Решение от 29 января 2024 г. по делу № А70-11276/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-11276/2023
г. Тюмень
29 января 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 января 2024 года. Полный текст решения изготовлен 29 января 2024 года.


Судья арбитражного суда Тюменской области Лоскутов В. В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении арбитражного суда Тюменской области по адресу: <...> кабинет 715, дело по иску

Заместителя прокурора Тюменской области

К муниципальному казенному учреждению «Стройзаказчик»

И обществу с ограниченной ответственностью «Гефест»

О признании недействительным муниципального контракта и применении последствий его недействительности

Лицо, ведущее протокол судебного заседания, помощник судьи А.С. Ермолаева.

при участии в заседании от сторон

от прокуратуры Тюменской области: ФИО1 на основании служебных удостоверений.

от ответчиков: не явились. Заявив ходатайство об участии в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции с применением информационной системы «Картотека арбитражных дел», которое было удовлетворено определением Суда от 19 января 2024 года, ООО «Гефест» к информационной системе не подключилось.




установил:

Заявлен иск о признании недействительным муниципального контракта и применении последствий его недействительности (том 1 л.д. 3-11).

Ответчики представили отзывы на исковое заявление (том 2 л.д. 10-15, 23-28, 67-73, 107-109), при этом ООО «Гефест» возражает против удовлетворения заявленных требований.

От прокуратуры Тюменской области поступили возражения на отзывы ответчиков (том 2 л.д. 95-98, 118-120) и пояснения (том 2 л.д. 103-104), ООО «Гефест» представило возражения (том 2 л.д. 107-109, 125-131).

Ответчики в заседание не явились, извещены надлежащим образом в соответствии со статьями 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, заслушав представителя прокуратуры, Суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

29 ноября 2022 года МКУ «Стройзаказчик» (Заказчик), в лице директора ФИО2 и ООО Гефест» (Подрядчик) в лице директора ФИО3, заключили муниципальный контракт № 29 на содержание детских игровых площадок, для выполнения работ по уборке снега в зимний период, в соответствии с которым ООО «Гефест» обязалось в срок до 31 декабря 2022 года выполнить согласованные сторонами работы на общую сумму 910 107, 60 рублей (том 1 л.д. 14-65, том 2 л.д. 29-45).

По данному муниципальному контракту ООО «Гефест» выполнило работы на общую сумму 576 794 рублей (том 1 л.д. 66-70, том 2 л.д. 46-52, 86-93), которые без замечаний приняты МКУ «Стройзаказчик» и оплачены в указанном размере платежным поручением № 928 от 26 января 2023 года (том 1 л.д. 71-72, том 2 л.д. 54). 30 января 2023 года ответчики заключили соглашение о расторжении муниципального контракта (том 1 л.д. 73, том 2 л.д. 53).

Согласно распоряжению Администрации города Ялуторовска № 73-рк от 02 июля 2021 года, ФИО2 назначен на должность директора МКУ «Стройзаказчик» (том 1 л.д. 74-89, 112-157). ФИО2 с 17 ноября 2001 года состоит в браке с ФИО4 (до замужества ФИО5) Светланой Андреевной (том 1 л.д. 90-101). Матерью ФИО6 является ФИО3 (том 1 л.д. 102-103), которая является учредителем и генеральным директором ООО «Гефест» (том 1 л.д. 104-111, 158-161).

В связи с данными обстоятельствами истец полагает, что при заключении муниципального контракта у директора МКУ «Стройзаказчик» ФИО2 возникла обязанность по урегулированию конфликта интересов в порядке, предусмотренном пунктом 5 части 2 статьи 13.3 Федерального закона Российской Федерации «О противодействии коррупции» поскольку при заключении контракта с генеральным директором ООО «Гефест» ФИО7, которая является матерью супруги ФИО2, возникла ситуация, при которой личная заинтересованность ФИО2 могла повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное осуществление им, как директором учреждения, обязанностей и возложенных законом полномочий. Вместе с тем, директором МКУ «Стройзаказчик» ФИО2 обязанность по уведомлению главы города Ялуторовска о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения не исполнена. Вышеуказанные обстоятельства, по утверждению прокуратуры, свидетельствуют о коррупционных проявлениях при заключении муниципального контракта, поскольку сделка совершена в условиях конфликта интересов, не регулированного в установленном законом порядке. Учитывая изложенное, полагая, что оспариваемый муниципальный контракт заключен при наличии конфликта интересов между руководителем заказчика и единоличным исполнительным органом участника закупки, что нарушает прямо выраженный законодательный запрет, установленный частью 2 статьи 8 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», тем самым посягает на публичные интересы, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

В силу части 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как указано в пункте 2 статьи 168 этого же Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пунктах 74 и 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Согласно части 2 статьи 8 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг. Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок, операторами электронных площадок, операторами специализированных электронных площадок любых действий, которые противоречат требованиям данного Федерального закона.

Пункт 9 части 1 статьи 31 этого же Закона устанавливает единое требование к участникам закупки об отсутствии между ними и заказчиком конфликта интересов, предусматривая случаи, при которых конфликт интересов имеет место. Согласно этой норме, при осуществлении закупки заказчик устанавливает единые требования к участникам закупки, в том числе отсутствие между участником закупки и заказчиком конфликта интересов, под которым понимаются случаи, при которых руководитель заказчика, член комиссии по осуществлению закупок, руководитель контрактной службы заказчика, контрактный управляющий состоят в браке с физическими лицами, являющимися выгодоприобретателями, единоличным исполнительным органом хозяйственного общества (директором, генеральным директором, управляющим, президентом и другими), членами коллегиального исполнительного органа хозяйственного общества, руководителем (директором, генеральным директором) учреждения или унитарного предприятия либо иными органами управления юридических лиц - участников закупки, с физическими лицами, в том числе зарегистрированными в качестве индивидуального предпринимателя, - участниками закупки либо являются близкими родственниками (родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии (родителями и детьми, дедушкой, бабушкой и внуками), полнородными и неполнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами), усыновителями или усыновленными указанных физических лиц. Под выгодоприобретателями для целей настоящей статьи понимаются физические лица, владеющие напрямую или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) более чем десятью процентами голосующих акций хозяйственного общества либо долей, превышающей десять процентов в уставном капитале хозяйственного общества. Отказ от заключения контракта с победителем осуществляется в любой момент до заключения контракта, если заказчик или комиссия по осуществлению закупок обнаружит, что участник закупки не соответствует требованиям, указанным в части 1, частях 1.1., 2 и 2.1. (при наличии таких требований) названной статьи, или предоставил недостоверную информацию в отношении своего соответствия указанным требованиям.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о применении пункта 9 части 1 статьи 31 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 28 сентября 2016 года, государственный (муниципальный) контракт, заключенный победителем торгов и заказчиком при наличии между ними конфликта интересов, является ничтожным (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Часть 7 статьи 38 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» предусмотрено, что руководитель заказчика, руководитель контрактной службы, работники контрактной службы, контрактный управляющий обязаны при осуществлении закупок принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации «О противодействии коррупции», в том числе с учетом информации, предоставленной заказчику в соответствии с частью 23 статьи 34 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 2 части 6 статьи 39 этого же Закона, понятие «личная заинтересованность» используется в значении, указанном в Федеральном законе Российской Федерации «О противодействии коррупции».

Круг лиц, одновременное участие которых при осуществлении закупок свидетельствует о конфликте интересов, определяется в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 31 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Несмотря на то, что указанный пункт в качестве ограничения для участия в закупке наличие «свойственной» связи «теща-зять» не предусматривает, указанная норма, с учетом вышеуказанных положений, подлежит применению с учетом закрепленных в Федеральном законе Российской Федерации «О противодействии коррупции» понятий конфликта интересов и личной заинтересованности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона Российской Федерации «О противодействии коррупции», под конфликтом интересов понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий).

Под личной заинтересованностью в соответствии с часть 2 статьи 10 Федерального закона Российской Федерации «О противодействии коррупции» понимается возможность получения доходов в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом, указанным в части 1 настоящей статьи, и (или) состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами (родителями, супругами, детьми, братьями, сестрами, а также братьями, сестрами, родителями, детьми супругов и супругами детей), гражданами или организациями, с которыми лицо, указанное в части 1 настоящей статьи, и (или) лица, состоящие с ним в близком родстве или свойстве, связаны имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов возлагается на государственных и муниципальных служащих, а также на иные категории лиц в случаях, предусмотренных федеральными законами, установлена частью 3 статьи 10 Федерального закона Российской Федерации «О противодействии коррупции».

В соответствии с частью 1 статьи 11 Закона, лицо, указанное в части 1 статьи 10 этого закона, обязано принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов. Частью 2 статьи 11 этого же Закона предусмотрено, что лицо, указанное в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, обязано уведомить представителя нанимателя (работодателя), иное уполномоченное лицо, определенное настоящим Федеральным законом, другими нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, в порядке, установленном нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, государственных корпораций, публично-правовых компаний, Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, Федерального фонда обязательного медицинского страхования, иных организаций, создаваемых Российской Федерацией на основании федеральных законов, о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, как только ему станет об этом известно.

Пунктом 3 статьи 11 поименованного Закона предусмотрено, что представитель нанимателя, работодатель, иное уполномоченное лицо, указанное в части 2 настоящей статьи, если им стало известно о возникновении у лица, указанного в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, личной заинтересованности, которая приводит или может привести к конфликту интересов, обязаны принять меры по предотвращению или урегулированию конфликта интересов.

Таким образом, Федеральный закон Российской Федерации «О противодействии коррупции» устанавливает правила предотвращения и урегулирования конфликта интересов - ситуации, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, которое обязано принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им обязанностей (осуществление полномочий), и возлагает обязанность принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта.

При этом статьей 13. 3 Федерального закона Российской Федерации «О противодействии коррупции», обязанность по разработке и принятию мер по предупреждению и противодействию коррупции, в том числе предотвращение и урегулирование конфликта интересов, возложена на все организации.

Между тем, в нарушение вышеуказанных требований законодательства, уведомления о заинтересованности, наличии конфликта интересов при проведении закупки в адрес главы главы Ялуторовска направлено не было, что не может свидетельствовать о добросовестности при заключении контракта.

Возражения ООО «Гефест» о том, что директору МКУ «Стройзаказчик» ФИО2 не было известно об участии ООО «Гефест» носят предположительный характер, ничем не подтверждаются и потому подлежат отклонению. Отклоняя доводы ООО «Гефест» относительно исполнения муниципального контракта, Суд учитывает, что исполнение сторонами контракта не влияет на результат рассмотрения настоящего спора, поскольку само по себе конфликта интересов между заказчиком и исполнителем не устраняет.

Из вышеуказанных положений Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и Федерального закона Российской Федерации «О противодействии коррупции» следует, что заключение договора с лицом, взаимосвязанным с заказчиком, само по себе создает условия для конфликта интересов.

То обстоятельство, что ООО «Гефест» являлось единственным участником закупки и других участников не имелось, не предоставляет возможности не учитывать нормы подпункта 9 пункта 1 статьи 31 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Из смысла части 1 статьи 24 этого Закона следует, что закупки осуществляются заказчиками как конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей), так и путем осуществления закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя). Статья 31 этого же Закона содержит требования, которые предъявляются законодателем к участникам закупки, в том числе часть 1 данной статьи установлено, что при осуществлении закупки заказчик устанавливает единые требования к участникам закупки.

Из анализа указанных норм следует, что все участники закупок, проводимых в рамках закупок, должны соответствовать требованиям федерального законодательства.

Исключений из данного положения в зависимости от количества участников закупки законом не предусмотрено, таким образом, оспариваемый муниципальный контракт, который заключен при наличии неурегулированного конфликта интересов между заказчиком и поставщиком, нарушает прямо выраженный законодательный запрет, установленный частью 2 статьи 8 во взаимосвязи с пунктом 9 части 1 статьи 31 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», тем самым посягает на публичные интересы.

Суд приходит к выводу о том, что спорный контракт является недействительной (ничтожной) сделкой, нарушающей публичные интересы, противоречащий статьям 8 и 31 Федерального Закона Российской Федерации «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

По смыслу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, вследствие недействительности договора каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По общему правилу поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд без государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя права требовать оплаты соответствующего предоставления (пункт 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 года, пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, пункт 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 года № 165, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 июня 2013 года № 37/13, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2013 года № 18045/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2016 года № 303-ЭС-13256).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу части 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В данном случае заключение муниципального контракта при наличии конфликта интересов, непринятия мер к урегулированию конфликта само по себе порождает разумные сомнения в надлежащем исполнении обязательств по контракту, в связи с чем не имеется оснований полагать, что заключение контракта с ООО «Гефест» не оказало влияние на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им обязанностей заказчика по контракту, поэтому Суд приходит к выводу о наличии оснований для применения в качестве последствий признания сделки недействительной взыскание с ООО «Гефест» в пользу МКУ «Стройзаказчик» всего полученного по сделке, то есть 576 794, 40 рублей.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 181-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд




Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) муниципальный контракт № 29 на содержание детских игровых площадок, для выполнения работ по уборке снега в зимний период от 29 ноября 2022 года, заключенный между муниципальным казенным учреждением «Стройзаказчик» и обществом с ограниченной ответственностью «Гефест», применить последствия недействительности в виде обязания общества с ограниченной ответственностью «Гефест» возвратить муниципальному казенному учреждению «Стройзаказчик» денежные средства в размере 576 794 рубля 40 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гефест» в доход бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Стройзаказчик» в доход бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через арбитражный суд Тюменской области.




Судья


Лоскутов В.В.