Решение от 25 ноября 2022 г. по делу № А24-4032/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-4032/2022
г. Петропавловск-Камчатский
25 ноября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 23 ноября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 25 ноября 2022 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску Микрокредитной компании Камчатский государственный фонд поддержки предпринимательства (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3 (ИНН <***>)

о взыскании 571 430 руб.,

при участии:

от истца: ФИО4 – представитель по доверенности от 10.10.2022 (сроком до 31.12.2022), диплом № 012-1163,

от ответчика: ФИО3 – по доверенности от 17.03.2022 (сроком на 10 лет), не допущен к участию в качестве представителя по причине отсутствия документов о юридическом образовании,

от третьего лица: ФИО3 – лично, паспорт,

установил:

Микрокредитная компания Камчатский государственный фонд поддержки предпринимательства (далее – истец, Фонд; адрес: 683031, <...>) обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, Предприниматель$ 684414, Камчатский край, п. Усть-Камчатск) о взыскании 679 151 руб., включающих 678 572 руб. долга и 579 руб. процентов за пользование займом за период с 02.08.2022 по 09.08.2022, с последующим начисление процентов за пользование займом, начиная с 10.08.2022 по день фактического исполнения требований договора микрозайма, из расчета 5 % годовых на остаток задолженности по займу.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 310, 329, 330, 807, 809, 810, 811, 814 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы непредставлением ответчиком доказательств целевого использования денежных средств, полученных по договору целевого микрозайма от 14.03.2022 № 35.

Определением от 05.10.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3 (далее – ФИО3, третье лицо).

На основании части 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводилось в отсутствие ответчика, извещенного надлежащим образом о месте и времени его проведения по правилам статей 121-123 АПК РФ и не явившегося в суд.

В судебном заседании представитель истца устно уточнила заявленные требования, указав, что на дату судебного разбирательства остаток долга по займу составил 571 430 руб., а по процентам за пользование займом имеется переплата. В данной связи истец просит взыскать с ответчика только долг по займу в сумме 571 430 руб. и проценты за пользование займом за период с 24.11.2022 по день фактической оплаты долга из расчета 5 % годовых на остаток задолженности по займу.

Протокольным определением от 23.11.2022 уточнение истцом заявленных требований и уменьшение их размера принято судом на основании статьи 49 АПК РФ.

Заслушав пояснения представителя истца, мнение третьего лица, изучив отзыв ответчика, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что 14.03.2022 между истцом (заимодавец) и ответчиком в лице представителя ФИО3, действующего по доверенности, (заемщик) заключен договор целевого микрозайма № 35, по условиям которого заимодавец предоставляет заемщику денежные средства в размере 750 000 руб. (микрозаем), а заемщик обязуется возвратить займодавцу микрозаем в полном объеме и уплатить проценты за пользование им (пункт 1.1).

Исполнение заёмщиком обязательств по договору обеспечено договорами залога от 14.03.2022 № 35-3 и № 35-3/1, заключенными Фондом с ответчиком и третьим лицом соответственно (раздел 2 договора).

Согласно пункту 1.5 договора микрозайм предоставляется сроком до 14.03.2024 (включительно). Заёмщик возвращает (погашает) микрозаём в соответствии с графиком платежей, указанным в приложении № 1 к договору (пункт 3.2.1).

Процентная ставка за пользование микрозаймом составляет 5,0 % годовых (пункт 1.3). Проценты за пользование микрозаймом начисляются за каждый день по формуле, указанной в пункте 3.3.3, начиная со дня, следующего за днем перечисления микрозайма или его части на расчетный счет заемщика или указанного им лица, и по день возврата микрозайма включительно (за исключением случаев погашения микрозайма в день его выдачи). Заемщик уплачивает начисленные проценты не позднее дат, указанных в графике платежей (пункты 3.3.1, 3.3.5).

В соответствии с пунктом 1.4 договора микрозаём выдается в целях, связанных с осуществлением только предпринимательской деятельности. Цель использования микрозайма заемщиком – расчеты с контрагентами.

Пунктами 5.2.4–5.2.6 договора установлено, что заемщик обязан использовать микрозайм на цели, предусмотренные пунктом 1.4 договора, и в срок не позднее 90 (девяноста) календарных дней с момента получения всей суммы микрозайма предоставить займодавцу копии документов, подтверждающих целевое использование микрозайма. Также заемщик обязан не позднее 5 рабочих дней с момента получения соответствующего требования займодавца предоставить документы и сведения, относящиеся к финансово-хозяйственной деятельности, и предоставить доступ к месту ведения предпринимательской деятельности.

В силу пункта 5.3.3 договора займодавец вправе потребовать от заёмщика досрочно возвратить микрозаём (основной долг), уплатить проценты и прочие платежи, предусмотренные договором, а также уплатить судебные расходы и издержки, и прочие расходы, вызванные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств заемщика по договору, в том числе, в случае нецелевого использования микрозайма (его части) и (или) непредоставления документов, подтверждающих целевое использование микрозайма, в установленный договором срок.

Во исполнение принятых на себя обязательств истец платежным поручением от 14.03.2022 № 273 перечислил ответчику 750 000 руб.

В свою очередь, ответчик в соответствии с установленным графиком производил возврат займа и уплату процентов, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Письмом от 17.06.2022 № 267 истец направил ответчику требование о досрочном возврате оставшейся суммы займа и уплате начисленных на эту сумму процентов за пользование займом до дня его фактического возврата, мотивированное непредставлением Предпринимателем в установленный договором срок документов, подтверждающих целевое использование займа.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком указанного требования, истец обратился с рассматриваемым иском в суд.

Проанализировав представленный в материалы дела договор от 14.03.2022 и документы, связанные с его исполнением по правилам статьи 431 ГК РФ, арбитражный суд квалифицирует возникшие между сторонами правоотношения как регулируемые положениями главы 42 ГК РФ, а также общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре.

Понятие договора займа определено в статье 807 ГК РФ, согласно пункту 1 которой по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенном договором (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 810 ГК РФ закреплена обязанность заемщика возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Параграф 1 главы 42 ГК РФ, определяющий правовое регулирование договора займа, содержит ряд норм, устанавливающих право заимодавца требовать досрочного исполнения обязательств заемщиком, а именно: пункт 2 статьи 811 ГК РФ (при нарушении заемщиком срока возврата части суммы займа), статья 813 ГК РФ (при невыполнении заемщиком предусмотренных договором займа обязанностей по обеспечению возврата займа, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий по обстоятельствам, за которые заимодавец не отвечает), а также пункт 2 статьи 814 ГК РФ (в случае нецелевого использования займа заемщиком, а также при необеспечении им возможности контроля со стороны заимодавца за целевым использованием займа).

Таким образом, исходя из смысла указанных норм права, требование о досрочном исполнении обязательств заемщика является следствием нарушения последним обязательств, предусмотренных условиями договора.

В частности, в соответствии с пунктом 1 статьи 814 ГК РФ, если договор займа заключен с условием использования заемщиком полученных средств на определенные цели (целевой заем), заемщик обязан обеспечить возможность осуществления займодавцем контроля за целевым использованием займа.

В случае невыполнения заемщиком условия договора займа о целевом использовании суммы займа, а также при нарушении обязанностей, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заимодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата суммы займа и уплаты причитающихся процентов, если иное не предусмотрено договором (пункт 2 статьи 814 ГК РФ).

Факт предоставления Фондом займа в сумме 750 000 руб. подтверждается материалами дела, и ответчиком не оспаривается.

Также материалами дела подтверждается надлежащее исполнение Предпринимателем встречных обязательств по договору в части возврата займа и уплаты процентов в соответствии с согласованным графиком платежей.

В качестве правового основания предъявленному требованию о досрочном возврате займа Фонд ссылается на невыполнение Предпринимателем требования об использовании суммы займа в соответствии с целевым назначением (расчеты с контрагентами).

Первоначально в иске содержалась ссылка, что документов, подтверждающих целевое использование займа, Предприниматель в адрес Фонда не представил.

Однако в ходе судебного разбирательства установлено, что документы в подтверждение целевого использования займа предоставлены заемщиком Фонду в установленный срок (согласно пояснениям сторон – в апреле 2022 года), однако не приняты займодавцем в качестве достоверного подтверждения использования займа в соответствии с той целью, для которой он предоставлялся заемщику, на том основании, что расчеты с контрагентами согласно представленным документам осуществляла не ФИО2, а ФИО3, тогда как документов, подтверждающих, что расчеты осуществлялись с использованием денежных средств, перечисленных Фондом Предпринимателю (сведения о перечислении денежных средств ответчиком третьему лицу), займодавцу не предоставлены.

Указанные уточнения даны сторонами устно в судебном заседании, изложены в отзыве на иск и в возражениях на отзыв. Также представитель истца представила в материалы дела переписку сторон с использованием мессенджера «WhatsApp», из которой также видно, что Фонд обращал внимание ФИО3, действующего от имени Предпринимателя, на необходимость представления сведений о перечислении спорных денежных средств со счета ответчика на счет третьего лица (платежное поручение о перечислении денежных средств, выписку по счету Предпринимателя).

Таким образом, существо возникшего между сторонами спора сводится к установлению того обстоятельства, были ли израсходованы полученные Предпринимателем в заем денежные средства на установленные договором цели, и достаточно ли было Фонду предоставленных документов для установления факта целевого использования заемных денежных средств заемщиком.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Проанализировав представленные ответчиком документы в подтверждение факта целевого использования денежных средств, которые, как следует из возражений на отзыв и пояснений представителя истца предоставлялись Фонду в установленный договором срок, но не были приняты в качестве подтверждения целевого использования займа, суд признает необоснованным отказ Фонда в принятии этих документов в качестве доказательства целевого использования займа.

В рассматриваемом случае договор займа заключен между Фондом (займодавец) и Предпринимателем (заемщик) с целью предоставления ответчику заемных денежных средств для расчетов с контрагентами.

В подтверждение наличия обязательств перед контрагентами и осуществления расчетов с ними Предпринимателем предоставлены следующие документы:

1) агентский договор, заключенный между ИП ФИО2 (принципал) и ФИО3 (агент), в соответствии с пунктом 1.2 которого агент обязуется совершить следующие действия: поиск и оплата охлаждающего торгового оборудования (горки), а также поиск, оплату и поставку продукции ОАО «Брестского мясокомбината», – а принципал обязуется передать агенту для этих целей сумму, полученную по целевому займу от Фонда (пункт 1.3).

Доводы истца о том, что представленный в материалы дела агентский договор отличается от той редакции договора, которая ранее предоставлена Фонду, не опровергает самого факта достижения между ответчиком и третьим лицом соответствующих договоренностей, поскольку общий смысл тех пунктов договора, в которых, как указывает Фонд, имеются отличия в излагаемой редакции, в целом не отличается и направлен на одни и те же правовые последствия. Истец представляет имеющуюся у него редакцию агентского договора от 01.03.2022 и считает, что в качестве доказательства по делу оцениваться может именно представленный им документ. Однако оценивая представленное истцом доказательства, суд равным образом приходит к выводу, что между ответчиком и третьим лицом заключен агентский договор, по условиям которого третье лицо приняло на себя обязательство осуществить поиск и оплату охлаждающего торгового оборудования (горки), а также поиск, оплату и поставку продукции ОАО «Брестского мясокомбината», а ответчик – перечислить третьему лицу для целей исполнения договора денежные средства, полученные от Фонда по договору целевого займа.

Кроме того, полномочия ФИО3 по представлению интересов ФИО2 во взаимоотношениях с фондом и по поводу заключенного договора займа следует признать явствующими из обстановки, поскольку именно ФИО3 заключал с Фондом указанный договор, действуя по доверенности от ответчика;

2) договор купли-продажи от 27.04.2022 № 8/2022, заключенный между ИП ФИО2 (покупатель) и ИП ФИО5 (продавец), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а последний – оплатить и принять по стоимости и в порядке, предусмотренном договором, витрину холодильную в количестве 2 шт. на общую стоимость 500 000 руб.

На осуществления покупателем оплаты оборудования продавцом выставлен счет от 27.04.2022 № 30, в котором продавцом указан ИП ФИО5, покупателем – ИП ФИО2, наименование, количество и стоимость товара соответствует условиям договора купли-продажи от 27.04.2022 № 8/2022.

Платежным поручением от 30.04.2022 № 13 ФИО3 перечислил ИП ФИО5 500 000 руб. с назначением платежа «по счету от 27.04.2022 № 30 (витрина холодильная)», то есть оплата произведена третьим лицом именно в счет исполнения обязательств ответчика по договору купли-продажи от 27.04.2022 № 8/2022, то есть денежные средства затрачены с целью исполнения обязательства ответчика по расчетам с указанным контрагентом;

3) договор поставки от 28.03.2022 № 36/22, заключенный между ИП ФИО6 (поставщик) и ИП ФИО2 (покупатель), по условиям которого поставщик обязуется поставить продовольственную продукцию, а покупатель – принять и оплатить товар в порядке и сроки, установленные договором.

Подтверждением оплаты поставленной ИП ФИО6 продовольственной продукции является платежное поручение от 05.04.2022 № 20 на сумму 34 627,04 руб., по которому оплата производилась лично ответчиком, а также платежные поручения от 23.04.2022 № 11 на сумму 32 585,70 руб., от 30.04.2022 № 14 на сумму 75 961,88 руб., от 11.05.2022 № 16 на сумму 28 000 руб., от 14.05.2022 № 17 на сумму 11 169,28 руб., от 19.05.2022 № 20 на сумму 34 000 руб., от 20.05.20222 № 21 на сумму 33 997,50 руб., от 26.05.2022 № 25 на сумму 37 565,18 руб., по которым оплата произведена третьим лицом с указанием в назначениях платежа, что денежные средства перечисляются за ФИО2 в счет оплаты продовольственной продукции (колбаса, продукты из свинины, молочная продукция).

Получателем денежных средств во всех перечисленных платежных поручениях значится ИП ФИО6, основание платежа – оплата продуктов, что согласуется с условиями договора поставки от 28.03.2022 № 36/22. Общая сумма перечисленных ИП ФИО6 денежных средств в счет оплаты продовольственной продукции согласно указанным платежным поручениям составила 287 906,58 руб. То есть денежные средства в указанной сумме также затрачены с целью исполнения обязательства ответчика по расчетам с контрагентом.

Таким образом, совокупностью перечисленных документов подтверждается, что общий размер затраченных ответчиком денежных средств для целей расчетов с контрагентами составила 787 906,58 руб., что уже превышает размер предоставленного ей для этих целей займа (750 000 руб.).

При этом вопреки доводам истца, отсутствие документа, подтверждающего перечисление денежных средств со счета ответчика на счет третьего лица в сумме 750 000 руб. правового значения не имеет и не опровергает, что затраты на сумму 787 906,58 руб. являются именно расходами ответчика и что данные расходы ответчик понес именно при осуществлении расчетов с контрагентами, то есть в соответствии с целью, для которой Фондом ей предоставлен заем в сумме 750 000 руб. по договору от 14.03.2022.

В данном случае правовое значение имеет тот факт, что сумма средств, затраченных ответчиком на расчеты с контрагентами, не менее суммы полученного займа, а не установление идентичности денежных средств, перечисленных Фондом в счет займа, с денежными средствами, перечисленными контрагентами Предпринимателя. По смыслу пункта 1 статьи 807 ГК РФ во взаимосвязи с положениями статей 128, 140 ГК РФ, предметом договора займа являются денежные средства в конкретной сумме, а не денежные купюры (банкноты) с индивидуально определенными признаками в виде конкретных номерных знаков.

Все оплаты осуществлялись с контрагентами ответчика уже после получения заемных денежных средств. Расчеты производились либо самой ФИО2 (в части суммы 34 627,04 руб.), либо в ее интересах ФИО3 (в части оставшейся суммы).

Доводы Фонда об осуществлении третьим лицом расчетов с контрагентами в счет исполнения собственных обязательств противоречат содержанию перечисленных документов, из которых явно следует, что перечисляя денежные средства, ФИО3 исполнял не свои обязательства, а обязательства ответчика.

Право возложить исполнение обязательства на третье лицо предоставлено должнику статьей 313 ГК РФ, а в силу пункта 1 статьи 313 ГК РФ кредитор (в рассматриваемом случае – контрагент ответчика) обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо. К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса (пункт 5 статьи 313 ГК РФ).

Доводы истца о том, что ответчика имела возможность лично осуществить расчеты с контрагентами, подлежат отклонению, поскольку наличие такой возможности не лишают участника гражданского оборота права возложить исполнение своих обязательств на третье лицо.

Содержание агентского договора, заключенного между ответчиком и третьим лицом, свидетельствует о том, что приобретение оборудования и продуктов агентом в интересах принципала планируется за счет денежных средств, предоставленных принципалу Фондом по договору целевого займа. Даже если агент изначально использовал для расчетов собственные средства (как пояснил ФИО3, имели место проблемы с расчетным счетом ответчика), по смыслу как агентского договора, так и статьи 313 ГК РФ понесенные им расходы подлежали возмещению принципалом (ответчиком) за счет полученного займа, что не опровергает сам факт использования Предпринимателем заемных денежных средств для целей расчетов с контрагентами, то есть в соответствии с их целевым назначением.

Также из условий заключенного между истцом и ответчиком договора займа не следует, что расчеты по обязательствам с контрагентами Предприниматель должна была осуществлять лично и непосредственно с того счета, на который перечислялись денежные средства. Договором не установлен запрет производить снятие денежных средств со счета с их последующим зачислением на иной счет, используемый для расчетов, либо осуществлять расчеты наличными денежными средствами.

Единственной обязанностью заемщика в части подтверждения целевого использования займа по смыслу условий договора являлась обязанность подтвердить, что полученные денежные средства в сумме 750 000 руб. израсходованы для расчетов с контрагентами.

Каких-либо конкретных требований к документам, которыми может подтверждаться целевое использование займа, как и перечня конкретных документов, которые должен был предоставить заемщик Фонду, договор целевого микрозайма от 14.03.2022 № 25 не содержит.

Следовательно, в данном случае оценка достаточности предоставленных документов подлежала осуществлению Фондом, то есть фактически находилась в сфере его усмотрения.

В такой ситуации формальный подход Фонда, основанный на поверхностном изучении полученных документов без их анализа в совокупности с условиями договоров, заключенных Предпринимателем с контрагентами, без учета норм действующего законодательства и без учета действительного экономического смысла произведенных и документально подтвержденных финансовых операций, нарушает права и законные интересы заемщика.

При этом из материалов дела следует и истцом не оспаривается, что обязательства по договору займа в части внесения платежей в соответствии с установленным графиком исполняются ответчиком надлежащим образом, а по процентам имеется переплата. Нарушение сроков, установленных графиком, ответчиком не допускалось. Задолженность по внесению платежей отсутствует.

Исходя из установленных судом обстоятельств и анализа представленных документов, следует, что в данном случае правовых оснований для предъявления требования о досрочном возврате суммы займа с выплатой начисленных процентов у Фонда не имелось, а предоставленные Предпринимателем документы необоснованно не приняты займодавцем в качестве доказательств целевого использования суммы займа.

С учетом изложенного требования Фонда о взыскании долга по договору займа и процентов за пользование займом удовлетворению не подлежат.

Понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в связи с отказом в удовлетворении иска возмещению не подлежат. При этом истцу надлежит возвратить из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 2 154 руб. в связи с уменьшением размера исковых требований.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Возвратить Микрокредитной компании Камчатскому государственному фонду поддержки предпринимательства из федерального бюджета 2 154 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья О.А. Душенкина