлечения к гражданско-правовой ответственности, например, заранее оценить убытки на случай вероятного нарушения того или иного обязательства одной из сторон, установив своим соглашением способ определения размера убытков (ст. 15 ГК РФ) или согласовать денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, установив неустойку (п. 1 ст. 330 ГК РФ).

Однако такое соглашение, как и любой гражданско-правовой договор, должно соответствовать основным началам гражданского законодательства, отдельным императивным нормам и существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств, не допускающих, в частности, значимого превышения заранее согласованной суммы возмещения над возможной (предвидимой для должника) величиной имущественных потерь кредитора.

Заключение соглашения, посвященного оценке размера убытков, если оно не сводится к установлению неустойки, не исключает при последующем возникновении спора о взыскании убытков необходимости исследования судом вопроса о реальном размере убытков, определяемом в соответствии с п. 5 ст. 393 ГК РФ.

Если величина заранее согласованных потерь (убытков) установлена в договоре в твердой сумме и должником (лизингополучателем) приводятся убедительные доводы, свидетельствующие о несоответствии этой суммы реальной величине потерь, которые могли возникнуть у кредитора (лизингодателя), на последнего переходит бремя обоснования принципов, положенных в основу оценки потерь, а также раскрытия данных, на основании которых в договоре установлена твердая величина компенсации в соответствующем размере.

Уклонение кредитора (лизинговой компании) от раскрытия указанных доказательств в силу п. 2 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ лишает его права ссылаться на заранее оцененную величину потерь (убытков), как она указана в договоре, и в этом случае доказывание размера потерь производится на общих основаниях (определения СКЭС Верховного Суда РФ от 03.08.2023 № 307-ЭС23-4085, от 13.04.2023 № 307-ЭС22-18849).

В данном случае в п. 5.8 ОУЛ заранее согласован упрощенный способ определения размера убытков, которые, как предполагается, возникают у лизингодателя в связи необходимостью судебного разрешения спора с лизингополучателем.

Однако величина расходов на ведение дела в суде не имеет прямой связи с размером финансирования, предоставленного лизингополучателю. То есть имеется видимое противоречие между характером убытков и закрепленным в п. 5.8 ОУЛ способом определения их размера.

В настоящем деле лизингодатель не представил пояснений относительно разумности спорного договорного условия, как и доказательства, подтверждающие размер потерь, которые могут возникнуть у него в связи с проведением судебной работы.

Включение в расчет сальдо штрафа за уступку права требования является незаконным.

На момент заключения договора цессии отношения между лизингодателем и лизингополучателем в рамках договоров лизинга прекращены в связи с расторжением ООО «Каркаде» договоров лизинга.

В соответствии с п. 3 ст. 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

По смыслу данной правовой нормы, уступка прав (требований) допускается во всяком случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности. В настоящем случае уступаемое право требования по денежным обязательствам лизинговой компании связано с осуществлением сторонами по договору лизинга предпринимательской деятельности, что в силу закона свидетельствует о возможности переуступки прав по договору лизинга, из которого возникло обязательство, без каких-либо исключений.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ПС РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Таким образом, согласно указанным разъяснениям, лишь в случае, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ), доказательств чему истцом не предоставлено.

Истцом не представлено правовых обоснований, в связи с чем, личность кредитора при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга имеет для него существенное значение (п.2 ст.388 ГК РФ), учитывая что фактически договорные обязательства прекратились расторжением.

Условие договора, предусматривающее изначально включение штрафных санкций за передачу лизингополучателем права требования к лизингодателю третьим лицам в сальдо встречных предоставлений, позволяет лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и заведомо получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении.

При заключении договора лизинга лизингополучатель находился в положении, затрудняющем согласование иного содержания отдельных условий договора, так как Общие условия лизинга разработаны лизинговой компанией и носят типовой характер.

Наличие в договоре условия, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, в ситуации, когда лизингополучатель был лишен возможности повлиять на его содержание, свидетельствует о том, что при заключении договора равенство участников гражданского оборота являлось только формальным, и лизингодатель, предложивший проект договора, нарушил установленные законом (пункт 3 статьи 4 ГК РФ) требования разумности и добросовестности поведения.

Поскольку заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускается, следует вывод о недействительности (ничтожности) спорного условия договора и его неприменения при разрешении спора.

Условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании статей 10 и 168 ГК РФ (п.28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021).

Соответственно, положение п.6.7 (п.2.2.17, п.3.5) Общих условий договоров лизинга является ничтожным.

Цена предметов лизинга по договорам лизинга №30338/2021 и №30339/2021 подлежат определению на основании судебной экспертизы. При реализации лизингодатель действовал неразумно, поскольку торги не проводились, имущество реализовано по непрозрачной процедуре аффилированной компании ООО «Каркаде-Сервис».

Истцами по встречному иску заявлено ходатайство об уменьшении пени за просрочку оплаты лизинговых платежей в соответствии со ст.333 ГК РФ в связи с её несоразмерным характером последствиям нарушения обязательства, которое подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263- О указал, что задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности. Суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестанет быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1, 2 статьи 333 ГК РФ).

В информационном письме от 14.07.1997 № 17 «Обзор применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и др.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом обстоятельств спора и взаимоотношений сторон. Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. В этом смысле у суда по существу возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Неустойка подлежит снижению ввиду её чрезвычайно завышенного характера (164,25% годовых (0,45% в день)).

Уменьшая размер подлежащей взысканию неустойки, суд учитывает баланс интересов сторон, компенсационный характер неустойки и размер основного обязательства, принцип соразмерности начисленной неустойки последствиям неисполнения обязательств ответчиком и длительность периода начисления неустойки, а также то обстоятельство, что неустойка, как способ обеспечения исполнения обязательств и мера имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, по смыслу ст. 12, 330, 332, 394 ГК РФ, исключительно направлена на стимулирование своевременного исполнения обязательств, позволяя значительно снизить вероятность нарушения прав кредитора, предупредить нарушение, и, следовательно, неустойка не должна служить средством обогащения кредитора.

На основании вышеизложенного, размер начисленной неустойки за просрочку оплаты лизинговых платежей подлежит снижению, по ставке 0,1% в день, и составляет 3 283,86 руб. по договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 и 3 283,86 руб. по договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021.

Таким образом, расчеты сальдо встречных обязательств, составленные встречными истцами являются арифметически и методологически верными, а также учитывают актуальную судебную практику по данной категории споров.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 15, 309, 310, 330, 333, 450, 450.1, 614, 625, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд



РЕШИЛ:

Отказать ООО «Каркаде» (ИНН: <***>) в удовлетворении исковых требований.

Взыскать с ООО «Каркаде» (ИНН: <***>) в пользу ООО «ГИПЕРСТРОЙ» (ИНН: <***>) 2 291 179 руб. 06 коп. неосновательного обогащения, 236 399 руб. 46 коп. начисленных процентов по состоянию на 14.12.2023 с последующим начислением в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 15.12.2023 по дату фактического исполнения обязательства.

Взыскать с ООО «Каркаде» (ИНН: <***>) в пользу ИП ФИО2 (ИНН <***>) 1 527 452 руб. 70 коп. неосновательного обогащения, 157 599 руб. 64 коп. начисленных процентов по состоянию на 14.12.2023 с последующим начислением в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 15.12.2023 по дату фактического исполнения обязательства.

Взыскать с ООО «Каркаде» (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 44 063 руб.


Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.



Судья А.Г. Антипова