Постановление от 11 октября 2024 г. по делу № А32-56341/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-56341/2022
г. Краснодар
11 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2024 года. Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2024 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Илюшникова С.М. и Посаженникова М.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шумен И.К., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 23.03.2023), от индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) – ФИО4 (доверенность от 31.10.2023), в отсутствие конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Кубанская судоходная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО5, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.05.2024 по делу № А32-56341/2022, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ООО «Кубанская судоходная компания» (далее – должник) определением от 27.05.2024 утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве прекращено.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение, ссылаясь на то, что производство по делу прекращено преждевременно при наличии нерассмотренного заявления о признании недействительным договора возмездного оказания услуг от 01.12.2020; суд не принял во внимание, что стоимость имущества должника существенно занижена, в результате заключения мирового соглашения платежеспособность должника не будет восстановлена, будут нарушены права ФИО1, как залогодержателя 99,99% доли в уставном капитале должника, согласие которого на заключение мирового соглашения не получено, а также права ФИО1, как кредитора, не принимавшего участия в собрании кредиторов при рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения.

В отзывах конкурсный управляющий и индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – предприниматель) просят в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании представители ФИО1 и предпринимателя повторили доводы, изложенные в жалобе и отзыве.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 03.10.2024.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что основания для отмены судебного акта отсутствуют.

Как видно из материалов дела, 11.11.2022 предприниматель обратился с заявлением о признании должника банкротом; определением от 02.12.2022 принято заявление о признании должника банкротом; определением от 06.03.2023 заявление признано обоснованным, введена процедура наблюдения; решением от 31.01.2024 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

В материалы дела представлен протокол собрания кредиторов должника от 20.03.2024, на котором принято решение о заключении мирового соглашения (79,48% голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов, включенных в реестр на дату проведения собрания кредиторов).

ФИО1 обратился с заявлением о признании недействительным решения собрания кредиторов должника от 20.03.2024.

Определением от 24.05.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.07.2024, в удовлетворении заявления отказано. Суды исходили из того, что ФИО1 не представлено доказательств нарушения его прав принятым решением собрания кредиторов.

Как установили суды в рамках названного обособленного спора, до 12.04.2019 ФИО1 являлся единственным участником должника. ФИО1, ФИО6 и ООО «Южморсервис» 12.04.2019 заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале должника, согласно которому ФИО1 продал принадлежащую ему долю в уставном капитале должника номинальной стоимостью 11 712 тыс. рублей ФИО7.(0,01%) и ООО «Южморсервис» (99,99%); в договоре предусмотрено условие о том, что отчуждаемая часть доли (99,99%) признается находящейся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем обязанности по оплате доли; сведения о залоге доли внесены в ЕГРЮЛ; ФИО1, как залогодержатель 99,99% доли в уставном капитале должника, осуществляет права участника должника.

Как установили суды, по данным бухгалтерской отчетности должника за 2017 и 2018 годы сумма основных средств составляла 3 536 тыс. рублей и 1 919 тыс. рублей, по состоянию на конец 2019 года сумма основных средств должника составила 302 тыс. рублей, при этом сумма активов на конец 2019 года помимо основных средств составляла 10 890 тыс. рублей, в том числе: 9 263 тыс. рублей запасов, 1 627 тыс. рублей дебиторской задолженности; выручка и доходы в 2018 и 2019 годах составляли 0 рублей, следовательно, должником в указанный период деятельность не велась, денежные средства от реализации запасов и взыскания дебиторской задолженности не поступали; бухгалтерская и налоговая отчетность за 2020 – 2022 годы в налоговый орган не предоставлялась; 11.02.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом адресе должника, 28.11.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о единоличном исполнительном органе должника (основанием для внесения записи о недостоверности сведений о руководителе должника явились представленные в налоговый орган заявление об увольнении и приказ от 05.11.2020, изданный за два года до обращения бывшего руководителя в регистрирующий орган).

Суды, установив, что ФИО1, как лицо, у которого в залоге находится доля в уставном капитале должника в размере 99,99%, не осуществлял каких-либо действий в качестве участника в интересах должника, признали его поведение недобросовестным, в значительной степени отличающимся от поведения, ожидаемого от лица, осуществляющего права участника должника с долей 99,99%. Суды оценили как недобросовестное поведение ФИО1, не исполнявшего установленных законом обязанностей участника должника, указав, что он не вправе извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения, оспаривая решение собрания кредиторов об утверждении мирового соглашения со ссылкой на фактическое прекращение должником деятельности в результате исполнения мирового соглашения, которое не соответствует цели мирового соглашения, как реабилитационной процедуры. Суды также установили, что на балансе должника числится иное имущество, указав, что в случае исполнения мирового соглашения должник вернется к показателям 2019 года, которые в полной мере устраивали как его руководителя, так и участников. Суды не признали заниженной стоимость имущества должника, определенную по результатам оценки.

На момент проведения собрания кредиторов от 20.03.2024 в реестр требований кредиторов включены требования предпринимателя в размере 7 260 628,08 рублей; требования индивидуального предпринимателя ФИО8 в размере 1 123 402,85 рублей; требования ФИО1 в размере 169 956,38 рублей. Мировым соглашением предусмотрено, что предприниматель погашает требования кредиторов, путем перечисления денежных средств по реквизитам, представленным кредиторами, должник в счет погашения требований перед предпринимателем передает ему судно – плавучий кран СПК-1, 1977 года и судно – плавучий кран СПК-3, 1977 года, рыночная стоимость которых определена на основании отчета об оценке от 01.03.2024 в размере 4 510 900 рубле и 4 213 800 рублей; оставшуюся разницу между рыночной стоимостью имущества должника и размером погашенных требований перед кредиторами предприниматель перечисляет на основной счет должника, открытый конкурсным управляющим.

Как установил суд и не оспаривают участвующие в деле лица, задолженность перед кредиторами первой и второй очереди отсутствует.

Согласно пункту 1 статьи 150 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должник, его конкурсные кредиторы и уполномоченные органы вправе заключить мировое соглашение. В силу пункта 2 названной статьи решение о заключении мирового соглашения со стороны конкурсных кредиторов и уполномоченных органов принимается собранием кредиторов. Решение собрания кредиторов о заключении мирового соглашения принимается большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов в соответствии с реестром требований кредиторов и считается принятым при условии, если за него проголосовали все кредиторы по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника.

Согласно пункту 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017), при утверждении мирового соглашения суд должен выяснить, соответствуют ли его условия целям этой реабилитационной процедуры банкротства и не нарушают ли они обоснованных ожиданий всех кредиторов. Наличие у каждого из конкурсных кредиторов требований к несостоятельному должнику определяет их правовой статус и правомерный интерес, которым является получение в результате мирового соглашения большего по сравнению с тем, на что можно было бы рассчитывать в результате незамедлительного распределения конкурсной массы. Само по себе заключение мирового соглашения не гарантирует безусловное достижение указанного результата, поскольку итог будущей хозяйственной деятельности должника зависит от многих, в том числе сложнопрогнозируемых, факторов. Однако процедура утверждения мирового соглашения в любом случае должна обеспечивать защиту меньшинства кредиторов от действий большинства в ситуации, когда уже на стадии его утверждения очевидно, что предполагаемый результат не может быть достигнут. Основанием для отказа арбитражным судом в утверждении мирового соглашения является противоречие условий мирового соглашения названному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам (пункт 2 статьи 160 Закона о банкротстве). В связи с этим при утверждении мирового соглашения суду необходимо выяснить, в каких целях заключается мировое соглашение – направлено ли оно, как это определил законодатель, на возобновление платежеспособности должника, включая удовлетворение требований кредиторов, либо применяется не в соответствии с предназначением института мирового соглашения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22.07.2022 № 14-П).

В данном случае в результате исполнения мирового соглашения требования кредиторов должника удовлетворяются в полном объеме, поэтому основания для вывода о нарушении прав кредиторов отсутствуют (в материалы дела представлены доказательства исполнения мирового соглашения в части перечисления кредиторам денежных средств).

При рассмотрении обособленного спора об оспаривании решения собрания кредиторов суды не установили занижения стоимости передаваемого предпринимателю в качестве отступного имущества должника, определенной по результатам отчета об оценке от 01.03.2024. В рамках настоящего обособленного спора не представлены относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о том, что два плавучих крана 1977 года выпуска могли быть проданы в процедуре конкурсного производства по цене, значительно превышающей стоимость определенную оценщиком, принимая также во внимание затраты на проведение процедуры конкурсного производства и проведение торгов.

Суды в рамках обособленного спора по оспариванию решения собрания кредиторов о заключении мирового соглашения установили, что на балансе должника, помимо основных средств, числится 9 263 000 рублей запасов, 1 627 000 рублей дебиторской задолженности, выручка и доходы в 2018 и 2019 годах составляла 0 рублей, следовательно, должником в указанный период деятельность не велась, денежные средства от реализации запасов и взыскания дебиторской задолженности не поступали.

Довод лица, являвшегося единственным участником и после отчуждения доли осуществляющего права участника должника с долей 99,99% о том, что условия мирового соглашения не соответствуют целям реабилитационной процедуры в данном случае не является основанием для отмены судебного акта, принимая во внимание, что в рамках иного обособленного спора суды пришли к выводу о том, что должником фактически с 2018 года деятельность не осуществлялась и в результате исполнения мирового соглашения должник вернется к показателям 2019 года, которые в полной мере устраивали как его руководителя, так и участников.

С учетом установленного недобросовестного поведения ФИО1, не исполнявшего установленных законом обязанностей участника должника до процедуры банкротства, основания для отмены определения суда ввиду нарушения прав ФИО1, как залогодателя доли в уставном капитале участника должника, не давшего согласия на совершение крупной сделки, отсутствуют, поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения

Оспаривание ФИО1 в рамках дела о банкротстве заключенного должником и предпринимателем договора от 01.12.2020 возмездного оказания услуг по стоянке плавучих кранов не является препятствием для утверждения мирового соглашения. Кроме того, требования предпринимателя к должнику, вытекающие из названного договора, подтверждены решением Арбитражного суда г. Москвы от 02.03.2022 по делу № А40-252611/2021. ФИО1 обжаловал названное решение в апелляционном и кассационной порядке, ссылаясь на то, что руководитель должника не подписывал договор от 01.12.2020. Постановлением апелляционного суда от 31.05.2023, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 22.09.2023, решение от 02.03.2022 оставлено без изменения. Суды исходили из того, что по данным ЕГРЮЛ единоличным исполнительным органом должника являлось лицо, подписавшее спорный договор, договор скреплен печатью организации, руководитель должника не мог не знать о том, что с декабря 2020 года два плавучих крана находится на стоянке у гидротехнического сооружения, принадлежащего предпринимателю; факт утраты печати должника документально не подтвержден, плавучие краны до настоящего времени находятся на стоянке у гидротехнического сооружения. Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, заявление физического лица о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ датировано 21.11.2022, то есть спустя год после его увольнения. Кроме того, названное заявление подано спустя более девяти месяцев с даты принятия судом первой инстанции решения о взыскании с должника задолженности по указанной сделке и после подачи предпринимателем заявления о признании должника банкротом.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства основания для отмены судебного акта по доводам, изложенным в кассационной жалобе, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.05.2024 по делу № А32-56341/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

М.Г. Калашникова

Судьи

С.М. Илюшников

М.В. Посаженников