Постановление от 26 февраля 2026 г. 3 ААС (Третий арбитражный апелляционный суд)

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-21772/2023к26
г. Красноярск
27 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 февраля 2026 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего Чубаровой Е.Д.,

судей: Радзиховской В.В., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Щекотуровой Я.С. (в судебном заседании 04.02.2026), секретарем судебного заседания Таракановой О.М. (в судебных заседаниях: 10.02.2026, 17.02.2026),

при участии в судебном заседании:

заявителя жалобы - индивидуального предпринимателя ФИО1 (паспорт), его представителя ФИО2 (действующего на основании устного ходатайства индивидуального предпринимателя ФИО1 в порядке части 4 статьи 61 АПК РФ, паспорт, участвовал 17.02.2026);

представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бурый» - ФИО3 (доверенность от 12.01.2026, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) на определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» октября 2025 года по делу № А33-21772/2023к26,

установил:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Бурый» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «Бурый», должник) возбуждено 09.08.2023.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26.10.2023 заявление общества с ограниченной ответственностью «Строительный-коммерческий центр «Сибирь» о признании должника банкротом признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Сообщение временного управляющего о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 202 (7647) от 28.10.2023.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2024 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Сообщение конкурсного управляющего о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №71(7761) от 20.04.2024.

11.04.2025 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление конкурсного управляющего к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, далее - ИП ФИО1, ответчик, апеллянт, заявитель жалобы) о признании сделки недействительной, в соответствии с которым он просил:

1) признать сделку – банковскую операцию по перечислению 18.05.2023 должником в пользу ИП ФИО1 денежных средств в размере 200 036,00 руб. с назначением платежа: «Оплата по счету № 2 от 18.05.2023. За визитки и флаеры (полиграфия). НДС не облагается» недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве);

2) признать сделку – банковскую операцию по перечислению 11.08.2023 должником в пользу ИП ФИО1 денежных средств в размере 381 244,00 руб. с назначением платежа: «Оплата по №14 от 02.08.2023. За проектную документацию. НДС не облагается» недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

3) применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 581 280,00 руб.

Определением суда первой инстанции от 16.07.2025 заявление принято к производству суда.

Определением суда первой инстанции от 22.10.2025 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Принимая указанное определение от 22.10.2025, суд первой инстанции, руководствуясь пунктами 1 и 3 статьи 61.1, пунктами 1 и 2 статьи 61.2, пунктом 1 статьи 61.8, пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 1, 9 и 9.1, 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), пришел к выводу о том, что спорные сделки подлежат рассмотрению применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а целью совершения указанных платежей являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов, а не создание реальных правоотношений, ввиду чего удовлетворил требования конкурсного управляющего.

Не согласившись с указанным определением, ответчик обратился в Третий арбитражный апелляционный суд (далее также – апелляционный суд, суд апелляционной инстанции) с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Свою жалобу мотивирует тем, что ни истец, ни арбитражный суд первой инстанции не уведомили его о судебном разбирательстве по настоящему спору, в деле отсутствует опись вложения в письмо направленном истцом, указывая, что данные обстоятельства нарушают его права, как ответчика на возражения по иску, что лишило его права на судебную защиту. Заявитель апелляционной жалобы выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая также, что сделка совершена при наличии встречного исполнения; по мнению ответчика, материалы дела не содержат доказательств, что: сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 02.12.2025 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 13.01.2026, в последующем для представления ответчиком дополнительных документов в обоснование своей позиции судебное разбирательство по делу откладывалось, в судебном заседании объявлялся перерыв.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 02.12.2025, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 АПК РФ.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ судебное заседание после перерыва проводится в отсутствие представителей иных лиц.

В материалы дела от сторон поступили дополнительные документы, которые приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

В ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсным управляющим выявлены факты совершения должником платежей по сделкам (документы по которым у должника отсутствуют, конкурсному управляющему не переданы), совершенным в период подозрительности без встречного предоставления:

- 18.05.2023 денежные средства в размере 200 036 руб., перечислены должником в пользу ответчика с указанием в назначении платежа «Оплата по счету №2 от 18.05.2023. За визитки и флаеры (полиграфия). НДС не облагается».

- 11.08.2023 денежные средства в размере 381 244 руб., перечислены должником в пользу ответчика с указанием в назначении платежа «Оплата по №14 от 02.08.2023. За проектную документацию. НДС не облагается».

Таким образом, должник перечислил в пользу ответчика денежные средства в размере 581 280 руб.

При этом конкурсному управляющему не представлены первичные документы подтверждающие реальность осуществленной сделки и получение должником услуг от ответчика, в том числе проектная документация.

В период осуществления спорных платежей на исполнении в ОСП по Свердловскому району г. Красноярска УФССП России по Красноярскому краю находились возбужденные исполнительные производства на общую сумму 36 535 179,06 руб. в отношении должника.

Конкурсным управляющим в качестве правового основания для оспаривания сделок должника указан пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве со ссылкой на отсутствие встречного предоставления со стороны ответчика (ИП ФИО1).

Апеллянт в своих пояснениях указывает на отсутствие умысла причинить вред имущественным правам кредиторов при совершении сделок, при этом одновременно с апелляционной жалобой в обоснование были приложены: договор процентного займа от 01.02.2023 № 1, письма о назначении платежа от 02.10.2023 исх.№ 42, от 10.10.2023 исх. 4, квитанция от 31.10.2023, судебные акты, заявление о признании недействительной сделки должника, выписка из ЕГРИП, платежные поручения от 11.08.2023 № 100, от 18.05.2023 № 55,от 26.06.2025 № 10, почтовые конверты) и в судебном заседании представлены: оригинал договора процентного займа №1 от 01.02.2023; оригинал квитанции по приходно-кассовому ордеру; пояснения о назначении платежа, представленных к пояснениям от 10.02.2026 (реестра представленных дополнительных доказательств, обращения о предоставлении объяснений с Почты России, копий запросов коммерческих предложений). Кроме того, в копиях предоставлены акты оказанных услуг: №11 от 05.06.2023 на сумму 200036 руб., №24 от 04.09.2023 на сумму 381244 руб., оригиналы которых у ответчика не сохранились.

Судебная коллегия, совещаясь на месте, приобщила все документы, поступившие в суд апелляционной инстанции, за время рассмотрения дела от сторон. В том числе, приобщены документы, приложенные к апелляционной жалобе (договор процентного займа от 01.02.2023 № 1, письма о назначении платежа от 02.10.2023 исх.№ 42, от 10.10.2023 исх. 4, квитанция от 31.10.2023, судебные акты, выписка из ЕГРИП, платежные поручения от 11.08.2023 № 100, от 18.05.2023 № 55,от 26.06.2025 № 10, почтовые конверты, акты оказанных услуг: №11 от 05.06.2023 на сумму 200036 руб., №24 от 04.09.2023 на сумму 381244 руб.) и в судебном заседании (оригинал договора процентного займа №1 от 01.02.2023; оригинал квитанции по приходно-кассовому ордеру; пояснения о назначении платежа), представленных к пояснениям от 10.02.2026 (реестра представленных дополнительных доказательств, обращения о предоставлении объяснений с Почты России, копий запросов коммерческих предложений).

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

По смыслу положений статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются в порядке, установленным Законом о банкротстве, а при отсутствии соответствующей нормы – положениями АПК РФ.

Компетенция арбитражного суда апелляционной инстанции установлена положениями статьи 268 АПК РФ, и специальных положений к апелляционному производству.

В силу положений статьи 268 АПК РФ, апелляционный суд рассматривает дело повторно в пределах заявленных апеллянтом (апеллянтами) доводов и по имеющимся в деле доказательствам, либо вновь представленным, если их представление в суд первой инстанции было невозможным по уважительным причинам, либо если такие доказательства представляются для обоснования возражений на апелляционную жалобу.

В обоснование недействительности спорной сделки конкурсный управляющий приводит пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом по смыслу положений главы III.1 Закона о банкротстве подозрительные сделки, оспариваемые на основании любого из пунктов статьи 61.2 данного закона подлежат проверке на предмет наличия признаков их недействительности по любому из оснований, установленных названной статьей.

Таким образом, с учетом положений пунктов 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, предметом рассмотрения апелляционного суда являются доводы конкурсного управляющего о недействительности сделок по переводу ответчику денежных средств 18.05.2023 на сумму 200 036 руб. (с указанием в назначении платежа «Оплата по счету №2 от 18.05.2023. За визитки и флаеры (полиграфия). НДС не облагается») и 11.08.2023 на сумму 381 244 руб. (с указанием в назначении платежа «Оплата по №14 от 02.08.2023. За проектную документацию. НДС не облагается»).

Из содержания статьи 168 ГК РФ следует, что сделка, нарушающая требования закона по общему правилу является оспоримой, если из закона не следует иное (пункт 1), при этом если сделка нарушает не только требования закона, но и посягает на охраняемые законом интересы третьих лиц или публичные интересы, то такая сделка является ничтожной.

Положения статьи 168 ГК РФ во взаимосвязи с положениями статьи 10 данного кодекса означают, что сделки, совершенные при злоупотреблении правом могут быть как оспоримыми, так и ничтожными.

Статья 170 ГК РФ направлена на обеспечение достоверности отчетной (учетной) документации участников гражданского оборота, а также реальности хозяйственных отношений между ними, ввиду чего фактически свидетельствует о том, что мнимые и притворные сделки являются частным случаем злоупотребления правом при сговоре всех сторон сделки, ввиду чего являются ничтожными.

Указанное означает, что гражданское законодательство устанавливает недопустимость совершения сделок при злоупотреблении правом каждой из сторон таких сделок, что подтверждается пунктом 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 из которого следует, что злоупотреблением правом является также и такое поведение, которое свидетельствует о том, что одна из сторон сделки, являясь независимой, хоть и преследовала собственные интересы, но с очевидностью знала или должна была знать о том, что представитель другой стороны действует явно в ущерб интересам представляемого контрагента.

Указанное означает, что любой участник гражданского оборота, действующий осмотрительно, разумно и добросовестно, должен не только учитывать собственные интересы в виде получения прибыли, но и ставить как минимум под сомнение действия его контрагентов (или их представителей), которые с очевидностью идут в разрез с интересами таких контрагентов.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ (в действующей редакции) установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, положения пункта 1 статьи 10 ГК РФ (в действующей редакции) определяют, что злоупотребление правом возможно в форме намерения причинить вред другому лицу, обхода закона с противоправной целью, иное заведомо недобросовестное поведение лица.

Критерий «заведомости» недобросовестного осуществления гражданских право означает, что лицо знает или должно знать о том, что его поведение является недобросовестным.

Согласно пункту 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Независимый кредитор, действующий разумно и осмотрительно по своей воле, намеревается получить исполнение от должника по заключенной сделке, при этом, по общему правилу, не обладает сведениями об актуальном имущественном положении должника, ввиду чего не обладает субъективным знанием (в том числе предполагаемым) о финансовых трудностях должника и степени таких трудностей, ввиду чего в момент совершения сделки не может признаваться действующим недобросовестно (абзац 2 пункта 1 статьи 167 ГК РФ), если не доказано иное.

Таким образом, сделка, совершенная при злоупотреблении правом в контексте отношений несостоятельности, предполагает, что стороны такой сделки должны действовать с умыслом на причинение имущественного вреда третьим лицам – кредиторам, путем уменьшения имущественной сферы должника, либо отдавая приоритет (преференциальное) удовлетворению требований одного из кредиторов, ввиду чего должны заведомо обладать знанием о наличии притязаний таких третьих лиц к должнику и предвидеть последствия собственного поведения.

Законом о банкротстве предусматривается оспаривание подозрительных сделок должника и сделок должника с предпочтительным предоставлением и устанавливаются условия, при наличии которых указанные сделки могут быть признаны недействительными. При этом оспаривание подозрительной сделки возможно на основании объективного критерия (пункт 1 статьи 61.2) – неравноценность встречного исполнения, и субъективного критерия (пункт 2 статьи 61.2) – намерение должника причинить вред кредиторам в их возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При этом на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 5 пункта 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025), из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения договорной цены от рыночной. Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть необходимо исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным.

Следовательно, недействительность сделки по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве допускается лишь тогда, когда по спорной сделке не имелось какого-либо встречного предоставления, при этом сделка совершена в течение одного года до момента принятия заявления о банкротстве должника к производству арбитражного суда, либо если должник фактически совершил сделку зная о фактической невозможности получения встречного предоставления.

Неравноценность встречного исполнения, являясь оценочной категорией, представляет собой частный случай злоупотребления правом, поскольку стороны сделки действуя по своей воле и в своем интересе, проявляя должную осмотрительность, самостоятельно определяют условия сделок, и в случае, если такие условия с очевидностью для любого независимого участника гражданского оборота являются существенно отличными в худшую для должника (контрагента) сторону, то такой контрагент должника по рассматриваемой сделке, со всей очевидностью знает или должен знать (критерий предвидения независимого, добросовестного, разумного и осмотрительного участника хозяйственного оборота) о явных или скрытых мотивах совершения такой сделки, а также о том, что в результате ее совершения (исполнения) произойдет причинение вреда должнику или третьим лицам (его кредиторам).

Таким образом, состав недействительности сделки, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве охватывает частные случаи злоупотребления правом при совершении (исполнении) сделок должником в течение годичного срока до принятия заявления о его банкротстве, которые с очевидностью для любого независимого участника гражданского оборота – контрагента должника, должны вызывать подозрения (подозрительная сделка) относительно реальных целей ее совершения должником на заведомо для него и существенно невыгодных условиях по сравнению с условиями, на которых совершаются аналогичные сделки ввиду критерия предвидения добросовестного, разумного и осмотрительного участника хозяйственного оборота.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023), в отсутствие у сделки признаков причинения вреда имущественным правам кредиторов иные обстоятельства, совокупность которых является основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеют правового значения.

При оспаривании сделок по субъективному критерию в целях упрощения доказывания прямого умысла вводится конструкция «совокупности доказательств», предусматривающая, что умысел презюмируется, если представлены доказательства соответствия действия должника одновременно нескольким критериям.

Следовательно, сделка, совершенная в течение 3 лет до момента принятия заявления о банкротстве должника, при этом целью ее совершения являлось причинение ущерба интересам кредиторов при условии осведомленности всех сторон сделки, либо осведомленности о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, при этом цель причинения вреда предполагается, если на момент совершения спорной сделки должник отвечал или в результате совершения стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и такая сделка совершена безвозмездно или с заинтересованным лицом, либо же если после ее совершения должник фактически не утратил контроль на спорным имуществом или является конечным бенефициаром такого имущества (его использования), то есть сделка обладает признаками мнимости или притворности как это предусмотрено в пунктах 1 и 2 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, состав недействительности сделки, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, охватывает частные случаи злоупотребления правом всех сторон (реальной, подразумеваемой – статья 170 ГК РФ) сделки в течение трехлетнего срока до момента принятия заявления о банкротстве, при их совершении с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в условиях осведомленности о такой цели каждой из сторон.

В силу пункта 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, квалифицирующими признаками состава недействительности сделок по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является включение оспариваемой сделки в период не ранее 1 года до момента принятия заявления о банкротстве должника, а также наличие какого-либо встречного предоставления, но не его полное отсутствие, при этом по пункту 2 названной статьи может быть оспорена сделка, совершенная в течение 3 лет до момента принятия заявления о банкротстве должника, если целью ее совершения являлось причинение ущерба интересам кредиторов при условии осведомленности всех сторон сделки, в том числе, если сделка является мнимой или притворной как это определено в положениях статьи 170 ГК РФ.

Следовательно, составы недействительности сделок, установленные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве:

во-первых, направлены на противодействие недобросовестному поведению должника его аффилированных и контролирующих лиц,

во-вторых разделены по объективному и субъективному критериям, при этом объективный критерий определен таким образом, что фактически применяется только к случаем злоупотребления правом со стороны должника и пассивным (одобрительным) бездействием со стороны контрагента,

в-третьих, установление различных периодов подозрительности и введением нескольких оценочных критериев «неравноценности встречного предоставления» и «осведомленности контрагента о противоправной цели совершения спорной сделки должником» направлено на противодействие стратегическому поведению в преддверии банкротства (по подготовке к нему),

в-четвертых, установление специальных оснований недействительности сделок в Законе о банкротстве (подозрительные и преференциальные сделки) направлено на защиту интересов кредиторов упрощая процесс доказывания введением ряда презумпций.

Согласно правовой позиции, приведенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, с учетом разъяснений Пленума ВАС Российской Федерации, содержащихся в абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 и пункта 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», правила о недействительности сделок, установленные Законом о банкротстве являются специальными по отношению к недействительности сделок по правилам статей 10 и 168 ГК РФ, ввиду чего по данным основаниям могут быть признаны недействительными сделки, пороки которых выходят за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок, при этом оценка того имеются ли дефекты, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок – составляет дискрецию суда.

Судебная коллегия апелляционного суда также обращает внимание, что согласно общеправовому принципу «норма специальная вытесняет общую» вопрос соотношения общих (статьи 10, 168 и 170 ГК РФ) и специальных (статья 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) составов недействительности сделок также должен решаться в пользу преобладания специальных составов недействительности сделок над общим, поскольку фактически ими происходит «поглощение» общих составов недействительности сделок, однако если обстоятельства совершения конкретной сделки выходят за приделы диспозиции специальных норм, то такая сделка может быть признана недействительной по общим основаниям, что не освобождает заявителей таких требований от несения бремени доказывания (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Применительно к сделкам должника, совершенным при злоупотреблении правом, которые посягают на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (кредиторов должника), следует исходить из того, что как сам должник, так и другая сторона сделки должны обладать реальным или предполагаемым знанием (знали или должны были знать) о том, что спорная сделка приводит к невозможности расчетов с иными кредиторами, чем посягает на их права и охраняемые законом интересы, поскольку в ином случае отсутствует критерий злоупотребления правом, то есть речь идет об ущербе имущественным правам кредиторов (по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), либо нарушению очередности удовлетворения требований кредиторов (преференциальная сделка – по смыслу статьи 61.3 Закона о банкротстве).

По смыслу положений части 1 статьи 133, части 1 статьи 168 АПК РФ, пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

С учетом изложенного, и исходя из целей законодательного регулирования (защиты стабильности гражданского оборота), судебная коллегия апелляционного суда полагает, что вопрос о соотношении действия специальных оснований недействительности сделок, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и общих оснований недействительности, предусмотренных статьями 10, 168 и 170 ГК РФ – должен решаться судом в каждом конкретном случае с учетом фактических обстоятельств дела, путем проверки наличия обстоятельств, свидетельствующих у спорной сделки (цепочки сделок) пороков, выходящих за пределы, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве в части наличия признаков злоупотребления, не охватываемых специальными нормами.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено 09.08.2023, сделки с ИП ФИО1 совершены 18.05.2023,11.08.2023, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку критерием разграничения составов недействительности сделок по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является факт наличия или отсутствия встречного предоставления, при этом конкурсный управляющий фактически указывает на отсутствие реальных хозяйственных отношений между должником и ответчиком, в то время как последний в опровержение данного утверждения представил оригиналы договора процентного займа, письма об исправлении описок в платежных документах от должника, приходного кассового ордера, а также копии актов оказанных услуг: №11 от 05.06.2023 на сумму 200036 руб., №24 от 04.09.2023 на сумму 381244 руб. и иные документы, учитывая, что вопрос о реальности таких правоотношений порождает различные выводы, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости оценить представленные апеллянтом и приобщенные к материалам дела доказательства.

Как ранее указано, в материалы дела предоставлены следующие документы:

1) договор процентного займа №1 от 01.02.2023, по условиям которого должник (займодавец) предоставил ответчику (заемщику) заем в размере 3 000 000 руб. на мероприятия, предусмотренные уставной деятельностью (пункт 1.1) со сроком действия до 31.12.2025 (пункт 2.1), при этом заемщик уплачивает займодавцу вознаграждение за оказанный заем в размере 150 000 руб. (пункт 3.1);

2) письмо должника (исх. №42 от 02.10.2023) с указанием на ошибки в назначении платежей по спорным транзакциям;

3) квитанция к приходному кассовому ордеру №28 от 31.10.2023 на сумму 2 525 403 руб.

По смыслу положений параграфа 1 главы 42 ГК РФ, существо заемных отношений состоит в том, что займодавец оказывает заемщику услуги по предоставлению во временное владение и пользование денежных средств или иного имущества, определенного родовыми признаками, при этом такое имущество передается, с очевидностью, на возвратной основе, а по общему правилу (статья 809 ГК РФ), за такое пользование заемщик уплачивает вознаграждение (проценты).

Таким образом, существо отношений по договору займа, с учетом положений статей 10 и 170 ГК РФ, предполагает факт реальной передачи предмета (суммы) займа в установленном порядке и сроки займодавцем в пользу заемщика, а также факт возвращения в установленном порядке и сроки заемщиком в пользу займодавца предмета (суммы) займа и уплаты причитающегося последнем вознаграждения (процентов).

Как следует из положений договора беспроцентного займа №1 от 01.02.2023, сумма займа выдается заемщику единовременно в момент заключения договора со сроком возврата до 31.12.2025 и уплатой вознаграждения в пользу займодавца (должника) в размере 150 000 руб.

Следовательно, совокупный размер обязательств ответчика перед должником составил 3 150 000 руб. по договору займа.

Договор займа по общему правилу является возмездной сделкой (статья 809 ГК РФ), ввиду чего переводы во исполнение обязательства займодавца по выдаче займа предполагают встречное предоставление со стороны заемщика в виде возврата суммы займа и уплаты процентов за пользование им, что соответствует положениям пункта 3.1 договора процентного займа, а значит с учетом ранее приведенных разъяснений и смысла положений статьи 180 ГК РФ (о недействительности части сделки) и пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, спорные платежи по выдаче займа должником в пользу ответчика могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Факт получения должником денежных средств от ответчика по указанному договору займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №28 от 31.10.2023 на сумму 2 525 403 руб., скрепленного подписью главного бухгалтера должника – ФИО5, а также печатью должника, с указанием: «принято от ИП ФИО1. Основание: возврат по договору процентного денежного займа №1 от 01.02.2023».

Судебная коллегия, оценивая данное доказательство, обращает внимание на следующее:

во-первых, нетипичный для хозяйственного оборота способ определения размера процентов по договору займа в виде фиксированной суммы вознаграждения без учета процентного соотношения с суммой займа, что лишает кредитора (должника по делу о банкротстве) по сути возможности получения обоснованной и разумной экономической выгоды, как минимум в размерах по ставке Банка России;

во-вторых, расчеты между юридическими лицами или с их участием осуществляют в безналичной форме (пункт 2 статьи 861 и статья 862 ГК РФ);

в-третьих, в материалы дела не представлено доказательств направления письма должника ответчику о корректировке назначения платежей по спорным транзакциям, что в совокупности с вышеизложенным ставит под сомнение их реальный характер и дату их совершения;

в-четвертых, совершая мнимые и притворные сделки, стороны таких сделок имеют явный интерес надлежащего юридического оформления таких сделок, при этом пытаясь скрыть от третьих лиц реальные цели и фактические правоотношения, оформляемые такими сделками, ввиду чего даже сам по себе факт соответствия оформления таких сделок требованиям закона не может являться безусловным основанием для подтверждения их реальности;

в-пятых, нетипичное поведение для участников гражданского оборота, когда сумма займа, выданная одним хозяйствующим субъектом другому возвращается до истечения срока выдачи займа (заем выдан до 31.12.2025, а фактический возврат 31.10.2023) спустя непродолжительное время (приблизительно 8 месяцев) практически в полном объеме (2 525 403 руб. из 3 000 000 руб., то есть порядка 85% от согласованной суммы займа), что лишает заемщика возможности извлечения экономической выгоды от согласованной суммы займа и идет в разрез с его интересами (максимально длительное согласованное пользование займом, при этом размер процентов не меняется в зависимости от срока пользования, поскольку установлен фиксированным);

в-шестых, одновременное с досрочным возвратом большей части суммы займа (в непродолжительный период времени 2 525 403 руб. из 3 000 000 руб.) изменение назначения ранее совершенных (спорных) платежей, что свидетельствует об изменении суммы займа в части ее повышения и лишает какого-либо смысла совершенное ранее ответчиком досрочное исполнение обязательств по возврату займа (при этом без учета процентов – пункт 3.1 договора займа), что в отсутствие доказательств исполнения обязательств по возврату полной суммы займа и уплате причитающихся процентов (вознаграждения), свидетельствует о фактически безвозмездном характере таких отношений и идет в противоречие с типичными условиями займа между хозяйствующими субъектами (в том числе в нарушение подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ о запрете дарения в отношениях между коммерческими организациями);

в-седьмых, размер займа согласован на сумму 3 000 000 руб., из которых, по данным ответчика, 1 302 203 руб. ему перечислено на счет, 1 223 200 руб. выдано наличными. Разница между суммой договора и полученной суммой составляет 474 597 руб. и объясняется ответчиком (в письменных возражениях) первоначальным учетом процентов и последующим взаимозачетом. Таким образом,

если исходить из действительности предложенной ответчиком картины событий, то выданный должником заем на сумму 3 000 000 руб. возвращен ответчиком должнику только на сумму 2 525 403 руб., то есть без выплаты согласованных сторонами процентов (в отсутствие встречного предоставления) и не возврата части займа на сумму 474 597 руб. (обратного в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено).

С учетом спорности представленных доказательств, суд апелляционной инстанции полагает обоснованным применение для ответчика повышенного стандарта доказывания «вне тени разумных сомнений», когда доказательства противоречат друг другу и имеющимся в деле иным доказательствам, при этом возможность предоставления дополнительных (косвенных) доказательств не исчерпана и иного не доказано.

Представленные в материалы дела доказательства выполнения работ (оказания услуг) (каталоги и паспорта изделий: качели уличные, скамейки, кресло и пр.) судебная коллегия признает неотносимыми, поскольку не позволяют идентифицировать непосредственно ответчика в качестве исполнителя данных работ (услуг), а должника в качестве заказчика (в запросах коммерческого предложения значится общество с ограниченной ответственностью ПКФ «Доринвестстрой»), ввиду чего считает факт оказания данных услуг и реальности хозяйственных отношений между должником и ответчиком неустановленным, в том числе в отсутствие доказательств надлежащего оформления и направления (получения) заданий на их выполнение.

Акты оказанных услуг: №11 от 05.06.2023 на сумму 200036 руб., №24 от 04.09.2023 на сумму 381244 руб. представлены только в копиях, проставленная в актах от имени должника подпись лица не содержит расшифровки. Доказательства того, что подписи, выполненные в указанных актах, со стороны заказчика принадлежат лицу, действовавшему от имени должника, не представлены. На актах проставлена только печать должника.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что представленные акты оказанных услуг: №11 от 05.06.2023 на сумму 200036 руб., №24 от 04.09.2023 на сумму 381244 руб. (сами по себе в отсутствие реального оказания должнику услуг) не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих факт оказания должнику услуг.

Поскольку неравноценным является исполнение в виде передачи имущества, если его рыночная стоимость существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения, а договор процентного займа (по общему правилу) предполагает передачу суммы займа с возвратом и уплатой вознаграждения займодавцу за пользование суммой займа, при этом денежные средства являясь средством обмена благами имеют объявленную рыночную стоимость, то неравноценным встречным исполнением может быть признано частичное исполнение по договору займа со стороны займодавца, которое также не было возвращено своевременно заемщиком.

По смыслу положений пунктов 1 и 2 статьи 809 ГК РФ, условия о процентах в договоре займа должны быть определены таким образом, позволяющим установить их размер за весь период пользования займом.

Как следует из пункта 3.1 договора займа, заемщик уплачивает займодавцу вознаграждение за оказанный заем в размере 150 000 руб., при этом период пользования займом с 01.02.2023 по 31.12.2025, а сумма займа определена в размере 3 000 000 руб.

Следовательно, период пользования займом составляет 34 месяца и 30 дней, а значит, процентная ставка составляет: 4 411 рублей в месяц или 52 941,17 рублей в год, что эквивалентно ~1,74% годовых.

В тоже время, по смыслу пункта 1 статьи 809 ГК РФ процентная ставка по договорам займа традиционно определяется ключевой ставкой Банка России в соответствующие периоды.

Руководствуясь ставкой Банка России, за период с 01.02.2023 по 31.12.2025 за пользование суммой займа должник мог бы рассчитывать на получение в качестве процентов суммы в размере 1 379 506,87 руб., при этом средний размер процентной ставки в месяц составил порядка 7,48%, а в годовом выражении порядка 15,9%, что кратно отличается от размера процентов, указанных в договоре займа в худшую для должника сторону.

В настоящем деле доказательств возврата полной суммы займа и уплаты процентов за пользование суммой займа ответчиком не представлено, ввиду чего также имеет место неравноценность встречного предоставления.

Поскольку общий контекст отношений сторон (должника и ответчика) не позволяет установить наличие эквивалентности встречного предоставления на указанные суммы, при этом условия договора процентного займа №1 от 01.02.2023 в существенно худшую для должника сторону отличаются от условий аналогичных сделок, то судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорные платежи должника в пользу ответчика обладают признаками подозрительной сделки, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ввиду чего требования подлежат удовлетворению.

Согласно пункту 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и ГК РФ, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 581 280 руб.

Кроме того, как верно установлено судом первой инстанции, в период осуществления спорных платежей на исполнении ОСП по Свердловскому району г. Красноярска УФССП России по Красноярскому краю находились возбужденные исполнительные производства на общую сумму 36 535 179,06 руб. в отношении должника.

Как следует из бухгалтерского баланса должника за 2022 год (последний отчетный период перед совершением сделок), на 31.12.2022 размер активов должника был равен размеру пассивов, что фактически свидетельствовало о наличии у должника состояния имущественного кризиса.

При этом суммарный размер требований кредиторов третьей очереди (без учета финансовых санкций и требований о возмещении убытков в форме упущенной выгоды), включенных реестр требований кредиторов (согласно поступившим от конкурсного управляющего посредством системы «Мой Арбитр» в суд первой инстанции документов от 24.12.2025) составляет 32 183 985,24 руб., а общая сумма погашения таких требований – 8 022 432,56 руб. (19,97%), ввиду чего сам факт совершения спорных платежей также причиняет ущерб имущественным правам кредиторов по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве, уменьшая размер удовлетворения.

Таким образом, разумный и добросовестный контрагент знал или должен был знать, что с 2023 года должник пребывает в состоянии имущественного кризиса, имея при этом существенную долговую нагрузку, ввиду чего совершение платежей в целях выдачи займа в указанной ситуации нарушает интересы кредиторов данного лица, то есть, по сути, совершаются в целях причинения им вреда (с учетом презумпции действия участников оборота по своей воле и в своем интереса), о чем не мог не знать ответчик.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Из абзаца 2 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» следуют, что аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6) по делу №А12-45751/2015).

В рассматриваемом случае суд приходит к выводу о наличии фактической аффилированности должника и ответчика, учитывая заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19 марта 2020 года №305-ЭС19-16046 (3) указано, что общность предмета сделок, короткий промежуток между сделками, а также неоплата по сделкам, - фактически может свидетельствовать о том, что совокупность операций является цепочкой взаимосвязанных сделок.

Оспариваемые сделки рассматриваются судом, как единая сделка должника и аффилированного с ним лица, направленные на вывод денежных средств должника, во избежание обращения на них взыскания.

Экономическая целесообразность в совершении оспариваемых сделок для должника отсутствовала, должник не получил равноценного встречного предоставления, сведения о предоставлении должнику со стороны ответчика встречного предоставления материалы дела не содержат.

Совершение сделок повлекло уменьшение конкурсной массы должника.

Действия сторон по совершению сделок свидетельствуют об умышленном поведении лиц, направленном на причинение вреда кредиторам, уклонение расчетов с кредиторами.

Суд, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, представленные доказательства, приходит к выводу, что оспариваемые сделки были направлены на причинение вреда кредиторам (вывод имущества, на которое возможно обращение взыскания).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, представляет собой уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

С учетом изложенного, оспариваемые платежи могут быть признаны недействительными сделками также на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Относительно довода апеллянта об отсутствии доказательств его уведомления необходимо отметить следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 125 АПК РФ истец обязан направить другим лицам, участвующим в деле, копии искового заявления и прилагаемых к нему документов, которые у них отсутствуют, заказным письмом с уведомлением о вручении.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 126 АПК РФ к исковому заявлению прилагаются уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют.

В силу принципа состязательности, нормативно закрепленного в статье 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии с частью 3 статьи 41 АПК РФ неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.

Как следует из материалов дела, в подтверждение направления копии искового заявления конкурсным управляющим в материалы дела суда первой инстанции представлены сведения о почтовом отправлении. Согласно отчету об отслеживании отправления (почтовый идентификатор 80546409856603) 26.06.2025 электронное письмо принято, 02.07.2025 произведена неудачная попытка вручения почтового отправления.

В силу части 1 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном АПК РФ, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Согласно разъяснению, данному в пункте 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», извещение будет считаться доставленным адресату, если он не получил его по своей вине в связи с уклонением адресата от получения корреспонденции, в частности если оно было возвращено по истечении срока хранения в отделении связи. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Кроме того, законодательством не предусмотрена обязанность направления искового заявления исключительно с описью вложения.

Кроме того, судом первой инстанции в адрес ответчика направлялись определения от 16.07.2025 (о принятии заявления к производству арбитражного суда и назначении дела к судебному разбирательству), от 07.08.2025 (об отложении), что указывает на неоднократное извещение лица о рассмотрении указанного обособленного спора.

Как верно отмечает представитель должника по доверенности в возражениях, поступивших посредством системы «Мой Арбитр» 03.02.2026, гражданин (в данном случае апеллянт) самостоятельно несет риск получения и неполучения почтовой корреспонденции по адресу своей регистрации, а также неуведомления кредиторов о смене такой регистрации (со ссылкой на пункт 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 3 25), что и имело место в данном деле, а иного апеллянтом не доказано – ввиду чего данный довод отклоняется судебной коллегией.

Кроме того, апеллянту в суде апелляционной инстанции было фактически предложено предоставить дополнительные доказательства, которые, по его мнению, могли бы привести суд к противоположным выводам.

Таким образом, заявителем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Учитывая вышеизложенное, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая изложенное, судом апелляционной инстанции не установлено допущенных судом первой инстанции нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями к отмене обжалуемого судебного акта (статья 270 АПК РФ), при этом доводы апеллянта не нашли своего подтверждения и опровергаются фактическими обстоятельствами и материалами дела, а также основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» октября 2025 года по делу № А33-21772/2023к26 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Е.Д. Чубарова

Судьи:

В.В. Радзиховская

Ю.В. Хабибулина