Решение от 19 марта 2020 г. по делу № А02-1858/2019

Арбитражный суд Республики Алтай

649000, г. Горно-Алтайск, ул. Ленкина, 4. Тел. (388-22) 4-77-10 (факс)

http://www.my.arbitr.ru/ http://www.altai.arbitr.ru/

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А02-1858/2019
19 марта 2020 года
город Горно-Алтайск


Резолютивная часть решения объявлена 19 марта 2020 года.

Арбитражный суд Республики Алтай в лице судьи Гутковича Е.М., при ведении протокола секретарем судебного заседания Паршиной Л.А., рассмотрел в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению индивидуального предпринимателя Чалчикова Сергея Андреевича (ОГРН 318040000013505, ИНН 040101577135, с. Майма) к индивидуальному предпринимателю Салмину Андрею Васильевичу (ОГРН 305041135600046, ИНН 041100256540, г. Горно-Алтайск)

о взыскании неосновательного обогащения и процентов в общей сумме 350 794,42 руб.

В судебном заседании участвуют представители: от истца ФИО4 по доверенности; от ответчика – ФИО5 по доверенности.

Суд установил:

предприниматель ФИО2 обратился в суд с иском о взыскании с предпринимателя ФИО3 неосновательного обогащения в размере 330 000 руб. и процентов.

В заявлении указано, что истец 21.12.2018 передал ответчику 330 000 руб. в качестве платежа за действующий бизнес диспетчерская служба такси «Вояж», что подтверждается распиской ответчика. По результатам переговоров между сторонами возникли правоотношения по купле продаже имущественного комплекса. Однако, письменно договорные отношения не были оформлены, а требования истца о передаче имущества оставлены ответчиком без удовлетворения. Фактически бизнес на момент продажи был убыточным, в связи с чем ответчику 09.10.2019 была отправлена СМС с требованием возвратить уплаченные средства. Оставление данного требования без удовлетворения послужило основанием обращения истца к директору ООО «Мария» 05.10.2019 для представления его интересов в суде, за что уплачено 30 000 руб. по договору оказания услуг №10.

Первоначально предъявленное в Горно-Алтайский городской суд исковое заявление возвращено определением от 21.10.2019, в связи с тем, что стороны являются субъектами предпринимательской деятельности.

Исковое заявление в арбитражный суд было предъявлено в арбитражный суд 23.10.2019 с одновременным требованием о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество ответчика на сумму 387 502,47 руб., в том числе: неосновательное обогащение 330 000 руб., проценты за период с 21.12.2018 по 21.109.2019 в сумме 20 794,52 руб., расходы по госпошлине 6 707,95 руб. и за услуги представителя 30 000 руб.

Исковое заявление было оставлено без движения в связи с тем, что госпошлина была уплачена не в полном размере, отсутствовало заявление о зачете госпошлины и не соблюдены требования статей 125, 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части содержания искового заявления и обязательных приложений к нему.

Истец, устраняя недостатки иска, доплатил госпошлину в размере 3 308,05 руб. и отказался от заявления об обеспечении иска в связи с отсутствием средств на оплату госпошлины.

21.11.2019 исковое заявление было принято судом к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Ответчику было предложено представить отзыв на иск до 23.12.2019.

Ответчик отзывом от 23.12.2019 заявил возражения против рассмотрения дела в упрощенном порядке, указав, что с исковыми требованиями не согласен.

Ответчик подтвердил, что по результатам переговоров о продаже бизнеса получил от истца 330 000 руб. и передал ему свои связи по договорам оказания услуг такси с 4 организациями, уступил право аренды офисного помещения для размещения диспетчерской службы, оборудованной узлом радиосвязи, мебелью и инвентарем в количестве 33 наименований; переоформил на истца SIM карты 3-х операторов сотовой связи с конечным номером 1111, который в течение 2006-2018 годов указывался в рекламе как номер вызова такси «Вояж». Кроме этого ответчик оказал содействие истцу в регистрации в качестве предпринимателя и получении разрешений Инспекции гостехнадзора Республики Алтай на перевозку пассажиров и багажа.

Получение части имущества истец не оспаривал, что подтверждается его показаниями в отделе полиции от 11.12.2019 в связи с заявлением ответчика о совершении истцом мошеннических действий.

По мнению ответчика, истец злоупотребляет своими правами в связи с чем на основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в иске следует отказать.

Определением от 24.12.2019 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В предварительном судебном заседании 30 января сторонами было заявлено о невозможности урегулировать спор во вне судебном порядке. Судебное заседание 3 марта было отложено по ходатайству представителя ответчика для предоставления дополнительных доказательств и возможности заключения мирового соглашения.

В настоящем заседании представитель истца настаивает на удовлетворении требований в полном объеме, указывая, что ответчик ввел её доверителя в заблуждение и передал ему заведомо убыточный бизнес. Фактически истец как до регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, так и по настоящее время оказывает услуги по перевозке пассажиров и багажа только на своём автомобиле, договоры с другими водителями, работавшими через диспетчерскую службу «Вояж», истцу не передавалась.

Представитель ответчика настаивает на отказе в удовлетворении иска, полагая, что требование о возврате денег, уплаченных истцом за действующий бизнес, вызвано неумением истца продолжить деятельность, которая приносила ответчику доход, следовательно, истец является недобросовестным и в иске следует отказать.

Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей сторон, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные 60 главой кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102).

При этом если отношения между сторонами вытекают из договора, который на момент рассмотрения дела незаключенным, недействительным или расторгнутым не признан, неосновательного обогащения не возникает.

Указанные выводы суд основывает на системном толковании взаимосвязанных норм и положений статей 1102, 1103 Кодекса с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2016 N 1-КГ16-23, от 28.12.2010 N 18-В10-88, постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.10.1996 N 1820/96 по делу N 54/9.

До тех пор пока договор сохраняет свое действие, имеется возможность исполнения предусмотренных им обязательств. Следовательно, если договор сохраняет свое действие, неосновательного обогащения нет (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора").

На основании пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации неосновательное обогащение не подлежит возврату, если воля лица, передавшего денежные средства или иное имущество, была направлена на передачу денег или имущества в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без какого-либо встречного предоставления в дар, либо в целях благотворительности.

В силу положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказать наличие обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо то, что денежные средства или иное имущество получены обоснованно и неосновательным обогащением не являются, должна быть возложена на приобретателя.

Стороны не оспаривают, что передача денежных средств была произведена истцом за приобретение бизнеса, который осуществлял ответчик.

В действующем гражданском законодательстве отсутствует официальные дефиниции «бизнес» и «продажа бизнеса». Бизнес как направление предпринимательской деятельности, не указан в законе как самостоятельный объект права, в связи с чем в практике продажи бизнеса применяются три возможных базовых варианта, как каждый по отдельности, так и в их совокупности: а) приобретение бизнеса как имущественного комплекса, включающего отдельные объекты движимого и недвижимого имущества; б) приобретение набора исключительных прав, навыков, умений, связей как единого целого, то есть так называемой бизнес-системы; в) приобретение корпоративного контроля над существующей компанией.

Ответчик (продавец) осуществлял предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа легковым автотранспортом путем организации диспетчерской службы такси «Вояж», офис которой размещался в арендованном помещении по адресу: <...>. Бренд – такси «Вояж» длительное время рекламировался ответчиком, но не был зарегистрирован в установленном порядке в качестве товарного знака (знака обслуживания). Для оказания услуги такси ИП ФИО3 привлекал собственников легковых автомобилей, а также заключал договоры найма с водителями для работы на принадлежащих ему автомобилях. В целях стабильного получения дохода ответчиком был заключен ряд договоров с учреждениями и организациями на оказание услуг по доставке сотрудников легковым автотранспортом. Диспетчерская служба осуществляла связь с водителями с применением средств радиосвязи, оборудование которой было установлено в офисе и в автомобилях, при этом часть оборудования приобреталась непосредственно водителями такси.

Таким образом, ответчик в своей предпринимательской деятельности обладал набором прав, навыков, умений, связей, используя в своей предпринимательской деятельности принадлежащее ему на праве собственности, а также на иных вещных и обязательственных правах движимое и недвижимое имущество, осуществлял управление этим комплексом, получал доход и уплачивал налоги.

Заявлением от 30.01.2020 ответчик уклонился от участия в судебных заседаниях, поручив ведение дела своему представителю, в связи с чем выявление действительной воли ФИО3 и цели, которую он преследовал при совершении спорной сделки, суд считает не возможным.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 41 Кодекса неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные Кодексом последствия.

Из пояснений ФИО2 в предварительном судебном заседании следует, что он, передавая 21.12.2018 ФИО3 деньги за действующий бизнес – такси «Вояж», представлял, что по этой сделке станет руководителем предприятия как имущественного комплекса. Реализуя свои ожидания, ФИО2 зарегистрировался 27.12.2018 в качестве индивидуального предпринимателя и 01.01.2019 заключил с ОАО «Топливно-Транспортная Компания» договор аренды нежилого помещения площадью 20 кв.м. по адресу: <...>, где располагалось оборудование радиосвязи и офисная мебель диспетчерской службы такси «Вояж».

28.12.2018 истец получил от Минсельхоза Республики Алтай разрешение на осуществление перевозок пассажиров и багажа, но только на один автомобиль, принадлежащий ему на праве собственности. При этом у ФИО3 01.01.2019 были аннулированы свидетельства на 10 автомобилей, используемых под брендом такси «Вояж».

Истцом и представителем ответчика признано, что какие либо акты приема-передачи имущества и имущественных прав в порядке, предусмотренном главами 30 и 34, 40 Гражданского кодекса Российской Федерации, не составлялись. Замена стороны по договору аренды, по действующим договорам оказания услуг такси с организациями-заказчиками, по договорам найма и аренды транспортных средств с экипажем в порядке главы 24 Кодекса не производилась. Передача ответчиком трех SIM карт сотовой связи произведена без замены абонента по договорам оказания услуг с операторами связи, трудовые договоры с водителями в связи со сменой работодателя не переоформлялись.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из расписки ФИО3 и пояснений истца не возможно установить, какие условия передачи бизнеса стороны считали необходимым установить, каким способом будет происходить передача бизнеса.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Из последующего поведения сторон следует, что в процессе переговоров, предшествующих передаче денег, стороны по разному понимали, что собой представляет передача бизнеса, осуществляемого индивидуальным предпринимателем.

Следовательно, в их действиях отсутствовала согласованная воля на установление предмета обязательства, прямое правовое регулирование которого не предусмотрено действующим законодательством.

Последующее поведение сторон также не свидетельствует об их намерении совершить сделки, заключить договоры, опосредующие передачу истцу (покупателю) набора прав, навыков, умений, связей и имущества, использовавшегося продавцом в производственно-хозяйственной деятельности такси «Вояж» до получения ответчиком денег.

Поскольку фактического исполнения передачи бизнес-системы не произошло, предмет соглашения не был определен, и стороны не имели согласованной воли на совершение сделки, обозначенной в расписке ФИО3, полученные им денежные средства являются неосновательным приобретением.

Суд оценил требование ответчика об отказе в удовлетворении иска в связи с недобросовестным поведением истца, который не смог продолжить успешную предпринимательскую деятельность под брендом такси «Вояж», а также требование истца, полагающего недобросовестным поведение ответчика, передавшего ему заведомо убыточный бизнес.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Согласно статье 10 этого кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (пункт 4).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

На момент совершения спорной сделки ФИО2 не обладал статусом индивидуального предпринимателя. Гражданский кодекс Российской Федерации определяет предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (абз. 3 пункта 1 статьи 2).

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" (далее – Постановление № 16) суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере.

В переговорном процессе, предшествующем передаче денег ответчику, истец являлся слабой стороной. В связи с этим его намерение возглавить бизнес-проект такси «Вояж» путем выкупа этого права за 330 000 руб. не может рассматриваться как недобросовестное поведение.

Однако последующее поведение сторон после заключения сделки, а как следует из материалов дела их бездеятельность, может быть оценено как недобросовестное при определенных условиях, но не влечет за собой последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Злоупотребление правом представляет собой умышленное деяние, характеризующееся прямым умыслом на удовлетворение личных интересов, а также прямым или косвенным умыслом на причинение вреда законным интересам других лиц.

При этом злоупотребление правом имеет место в отношении обеих участников правоотношения. На это, в частности, обращено внимание в пункте 8 Постановления № 16. Высший Арбитражный Суд РФ указал, что "возможны ситуации, когда злоупотребление правом допущено обеими сторонами договора, недобросовестно воспользовавшимися свободой определений договорных условий в нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц или публичных интересов.

Поскольку сторонами в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства совершения умышленных действий противной стороной, суд не усматривает оснований для применения пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Несмотря на отложение рассмотрения дела с целью предоставления ответчику возможности представить доказательства о стоимости имущества, оставшегося во владении истца, или предъявления встречного иска об истребовании этого имущества, ответчик таких доказательств не представил и встречный иск не предъявил.

При изложенных обстоятельствах, требование истца о взыскании неосновательного обогащения в размере 330 000 руб. подлежит удовлетворению в полном размере.

При обстоятельствах, изложенных в описательной части решения, у истца отсутствовали основания для обращения в суд до того момента, когда из поведения ответчика и взаимоотношений сторон после передачи денег истцу стало или должно было стать известно о том, что ответчик не намерен заключать с ним договор, равно как и возвращать полученные в счет этого договора денежные средства.

Согласно пункту 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" в соответствии с пунктом 2 статьи 1107 Кодекса на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты, установленные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Как следует из материалов дела, первое обращение истца к ответчику о возврате денег было заявлено в SMS сообщении от 09.10.2019 с указанием пятидневного срока возврата до 14.10.2019 (понедельник), следовательно, просрочка исчисляется с 15.10.2019 и сумма процентов за 7 дней (по состоянию на 21.10.2019, как заявлено истцом) из расчета ключевой ставки ЦБ РФ 7% годовых составляет 443 руб.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку исковые требования удовлетворены частично в размере 94% от заявленных требований судебные расходы, понесенные истцом на оплату государственной пошлины и услуг представителя, подлежат отнесению на ответчика в том же размере.

Суд рассмотрел заявление ответчика о несоразмерности расходов на оплату услуг представителя, понесенных истцом и уменьшении этой суммы до 15 000 руб. суд считает необоснованным. Так, из материалов дела следует, что ответчик также заключил договор оказания юридических услуг с представителем, которому выплатил вознаграждение в размере 30 000 руб.

Представитель ответчика не заявлял возражений против процентов, подлежащих начислению на сумму неосновательного обогащения. Расчет процентов в соответствии с положениями статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации был произведен по инициативе суда. С учетом этого требование ответчика об отнесению на истца части судебных издержек пропорционально сумме процентов, во взыскании которых было отказано, суд считает не правомерным.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Горно-Алтайск) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>, с. Майма) неосновательное обогащение в размере 330 000 руб., проценты по состоянию на 21.10.2019 в сумме 443 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 28 300 руб. и возмещение расходов по госпошлине 9 415 руб., итого: 368 158 (триста шестьдесят восемь тысяч сто пятьдесят восемь) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

В случае несогласия настоящее решение может быть обжаловано в месячный срок со дня изготовления полного текста решения в Седьмой арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.

Судья

Е.М. Гуткович