Решение от 24 февраля 2022 г. по делу № А15-2833/2020

дело № А15-2833/2020
24 февраля 2022 года
г. Махачкала



Резолютивная часть решения объявлена 22 февраля 2022 года.


Решение в полном объеме изготовлено 24 февраля 2022 года.


Арбитражный суд Республики Дагестан в составе судьи Гаджимагомедова И. С., при ведении протокола секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО ДОЛ «Сулак» (ОГРН <***>) к Минобрнауки РД (ОГРН <***>) и Республике Дагестан о взыскании вреда, при участии в заседании: от истца – ФИО2 (представитель по доверенности), от ответчика Минобрнауки РД – ФИО3 (представитель по доверенности), от Минфина РД – ФИО4 (представитель по доверенности), от Правительства РД – ФИО5 (представитель по доверенности),



УСТАНОВИЛ:

ООО «Детский оздоровительный лагерь «Сулак» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к Министерству образования и науки Республики Дагестан (далее – министерство) о взыскании за счет казны Республики Дагестан 1 108 207 рублей 33 копеек вреда (уточненные требования).

Министерство обратилось в арбитражный суд со встречным иском к обществу о расторжении государственного контракта от 11.08.2019 № 5425 и взыскании 33 021 рубля 21 копейки штрафа.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Правительство Республики Дагестан, Управление Роспотребнадзора по Республике Дагестан (далее – управление) и Министерство финансов Республики Дагестан.

Решением от 21.05.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.08.2021, первоначальный иск удовлетворен частично, с Республики Дагестан в лице министерства за счет казны Республики Дагестан в пользу общества в возмещения вреда взыскано 301 657 рублей 33 копейки, в остальной части первоначального и встречного исков отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.12.2021 решение суда первой инстанции от 21.05.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 11.08.2021 по настоящему делу отменены и дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан.

При новом рассмотрении представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования, в удовлетворении встречного иска просил отказать.

Представители ответчика и третьих лиц поддержали требования встречного иска, в удовлетворении первоначального иска просили отказать по основаниям, изложенным в отзывах на иск и во встречном иске.

Как видно из материалов дела, министерство (заказчик) и общество (исполнитель) по итогам конкурса заключили государственный контракт от 11.08.2019 № 5425, по которому исполнитель обязан оказать услуги по отдыху и оздоровлению детей в период летних каникул в 2019 году путем предоставления 70 путевок в лагерь. Цену контракта стороны определили в размере 1 100 707 рублей 30 копеек, срок действия контракта с 22.07.2019 до 30.09.2019.

В силу пунктов 1.4 и 1.5 контракта результатом оказания услуг является получение ребенком отдыха и оздоровления согласно СанПиН 2.4.4.3155-13, соответствие которому общество должно подтвердить положительным заключением уполномоченного органа, предоставив его копию заказчику одновременно с передачей путевок.

По результатам проверки 03.07.2019 деятельности общества управление выявило нарушения санитарно-эпидемиологических требований к организации питания, создающие эпидемиологическое риски возникновения группового заболевания (акт № 0055), составило протокол от 03.07.2019 № 0430 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена статьей 6.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и протокол от 03.07.2019 № 0430 о временном запрете деятельности общества.

Постановлением Кизилюртовского городского суда Республики Дагестан от 08.07.2019 общество привлечено к административной ответственности по статье 6.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением административного наказания в виде приостановления деятельности сроком на 20 суток (с 08.07.2019 по 22.07.2019) с зачетом срока временного приостановления деятельности с 03.07.2019.

Определением Кизилюртовского городского суда Республики Дагестан от 17.07.2019, оставленным без изменения Решением Верховного Суда Республики Дагестан от 20.08.2019 по делу № 7-250/19, административное приостановление деятельности общества прекращено, поскольку согласно акту от 17.07.2019 санитарно-гигиенического обследования, проведенного управлением, общество устранило выявленные ранее нарушения.

В письме от 02.08.2019 общество обратилось к министерству с просьбой о начале приема заявлений на выдачу путевок и направил акт санитарно-гигиенического обследования от 30.07.2019 об устранении нарушений.

Постановлением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 20.02.2020 № 16-77/2020 постановление Кизилюртовского городского суда Республики Дагестан от 08.07.2019 отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Кассационный суд указал на неверную квалификацию совершенного обществом деяния, однако, установив исполнение обжалуемого судебного акта о привлечении общества к ответственности, пришел к выводу о недопустимости повторного привлечения общества к ответственности за одно и то же правонарушение.

Общество, ссылаясь на неисполнение министерством контракта, повлекшее невозможность получения прибыли от реализации 70 путевок, обратилось в суд с иском о взыскании с него 1 108 207 рублей 33 копеек ущерба (упущенной выгоды).

Министерство в свою очередь, указав на неисполнение обществом обязанности предоставления надлежащих доказательств соответствия лагеря требованиям СанПиН 2.4.4.3155-13, обратилось в суд со встречным иском о расторжении контракта и взыскании с общества 33 021 рубля 21 копейки штрафа.

Исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Спорные правоотношения регулируются положениями главы 39 (Возмездное оказание услуг), главы 25 (Ответственность за нарушение обязательств) Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральным законом «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе).

Согласно статьям 779 и 781 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу части 8 статьи 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

Пунктом 4.16 государственного контракта установлено, что при существенном нарушении исполнителем условий контракта заказчик имеет право инициировать расторжение контракта в соответствии с разделом 7 контракта и действующим законодательством РФ.

Согласно части 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 11) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В обоснование нарушения истцом условий контракта ответчик ссылается на пункт 6.7 контракта, согласно которому заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если исполнитель не представил документы, подтверждающие соответствие требованиям СанПиН 2.4.4.3155-13 «Санитарно-эпидемиологические требования к устройству, содержанию и организации режима работы загородных стационарных учреждений отдыха и оздоровления детей» к началу оказания услуг, что является нарушением условий контракта и служит основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта. Документы предоставляются заказчику одновременно с передачей путевок.

В силу пункта 1.7 СанПиН 2.4.4.3155-13 деятельность детских оздоровительных лагерей осуществляется при условии соответствия их требованиям данных санитарных правил, а также при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии деятельности, осуществляемой организацией отдыха детей и их оздоровления, санитарно-эпидемиологическим требованиям.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается посредством контроля за выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и обязательным соблюдением гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарных правил как составной части осуществляемой ими деятельности, государственного санитарно-эпидемиологического надзора.

Согласно абзацу седьмому пункта 2 Порядка организации и проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз, обследований, исследований, испытаний и токсикологических, гигиенических и иных видов оценок, утвержденного приказом Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224, санитарно-эпидемиологическое заключение представляет собой документ, удостоверяющий соответствие (несоответствие) государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам факторов среды обитания, хозяйственной и иной деятельности, продукции, работ и услуг, а также проектов нормативных актов, эксплуатационной документации.

Из материалов дела следует, что по условиям контракта общество обязано оказывать услуги согласно требованиям СанПиН 2.4.4.3155-13, соответствие которым оно должно подтвердить положительным заключением уполномоченного органа, предоставив его копию заказчику.

В соответствии с указанными нормами, истцом ответчику было представлено выданное уполномоченным органом Отделом территориального управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Дагестан в городе Кизилюрте санитарно-эпидемиологическое заключение № 05.06.01.000.М.000013.06.19 от 07.06.2019 о соответствии деятельности истца требованиям СанПиН 2.4.4.3155-13, 2.1.7.2790-10, 2.2.1/2.1.1.1278-03, 3.5.3.3223-14, СП 3.5.1378-03, 1.1.1058-01.

Оценив данный документ, суд установил, что указанное заключение представляет собой типографский бланк, который заполняется фактическими обстоятельствами – наименование органа, номер и дата выдачи, реквизиты объекта, сведения о соответствии/несоответствии, наименование санитарных правил, перечисление документов, послуживших основанием для выдачи свидетельства. В частности, в таком бланке заключения изначально содержится предложение: «СООТВЕТСТВУЕТ (НЕ СООТВЕТСТВУЕТ) государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам (ненужное зачеркнуть, указать полное наименование санитарных правил)».

При визуальном осмотре спорного заключения явно видно, что при заполнении его бланка весь машинописный текст, в том числе зачеркивающая полоса, сместился вниз на 1 строку, в результате чего фраза «НЕ СООТВЕТСТВУЕТ» вместо того, чтобы быть зачеркнутой (как ненужное), оказалась подчеркнутой.

В связи с этим, учитывая, что заполнение бланка заключения происходит не путем «подчеркивания нужного», а путем «зачеркивания ненужного», то суд приходит к выводу, что указанное заключение фактически представляет собой заключение о соответствии объекта истца санитарным правилам, поскольку, если бы выдавалось заключение о несоответствии, то в нем было бы вычеркнуто слово «СООТВЕТСТВУЕТ», либо, с учетом смещения текста вниз, это слово было бы подчеркнуто.

Таким образом, судом установлено, что у истца имелось действующее (не отмененное) заключение о соответствии объекта санитарным правилам, а выявленные в последующем нарушения были устранены истцом, о чем истцом ответчику направлялись документы о соответствии условий на объекте требованиям СанПиН 2.4.4.3155-13, в том числе судебные акты и акт Роспотребнадзора РД, которыми был установлен факт устранения истцом ранее выявленных нарушений и отсутствие иных нарушений, препятствующих осуществлению деятельности по оказанию соответствующих услуг по отдыху и оздоровлению детей.

В связи с этим суд приходит к выводу о том, что истцом не допущено нарушение условий контракта и у ответчика отсутствовали основания для отказа от исполнении контракта и ненаправления детей в оздоровительный лагерь.

При таких обстоятельствах, ввиду отсутствия существенного нарушения истцом обязательств по контракту, требование ответчика о расторжении контракта является необоснованным.

Таким образом, в удовлетворении встречного иска ответчика о расторжении контракта по мотиву существенного нарушения условий контракта следует отказать.

Вместе с тем в удовлетворении первоначального иска также следует отказать по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и определяемые в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. При этом возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен судом с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 400 Гражданского кодекса Российской Федерации по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность).

Такое ограничение установлено пунктом 23 статьи 95 Закона о контрактной системе, согласно которому при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от его исполнения другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В связи с этим, поскольку неисполнение ответчиком контракта свидетельствует о фактическом расторжении контракта в связи с односторонним отказом от его исполнения, то в данном случае к отношениям сторон подлежат применению положения Такое ограничение установлено пункта 23 статьи 95 Закона о контрактной системе о возможности взыскания только прямых убытков, но не упущенной выгоды.

Поскольку в рассматриваемом случае истцом заявлено требование о взыскании с ответчика убытков в размере неполученной им прибыли (упущенная выгода), и доказательств понесенных расходов в связи с приготовлениями для исполнения контракта истцом либо частичному исполнению контракта в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, то оснований для удовлетворения заявленных истцом требований в данном случае не имеется.

При этом доводы истца о том, что им понесены расходы на устранение выявленных нарушений санитарных правил и подготовку своего объекта к приему детей, а также иные расходы, связанные с функционированием объекта, судом отклоняются, поскольку эти расходы представляют собой обязательные расходы собственника имущества, относящиеся к бремени содержания принадлежащего ему имущества, и несение этих расходов не связано с неправомерными действиями ответчика.

Таким образом, поскольку доказательства причинения истцу реального ущерба действиями ответчика в деле отсутствуют и из обстоятельств спора наличие такого ущерба не следует, а взыскание упущенной выгоды в силу закона в данном случае недопустимо, в удовлетворении иска следует отказать полностью.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску относятся истца. Государственная пошлина по встречному относится на ответчика, но взысканию не подлежит, поскольку ответчик освобожден от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах.

Руководствуясь статьями 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

в удовлетворении первоначального и встречного исков отказать.


Взыскать с ООО ДОЛ «Сулак» в доход федерального бюджета 24 082 рубля государственной пошлины по иску.


Решение может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Дагестан в течение месяца после его принятия.


Судья И. С. Гаджимагомедов