Решение от 29 ноября 2017 г. по делу № А41-68486/2017

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-68486/17
г. Москва
29 ноября 2017 года.
Резолютивная часть решения объявлена 22 ноября 2017 года.

Мотивированное решение изготовлено 29 ноября 2017 года.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Смирнова О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шестаковой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело №А41-68486/17 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Вокорд СофтЛаб» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 143025, МО, <...>), Закрытому акционерному обществу «Вокорд Телеком» о признании дополнительных соглашений от 12.01.2015 к лицензионным договорам с ЗАО «Вокорд Телеком» недействительными,

при участии:

от истца: ФИО1 лично по паспорту серии <...>,

от ответчиков: от ООО «Вокорд СофтЛаб» - ФИО2 по доверенности №56 от 11.09.2017, от ЗАО «Вокорд Телеком» - ФИО3 по доверенности от 14.09.2017.



УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Вокорд СофтЛаб» и Закрытому акционерному обществу «Вокорд Телеком» о признании заключённых ответчиками дополнительных соглашений от 12 января 2015 года к лицензионным договорам №№001/Л от 14.04.2010, 002/Л от 04.05.2010, 003/Л от 04.05.2010, 004/Л от 04.05.2010, 005/Л от 04.05.2010, 006/Л от 04.05.2010, 007/Л от 04.05.2010, 011/Л от 28.03.2012, 012/Л от 28.03.2017, 013/Л от 28.03.2012, 014/Л от 28.03.2012, 016/Л недействительными как крупных сделок с заинтересованностью, не одобренных в установленном законом порядке.

В качестве обоснования своих исковых требований заявитель ссылается на подписание ответчиками 12.01.2015 оспариваемых дополнительных соглашений о расторжении лицензионных договоров и обязательстве лицензиата погасить имеющуюся задолженность в срок до 31.12.2016, с нарушением положений статей 45 и 46 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 78, 79, 81-84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах».

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования в полном объеме, а представители ответчиков против их удовлетворения возражали, считая доводы истца необоснованными.

Рассмотрев материалы искового заявления, исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, выслушав представителей сторон, суд полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Согласно материалам дела, ФИО1 является участником ООО «Вокорд СофтЛаб» с долей в размере 26,506022% уставного капитала общества, что сторонами не оспаривается, а также занимает должность старшего вице-президента ЗАО «ВокордТелеком» на основании трудового договора от 03.08.2015 №Т-15-002.

В свою очередь, ООО «Вокорд СофтЛаб» (основное общество) владеет 100% акций ЗАО «ВокордТелеком» (дочернее общество).

Между ООО «Вокорд СофтЛаб» (лицензиар) и ЗАО «ВокордТелеком» (лицензиат) были заключены лицензионные договоры №№001/Л от 14.04.2010, 002/Л от 04.05.2010, 003/Л от 04.05.2010, 004/Л от 04.05.2010, 005/Л от 04.05.2010, 006/Л от 04.05.2010, 007/Л от 04.05.2010, 011/Л от 28.03.2012, 012/Л от 28.03.2017, 013/Л от 28.03.2012, 014/Л от 28.03.2012, 016/Л от 28.03.2012 сроком на 70 лет, по условиям которых лицензиар предоставляет лицензиату право использования объектов интеллектуальной собственности – программных обеспечений в порядке, предусмотренном договорами, а лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договорами вознаграждение. Лицензиар гарантирует, что является правообладателем исключительного права на программные обеспечения.

В соответствии с пунктом 2.1 лицензионных договоров, лицензиат вправе использовать программные обеспечения следующими способами: право на реализацию (распространение) программного обеспечения (в том числе любыми включенными в него текстами, дополнительными программами и другими объектами авторского права) с возможностью передачи права на распространение третьим лицам; право на воспроизведение, включая, но не ограничиваясь правом на инсталляции и запуска программного обеспечения; право на гарантийное, техническое и сервисное обслуживание программного обеспечения.

Впоследствии 12.01.2015 между сторонами указанных лицензионных договоров были подписаны 12 оспариваемых по настоящему делу дополнительных соглашений к ним, по условиям которых лицензиат и лицензиар пришли к соглашению о расторжении заключенных ранее договоров с указанием сроков погашения лицензиатом образовавшейся на дату расторжения задолженности в срок до 31.12.2016.

Мотивируя свои требования по настоящему делу, истец, со ссылкой на статьи 45, 46 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 78, 79, 81-84 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» указал, что оспариваемые дополнительные соглашения являются для общества недействительными крупными сделками с заинтересованностью. Так, дополнительные соглашения от 12.01.2015 заключены без надлежащего одобрения участниками и советом директоров ООО «Вокорд СофтЛаб», единственного акционера и совета директоров ЗАО «ВокордТелеком», при том, что генеральный директор дочернего общества входил в состав совета директоров основного общества, а генеральный директор основного общества входил в состав директоров дочернего общества. Кроме того, по мнению истца, заключение указанных сделок повлекло за собой причинение убытков ООО «Вокорд СофтЛаб» на сумму 2047470767 руб. 65 коп. в связи с прекращением уплаты лицензионного вознаграждения, а также истцу как участнику указанного общества. При этом, суммарная стоимость активов общества по состоянию на 01.01.2015 года по данным бухгалтерской отчётности за 2015 год составляла 446420 тыс. руб. Последующего одобрения данных сделок также не было.

Требование о признании сделки недействительной как совершенной с нарушением порядка одобрения крупных сделок и (или) сделок с заинтересованностью хозяйственного общества (далее - общество) подлежит рассмотрению по правилам пункта 5 статьи 45, пункта 5 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), пункта 6 статьи 79, пункта 1 статьи 84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах) и иных законов о юридических лицах, предусматривающих необходимость одобрения такого рода сделок в установленном данными законами порядке и основания для оспаривания сделок, совершенных с нарушением этого порядка. Названные нормы являются специальными по отношению к правилам статьи 173.1 и пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Решая вопрос о том, относится ли сделка к крупным, ее сумму (размер) следует определять исходя из стоимости приобретаемого или отчуждаемого имущества (передаваемого в залог, вносимого в качестве вклада в уставный капитал и т.п.) без учета дополнительных начислений (например, неустоек, штрафов, пеней), требования об уплате которых могут быть предъявлены к соответствующей стороне в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, за исключением случаев, когда будет установлено, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения или ненадлежащего исполнения обществом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и пунктом 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах балансовая стоимость активов общества и стоимость отчуждаемого обществом имущества должны определяться по данным его бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату перед совершением сделки; при наличии предусмотренной законодательством или уставом обязанности общества составлять промежуточную бухгалтерскую отчетность, например, ежемесячную, упомянутые сведения определяются по данным такой промежуточной бухгалтерской отчетности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах и пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью член совета директоров (наблюдательного совета), лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющая организация или управляющий, член коллегиального исполнительного органа общества, участник общества, имеющий совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосов от общего числа голосов участников (акционеров) общества (голосующих акций акционерного общества), а также лицо, имеющее право давать обществу обязательные для него указания, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица являются выгодоприобретателем в сделке либо владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Применяя указанные нормы, необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель по договорам страхования, доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключен договор в соответствии со статьей 430 ГК РФ), либо иным образом извлекает имущественную выгоду, например, получив статус участника опционной программы общества, либо является должником по обязательству, в обеспечение исполнения которого общество предоставляет поручительство либо имущество в залог (за исключением случаев, когда будет установлено, что договор поручительства или договор залога совершен обществом не в интересах должника или без его согласия; так, заключение обществом соглашения с должником об условиях предоставления кредитору поручительства или залога в обеспечение исполнения обязательств должника свидетельствует о том, что должник является выгодоприобретателем в соответствующем договоре поручительства или договоре залога).

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок с заинтересованностью" разъяснено, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 78 и 81 Закона об акционерных обществах);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Оценивая наличие негативных последствий совершения крупной сделки основным обществом в отношении дочернего общества при рассмотрении требования о признании такой сделки недействительной по иску участников (акционеров) основного общества, следует учитывать, что отчуждение имущества в пользу дочернего общества, в том числе такого, акции (доли) которого полностью принадлежали основному обществу, может свидетельствовать о нарушении прав и законных интересов миноритарных участников (акционеров) основного общества, если оно направлено на лишение их на будущее возможности принимать управленческие решения в отношении данного имущества и получать выгоды от его использования в своих интересах.

Если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 настоящего постановления, сделка признается недействительной. Суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 5 статьи 45 и абзац четвертый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

2) к моменту рассмотрения дела в суде сделка одобрена в предусмотренном законом порядке (абзац шестой пункта 5 статьи 45 и абзац шестой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац шестой пункта 6 статьи 79 и абзац шестой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

3) ответчик (другая сторона оспариваемой сделки или выгодоприобретатель по оспариваемой односторонней сделке) не знал и не должен был знать о ее совершении с нарушением предусмотренных законом требований к ней (абзац седьмой пункта 5 статьи 45 и абзац седьмой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац седьмой пункта 6 статьи 79 и абзац седьмой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

Следует отметить, что не требуется соблюдения предусмотренного законом порядка одобрения крупных сделок в случаях, когда сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности общества (пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах).

Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

К сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций (например, на приобретение оптовых партий товаров для последующей реализации их путем розничной продажи).

В случае, если крупная сделка одновременно является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, к порядку одобрения такой крупной сделки применяются положения о сделках с заинтересованностью, за исключением случая, когда в совершении сделки заинтересованы все участники общества; в случае, если в совершении крупной сделки заинтересованы все участники общества, к порядку ее одобрения применяются положения о крупных сделках (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, пункт 5 статьи 79 Закона об акционерных обществах).

Решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается советом директоров (наблюдательным советом) общества большинством голосов директоров (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества), не заинтересованных в ее совершении, или общим собранием участников общества большинством голосов (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества) от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки (абз. 3 п. 4 ст. 45 Закона).

Следует принять во внимание, что истец является участником основного общества - ООО «Вокорд СофтЛаб» и входит в состав органов управления ЗАО «Вокорд Телеком».

Существенных оснований полагать, что голосование истца могло повлиять на результаты голосования по вопросу предварительного или последующего одобрения оспариваемых сделок, судом не установлено.

Также, следует признать обоснованными доводы ответчиков о том, что при расторжении сторонами лицензионных договоров не происходило какого-либо неравноценного приобретения или отчуждения имущества, поскольку в день подписания оспариваемых дополнительных соглашений от 12.01.2015 ответчиками был заключён единый лицензионный договор №0001Л от 12.01.2015 в отношении тех же объектов интеллектуальной собственности в виде программного обеспечения. При этом, согласно пояснениям ответчиков, целью заключения единого лицензионного договора от 12.01.2015 являлась оптимизация порядка уплаты дочерним обществом, реализующим совместно созданную продукцию, лицензионных сборов в адрес основного общества, являющегося разработчиком и собственником используемого для создания указанной продукции программного обеспечения, в рамках их совместной деятельности. В частности, необходимость расторжения ранее заключённых лицензионных договоров была обусловлена наличием к началу 2015 года, согласно представленным актам сверки взаимных расчётов, значительной кредиторской задолженности ЗАО «Вокорд Телеком» перед своей материнской компанией, возникновение которой было вызвано наличием обязанности по ежемесячно уплате твердых сумм лицензионных сборов, объём которых не зависел от объёма реализованной дочерним обществом продукции. В свою очередь, в заключённом 12.01.2015 едином лицензионном договоре порядок уплаты лицензионных сборов был поставлен в зависимость от объёма ежеквартальной реализации фактически совместно создаваемой ответчиками продукции, что позволило минимизировать риски увеличения кредиторской задолженности дочернего общества, а также не исключало возможность получения основным обществом значительно более высокого размера лицензионных платежей в случае существенного роста продаж. Необходимо принять во внимание, что дочернее общество - ЗАО «Вокорд Телеком» является фактически основным потребителем принадлежащих основному обществу - ООО «Вокорд СофтЛаб» объектов интеллектуальных прав, что не оспаривается истцом и позволяет, с учётом совокупности изложенных обстоятельств, прийти к выводу о фактическом перезаключении указанных лицензионных договоров в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Таким образом, оспариваемые дополнительные соглашения являлись частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью оптимизации взаиморасчётов при осуществлении совместной деятельности, приводящей к получению взаимной выгоды. При этом, из содержания бухгалтерского баланса ООО «Вокорд СофтЛаб» за 2015 год следует, что по состоянию на конец 2015 года сумма нераспределённой прибыли составила 220552 тыс. руб., и её размер существенно увеличился по сравнению с концом 2014 года, когда сумма нераспределённой прибыли составляла 200598 тыс. руб.

Изложенное свидетельствует о том, что расторжение оспариваемыми дополнительными соглашениями заключённых ответчиками лицензионных договоров не могло нарушить прав или охраняемых законом интересов истца или ООО «Вокорд СофтЛаб». Какие-либо доказательств того, что расторжение лицензионных договоров при указанных обстоятельствах повлекло причинение убытков ООО «Вокорд СофтЛаб» или истцу, либо возникновения иных неблагоприятных последствий, истцом в установленном законом порядке не представлено.

Доводы истца о том, что должностные лица, исполняющие обязанности единоличных исполнительных органов ООО «Вокорд СофтЛаб» и ЗАО «ВокордТелеком», подписавшие спорные дополнительные соглашения о расторжении лицензионных договоров, превысили свои должностные полномочия, подлежат отклонению как несостоятельные.

Так, в соответствии с пунктом 9.1 Уставов ООО «Вокорд СофтЛаб» и ЗАО «ВокордТелеком», генеральный директор без доверенности действует от имени общества, в том числе, представляет его интересы и совершает сделки, заключает договоры и совершает иные сделки.

В соответствии с пунктом 2.1.6 Положения о Совете директоров ООО «Вокорд СофтЛаб» (далее – Положение), в компетенцию Совета директоров входит принятие решение о совершении сделок, связанных с отчуждением либо возможностью отчуждения прямо или косвенно имущества общества, стоимость которого составляет десять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок.

Согласно пункту 2.1.9 Положения установлена компетенция Совета директоров по решению вопросов по распоряжению правами общества в отношении объектов интеллектуальной собственности, включая выдачу лицензий третьим лицам.

Результатом подписания оспариваемых дополнительных соглашений и последующего перезаключения лицензионного договора являлась оптимизация расчётом между дочерним и материнским обществами в целях предотвращения роста кредиторской задолженности ООО «Вокорд СофтЛаб» в случае значительного снижения объёма реализации готовой продукции, поддержание которого на должном уровне является одной из должностных обязанностей истца как старшего вице-президента ООО «Вокорд СофтЛаб» согласно должностной инструкции (приложение № 4 заключённого с ФИО1 трудового договора от 03.08.2015 № Т-15-002). При таких обстоятельствах, факт заключения сторонами спорных сделок, в данном случае, не привёл к какому-либо неравноценному отчуждению принадлежащего ООО «Вокорд СофтЛаб» имущества или имущественных прав, подлежащего рассмотрению Советом директоров или общим собранием его участников общества.

Остальные доводы истца не имеют какого-либо существенного значения для разрешения настоящего спора.

С учётом совокупности изложенных обстоятельств, суд не находит безусловных, предусмотренных законом оснований для удовлетворения исковых требований.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Десятый арбитражный апелляционный суд.



Судья О.В. Смирнов