Решение от 26 января 2022 г. по делу № А71-9235/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


Дело № А71-9235/2021
г. Ижевск
26 января 2022 г.
Резолютивная часть решения объявлена 19 января 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 26 января 2022 г.

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Н.Г.Яцинюк, при составлении протокола судебного заседания, ведении аудиозаписи помощником судьи А.Р. Григорьевой, рассмотрев в открытом судебном заседании дело путем использования системы веб-конференции при ведении видеозаписи судебного заседания (после перерыва) по исковому заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «Спринг Груп», г. Санкт-Петербург (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью «Импорт Поток», г. Ижевск (ОГРН <***>, ИНН <***>)

- о взыскании 4421737 руб. 50 коп. убытков

с участием третьего лица:

Общество с ограниченной ответственностью «Ови Груп», г. Санкт-Петербург (ОРГН 1157847417815, ИНН <***>)

При участии:

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 20.10.2021, копия паспорта, копия адвокатского удостоверения

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности 10.01.2022, паспорт, диплом № 105698 от 12.07.2011

от третьего лица: не явились (уведомление)

У с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Спринг Груп», г. Санкт-Петербург (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Импорт Поток», г. Ижевск (далее - ответчик) о взыскании 4421737 руб. 50 коп. убытков (в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приняты уточнения увеличение) размера исковых требований в судебном заседании 21.12.2021) в порядке ст. 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, явку представителя в судебное заседание не обеспечило, дело рассмотрено в отсутствие третьего лица с перерывом в судебном заседании на основании ст. ст. 156, 163 АПК РФ.

Обратившись с настоящим иском в арбитражный суд, истец указал на то, что между ООО «Спринг Групп» (Покупатель) и ООО «Импорт Поток» (Поставщик) заключен договор поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020 г., в соответствии с условиями которого Поставщик был обязан поставить Покупателю в течение 15 календарных дней от даты первого авансового платежа Товар -Защитные маски из нетканного материала, в количестве 500 000 штук, а Покупатель обязан оплатить Товар в размере 162 500 долларов США, в рублях ко курсу ЦБ РФ на дату оплаты. Первый авансовый платеж в размере 1 220 846,25 рублей (рублевый эквивалент согласованной Сторонами в договоре суммы предоплаты в размере 16 250 долларов США) произведен Поставщиком 24.04.2020 г. Товар должен был быть поставлен в срок не позднее 08.05.2020 г. Однако Товар получен только 20.05.2020 г., с просрочкой в 12 календарных дней. Вместе с тем, вышеуказанный договор поставки заключен истцом с целью поставки Товара ООО «Ови Труп» по дополнительному соглашению № 5 от 15.04.2020 г. к Договору поставки № 788/2018 от 21.08.2018 г., в соответствии с условиями которого, ООО «Спринг Труп» должен был поставить Покупателю Товар - Защитные маски из нетканного материала, в количестве 500 000 штук в срок до 11.05.2020 г., а Покупатель обязан оплатить Товар в размере 15 000 000 рублей. В результате нарушения ответчиком срока поставки по договору поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020 г. истец не смог исполнить свои обязательства перед ООО «Ови Груп», в результате чего последний отказался от исполнения договора поставки в одностороннем порядке. В результате просрочки поставки товара ответчиком цена на аналогичные маски на рынке начала катастрофически падать ввиду перенасыщения рынка товаром. В результате продать маски даже за половину их стоимости стало невозможно. Маски до настоящего времени находятся на складе ООО «Спринг Грун», что подтверждается прилагаемым письмом истца от 10.12.2021 г. и инвентаризационной ведомостью от 10.12.2021 г. (л.д. 89-91).

Полгая, что вследствие ненадлежащего исполнения ООО «Импорт Поток» своих обязательств по договору поставки у ООО «Спринт Групп» возникли убытки в виде упущенной выгоды от неполученного дохода по сделке с ООО «Ови Груп» в сумме 4421737 руб. 50 коп. (уточнения требований л.д. 87 - 88), истец обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с настоящим иском.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал на то, что одним из необходимых условий для удовлетворения заявленного истцом иска является доказанность прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками, возникшими у истца. Сами по себе факты наличия у истца убытков и противоправности действий ответчика не дают оснований для их возмещения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.07.2012 №2683/12). Мотивируя исковые требования, истец ссылался на то, что неправомерность действий ООО «Импорт Поток» выражается в существенном нарушении сроков поставки товара по договору поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020 г., в результате чего контрагент истца по иску отказался от договора с ООО «Спринг Груп». При этом, истец по иску полностью принял исполнение договора поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020 г., приняв товар в полном объеме. В соответствии с п. 1.1. Дополнительного соглашения № 5 от 15.04.2020 г. к договору поставки № 788/2018, заключенного между ООО «Спринг Груп» и ООО «Ови Груп», стороны договорились о поставке масок медицинских из нетканевого материала согласно спецификации к данному соглашению. Наименование, количество, ассортимент и цена Товара, подлежащего передаче покупателю, адрес доставки определяется на основании Спецификации к данному дополнительному соглашению. Спецификацией от 15.04.2020 г. предусмотрена поставка 500 000 штук масок из нетканевого материала по цене 30 руб., с НДС, всего на общую сумму 15 000 000 рублей, с НДС. При этом, предметом договора поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020 г., ненадлежащее исполнение которого, явилось основанием обращения в суд ООО «Импорт Поток» с первоначальным исковым заявлением, является поставка защитных масок из нетканого материла, не являющихся медицинскими, о чем также указано в декларации на товары от 19.05.2020 г. Таким образом, ООО «Импорт Поток» не могло отвечать за исполнение обязательства ООО «Спринг Груп» перед ООО «Ови Груп» по поставке товара иного качества (а именно медицинских масок из нетканевого материала). Истцом по настоящему иску в нарушение ст. 65 АПК РФ не доказан состав убытков (причинная связь между действиями (бездействием) ООО «Импорт Поток» и убытками).

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Согласно ст. 15 ГК РФ и в соответствии с действующей судебной практикой по ее истолкованию возмещение убытков является мерой ответственности компенсационного характера, которая направлена на восстановление правового и имущественного положения потерпевшего лица, и отказом в правомерном возмещении убытков потерпевшего (кредитора) поддерживается (стимулируется) правонарушающее поведение должника (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

В силу п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу ст. 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Согласно п. 4 ст. 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В соответствии со ст. 393 ГК РФ применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления данного лица.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход (Определение Верховного Суда РФ от 19.01.2016 № 18-КГ15-237).

Как следует из материалов дела, в договоре поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020, заключенном между истцом и ответчиком, отсутствуют положения о том, что товар (защитные маски из нетканого материала) приобретается истцом для дальнейшей поставки ООО "Ови Груп" и, что договором № 788/2018 от 21.08.2018 в редакции Дополнительного соглашения от 15.04.2020 согласно Спецификации к дополнительному соглашению, заключенным между истцом и ООО "Ови Груп" установлен срок поставки с 01.05.2020 по 11.05.2020.

Таким образом, ответчик не мог предвидеть, что неисполнение им своих в срок обязательств по поставке товара может повлечь неисполнение обязательств истца перед другим лицом.

Так же, ответчик не был проинформирован истцом, и указанное не было отражено сторонами в договоре поставки № № 2004/2020/01 от 20.04.2020, что просрочка поставки истцом товара в адрес ООО «Ови Груп» на срок более трех дней приведет со стороны ООО «Ови Груп» в действиям по отказу от договора. Кроме того, следует отметить, что для ответчика последний день поставки зависел от действий истца по внесению авансового платежа, который определен сторонами в Приложении №1 к договору – после подписания контракта. Следовательно, действуя добросовестно, истец мог провести авансовый платеж 20.04.2020, что вероятно сократило бы для ответчика просрок в поставке, а значит, сократило бы для истца просрорк в поставке по договору с третьим лицом, что не привело к расторжению договора третьим лицом. Так же, подписав с третьим лицом Дополнительное соглашение от 15.04.2020 к договору № 788/2018, ответчик исключил для себя возможность применения к третьему лицу каких-либо санкции за отказ им от исполнения обязательств в случае просрочки поставки истцом третьему лицу товара на срок более трех календарных дней.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В данном случае истец, являющийся самостоятельным хозяйствующим субъектом, в силу положений ст. ст. 2, 309, 310 ГК РФ, приняв на себя обязательства в рамках договора №788/2018 от 21.08.2018 в редакции Дополнительного соглашения от 15.04.2020 согласно Спецификации к дополнительному соглашению по поставке товара, был обязан исполнить свои обязательства перед третьим лицом независимо от исполнения обязательств ответчиком по договору № 2004/2020/01 от 20.04.2020.

Нарушение ответчиком договорного обязательства по договору № 2004/2020/01 от 20.04.2020 не является безусловным обстоятельством, свидетельствующим о его вине в нарушении истцом обязательств в рамках договора с третьим лицом. Ответственность для ответчика за просрочку исполнения обязательства перед истцом предусмотрена сторонами в п. 6.2 договора.

Следовательно, в силу ст. ст. 2, 309, 310 ГК РФ риски неисполнения договора № 788/2018 от 21.08.2018 в редакции Дополнительного соглашения от 15.04.2020 с учетом Спецификации к дополнительному соглашению приоритетно относятся на истца.

Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды, то есть неполученным доходам, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено, это лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, а допущенное нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить соответствующие доходы.

Исходя из указанных правовых норм, с учетом их толкования, и судебной практики по данной категории споров, а также с учетом предусмотренного ст. 65 АПК РФ распределения бремени доказывания лицо, предъявляющее требование о возмещении убытков в виде упущенной выгоды, должно доказать факт нарушения своего права, наличие и размер убытков, наличие причинной связи между поведением лица, к которому предъявляется такое требование, и наступившими убытками, а также то, что возможность получения прибыли существовала реально, то есть при определении упущенной выгоды должны учитываться предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, при этом основанием для возмещения таких убытков является доказанность стороной по делу всей совокупности перечисленных условий.

Исследовав в совокупности представленные в материалы дела доказательства, выслушав пояснения участников процесса, суд пришел к выводу, что истцом не представлено достаточных достоверных доказательств того, что ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по поставке товара явилось единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль из сделки с третьим лицом, наличие прямой причинно-следственной связи между убытками в виде неполученных доходов и отказом третьего от исполнения договора. Прямая причинно-следственная связь между убытками, заявленными истцом и действиями ответчика не подтверждена.

Кроме того, полученный товар в рамках договора поставки № 2004/2020/01 от 20.04.2020 находится у истца на складе (л.д. 89), что так же подтверждается вступившим в законную силу решением АС УР по делу №А71-6884/2020 и не оспаривается истцом.

Между тем, доказательств того, что данный товар в настоящее время не возможно продать иному покупателю за наибольшую цену и получить желаемый доход, истцом не представлено (ст. 65 АПК РФ). Ссылка истца на переизбыток на рынке данного товара является предположительным, документально не подтвержденным.

Необходимо отметить, что деятельность истца по получению прибыли основана на риске и не является плановой и влекущей при обычных условиях оборота получение фиксированного дохода.

Принимая во внимание изложенное, а также то, что расчет упущенной выгоды носит вероятностный характер, как основанный на предположениях без учета фактических обстоятельств, способных существенно повлиять на размер предполагаемого дохода, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, в связи с недоказанностью наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца в виде упущенной выгоды, а также размера неполученного дохода.

В силу статей 9, 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд на основе принципа состязательности с учетом представленных сторонами доказательств устанавливает значимые для дела обстоятельства. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. При этом каждая из сторон несет риск процессуальных последствий непредставления доказательств.

С учетом принятого решения и в силу ст. 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на истца. Кроме того, с учетом увеличения истцом размера исковых требований и не доплатой госпошлины, с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 1741 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики,

Р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Спринг Груп», г. Санкт-Петербург (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 1741 руб. 00 коп.


Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Судья Н.Г. Яцинюк