Постановление от 7 апреля 2026 г. АС Республики Татарстан

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-39423/2018

Дело № А65-37758/2017
г. Казань
08 апреля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 31 марта 2026 года

Полный текст постановления изготовлен 08 апреля 2026 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И.,

при участии посредством веб-конференции:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» - ФИО1, паспорт, лично,

представителя арбитражного управляющего ФИО2 – ФИО3, доверенность от 18.02.2026,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО1 и арбитражного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025

по делу № А65-37758/2017

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО2 убытков в размере 802 717,01 руб. (вх.13339) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-АВИА»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 21.11.2017 поступило заявление акционерного общества «Спектр-Авиа» (далее – АО «Спектр-Авиа») о признании общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» (далее – ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.11.2017 заявление АО «Спектр-Авиа» было принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.02.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «РНГО» (далее – ООО «РНГО») о процессуальном правопреемстве было удовлетворено, в порядке процессуального правопреемства заявитель по делу № А65-37758/2017 был заменен с АО «Спектр-Авиа» на ООО «РНГО».

Указанным определением заявление ООО «РНГО» было признано обоснованным и в отношении ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» была введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО4

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.10.2018 ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.03.2020 ФИО2 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА», конкурсным управляющим был утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.01.2022 конкурсный управляющий ФИО5 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.02.2022 конкурсным управляющим была утверждена ФИО1.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО2 убытков в размере 802 717,01 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.04.2025 заявление принято судом к производству.

Указанным определением суд привлек к участию в рассмотрении заявления в качестве заинтересованных лиц Управление Росреестра по РТ, СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих», арбитражного управляющего ФИО5, страховую компанию «ТИТ».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2025 суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлек к участию в деле в качестве заинтересованного лица общество с ограниченной ответственностью «Розничное и корпоративное страхование» (далее - ООО «РИКС») в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2025 заявление конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО2 убытков в размере 802 717,01 руб. (вх.№13339) было оставлено без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2025 было оставлено без изменения, апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО1 - без удовлетворения.

Не согласившись с судебными актами первой и апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Не согласившись с судебным актом апелляционной инстанции, арбитражный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит изменить мотивировочную часть постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 в отношении вывода о том, что конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в суд с заявлением о взыскании убытков в пределах срока исковой давности. Кассатор ФИО2 просит оставить в силе мотивировочную часть определения суда первой инстанции, содержащую вывод о пропуске исковой давности. В остальной части судебные акты данный кассатор просит оставить без изменения.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО1 ссылается на следующее:

- отказывая в удовлетворении заявленных требований по существу, суды не применили положения пункта 1 статьи 16 Закона о банкротстве, неправильно применили положения статьи 20.3. Закона о банкротстве, что привело к вынесению неправильного судебного акта;

- суды пришли к неверному выводу о наличии у последующих конкурсных управляющих безусловной обязанности заново проверить достоверность реестра требований кредиторов перед выплатой в пользу кредиторов;

- суды не учли, что ФИО5 должен был осуществлять свои полномочия, исходя из презумпции добросовестности ФИО2, у ФИО5 отсутствовали объективные основания полагать, что в реестр требований кредиторов записи внесены некорректно;

- вывод судов об обязанности последующего управляющего всегда перепроверять правильность действий предшественника не соответствует ни закону, ни деловой практике.

В обоснование своей кассационной жалобы арбитражный управляющий ФИО2 ссылается на следующее:

- срок исковой давности на предъявление претензий к ФИО2 в связи с исполнением им обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве ООО «Авиакомпания «Вим-Авиа» истек в июне 2023 года, т.е. спустя три года исковой давности и три месяца, когда утвержденный после ФИО2 разумный конкурсный управляющий мог обнаружить нарушения в его деятельности. Заявление о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО2 было подано 27.02.2025, то есть с пропуском срока исковой давности.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО1 и представитель арбитражного управляющего ФИО2 доводы своих кассационных жалоб поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Проверив в пределах, предусмотренных пунктом 1 статьи 286 АПК РФ, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие сделанных выводов установленным судами обстоятельствам, судебная коллегия считает, что спор подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.


1. Предмет спора (в пределах доводов кассационной жалобы).

Обращаясь с настоящим заявлением о взыскании убытков, причиненных конкурсной массе ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» в размере 802 717,01 руб., конкурсный управляющий основывал свое требование на следующих обстоятельствах.

В период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником ФИО2 был неверно отражен в реестре требований кредиторов размер обязательств должника как агента по уплате алиментов в отношении семи граждан-получателей алиментов в составе заработной платы работников (ФИО6, ФИО7, ФИО8 ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12), в результате чего его правопреемник конкурсный управляющий ФИО5 произвел в пользу этих лиц излишние выплаты за счет конкурсной массы в общей сумме 802 717,01 руб., не подлежащей возврату (пункт 3 статьи 1109 ГК РФ).


2. Обстоятельства, установленные судами первой и апелляционной инстанций. Выводы судов.

2.1. Отклоняя заявление ФИО1, суд первой инстанции подтвердил факт некорректного отражения размера алиментных обязательств в отношении семи вышеуказанных лиц в связи с допущенной технической ошибкой, однако суд счел, что обязанности по ведению реестра требований кредиторов должника для последующего управляющего включают в себя также проверку правильности ранее внесенных сведений, выявление и исправление возможных ошибок, тем более перед проведением расчетов с кредиторами.

Суд первой инстанции установил, что 04.03.2020 реестр требований кредиторов ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» был передан ФИО2 конкурсному управляющему ФИО5, который несет самостоятельную ответственность за излишне произведенные из конкурсной массы выплаты.

Перечисления по алиментам были произведены в период с 28.07.2021 по 02.11.2021 конкурсным управляющим ФИО5, то есть через 1,5 года после передачи реестра требований кредиторов ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО2

Судом принято во внимание, что при получении документов должника от ФИО2 конкурсный управляющий ФИО5 был осведомлен о необходимости постоянной работы по установлению достоверного размера задолженности перед кредиторами второй очереди, и, как следствие, о необходимости дальнейшей корректировки реестровой и текущей задолженности второй очереди путем указания на это в отчете конкурсного управляющего ФИО2 о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства в отношении ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» по состоянию на 17.02.2020.

Суд первой инстанции установил, что некорректное отражение сведений об алиментах в реестре было вызвано технической ошибкой, которая должна была быть обнаружена ФИО5, если бы он произвел предварительную проверку перед проведением выплат.

Поэтому суд первой инстанции посчитал, что причинная связь между некорректным отражением сведений об алиментах в реестре и произведенными необоснованными выплатами отсутствует.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что трехлетний срок исковой давности по настоящему иску следует считать пропущенным, поскольку его необходимо исчислять с учетом разумного срока, в течение которого ФИО5 мог обнаружить некорректные записи, содержащиеся в реестре требований кредиторов - не более 3 месяцев с даты передачи документов (04.03.2020), то есть не позднее 04.07.2020.

Суд также отметил, что в любом случае начало течения срока не может приходиться на период позже июня 2021 года, то есть с того момента, когда последующий управляющий ФИО5 мог обнаружить очевидную ошибку в реестре требований кредиторов, связанную с многомиллионным алиментным обязательством перед ФИО13

2.2. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии причинно-следственной связи между убытками и действиями конкурсного управляющего ФИО2 и посчитал, что ФИО2 не является лицом, в результате действий которого фактически причинен ущерб должнику ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА», поскольку он не осуществлял платежи, приведшие к причинению убытков. Как отметил суд, само по себе ошибочное отражение суммы в реестре еще не влечет возникновение убытков для должника.

Суд апелляционной инстанции счел, что в случае смены арбитражного управляющего в процедуре банкротства любой добросовестный арбитражный управляющий, приняв реестр требований кредиторов, сверяет данные, внесенные в него, с данными бухгалтерской отчетности и иными сведениями, имеющимися в распоряжении арбитражного управляющего. Обязанности по ведению реестра требований кредиторов должника включают в себя также проверку правильности внесенных сведений, выявление и исправление возможных ошибок, тем более перед проведением расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции указал, что данные реестра требований кредиторов, который получил следующий после ФИО2 новый конкурсный управляющий ФИО5 в отношении размера требования ФИО14 по алиментам (241 874 849,12 руб.) явно свидетельствовали об ошибке, поэтому, как посчитал суд, при осуществлении расчетов необходимо было провести дополнительную проверку размера и оснований требований, указанных в реестре, и в отношении остальных получателей алиментов.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не согласился с выводом суда первой инстанции о пропуске заявителем исковой давности, поскольку спорные платежи были осуществлены ФИО5 в период с 28.07.2021 по 02.11.2021, а значит истец не мог узнать о нарушенном праве в виде неосновательной утраты имущества ранее самого момента утраты имущества (момента причинения убытков).

Суд апелляционной инстанции установил, что первые сведения о наличии недостоверной информации в реестре требований кредиторов появились у ФИО1 в связи с обращением кредитора второй очереди ФИО15 о невыплате суммы задолженности по алиментам, которая должна была учитываться в реестре требований кредиторов должника. Указанное обращение поступило по адресу электронной почты конкурсного управляющего 09.06.2022. Сведения об обращении ФИО15 к ФИО5 отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции указал, что именно в процессе рассмотрения обращения ФИО15 конкурсным управляющим ФИО1 был установлен факт недостоверности содержащихся сведений, что послужило основанием для корректировки данных реестра.

Поэтому суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истец мог узнать о причинении убытков не ранее 09.06.2022, таким образом на момент обращения в суд с заявлением о взыскании убытков (27.02.2025) трехгодичный срок исковой давности не истек.


3. Выводы суда кассационной инстанции.

Между тем, суды не учли следующее.

3.1. В настоящем деле требовалось проверить наличие в данном споре оснований для вывода о множественности лиц на стороне причинителей вреда (убытков).

Так, суды не оценили спорные правоотношения с точки зрения того, что если бы ФИО2 не была бы допущена техническая ошибка в реестре требований кредиторов при отражении размера алиментных обязательств работников, действия ФИО5 по выплате алиментов не привели бы к излишним выплатам, даже если бы он осуществил выплаты без необходимой, по мнению судов, предварительной проверки правильности начисления.

Поэтому судам следовало проверить, не привела ли к причинению убытков конкурсной массе совокупность последовательных действий (бездействий) ФИО2 и ФИО5

В ситуации множественности на стороне причинителей вреда судебной практикой выделены, по существу, три вида причинной связи, наиболее полно сформулированные и отраженные в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

В зависимости от вида этой причинной связи размер ответственности причинителей вреда, приходящийся на каждого из них, различен.

Так, по смыслу названного пункта, а также части 1 статьи 1080 ГК РФ если несколько причинителей вреда действовали совместно, они несут ответственность за причиненный вред солидарно (ординарная причинная связь).

В целях квалификации действий причинителей как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

При ординарной причинной связи достаточно, чтобы она имелась между действиями одного из причинителей и наступлением вреда, остальные отвечают в силу своего соучастия.

Если несколько причинителей вреда действовали независимо друг от друга, и действий каждого из них было достаточно для наступления вреда, названные лица также несут ответственность солидарно (дублирующая причинная связь).

При дублирующей причинной связи причинная связь должна существовать между действиями каждого из причинителей и наступлением вреда.

Если же несколько причинителей вреда действовали независимо, и действий каждого из них было недостаточно для наступления вреда, но в совокупности их действия привели к наступлению вреда, данные лица подлежат привлечению к ответственности за причинение вреда в долях (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, определяя долю, приходящуюся на каждого причинителя вреда, пропорционально размеру причиненного им вреда (кумулятивная причинная связь).

Несмотря на то, что разъяснения пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» касаются размера субсидиарной ответственности, особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно по сути опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика - пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д.

При этом конечная цель предъявления соответствующего требования, как и в случае с исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, заключается в необходимости возместить причиненный вред.

Поскольку особенностей определения вида причинной связи нормы о субсидиарной ответственности не содержат, разъяснения, содержащиеся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в части классификации видов причинности в ситуации множественности на стороне причинителей вреда, подлежат применению к любому требованию о возмещении вреда, к требованию о возмещении убытков одному кредитору по разным обязательствам лицами, не состоящими в обязательственных отношениях друг с другом (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).

Таким образом, в настоящем случае, судам следовало проверить наличие кумулятивной причинной связи, при которой ФИО2 и ФИО5 действовали независимо друг от друга, и действий каждого из них было недостаточно для наступления вреда.

Судам следовало установить, могли ли их действия в совокупности привести к наступлению вреда (убытков) для конкурсной массы.

Без такой проверки суды преждевременно исключили ФИО2 из числа причинителей вреда и освободили его полностью от обязанности возместить вред в размере доли в ответственности, приходящейся на него, даже если они полагали, что вклад ФИО5 в причинение убытков являлся более весомым (неосторожность была более грубой), чем вклад ФИО2

При этом отказ истца от предъявления требований к ФИО5 не препятствует взысканию доли, приходящейся на ФИО2, и является риском конкурсного управляющего, несущего ответственность за свои действия перед кредиторами.

3.2. Судами также не учтено, что если признаки кумулятивной причинной связи между действиями ФИО2 и ФИО5 имелись, ФИО2 мог бы быть полностью освобожден от обязанности возместить убытки, причиненные, в том числе, неверным отражением сведений в реестре, только в случае, если им было бы доказано отсутствие его вины в допущенной технической ошибке, повлекшей некорректное отражение сведений в реестре требований кредиторов.

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 401 ГК РФ, применяемому с учетом пункта 2 статьи 307.1 ГК РФ, лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Суды не отразили в судебных актах, по какой причине они пришли к выводу о том, что ФИО2 при формировании реестра проявил ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, и что он принял все меры для надлежащего заполнения реестра в спорной части.

3.3. Суд округа не находит оснований для вывода о пропуске срока исковой давности, поскольку, как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, нарушение права в виде умаления имущественной массы состоялось не ранее совершения самих платежей. Следовательно, потерпевший (должник в лице конкурсного управляющего) не мог узнать о нарушении права ранее самого нарушения.

При этом, коль скоро суды посчитали, что убытки причинены действиями ФИО5, осведомленность об ошибочности сведений в реестре ФИО5, даже если бы он обнаружил ошибку, не может являться основанием для начала исчисления срока исковой давности о взыскании убытков, поскольку убытки причинены его же собственными действиями по выплате алиментов.

Соответственно, срок исковой давности должен исчисляться по дате реальной или предполагаемой осведомленности следующего после выплат конкурсного управляющего, как это правомерно учел суд апелляционной инстанции.

3.4. Суд округа также соглашается с доводом конкурсного управляющего ФИО1 о том, что вывод судов о безусловной обязанности последующего управляющего перепроверять достоверность ранее сформированного реестра при осуществлении выплат не основан на нормах права и оценке доказательств.

Напротив, последующий управляющий, по общему правилу, должен исходить из добросовестности своего предшественника в вопросе формирования реестра требований кредиторов (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), тем более учитывая формализованный порядок передачи реестра, установленный пунктом 8 Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 09.07.2004 № 345 «Об утверждении Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов».

Согласно абзацу 5 пункта 11 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 11.10.2023) неразумность действий (бездействия) арбитражного управляющего считается доказанной, в частности, когда он принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, а до принятия решения не предпринял действий по получению необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункты 3, 4, 12 постановления № 62).

Между тем суды не привели оценки деловой практики, которая бы свидетельствовала о сложившемся обыкновении перепроверять достоверность реестра, в части, сформированной предшественником.

3.5. Вместе с тем, суды указали на наличие противоречий в реестре и отметок в отчете ФИО2, которые должны были побудить ФИО5 перепроверить обоснованность выплачиваемых им в качестве алиментов сумм.

Данные выводы не являются противоречивыми и основаны на оценке доказательств, переоценка которых не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Поэтому доводы конкурсного управляющего ФИО1 о наличии исключительной вины ФИО2 в причинении убытков конкурсной массе противоречат установленным судами первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам.


4. Указания суда кассационной инстанции.

При новом рассмотрении суду следует:

- проверить наличие кумулятивной причинной связи между последовательными действиями ФИО2 и ФИО5 и наступлением убытков;

- предложить ФИО2 доказать отсутствие вины в его действиях по ошибочному отражению сведений об алиментах, а именно, то, что при формировании реестра он проявил ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, и что он принял все меры для надлежащего заполнения реестра в спорной части;

- при недоказанности отсутствия вины в действиях ФИО2 распределить совокупный размер причиненных убытков, определив долю, приходящуюся на каждого причинителя вреда, то есть на ФИО2 и на ФИО5, в зависимости от их вклада в причинение вреда и/или степени упречности их поведения;

- распределить судебные расходы в связи с рассмотрением кассационных жалоб по итогам нового рассмотрения спора (абзац 2 части 3 статьи 289 АПК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2025 по делу № А65-37758/2017 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья


Судьи

О.В. Зорина


А.Г. Иванова


Н.А. Третьяков