Решение от 1 сентября 2020 г. по делу № А50-37687/2019

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А50-37687/2019
01 сентября 2020 года
г. Пермь


Резолютивная часть решения объявлена 17 августа 2020 года. Полный текст решения изготовлен 01 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Морозовой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Злобиной Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» (ОГРН <***>; ИНН <***>)

к финансовому управляющему ФИО2

о признании недействительным решения внеочередного собрания о назначении директором ООО «Энергоэффект» ФИО3,

третьи лица: 1) ФИО4,

2) ФИО5,

3) финансовый управляющий ФИО6;

4) ФИО3

при участии:

от ФИО1: ФИО7, доверенность от 29.06.2020;

от ООО «Энергоэффект»: ФИО5, директор;

от ответчика: ФИО8, доверенность от 28.05.2019;

от 1-го третьего лица: ФИО4 лично,

ФИО9, доверенность от 27.03.2019;

от 2-го третьего лица: ФИО5 лично;

от 3-го третьего лица: не явился, извещен;

от 4-го третьего лица: ФИО3 лично;

установил:

ФИО1, общество с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» обратились в арбитражный суд с иском к финансовому управляющему ФИО4 - ФИО2 о признании недействительным решения внеочередного собрания о назначении директором ООО «Энергоэффект» от 11.12.2019 г. о прекращении полномочий директора ФИО5 и назначении нового директора ФИО3 недействительным.

Требования истцов мотивированы нарушением порядка проведения собрания, ничтожностью принятого решения в связи с отсутствием кворума для его принятия, а также недобросовестностью действий ответчика и основаны на положениях ст. 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5, финансовый управляющий ФИО6, ФИО3.

Финансовый управляющий ФИО2, возражая против заявленных требований, считает, что оспариваемое решение законным и обоснованным.

Третьи лица ФИО4, ФИО5 поддержали позицию истцов.

Третьи лица финансовый управляющий ФИО6, ФИО3 выразили позицию, совпадающую с мнением ответчика.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в судебном заседании, поддержали свои доводы.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав пояснения присутствовавших лиц, пришел к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению ввиду нижеизложенного.

Согласно материалам дела, ООО «Энергоэффект» создано 07.07.2014.

Решением единственного участника общества «Энергоэффект» ФИО4 от 08.02.2016 № 6 директором данного общества назначена ФИО5

По сведениям, внесенным в ЕГРЮЛ 13.10.2016г., участниками общества являются: ФИО5 с долей в уставном капитале 0,955%, ФИО4 с долей в уставном капитале 99,045%.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 31.05.2018 по делу № А50-32815/2017 ФИО4 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

08.11.2019 г. финансовым управляющим направлены директору и участнику общества «Энергоэффект» ФИО5, участнику общества «Энергоэффект» ФИО4 уведомление от 07.11.2019 о проведении 11.12.2019 г. внеочередного общего собрания участников общества с повесткой: о прекращении полномочий единоличного исполнительного органа общества «Энергоэффект», об избрании единоличного исполнительного органа общества «Энергоэффект», предлагаемая кандидатура ФИО3

В назначенное время на собрание явились финансовый управляющий ФИО4 – ФИО2, ФИО5, ФИО4

С учетом принадлежащего ФИО4 процента голосов 99,045 финансовым управляющим принято, в том числе решение о прекращении полномочий директора ФИО5, о назначении на эту должность ФИО3

ФИО5 в протоколе собрания указала, что с протоколом не согласна, поскольку финансовым управляющим не представлены документы в отношении ФИО3, игнорируются вступившие в законную силу судебные акту, позиция о смене директора ничем не обосновывается и тем самым нарушаются права участников общества.

ФИО4 указал в протоколе, что предоставил свой бюллетень, в котором голосовал против избрания ФИО3 директором ООО «Энергоэффект».

При этом ФИО1 указывает, что вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 14.05.2019г. произведен раздел совместного имущества супругов ФИО10, за ней признано право собственности 49,5225% доли в уставном капитале ООО Энергоэффект».

28.11.2019г. в адрес ФИО2, общества и его участников направлено уведомление о переходе прав собственности на долю в ООО «Энергоэффект».

Также в ноябре 2019г. было подано заявление в Межрайонную ИФНС № 17 по Пермскому краю о внесении изменений в сведения ЕГРЮЛ о переходе права долю в ООО «Энергоэффект» на основании решения суда о разделе имущества, однако в связи с наличием обеспечительных мер в деле о банкротстве налоговый орган отказал в регистрации изменений.

По мнению истицы, данные обстоятельства были целенаправленно проигнорированы финансовым управляющим.

ООО «Энергоэффект» также считает, что ФИО1 на момент оспариваемого решения являлась участником общества, а, следовательно, отсутствовал кворум для принятия решения, и помимо этого, финансовым управляющим был нарушен установленный законом порядок проведения собрания.

Учитывая изложенное и усматривая в действиях финансового управляющего недобросовестность поведения, истцы обратились в суд с рассматриваемым иском.

Согласно п. 2 ст. 181.1 ГК РФ решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Решение собрания недействительно по основаниям, установленным ГК РФ или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно (п. 1 ст. 181.3 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (п. 3 ст. 181.2 названного Кодекса).

В соответствии со статьей 181.5 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности.

Согласно п. 3 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения. Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

Решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица (п. 4 ст. 181.4 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 43 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований данного Закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Суд вправе с учетом всех обстоятельств дела оставить в силе обжалуемое решение, если голосование участника общества, подавшего заявление, не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло причинение убытков данному участнику общества (п. 2 ст. 43 названного Закона).

Согласно п. 1 ст. 33 ФЗ «Об ООО» компетенция общего собрания участников общества определяется уставом общества в соответствии с названным Законом.

Подпунктом 4 п. 2 ст. 33 ФЗ «Об ООО» установлено, что к компетенции общего собрания участников общества отнесено образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Согласно п. 8 ст. 37 ФЗ «Об ООО» решения по вопросам, указанным в подп. 2 п. 2 ст. 33 названного Закона, а также по иным вопросам, определенным уставом общества, принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия такого решения не предусмотрена данным Законом или уставом общества.

Решения по вопросам, указанным в подп. 11 п. 2 ст. 33 названного Закона, принимаются всеми участниками общества единогласно. Остальные решения принимаются большинством голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия таких решений не предусмотрена законом или уставом общества.

Пунктами 10.4.4., 10.10 Устава ООО «Энергоэффект» предусмотрено, что образование исполнительного общества (директора) и досрочное прекращение его полномочий относится к компетенции общего собрания и принимается 2/3 голосов от общего числа голосов участников общества.

По смыслу положений Гражданского кодекса РФ, а также статей 2 и 12 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью принадлежит участнику этого общества, права которого возникают из личного участия участника общества и регулируются нормами названных законов и учредительными документами общества.

Отношения, возникающие по поводу перехода прав на долю к супругу, не являющемуся участником общества, в результате раздела совместно нажитого супругами имущества, напрямую законом не урегулированы.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении от 09.01.2019 № 306-КГ18-22028 Верховного Суда Российской Федерации, сам по себе переход доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к одному из супругов, в результате раздела совместно нажитого имущества не влечет автоматически приобретение статуса участника общества.

Переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом и законом об обществах с ограниченной ответственностью (статья 93 ГК РФ).

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании; участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

Согласно п. 8 ст. 21 Закона доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам и правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, передача доли, принадлежавшей ликвидированному юридическому лицу, его учредителям (участникам), имеющим вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, допускаются только с согласия остальных участников общества. Уставом общества может быть предусмотрен различный порядок получения согласия участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьим лицам в зависимости от оснований такого перехода.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2014 № 1564-О разъяснено, что законодатель связывает момент возникновения правоотношений по участию (членству) в обществе с ограниченной ответственностью с фактом приобретения доли в его уставном капитале, предоставляющей участникам общества комплекс имущественных и неимущественных прав, а также возлагающей на них ряд обязанностей по отношению к другим участникам и самому обществу. Соответственно, доля в уставном капитале как объект гражданского оборота не может рассматриваться как простой набор имущественных прав, поскольку наличие доли связывает ее обладателя определенными обязанностями.

Закрепленная в уставе необходимость получить согласие на отчуждение доли (части доли) третьим лицам, устанавливается для всех способов отчуждения доли или части доли третьим лицам, поскольку федеральный законодатель, формулируя эти нормы, во главу угла ставит не определение в уставе способа отчуждения участником своей доли (части доли), а круг лиц, которым участник не вправе (либо не вправе без согласия остальных участников) ни продать, ни подарить, с которыми он не может обменять долю (часть доли) и кому он не вправе каким-либо иным образом осуществить отчуждение своей доли (части доли). И в этот круг лиц входят все третьи лица.

Подобный подход основан на том, что действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организаций, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании.

В связи с этим Закон об обществах с ограниченной ответственностью и позволяет участникам обществ с ограниченной ответственностью предусмотреть в уставе дополнительные гарантии своих имущественных прав, в частности в виде запрета на отчуждение доли или ее части в пользу лиц, не являющихся участниками общества, либо указать на необходимость получения согласия на подобное отчуждение.

В соответствии с п. 12 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7 статьи 23 данного Федерального закона.

Согласно подпункту 5 пункта 13.1 статьи 21 Закона N 14-ФЗ документами, на основании которых была приобретена доля или часть доли в уставном капитале общества, может быть, в частности, решение суда в случаях, если судебным актом непосредственно установлено право участника общества на долю или часть доли в уставном капитале общества.

Пунктом 5.9 Устава ООО «Энергоэффект» предусмотрено, что доли в уставном капитале Общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками Общества, независимо от согласия Общества или его участников. Иного уставом общества не установлено.

При этом, как указано выше, и не оспаривается ответчиком, 28.11.2019г. ФИО1 в адрес ФИО2, общества и его участников на основании вступившего в законную силу 23.09.2019 г. судебного акта о признании права собственности на долю направлено уведомление об участии в ООО «Энергоэффект».

Учитывая изложенное, доводы ответчика о необходимости отказа в иске со ссылкой на положения пункта 12 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ввиду отсутствия соответствующей записи в Едином государственном реестре юридических лиц о ФИО1 как участнике общества, не могут быть приняты во внимание, поскольку в данном случае основанием для перехода права на долю к истице послужили, иные предусмотренные законом основания.

Вопрос осуществления регистрационных действий в ЕГРЮЛ является прерогативой общества и в случае отсутствия ее добросовестного осуществления, данное обстоятельство не должно отражаться на корпоративных правах участника.

Более того, учитывая, что финансовому управляющего ФИО2, действующего от имени участника общества ФИО4 не могло быть неизвестно о признании права собственности на долю за ФИО1, действия по проведению собрания без учета прав ФИО1 расцениваются судом как злоупотребление правом, направленным на ограничение корпоративных прав ФИО1, в отношении общества.

Таким образом, поскольку ФИО4 на момент проведения собрания 11.12.2019 г. не обладал необходимым для принятия решения о прекращении полномочий и назначения единоличного исполнительного органа количеством голосов (2/3 составляет 66,67%), следовательно, общее собрание от 11.12.2019 г. было проведено в отсутствие кворума, что свидетельствует о его недействительности (ничтожности).

В п. 14 Обзора от 25.12.2019 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019) отмечено, что суд может отказать в признании решения общего собрания, не получившего необходимого большинства голосов, недействительным в том случае, если будет установлено, что участник, без голосов которого решение не может быть принято, без уважительных причин уклонялся от участия в собрании и препятствовал принятию общим собранием участников значимых хозяйственных решений, отсутствие которых существенно затруднило деятельность общества (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Вместе с тем, как разъяснено в п. 5 названного Обзора судебной практики, решение общего собрания участников (акционеров) подлежит признанию недействительным независимо от того, каким размером доли в уставном капитале (количеством акций) владеет истец, в случае если доказано существенное нарушение процедуры созыва общего собрания участников (акционеров), которое воспрепятствовало участнику (акционеру) реализовать право на участие в принятии решений, связанных с управлением обществом.

При этом ответчиком не оспаривается, что ФИО1 о проведении внеочередного собрания участников общества финансовым управляющим уведомлена не была.

Более того, суд считает обоснованными доводы общества, основанные на приведенной в определении Верховного Суда РФ от 17.05.2018 по делу N 305-ЭС17-20073 позиции, о том, что финансовый управляющий осуществляющий права участника организации, принадлежащие должнику, обязан действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно.

При этом, согласно пункту 10.10 устава общества «Энергоэффект», утвержденного решением общего собрания участников от 26.05.2017 (протокол N 10), директором общества может быть трудоспособное физическое лицо, не ограниченное в гражданской дееспособности, обладающее необходимыми профессиональными знаниями и опытом практической управленческой деятельности, которое может не являться участником общества.

Вместе с тем, из данных ФИО3 в судебном заседании пояснений и ответов на вопросы, суд не усмотрел, что он обладает необходимыми профессиональными знаниями и опытом практической управленческой деятельности в области передачи электроэнергии и технологического присоединения к распределительным электросетям. Сам ФИО3 пояснил, что назначен директором общества с технической стороны вопроса по управлению объектами общества, иными управленческими вопросами не занимался, выдавал доверенности.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2019 в рамках дела о банкротстве ФИО4 № А50-32815/2017 частично жалоба на финансового управляющего ФИО2 и признаны незаконными: бездействие управляющего ФИО2, выразившееся в непроведении оценки имущества должника и необращении в суд с ходатайством об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества; указание в отчетах недостоверных сведений; действия по смене директора в обществе «Энергоэффект» 24.05.2019; ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО4

При таких обстоятельствах, по мнению суда, оспариваемое решение общего собрания общества «Энергоэффект» не может быть признано принятым с соблюдением требований Закона, иных правовых актов, устава общества, поэтому заявленные требования подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы подлежат взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст. 110, ст.ст. 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

Требования удовлетворить.

Признать недействительным решение внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>), оформленное протоколом от 11.12.2019, о прекращении полномочий директора общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» ФИО5 и назначении директором общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» ФИО3.

Взыскать с финансового управляющего ФИО4 ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 000 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня изготовления в полном объеме через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Т.В. Морозова