Постановление от 13 июля 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1774/14


Екатеринбург

14 июля 2020 г. Дело № А60-52543/2012


Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2020 г. Постановление изготовлено в полном объеме 14 июля 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Сушковой С. А., Столяренко Г. М.


рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» (далее – общество «СК «Арсеналъ») и арбитражного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 04.12.2019 по делу № А60-52543/2012 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 23.11.2018);

общества с ограниченной ответственностью «Промышленные инвестиции» (далее – общество «УПИ») - ФИО4 (доверенность

от 04.03.2020).


От саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих» (далее – СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих») поступило ходатайство о рассмотрении жалоб без его участия. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.02.2013 принято к производству заявление общества «УПИ» о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2013 в отношении общества «УПИ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Вершинин Егор Николаевич.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.05.2014 общество «УПИ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; определением суда от 26.05.2014 конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В рамках дела о банкротстве общества «УПИ» 27.04.2018 кредитор ФИО6 и участник должника ФИО2 обратились в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего должника ФИО1 и взыскания с конкурсного управляющего должника ФИО1 в пользу должника убытков в размере 50 157 655 руб. 73 коп.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «БИН Страхование», общество «СК «Арсеналъ».

Кредитор ФИО6, ФИО2 05.02.2019 также обратились в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО1 в виде несвоевременного розыска имущества у лиц, причастных к убыткам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2019 заявление ФИО6 и ФИО2 о признании бездействия конкурсного управляющего ФИО1 в виде несвоевременного розыска имущества у лиц, причастных к убыткам должника незаконным оставлено без рассмотрения.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда Свердловской области от 23.04.2019 определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2019 отменено, направлен вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 16.08.2019 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2019 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2019 заявление ФИО6, ФИО2 о признании бездействия конкурсного управляющего ФИО1 в виде несвоевременного розыска имущества у лиц причастных к убыткам должника незаконным и заявление ФИО6, ФИО2 о взыскании убытков с конкурсного управляющего ФИО1 в размере 50 157 655 руб. 73 коп. объединены для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2019 производство по делу о банкротстве должника прекращено в связи с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного


апелляционного суда от 05.03.2020 заявления Молочковой Н.С. и

ФИО2 удовлетворены частично: признано незаконным бездействие конкурсного управляющего должника ФИО1, выразившееся в непринятии мер по установлению имущества у должника; с ФИО1 в пользу должника взысканы убытки в размере 15 987 000 руб.

Общество «СК «Арсеналъ» и арбитражный управляющий ФИО1, не согласившись с определением суда первой инстанции от 04.12.2019 и постановлением суда апелляционной инстанции от 05.03.2020, обратились в суд округа с самостоятельными кассационными жалобами.

В кассационной жалобе общество «СК «Арсеналъ» просит обжалуемые судебные акты отменить, обособленный спор передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Кассатор указывает, что суды неправильно распределили бремя доказывания.

При этом кассатор отмечает, что конкурсный управляющий ФИО1 обратился с заявлением о взыскании солидарно убытков 18.11.2014, суд первой инстанции определением от 21.03.2016 взыскал 133 000 000 руб. с

ФИО3 и ФИО7; суд апелляционной инстанции изменил судебный акт суда первой инстанции и 23.09.2016 взыскал убытки с

ФИО8 79 800 000 руб., ФИО7 - 33 250 000 руб.,

ФИО6 - 13 300 000 руб., с ФИО3 - 5 320 руб., с


ФИО9 - 665 000 руб.; затем 02.11.2016 суд округа приостановил исполнение судебного акта до 26.01.2017 (дата постановления Арбитражного суда Уральского округа); заявление о выдаче исполнительных листов подано конкурсным управляющим в суд 14.02.2017, фактически исполнительные листы были получены только 15.11.2017. Таким образом, причинно- следственная связь между действиями конкурсного управляющего и возможными убытками от продажи имущества ФИО8 отсутствуют.

Кассатор обращает внимание, что в связи с принятием собранием кредиторов 07.04.2017 решения о продаже дебиторской задолженности на торгах - конкурсный управляющий организовал торги, при этом одновременное взыскание в исполнительном производстве было невозможным, так как могло повлечь изменение предмета торгов (размера дебиторской задолженности).

Кассатор считает, что отсутствие доказательств принятия мер к принудительному взысканию дебиторской задолженности не свидетельствует о наличии реальной возможности ее взыскания и о необоснованности ее продажи.

По мнению кассатора, заявители не доказали факт утраты возможности пополнения конкурсной массы, исполнительное производство в отношении ФИО8 не прекращено, то есть заявители не доказали факт возникновения убытков на стороне должника.

В свою очередь, арбитражный управляющий ФИО1, обращаясь в суд округа с кассационной жалобой, просит обжалуемые судебные акты


отменить, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Арбитражный управляющий ФИО1 полагает, что суд должен был отказать в удовлетворении заявления ФИО6, так как с 29.05.2019 она утратила статус конкурсного кредитора должника (определением

от 29.05.2019 требования всех кредиторов признаны погашенными, 17.07.2019 прекращено производство по делу о банкротстве).

По утверждению кассатора, именно активные действия конкурсного управляющего по взысканию убытков с контролирующих должника лиц и обусловили погашение третьим лицом всего реестра требований кредиторов и мораторных процентов в полном объеме.

Кассатор указывает, что суд рассмотрел по существу требования одного и того же заявителя, так как ФИО2 приобрел долю у

ФИО6 (53,35%) в период банкротства, до приобретения доли был ее представителем как участника должника; общество «УПИ» находится в постоянном банкротстве с 2011 года из-за корпоративного конфликта между ФИО8 и ФИО6 (дело № А60-983/2011, А60-52543/2012,

А60-52754/2019 (иск ФИО8 о признании недействительным решения общего собрания); подача обществом «УПИ» 05.11.2019 заявления о признании банкротом только ФИО8, хотя убытки взысканы со всех контролирующих должника лиц).

Кассатор считает, что вывод апелляционного суда о том, что конкурсный управляющий должен был в течение сорока дней между постановлением суда округа и определением суда округа о приостановлении предъявить исполнительные листы к принудительному исполнению основан на формальном подходе при игнорировании имеющейся процедуры выдачи исполнительных листов, тем более что исполнительные листы были оформлены первой инстанцией только 24.10.2016 (исполнение приостановлено 02.11.2016 - что составляет девять дней, а не сорок).

Кассатор считает, что суды не приняли во внимание следующее: регистрация прекращения права собственности ФИО8 на недвижимое имущество произведена 24.01.2017 (то есть документы датированы еще ранее), а приостановление исполнения отменено 26.01.2017.

Кассатор обращает внимание, что конкурсный управляющий

ФИО1, действуя разумно и добросовестно, в рамках решений, принятых на собрании кредиторов 07.04.2017 (в признании недействительными которых ФИО6 было отказано определением от 23.08.2017) организовал электронные торги, при этом одновременное взыскание в исполнительном производстве было невозможным, так как могло повлечь изменение предмета залога (размера дебиторской задолженности). Впоследствии торги были отменены постановлением суда округа от 01.11.2017, задатки были возращены потенциальным покупателям (в том числе задаток в размере 900 000 руб. за дебиторскую задолженность ФИО8).


По мнению арбитражного управляющего Зелютина К.П., суды не учли, что общество «УПИ» обратилось с заявлением о признании Лысякова А.В. банкротом (дело № А60-63550/2019), то есть имеет возможность самостоятельно оспорить сделки, совершенные Лысяковым А.В.

Кассатор отмечает, что Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не содержит такой обязанности у арбитражного управляющего как розыск имущества у лиц, причастных к убыткам должника.

Арбитражный управляющий ФИО1 указывает, что в рамках дела о банкротстве суд фактически рассмотрел корпоративный спор, направленный на защиту прав участников общества и не имеющий никакого отношения к защите прав кредиторов должника, заявления ФИО6 и ФИО2 - это злоупотребление правом.

Кассатор считает, что суд апелляционной инстанции неправомерно принял почтовую квитанцию от 01.10.2016 в качестве доказательства направления в адрес ФИО1 требования о принятии мер по поиску имущества контролирующих должника лиц.

Арбитражный управляющий ФИО1 полагает, что экспертное заключение содержит ряд существенных недостатков: эксперту были представлены не все запрошенные им документы; эксперт ошибочно указывает на отсутствие обременений в отношении оцениваемого недвижимого имущества; эксперт некорректно включает ставку НДС в рыночную стоимость.

СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих» в своем отзыве поддерживает позицию кассаторов, просит определение суда первой инстанции от 04.12.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 05.03.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО6 и ФИО2

Отзыв на кассационную жалобу, поступивший от общества «УПИ», судом округа к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют доказательства направления его лицам, участвующим в деле. Поскольку отзыв подан в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», то таковой возвращению на бумажном носителе не подлежит.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.02.2013 возбуждено дело о банкротстве общества «УПИ».

Определением суда от 30.04.2013 в отношении должника введено наблюдение, решением суда от 05.05.2014 должник признан банкротом с


открытием конкурсного производства, определением суда от 26.05.2014 конкурсным управляющим утвержден Зелютин К.П.

В рамках дела о банкротстве общества «УПИ» 18.11.2014 конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО7, ФИО9 ФИО6 и ФИО8 солидарно убытков в размере 167 393 400 руб.

До рассмотрения заявления по существу конкурсный управляющий заявил отказ от требования в части взыскания убытков с ФИО9,

ФИО6, ФИО8


В ходе рассмотрения спора конкурсный управляющий порядке, определенном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнил заявленные требования, просил взыскать с ФИО3 и ФИО7 солидарно в пользу должника убытки в размере

133 000 000 руб.


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2016 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, с ФИО3 и ФИО7 солидарно в пользу должника взысканы убытки в размере

133 000 000 руб.

Не согласившись с данным определением, ФИО3 и


ФИО7 обратились в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Определением от 01.06.2016 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции и не принял отказ конкурсного управляющего от требований в части взыскания убытков с ФИО9, ФИО6, ФИО8

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 23.09.2016 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: в пользу должника взысканы убытки с ФИО8 в размере 79 800 000 руб., ФИО7 в размере 33 250 000 руб., ФИО3 в размере

5 320 000 руб., ФИО6 в размере 13 300 000 руб., ФИО9 в размере 665 000 руб. (далее – корпоративные убытки).

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 02.11.2016 исполнение постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 было приостановлено.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.01.2017 оставлено без изменения постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016, отменено принятое приостановление исполнения.

Конкурсный управляющий ФИО1 14.02.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение постановления суда апелляционной инстанции от 23.09.2016, был получен конкурсным управляющим 15.11.2017.

Согласно сведениям с официального сайта Федеральной службы судебных приставов России, исполнительные листы на принудительное


исполнение постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016, предъявлены конкурсным управляющим к исполнению в декабре 2017 года - феврале 2018 года.

ФИО6 22.01.2018 обратилась в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в непредоставлении для ознакомления документов, в том числе копий постановлений о возбуждении исполнительных производств, копий исполнительных листов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.04.2018 жалоба ФИО6 удовлетворена: признано незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО1, выразившееся в сокрытии информации о ходе конкурсного производства, в том числе непредъявления исполнительных листов к исполнению.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда


от 03.07.2018 определение суда первой инстанции от 09.04.2018 отменено, в удовлетворении жалобы ФИО6 отказано.

В Арбитражный суд Свердловской области 22.03.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Группа содействия» о намерении удовлетворить в полном объеме требования кредиторов общества «УПИ».

Определением суда от 17.04.2019 указанное заявление удовлетворено, определением суда от 29.05.2019 требования кредиторов к обществу «УПИ» признаны удовлетворенными.

Определением суда от 17.07.2019 производство по делу о банкротстве общества «УПИ» прекращено.

В Арбитражный суд Свердловской области 01.11.2019 поступило заявление общества «УПИ» о признании ФИО8 несостоятельным (банкротом), в связи с наличием у последнего задолженности в размере 79 800 000 руб., подтвержденная судебным актом.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2019 возбуждено дело № А60-63550/2019 о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО8; определением суда от 21.01.2020 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, решением суда от 15.06.2020 введена процедура реализации имущества гражданина.

В Арбитражный суд Свердловской области от 05.12.2019 поступило заявление ФИО1 о признании общества «УПИ» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.12.2019 возбуждено дело № А60-68903/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества «УПИ».

Обращаясь в рамках настоящего дела о банкротстве общества «УПИ» с рассматриваемым заявлением о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего должника ФИО1 и взыскания с конкурсного управляющего должника ФИО1 в пользу должника убытков в размере 50 157 655 руб. 73 коп., кредитор ФИО6 и


участник должника «УПИ» Александров А.М. ссылались на то, что конкурсным управляющим должника Зелютиным К.П. не были приняты своевременные меры по формированию конкурсной массы, в результате бездействия конкурсного управляющего должника Зелютина К.П. произошло выбытие ликвидного имущества из владения (собственности) Лысякова А.В., в нарушение обязанности по обеспечению сохранности имущества должника конкурсный управляющий длительное время не предъявлял к принудительному исполнению исполнительный лист в отношении Лысякова А.В., конкурсный управляющий должника не предпринимал действий по оспариванию сделок, совершенных Лысяковым А.В., должник и его кредиторы оказались лишены возможности возместить убытки за счет имущества Лысякова А.В., в результате действий конкурсного управляющего причинен имущественный ущерб.

Рассматривая заявленные требования по существу, суды первой и апелляционной инстанций установили, что постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков удовлетворено частично, взысканы в пользу должника убытки с ФИО8 в размере 79 800 000 руб., с ФИО7 в размере 33 250 000 руб., с ФИО3 в размере

5 320 000 руб., с ФИО6 в размере 13 300 000 руб., с ФИО9 в размере 665 000 руб.

Основанием для подачи конкурсным управляющим ФИО1 заявления о взыскании с контролирующих должника лиц корпоративных убытков и основанием для удовлетворения апелляционным судом поданного заявления явилось установление судом факта утраты имущества общества – должника в результате цепочки согласованных действий лиц, контролирующих должника, по выводу активов должника (предпринятых до возбуждения дела о банкротстве).

Указанный судебный акт вступил в законную силу 23.09.2016.


Доказательства исполнения ответчиками – контролирующими должника лицами судебного акта о взыскании с них убытков в добровольном порядке или в ходе исполнительного производства – в материалах дела отсутствуют, судами не установлены. Согласно пояснениям участников спора (не опровергнутых истцами) в настоящее время между бенефициарами общества – должника продолжается корпоративный конфликт между ФИО8 и иными участниками (М-выми (впоследствии – также ФИО2), ФИО9).

Обращаясь с жалобой на действия конкурсного управляющего ФИО1 и с заявлением о взыскании с него убытков, истцы (представляющие часть контролирующих должника лиц, находящихся в конфронтации с ФИО8..) указывали по сути два основания для взыскания убытков: 1 – непринятие конкурсным управляющим обеспечительных мер в отношении одного из ответчиков по корпоративным убыткам (ФИО8); 2 – непринятие конкурсным управляющим своевременных мер по предъявлению исполнительного листа о взыскании с ФИО8 взысканных постановлением


Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 корпоративных убытков.

По мнению истцов, так как ФИО8 произведено отчуждение ликвидных активов (регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости осуществлена 24.01.2017), бездействие конкурсного управляющего по необращению с ходатайством о принятии обеспечительных мер в отношении ФИО8 и по непредъявлению исполнительного листа в отношении ФИО8 (незамедлительно после вступления в силу постановления, которым взысканы корпоративные убытки) – привело к невозможности принудительного исполнения судебного акта о взыскании с ФИО8 в пользу общества и, тем самым, причинило обществу убытки.

В качестве оснований для удовлетворения заявленных требований судами указаны следующие обстоятельства.

Во-первых, исполнительный лист от 24.10.2016 № ФС 013771019 в отношении ФИО8 предъявлен конкурсным управляющим должника ФИО1 в службу судебных приставов в феврале 2018 года, то есть более года с момента изготовления арбитражным судом указанного листа и доказательств, свидетельствующие о наличии каких-либо уважительных причин несвоевременного предъявления исполнительных листов, арбитражным управляющим ФИО1 не представлены.

Во-вторых, определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.04.2018 удовлетворена жалоба ФИО6, бездействие конкурсного управляющего должника ФИО1 признано не соответствующим закону. В указанном определении суд пришёл к выводу о сокрытии арбитражным управляющим ФИО1 информации о ходе конкурсного производства, в том числе о причинах непредъявления исполнительных листов к исполнению.

В-третьих, ФИО1 не представлено доказательств исполнения требований участника должника ФИО2 (чьи интересы в рамках дела о банкротстве и в рамках настоящего обособленного спора преимущественно представляет один из ответчиков по корпоративным убыткам – ФИО10, не исполнивших свою обязанность по возмещению корпоративных убытков ни в добровольном, ни в принудительном порядке) о принятии мер по поиску и выявлению имущества контролирующих должника лиц.

В-четвертых, один из ответчиков – ФИО8 после вынесения постановления апелляционного суда от 23.09.2016 о взыскании с контролирующих должника лиц корпоративных убытков и выдачи исполнительных листов продал 10 объектов недвижимого имущества по договору купли-продажи недвижимого имущества и ипотеки от 02.06.2016. В собственности ФИО8 остались земельный участок с расположенным на нём жилым домом, вероятнее всего являющимся для него единственным жильём, обращение взыскания на который не допускается законом; рыночная стоимость отчужденных объектов по заключению эксперта, составила на 12.01.2017 15 987 000 руб.


В-пятых, приостановление исполнения судебного акта не препятствует обращению в суд с ходатайством о принятии обеспечительных мер, однако с такими ходатайствами о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество (запрещения регистрационных действий) конкурсный управляющий в суд не обращался.

На основании указанных обстоятельств суды пришли к выводу, что последовавшая невозможность взыскания с ФИО8 в пользу общества присужденных убытков явилась следствием бездействия конкурсного управляющего ФИО1.

Однако, удовлетворяя заявление контролирующих должника лиц о взыскании убытков с конкурсного управляющего - за неисполнение одним из таких контролирующих лиц судебного акта (принятого по инициативе конкурсного управляющего) о взыскании корпоративных убытков со всех бенефициаров должника (в ситуации, когда истцами также своя обязанность по возмещению корпоративных убытков не исполнена до настоящего времени), - судами не учтено следующее.

Согласно статьям 20.3, 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах кредиторов и общества, принимать меры по защите имущества должника. В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, по обеспечению сохранности имущества должника, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности сделок, заключенных или исполненных должником, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами, направленными на возврат имущества должника.

С даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства должник, его участники и кредиторы могут заявить требования о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве ответственность арбитражного управляющего носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что


ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, истцы по настоящему спору, требующие взыскания убытков с арбитражного управляющего ФИО1, должны доказать противоправность его поведения, факт возникновения убытков, а также причинно-следственную связь между поведением управляющего и наступившими негативными последствиями на стороне должника и кредиторов.

Первое основание для взыскания убытков с конкурсного управляющего ФИО1 (несвоевременное предъявление исполнительного листа) мотивировано судами следующим.

Согласно данным Картотеки арбитражных дел, исполнительные листы на принудительное исполнение постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 были изготовлены арбитражным судом 24.10.2016.

Заявление о выдаче исполнительных листов было подано конкурсным управляющим должника ФИО1 в арбитражный суд 14.02.2017, исполнительные листы получены конкурсным управляющим 15.11.2017.

Исполнительный лист от 24.10.2016 № ФС 013771019 в отношении ФИО8 предъявлен конкурсным управляющим должника ФИО1 в службу судебных приставов в феврале 2018 года, то есть более года с момента изготовления арбитражным судом указанного листа (24.10.2016).

09.02.2018 на основании исполнительного листа от 24.10.2016 № ФС 013771019 в отношении ФИО8 возбуждено исполнительное производство № 932/18/66062-ИП.

Доказательства, свидетельствующие о наличии каких-либо уважительных причин несвоевременного предъявления исполнительных листов, арбитражным управляющим ФИО1 не представлены.

По состоянию на дату вынесения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 и выдачи исполнительного листа, согласно данным из ЕГРП, ФИО8 принадлежало 12 объектов недвижимого имущества (нежилых производственных зданий, земельного участка).

После вынесения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 и выдачи исполнительных листов на принудительное исполнение ФИО8 продал 10 объектов недвижимого имущества по договору купли-продажи недвижимого имущества и ипотеки

от 02.06.2016. В собственности ФИО8 остались земельный участок с расположенным на нем жилым домом, вероятнее всего являющимся для него единственным жильем, обращение взыскания на который не допускается законом. В соответствии с экспертным заключением эксперта общества с ограниченной ответственностью «ЭкспертКом» (далее – общество «ЭкспертКом») ФИО11 № 209-19/Э рыночная стоимость отчужденных


объектов недвижимого имущества по состоянию на 12.01.2017 составляла

15 987 000 руб.


Учитывая, что исполнение постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2016 было приостановлено постановлением Арбитражного суда Уральского округа 02.11.2016, суд апелляционной инстанции сделал вывод, что суд первой инстанции обоснованно указал, что между датой вступления в законную силу судебного акта и его приостановлением прошло сорок дней, в течение которых, конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно, имел возможность обратить судебный акт к принудительному исполнению и потребовать от судебного пристава-исполнителя ареста имущества должника, однако, указанных мер не предпринял. Доказательства, свидетельствующие об уважительности причин данного бездействия, конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлены.

Относительно данного основания суд округа полагает необходимым отметить следующее.

Срок, в течение которого арбитражный управляющий должен получить исполнительный лист на основании вынесенного судебного акта, а также срок направления исполнительного листа для принудительного исполнения, действующим законодательством не установлен.

Вместе с тем, имеющееся правовое регулирование подразумевает необходимость соблюдения конкурсным управляющим разумных сроков на совершение таких действий с учетом установленных процессуальным законодательством правил выдачи исполнительных листов.

Согласно статьям 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункту 17.1, 17.2 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 100 – исполнительный лист на судебный акт (в настоящем обособленном споре - постановление суда апелляционной инстанции о взыскании корпоративных убытков) выдается судом первой инстанции после поступления дела из суда апелляционной инстанции (без ходатайства взыскателя).

Выдача исполнительного листа судом подразумевает, как правило, не только его оформление и подписание в электронном виде, но и направление взыскателю в установленном порядке (по почте, либо на основании заявления – вручение представителю взыскателя на руки). Наличие у взыскателя потенциального права обратиться с ходатайством о получении представителем исполнительного листа на руки не нивелирует обязанности суда по направлению соответствующего исполнительного листа в адрес взыскателя.

Само по себе наличие в материалах дела копии исполнительного листа от 24.10.2016 № ФС 013771019 и соответствующих сведений в Картотеке арбитражных дел указывает лишь на его изготовление судом первой инстанции 24.10.2016.


Однако ни судом первой, ни судом апелляционной инстанции в рамках настоящего обособленного спора не устанавливался факт получения спорного исполнительного листа представителем взыскателя 24.10.2016 (факт обращения с ходатайством о получении листа на руки), либо факт направления судом первой инстанции в установленном порядке исполнительного листа в адрес взыскателя и (допустим) незаконного уклонения арбитражного управляющего от получения корреспонденции суда.

Более того, сами суды в рамках настоящего обособленного спора установили, что фактически исполнительные листы в отношении ответчиков (с которых взысканы корпоративные убытки) были получены конкурсным управляющим только после его обращения в суд с соответствующим ходатайством от 14.02.2017, при этом непосредственно получение произошло уже в ноябре 2017 года.

При этом конкурсным управляющим приведены разумные пояснения относительно обращения с таким ходатайством 14.02.2017: после принятия судом округа постановления от 26.01.2017 об оставлении в силе постановления апелляционного суда о взыскании корпоративных убытков, поступления дела в суд первой инстанции и неполучении к тому моменту исполнительных листов каким-либо способом от суда первой инстанции.

С учетом установленных самими судами обстоятельств и хронологии действий, суд округа не может согласиться с итоговым выводом судов о незаконном бездействии конкурсного управляющего в течение 40-дневного периода с момента вступления в законную силу постановления апелляционного суда (о взыскании корпоративных убытков) и до момента приостановления судом округа исполнения данного постановления. Более того, даже если рассчитывать потенциальный период непринятие конкурсным управляющим мер по принудительному взысканию – период с 24.10.2016 (дата оформления судом первой инстанции исполнительного листа) и до 02.11.2016 (принятие судом округа определения о приостановлении исполнения) – составляет не 40 дней, а 6 рабочих дней.

Относительно второго указанного судами основания: наличие определения суда первой инстанции от 09.04.2018 об удовлетворении жалобы ФИО6 на бездействие конкурсного управляющего должника ФИО1 (сокрытии арбитражным управляющим ФИО1 информации о ходе конкурсного производства, в том числе о причинах непредъявления исполнительных листов к исполнению) – суд округа полагает необходимым отметить следующее.

Указанное определение суда первой инстанции было отменено постановлением апелляционного суда от 03.07.2018 (оставленным в силе постановлением окружного суда от 16.10.2018), в удовлетворении заявления ФИО6 о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО1 судом апелляционной инстанции было отказано. При вынесении данного постановления апелляционный суд особо отметил, что между конкурсным управляющим и ФИО6 и ФИО3 имеется конфликт, поскольку в отношении ФИО6


и Молочкова С.Б. вынесено решение о взыскании убытков, которое в настоящий момент вступило в законную силу и не исполнено.

Относительно третьего указанного судами основания: неисполнение требований участника должника ФИО2 о принятии мер по поиску и выявлению имущества контролирующих должника лиц – суд округа полагает необходимым отметить следующее. Судами установлено, что данное требование было направлено конкурсному управляющему 01.10.2016. Принимая во внимание даты вступления в законную силу постановления апелляционного суда о взыскании корпоративных убытков, даты оформления исполнительных листов судом первой инстанции и порядок выдачи исполнительных листов взыскателю (о чем уже было указано ранее в мотивировочной части настоящего постановления при рассмотрении судом округа первого основания) – фактически третье основание совпадает с первым, в связи с чем также не может являться основанием для взыскания заявленных убытков (и удовлетворения жалобы на действия конкурсного, соответственно).

Относительно четвертого и пятого основания (реализация одним из корпоративных ответчиков – ФИО8 10 объектов недвижимости по договору от 02.06.2016 и необращение конкурсного с ходатайством о принятии обеспечительных мер) – суд округа полагает необходимым отметить следующее.

Действительно, как в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, так и согласно сложившейся судебной практике неотъемлемым элементом верховенства права (часть 1 статьи 1, часть 2 статьи 4 Конституции Российской Федерации) является принцип эффективной судебной защиты субъективных прав, что отражено как в национальном законодательстве, так и в международно-правовых актах.

Судебное решение, вынесенное в пользу конкурсной массы должника (в пользу кредиторов; либо, как в рассматриваемом случае прекращения производства по делу в связи с полным удовлетворением требований всех кредиторов – в пользу должника), предоставляет законные основания для обращения взыскания на имущество ответчика – контролирующего должника лица, но само по себе к фактическому восстановлению прав кредиторов не приводит (до момента полного исполнения судебного акта).

При этом эффективность судебной защиты (исполнимость будущего судебного акта) может быть обеспечена с помощью таких процессуальных механизмов как институт обеспечительных мер (ускоренные и предварительные меры защиты).

Для применения обеспечительных мер испрашивающее их лицо должно подтвердить разумные подозрения о наличии предусмотренных частью 2 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований; например, при рассмотрении дел о банкротстве кредитных организаций - указания заявителей на обычно складывающуюся практику сокрытия недобросовестными руководителями своего имущества при их привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам банков- банкротов, что впоследствии делает невозможным исполнение судебного акта,


с одновременным обоснованием недобросовестности поведения ответчика (противодействия арбитражному управляющему, сокрытие документов, информация о наличии у ответчика намерения реализовать крупные ликвидные активы и так далее).

При этом в силу части 2 стать 64 АПК РФ вероятность наступления событий, являющихся основанием обеспечительных мер, может подтверждаться в том числе объяснениями участвующего в деле лица.

Таким образом, само по себе предъявление имущественных требований арбитражным управляющим к контролирующим должника лицам (взыскание убытков, привлечение к субсидиарной ответственности) – не означает автоматического и безусловного удовлетворения судом любого поданного ходатайства о принятии обеспечительных мер путем наложения ареста на имущество таких ответчиков. В обосновании необходимости принятия таких мер должны быть приведены как минимум объяснения участника процесса с указанием конкретных причин, позволяющих сомневаться в возможности исполнения судебного акта в отношении конкретного лица.

Соответственно, само по себе непредъявление любым арбитражным управляющим в любом обособленном споре (о взыскании убытков либо привлечении к субсидиарной ответственности) по любому делу о банкротстве - ходатайства о принятии обеспечительных мер в отношении имущества ответчиков – не означает, что при отказе в будущем такого ответчика возместить взысканное добровольно или невозможности возместить взысканное в принудительном порядке – всё неполученное конкурсной массой (или обществом – должником) должно автоматически и безусловно возмещаться арбитражным управляющим через механизм взыскания убытков.

Требующий взыскание таких убытков истец должен обосновать, а рассматривающий такой спор суд должен установить – какие именно обстоятельства конкретного дела свидетельствуют о том, что разумный и добросовестный арбитражный управляющий должен был обратиться с ходатайством о принятии обеспечительных мер (например, ситуации, когда конкурсный управляющий, находящийся в сговоре с ответчиком и осведомленный о его намерении реализовать ликвидные активы в целях недопущения обращения на них взыскания, сознательно не обращается с ходатайством (умысел арбитражного управляющего), либо когда конкурсный управляющий, обладающий или должный обладать информацией о намерении ответчика реализовать ликвидные активы (или предпринять иные действия аналогичной направленности), своевременно не обращается с ходатайством о принятии обеспечительных мер (грубая неосторожность арбитражного управляющего).

Однако в рамках настоящего обособленного спора судами такие обстоятельства не устанавливались, истцы на такие обстоятельства не ссылались.

Таким образом, с учетом требований статей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 20.3, 20.4, 129 Закона о банкротстве, принимая во внимание установленные самими судами фактические обстоятельства спора,


у судов отсутствовали основания для удовлетворения требований Молочковой Нины Сергеевны и Александрова Александра Михайловича.

Принимая во внимание, что судами все фактические обстоятельства споры установлены с достаточной полнотой, суд округа полагает возможным, отменив обжалуемые судебные акты, принять судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, не передавая дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Произведенное определением Арбитражного суда Уральского округа


от 29.05.2020 приостановление исполнения определения Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2019 по делу № А60-52543/2012 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2020 по тому же делу, подлежит отмене в силу положений части 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2019 по делу № А60-52543/2012 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2020 по тому же делу отменить.

В удовлетворении требований ФИО6 и ФИО2 отказать.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2019 по делу № А60-52543/2012 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2020 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 29.05.2020.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Н. Новикова

Судьи С.А. Сушкова

Г.М. Столяренко