Постановление от 29 марта 2019 г. по делу № А53-2435/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-2435/2017
г. Краснодар
29 марта 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 марта 2019 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Илюшникова С.М. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании от арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.01.2019), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества «Донкомбанк» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.12.2018 (судья Пипченко Т.А.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2019 (судьи Емельянов Д.В., Сулименко Н.В., Николаев Д.В.) по делу № А53-2435/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) в арбитражный суд обратилось ПАО «Донской коммерческий банк» (далее – банк) с ходатайством об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением суда от 02.12.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.01.2019, в удовлетворении заявления отказано. Судебные акты мотивированы тем, что основания для отстранения финансового управляющего от исполнения своих обязанностей отсутствуют.

В кассационной жалобе банк просит отменить судебные акты. По мнению подателя жалобы, суды не учли, что не проведение финансовым управляющим надлежащей описи имущества должника свидетельствует о его недобросовестном исполнении своих обязанностей. Вывод судов об осуществлении финансовым управляющим всех мероприятий по розыску имущества должника, не подтверждается материалами дела. Собранием кредиторов от 07.08.2018 принято решение об отстранении финансового управляющего, которое судом оставлено в силе.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, как законные и обоснованные.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 26.04.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Финансовый управляющий 07.08.2018 провел собрание кредиторов должника, в котором приняли участие кредиторы – банк с размером требований 70,92% и ФИО4 с размером требований 29,08% от общей суммы требований, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания. По итогам собрания кредиторов приняты решения о не рассмотрении отчета финансового управляющего и отстранении финансового управляющего от возложенных на него обязанностей. За решение об отстранении финансового управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей проголосовал банк, который 05.07.2018 еще до проведения собрания кредиторов обратился в арбитражный суд ходатайством об отстранении финансового управляющего.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно руководствовались следующим.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 145 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей.

Вопрос о возникновении убытков на стороне должника или его кредиторов в данном случае не имеет существенного значения, поскольку инициатором отстранения конкурсного управляющего явилось собрание кредиторов. При рассмотрении ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) об отстранении конкурсного управляющего суд должен оценить все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела. В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суды установили, что в представленном в материалы дела протоколе собрания кредиторов от 07.08.2018 не указаны причины, на основании которых кредиторами принято решение об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен положениями пунктов 7 – 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания его действий и бездействия незаконными. Финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества; проводить анализ финансового состояния гражданина; уведомлять кредиторов о проведении собраний кредиторов в соответствии с пунктом 5 статьи 213.8 названного закона; созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов данным законом; исполнять иные предусмотренные Законом о банкротстве обязанности (пункт 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

В обоснование требования об отстранении управляющего банк указал на не проведение мероприятий по розыску имущества умершего супруга должника, не оспорены сделки совершенные супругом должника – ФИО5

Отклоняя данные доводы, суды исходили из следующего.

В силу пункта 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством. В отношении недвижимого имущества такие сведения должны быть получены из единственного допустимого и достоверного источника – Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Финансовый управляющий представил сведения о сделках, совершенных супругом должника в 2015 – 2016 годах, анализ сделок супруга должника.

Суды установили, что в период брака с должником приобретено следующее имущество: по договору от 08.04.2010 № 142/В нежилое помещение общей площадью 116 кв. м, расположенное по адресу: <...>; по договору купли-продажи от 27.12.2013 № 924/ЗУ земельный участок площадью 4344 кв. м, расположенный по адресу: <...>, на котором зарегистрировано право собственности на нежилое здание общей площадью 160,3 кв. м и гараж-котельную общей площадью 481,1 кв. м; по договору купли-продажи квартиры от 28.09.2001 нежилое помещение (бывшая квартира, 12) комнаты 5, 4-3, 8, 9, 9а общей площадью 66,9 кв. м, расположенное по адресу: <...>; по договору долевого участия в строительстве гаража (автостоянки) от 10.2002 № 7 и акта приема-передачи места от 05.2004 № 6 1/16 общедолевой собственности на нежилые помещения (автостоянка) комната № 2, общей площадью 640,8 кв. м, расположенного по адресу: г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 4а, в подвале 8-ми этажного дома литера Б; по договору купли-продажи квартиры от 11.03.1998, удостоверенное нотариусом нежилое помещение (квартира 6), общей площадью 42,9 кв. м, расположенное на 1 этаже, по адресу: <...>. Позднее указанное имущество отчуждено ФИО5: по договору купли-продажи от 25.05.2016 нежилое помещение общей площадью 116 кв. м за 500 тыс. рублей; по договору купли-продажи от 18.08.2016 земельный участок площадью 4344 кв. м за 7 483 440 рублей; по договору купли-продажи от 29.12.2015 нежилое помещение (бывшая квартира 12) комнаты 5, 4-3, 8, 9, 9а общей площадью 66,9 кв. м за 1 348 900 рублей; по договору купли-продажи от 30.12.2015 1/16 общедолевой собственности на нежилые помещения (автостоянка) комната № 2, общей площадью 640,8 кв. м за 940 570 рублей; по договору купли-продажи от 30.12.2015 нежилое помещение (квартира 6), общей площадью 42,9 кв. м за 1 365 140 рублей.

Должник и ее супруг ФИО5 являлись учредителями ООО «Крепкий Орешек», в отношении которого 19.09.2016 возбуждено дело о банкротстве № А53-25812/2016. Конкурсное производство в отношении ООО «Крепкий Орешек» завершено 28.09.2017.

Банком и ООО «Крепкий Орешек» заключены договоры о предоставлении кредитной линии и дополнительные соглашения к ним: от 15.08.2014 № 085/1108 на сумму 5 млн рублей; от 20.05.2015 № 036/1105/15 на сумму 10 млн рублей; № 037/1106/15 от 03.06.2015 № 037/1106/15 на сумму 10 млн рублей; от 19.06.2015 № 043/1106/15 на сумму 10 млн рублей; от 03.07.2015 № 048/1107/15 на сумму 10 млн рублей; от 31.07.2015 № 057/1107/15 на сумму 10 млн рублей; от 21.08.2015 № 063/1108/15 на сумму 10 млн рублей; от 16.09.2015 № 072/1109/15 на сумму 10 млн рублей; от 02.10.2015 № 077/1110/15 на сумму 10 млн рублей; от 05.11.2015 № 089/1111/15 на сумму 9 млн рублей; от 22.03.2016 № 019/1103/16 на сумму 10 млн рублей; от 11.04.2016 № 025/1104/16 на сумму 10 млн рублей; а также договор об овердрафте от 21.07.2015 № 051/1107/15 и дополнительное соглашение к нему от 22.03.2016 на сумму 9 961 905 рублей 44 копейки. В обеспечение возврата выданных кредитов должник (поручитель) и банк заключили договоры поручительства и дополнительные соглашения к ним: от 15.08.2014 № 085/1108/02; от 22.03.2016; от 20.05.2015 № 036/1105/15/2; от 22.03.2016; от 03.06.2015 № 037/1106/15/2; от 19.06.2015 № 043/1106/15/2; от 03.07.2015 № 048/1107/15/2; от 31.07.2015 № 057/1107/15/2; от 21.08.2015 № 063/1108/15/2; № 072/1109/15/2; от 02.10.2015 № 077/1110/15/2; от 05.11.2015 № 089/1111/15/2; от 22.03.2016 №019/1103/16/02; от 11.04.2016 025/1104/16/02; от 21.07.2015 № 051/1107/15/2.

Управляющий, анализируя сделки по реализации имущества, совершенные ФИО5 в 2015 – 2016 годах, пришел к выводу о нецелесообразности оспаривания сделок, как по основаниям, предусмотренным Семейным кодексом Российской Федерации, так и по специальным основаниям, руководствуясь представленными к каждой сделке нотариально заверенными согласиями супруги – должника, бухгалтерской отчетностью ООО «Крепкий Орешек», отчетами оценщиков об определении рыночной стоимости объектов недвижимости. Банк также не обращался к финансовому управляющему с требованием оспорить сделки должника. Финансовый управляющий представил ответы на запросы регистрирующих органов в отношении имущества супругов, из которых следует, что должнику на праве собственности принадлежат объекты недвижимости (земельный участок, нежилые здания, железнодорожный путь не общего пользования, квартира). Иное движимое, недвижимое имущество у супругов отсутствует.

Оценив представленные доказательства, суды пришли к обоснованному выводу, что финансовый управляющий принял все меры по выявлению имущества гражданина в соответствии со статьей 213.9 Закона банкротстве.

Рассматривая эпизод, касающийся нарушения финансовым управляющим порядка оценки залогового имущества, установленного пунктом 4 статьи 138 и пунктом 4 статьи 126 Закона о банкротстве, суды установили следующее.

Положения пункта 4 статьи 138, пункта 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве предоставляют залоговому кредитору преимущественное право определять порядок реализации имущества, являющегося предметом залога, а также его начальную продажную цену. В случае наличия разногласий между конкурсным кредитором по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, и финансовым управляющим в вопросах о порядке и об условиях проведения торгов по реализации предмета залога каждый из них вправе обратиться с заявлением о разрешении таких разногласий в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, по результатам рассмотрения которого арбитражный суд выносит определение об утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, которое может быть обжаловано (абзац 3 пункта 4 статьи 213.26 Закона). Аналогичное положение содержится в пункте 4 статьи 138 Закона о банкротстве, согласно которому правом на передачу разногласий относительно порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога обладают конкурсный управляющий и конкурсный кредитор, чьи требования обеспечены залогом.

Оценка имущества гражданина, которое включено в конкурсную массу в соответствии с Законом о банкротстве, проводится финансовым управляющим самостоятельно, о чем финансовым управляющим принимается решение в письменной форме; проведенная оценка может быть оспорена гражданином, кредиторами, уполномоченным органом в деле о банкротстве гражданина (пункт 2 статьи 213.26 Закона о банкротстве). Собрание кредиторов вправе принять решение о проведении оценки имущества гражданина, части этого имущества, включенных в конкурсную массу в соответствии с настоящим Федеральным законом, с привлечением оценщика и оплатой расходов на проведение данной оценки за счет лиц, голосовавших за принятие соответствующего решения (абзац 2 приведенной правовой нормы).

Суды установили, что финансовый управляющий разработал Положение о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника, обремененного залогом в пользу банка (далее – Положение), в котором определена начальная продажная цена предмета залога с учетом отчета оценщика привлеченного финансовым управляющим за свой счет. В материалах дела имеется отчет об оценке от 06.03.2018, выполненный ООО «СКСЭЦ "Гранд"» по заявке финансового управляющего. Банк, возражая против утверждения Положения в предложенной финансовым управляющим редакции, не согласившись с начальной продажной ценой, указывая на то, что она является явно заниженной (35 694 432 рублей) и, предлагая установить начальную продажную цену залогового имущества в размере 81 368 100 рублей, обратился в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий в части определения начальной продажной цены реализации залогового имущества. Учитывая отсутствие возражений со стороны финансового управляющего, залогового кредитора, руководствуясь результатами экспертизы, суд определением от 28.09.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.11.2018, утвердил Положение в редакции, предложенной финансовым управляющим, установив продажную цену реализации предмета залога в размере 81 826 516 рублей.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к обоснованному выводу, что занижение финансовым управляющим стоимости имущества не свидетельствует о его заинтересованности, итоговая редакция Положения утверждена в судебном порядке.

Рассматривая довод банка о том, что финансовый управляющий не провел ни одного собрания кредиторов, не предоставил кредитору ни одного отчета и отчет предоставлен единожды по требованию банка после обращения в суд, суды исходили из следующего.

При банкротстве граждан контроль за деятельностью финансового управляющего осуществляется путем направления кредиторам отчета финансового управляющего не реже чем один раз в квартал (абзац двенадцатый пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве). По смыслу положений абзаца шестого пункта 8 статьи 213.9 и пункта 12 статьи 213.8 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан проводить собрания кредиторов для разрешения вопросов, отнесенных к исключительной компетенции последнего. Формой контроля за деятельностью финансового управляющего при проведении процедур в отношении гражданина является ежеквартальное направление отчета о своей деятельности кредиторам.

Суды указали, что в материалах дела отсутствуют доказательства объективной необходимости проведения собраний кредиторов должника. При этом банк как конкурсный кредитор не лишен возможности проявлять инициативу по созыву собрания кредиторов при возникновении объективной необходимости и по вопросам исключительной компетенции, а также предпринимать действия по получению интересующей его информации из общедоступных источников. Следовательно, довод банка о лишении его возможности контролировать процедуру банкротства должника-гражданина не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Все документы, относящиеся к процедуре банкротства должника, в том числе отчеты финансового управляющего, имеются в материалах дела о банкротстве, с которыми кредитор, как лицо, участвующее в деле о банкротстве, мог ознакомиться, в том числе путем участия в судебных заседаниях по рассмотрению отчета финансового управляющего об итогах реализации имущества гражданина.

Довод банка о том, что финансовым управляющим не проведен финансовый анализ состояния должника, не выявлена его дебиторская задолженность, отсутствует заключение о наличии/отсутствии признаков преднамеренного/фиктивного банкротства также отклонен судами, которые исходили из следующего.

В силу абзаца 3 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве на финансового управляющего должника возложена обязанность проводить анализ финансового состояния гражданина. Согласно абзацу 4 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства. В соответствии с пунктом 1 статьи 70 Закона о банкротстве анализ финансового состояния проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Законом.

Суды установили, что финансовый управляющий представил финансовый анализ состояния должника. При этом материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о недостоверности указанных в анализе финансового состояния должника сведений.

Доводы о бездействии управляющего по непринятию мер для получения выписок по банковским счетам и вкладам должника, отклонены со ссылками на следующее.

Специальные нормы главы X Закона о банкротстве предусматривают обязанность финансового управляющего по блокированию операций по банковским картам должника. Должник представил финансовому управляющему письмо от 16.05.2017 о том, что у него отсутствуют банковские карты, держателем ценных бумаг не является.

В силу пункта 5 статьи 213.24 Закона о банкротстве, кредитная организация обязана уведомить финансового управляющего об имеющихся у нее вкладах, счетах, ином имуществе и о договоре аренды банковской ячейки (сейфа) гражданина, признанного банкротом, не позднее пяти рабочих дней со дня, когда стало известно или должно было стать известно о признании гражданина банкротом. Согласно пункту 3 статьи 213.7 Закона о банкротстве кредиторы и третьи лица, включая кредитные организации, в которых открыты банковский счет и (или) банковский вклад (депозит) гражданина-должника, считаются извещенными об опубликовании сведений, указанных в пункте 2 настоящей статьи, по истечении пяти рабочих дней со дня включения таких сведений в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве, если не доказано иное, в частности если ранее не было получено уведомление, предусмотренное абзацем восьмым пункта 8 статьи 213.9 настоящего Федерального закона.

Суды установили, что сведения о признании должника банкротом и введении в отношении его процедуры реализации имущества опубликованы финансовым управляющим в ЕФРСБ 25.04.2017. При этом банки надлежащим образом уведомлены о признании должника банкротом, однако обязанность, предусмотренную пунктом 5 статьи 213.24 Закона о банкротстве, не исполнили. При указанных обстоятельствах в действиях (бездействии) финансового управляющего отсутствуют нарушения по данному эпизоду.

Отклоняя, довод банка о том, что управляющий не провел опись имущества должника по его месту жительства, суды руководствовались следующим. О проведении описи, оценки и реализации имущества гражданина финансовый управляющий обязан информировать гражданина, конкурсных кредиторов и уполномоченный орган по их запросам, а также отчитываться перед собранием кредиторов (пункт 6 статьи 213.26 Закона о банкротстве). Суды установили, что согласно акту описи имущества должника по месту его жительства, в данном жилом помещении находится имущество ее старшего сына, ее имущество в помещении отсутствует. Вместе с тем управляющим представлен акт приема-передачи имущества от 21.02.2018 пяти объектов недвижимого имущества (земельный участок, нежилые здания, железнодорожный путь не общего пользования), которые включены в конкурсную массу.

Суды при оценке доводов, положенных в основу требования об отстранении финансового управляющего от исполнения обязанностей, верно исходили из того, что отстранение финансового управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, которая в свою очередь проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего. В данном случае в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении финансовым управляющим требований Закона о банкротстве; подтверждающих нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника; а также позволяющих прийти к выводу о совершении финансовым управляющим действий, позволяющих усомниться в дальнейшем надлежащем ведении им конкурсного производства. При указанных обстоятельствах является верным вывод судов об отсутствии оснований для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Доводы кассационной жалобы не основаны на нормах права, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в силу статей 286 и 287 Кодекса подлежат отклонению. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа






ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.12.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2019 по делу № А53-2435/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Е.В. Андреева

Судьи С.М. Илюшников

М.Г. Калашникова