Решение от 15 января 2021 г. по делу № А70-19921/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-19921/2020
г. Тюмень
15 января 2021 года
Судья арбитражного суда Тюменской области Макаров С.Л., рассмотрев в порядке упрощенного производства материалы дела по иску

Открытого акционерного общества «Жировой комбинат»

к индивидуальному предпринимателю ФИО1

об изъятии из оборота контрафактной продукции и взыскании компенсации в размере 100 000 рублей,

установил:

20 ноября 2020 года в Арбитражный суд Тюменской области поступило исковое заявление Открытого акционерного общества «Жировой комбинат» к индивидуальному предпринимателю ФИО1 об изъятии из оборота контрафактной продукции, взыскании с ответчика компенсации по основаниям, изложенным в статьях 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в совокупном размере составляющей 100 000 рублей.

На основании пункта 5 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в порядке упрощенного производства, на что было указано в определении Суда о принятии искового заявления и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства от 25 ноября 2020 года.

15.12.2020 от ответчика в Суд поступил отзыв на исковое заявление, согласно которого ответчик возражает против удовлетворения требований истца.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

Согласно, статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, в ноябре 2020 года, в торговой точке ответчика на реализации находился товар – майонез «Уральский провансаль ЕМЖК» (далее также – «спорный товар»), схожий до степени смешения с товаром истца – майонезом «Провансаль ЕЖК 67%» в части дизайна упаковки и размещенного на ней товарного знака, принадлежащим истцу на праве интеллектуальной собственности. Факт хранения спорного и его реализации ответчиком не оспаривается.

02 ноября 2020 года истец обратился к ответчику с претензией об изъятии спорного товара из оборота, выплате денежной компенсации в размере 100 000,00 рублей, датой получения претензии является 09 ноября 2020 года. Ответчик ответил на данные требования отказом, что следует из ответа на претензию №б/н от 11 ноября 2020 года.

11 ноября 2020 года по товарным чекам № 196 и № 197, кассовые чеки соответственно – №80603 и №80604 ответчиком в его торговой точке, находящейся по адресу <...> (подтверждается кассовыми чеками), также был реализован спорный товар в количестве 3 шт.

Поскольку досудебным путем спор урегулирован не был, истец обратился в Суд с иском о взыскании компенсации.

Спор подлежит рассмотрению Судом в соответствии со статьей 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктами 4 и 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – «Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10»).

В соответствии со статьями 1 и 5 Федерального закона от 18 декабря 2006 года N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", часть четвертая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие, то есть после 1 января 2008 года.

Согласно статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации товаров, работ, услуг, которым предоставляется правовая охрана, среди прочего, относятся объекты авторского права, товарные знаки и знаки обслуживания. В силу статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на такие результаты признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное (имущественное) право, а в случаях, предусмотренных Кодексом, также личные неимущественные и иные права.

Из статьи 1255 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами. В состав авторского права, среди прочего, входит исключительное право на произведение.

Произведения дизайна отнесены статьей 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам авторского права. Как установлено пунктом 4 данной статьи, для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

Согласно пункту 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 при разрешении вопроса об отнесении конкретного результата интеллектуальной деятельности к объектам авторского права следует учитывать, что по смыслу статей 1228, 1257 и 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи таковым является только тот результат, который создан творческим трудом, при этом надлежит иметь в виду, что, пока не доказано иное, результаты интеллектуальной деятельности предполагаются созданными творческим трудом.

По смыслу статьи 1296 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на произведение как объект имущественного права может быть передано заказчику по договору. Существенным условием данной сделки выступает предмет договора, при этом какой-либо обязанности по регистрации договоров на создание произведения по договору между заказчиком и исполнителем законом не предусмотрено.

Как следует из материалов дела, между истцом (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «ФАБУЛА ГРУПП» (исполнитель) был заключен договор №01/02/18/01/6 ЕЖК-ДМ от 01 февраля 2018 года на оказание услуг по разработке объектов интеллектуальной собственности.

Результаты услуг, как предмет данного договора, определены его сторонами в Техническом задании №2 от 05 февраля 2018 года в редакции дополнительного соглашения к нему №2 от 24 апреля 2018 года и переданы исполнителем заказчику вместе с соответствующими исключительными правами путем подписания актов об оказании услуг, в том числе:

- разработка концепт-дизайна (по смыслу, придаваемому данному понятию пунктом 1.2. договора – предварительного решения на начальном этапе оказания услуг) логотипа и упаковки товаров категорий «майонез», «горчица», «кетчуп» на примере 8 товарных позиций: майонезы «Провансаль ЕЖК 67%» в следующих типах упаковки: «дой-пак», объемами 400 мл. и 460 мл., «стакан», объемом 250 мл., «ведро», объемом 900 мл., «дой-пак», объемом 400 мл. (позиции «оливковый» и «натуральная линейка»), «горчица столовая» в упаковках «туба», объемом 130 г. и в упаковке «стеклобанка», объемом 200 г., «кетчуп томатный» в упаковке «дой-пак», объемом 400 мл. (пункты 1.1 и 1.2. технического задания, пункты 1.1. и 1.2. акта оказанных услуг №2.1 от 09 февраля 2018 года),

- разработка на примере товарной позиции «кетчуп томатный» в упаковке «дой-пак», объемом 350 мл., и адаптации дизайн-макета (по смыслу, придаваемому данному понятию пунктами 1.3. и 4.1.6. договора – макета, составленного на основе концепт-дизайна с учетом заданных к нему требований заказчика, являющегося результатом оказания услуг) упаковочного решения для товаров группы «ЕЖК» категории «Кетчупы» в зависимости от вкуса: «шашлычный», «лечо», «острый/новинка чили», «новинка чесночный», «новинка аджика» (пункты 3.1. и 3.1. технического задания, пункты 1.1. и 1.2. акта оказанных услуг №2.2 от 28 марта 2018 года),

- разработка на примере товарной позиции «майонез Провансаль ЕЖК 67%» в упаковке «дой-пак», объемом 460 мл., и адаптации дизайн-макета упаковочного решения для товаров группы «ЕЖК» категории «Майонез» в упаковке «дой-пак», объемом 400 мл. в зависимости от вкуса: «сметанный» (пункты 2.1. и 2.3. технического задания, пункты 2.1. и 2.2. акта оказанных услуг №2.2 от 28 марта 2018 года) «с перепелиными яйцами», «с лимонным соком», «оливковый» (пункт 2.3. технического задания, пункт 1.2. акта оказанных услуг №2.3 от 18 июня 2018 года), адаптации дизайн-макета товаров категории «Майонез» по виду упаковки: майонез «Провансаль «ЕЖК 67%» «стакан», объемом 250 мл., и «стеклобанка», объемом 480 мл. (пункт 2.2. технического задания, пункт 1.1. акта оказанных услуг №2.3 от 18 июня 2018 года),

- адаптация дизайн-макета упаковочного решения для товарной позиции «Провансаль ЕЖК Домашний» категории «Майонезный соус» по виду и объему упаковки: «стакан», объемом 250 мл., «дой-пак», объемами 460 мл., 200 мл., 900 мл., «ведро», объемом 900 мл (пункты 4.1. и 4.2. технического задания, пункты 2.1. и 2.2. акта оказанных услуг №2.3 от 18 июня 2018 года).

Пунктом 6.1. договора в редакции дополнительного соглашения от 02 февраля 2018 года к нему определено, что исполнитель передает заказчику после проведения окончательного расчета за оказанную услугу, при условии подписания акта оказанных услуг, исключительные имущественные права на созданные им объекты авторского права, которые являются результатом интеллектуальной деятельности.

Пунктом 1.3. Технического задания, а также актами оказанных услуг №2.1 от 09 февраля 2018 года, 2.2 от 28 марта 2018 года, №2.3 от 18 июня 2018 года по отдельности определено, что стоимость оказанных услуг включает в себя вознаграждение за отчуждение исключительного права и составляет 1% от стоимости услуг.

Стоимость услуг по данным актам в совокупности составила 1 544 620 рублей. Данная сумма уплачена истцом в полном объеме платежными поручениями №46955 и №46977 от 05 марта 2018 года, №48193 и №48195 от 16 апреля 2018 года, №50735 и №50765 от 25 июня 2018 года.

Как следует из приложения к акту №2.1 от 09 февраля 2018 года, упаковка товара –майонез «Провансаль ЕЖК 67%» и логотип «Провансаль ЕЖК» , созданные обществом с ограниченной ответственность «ФАБУЛА ГРУПП», являются производными (редизайн) от упаковки и товарного знака истца, зарегистрированного еще 18 февраля 2010 года в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации за номером 401741 .

Позднее, 11 октября 2018 года, согласно выписке из реестра товарных знаков, заявка истца на регистрацию товарного знака, представляющего из себя логотип, созданный исполнителем, была зарегистрирована в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации за номером 2018744163.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Кодекса).

Начиная с 22 мая 2019 года, истец является правообладателем товарного знака «ЕЖК Провансаль» в отношении товаров 30 класса МКТУ: «майонез; приправы; соусы [приправы]; кетчуп [соус]; горчица» с приоритетом от 11 октября 2018, срок исключительного права - до 11 октября 2028, что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) №713041 от 22 мая 2019 года, а также выпиской из Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации.

Договор №01/02/18/01/6 ЕЖК-ДМ от 01 февраля 2018 года, право авторства за обществом с ограниченной ответственность «ФАБУЛА ГРУПП» на результаты оказанных им услуг, а также законность обладания истцом права на товарный знак «ЕЖК Провансаль» ответчиком не оспариваются.

Учитывая представленные доказательства, хронологическую последовательность сдачи результатов оказанных услуг, регистрации в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации заявки №2018744163 и товарного знака «ЕЖК Провансаль» №713041, Суд принимает доводы истца и считает доказанными факт создания в интересах акционерного общества «Жировой комбинат» логотипа и дизайна упаковки товара – майонез «Провансаль ЕЖК 67%», наличие условий для перехода и переход исключительного права на произведения дизайна к истцу, возникновение у последнего с 22 мая 2019 года права на товарный знак «ЕЖК Провансаль».

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

Пунктом 2 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации, определено, что к объектам авторского права относятся также производные произведения, то есть произведения, представляющие собой переработку другого произведения. Под переработкой произведения понимается создание производного произведения (пункт 1 статьи 1260, подпункт 9 статьи 1270 Кодекса).

При переработке произведения происходит видоизменение первоначального произведения – по сути его форма частично заменяется другими элементами. Само произведение при этом, взятое в оригинальной (первоначальной) форме, остается узнаваемым, копируется (в том числе частично) и постольку продолжает использоваться, поскольку любое производное произведение создаётся с заимствованием его элементов и тем самым является одним из способов использования исключительного права правообладателя оригинального произведения. Таким образом, любое произведение, созданное в результате переработки, обязательно связано с уже существующим произведением, что в свою очередь создает правовую зависимость.

Из взаимосвязи пунктов 1 и 3 статьи 1260 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что переводчику, а также автору иного производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки или другого подобного произведения) хоть и принадлежат авторские права соответственно на осуществленные перевод и иную переработку другого (оригинального) произведения, тем не менее переводчик, составитель либо иной автор производного или составного произведения осуществляет свои авторские права лишь при условии соблюдения прав авторов первоначальных произведений через их согласие.

В силу пункта 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение, способами, определенными в пункте 2 данной статьи, в том числе, для дизайнерского проекта – его переработкой и практической реализацией (подпункты 9 и 10). Данная позиция также следует по смыслу из статьи 14 Бернской Конвенции по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 года, вступившей в силу для Российской Федерации 13 марта 1995 года.

Согласно пункту 89 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 использование произведения науки, литературы и искусства любыми способами, как указанными, так и не указанными в подпунктах 1-11 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, допускается только с согласия автора или иного правообладателя, за исключением случаев, когда Гражданским кодексом Российской Федерации допускается свободное использование произведения (указанные исключения не относятся к настоящему спору). Незаконное использование произведения каждым из упомянутых в пункте 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации способов представляет собой самостоятельное нарушение исключительного права.

Таким образом, учитывая положения статьи 1260 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения прав автора первоначального произведения (отсутствие его согласия) возникновение авторского права переработчика на производное произведение еще с момента создания такого произведения неразрывно связывается с его ограничением в части использования.

Приспособление (заимствование) первоначального дизайна для собственного товара является частным случаем переработки произведения. При этом, наличие несущественных изменений не исключает сам факт переработки. Вместе с тем, следует различать схожесть двух дизайнов и переработку первоначального произведения созданием производного.

Понятие «схожесть до степени смешения» действующим законодательством Российской Федерации по общему правилу не подлежит применению к разрешению споров об авторском праве. Между тем, для формирования выводов суда о факте переработки дизайна как графического изображения или его отсутствии необходимо установить, какие признаки указывают на то, что при создании своего произведения автор использовал чужое произведение в качестве источника или заимствовал существенные элементы оригинального произведения, иными словами, выявить сходство между произведениями.

Данная позиция соотносится с Постановлениями Суда по интеллектуальным правам от 2 ноября 2018 года N С01-935/2018 по делу N А35-5996/2017, от 2 ноября 2018 года N С01-935/2018 по делу N А35-5996/2017, согласно которым при оценке фактов наличия или отсутствия переработки произведения изобразительного искусства либо дизайна суды вправе по аналогии использовать общие критерии оценки комбинированных обозначении?, включающих изобразительные и словесные элементы, изложенные в Правилах составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, зарегистрированных в Министерстве Юстиции Российской Федерации 18 августа 2015 года и введенных в действие с 31 августа 2015 года (далее – «Правила»).

Кроме того, при анализе обозначений на тождество или сходство, а также оценке возможности их смешения в гражданском обороте, Судом принимается во внимание Руководство по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, введенное в действие Приказом Федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральный институт промышленной собственности" от 20 января 2020 года № 12 (далее – Руководство), основанное на положениях части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом методических подходов, разработанных в системе Федеральной службой по интеллектуальной собственности.

Пунктами 1 и 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака. Одним из способов реализации такого права использования является размещение товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации. Согласно пункту 4 данной статьи никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Таким образом, оценка доводов истца о схожести дизайнов упаковок товара истца и спорного товара, также, как и оценка довода о схожести до степени смешения его товарного знака с изображением, размещенном на спорном товаре ответчика, подлежит проверке Судом через сравнение графических элементов товарных упаковок.

Согласно п. 41 Правил, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком, а также для целей рассматриваемого спора – дизайном), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Комбинированные обозначения, то есть обозначения, состоящие из изобразительных и словесных элементов, к которым относятся дизайн упаковки товара – майонеза «ЕЖК» и дизайн спорного товара, согласно п. 44 Правил сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном (для целей настоящего спора – рассматриваемом) обозначении. Указанные признаки учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 42 Правил, сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. Графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление, вид шрифта, графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные), расположение букв по отношению друг к другу, алфавит, буквами которого написано слово, цвет или цветовое сочетание. Смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей, в частности, совпадение значения обозначений в разных языках, совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение, противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Согласно пункту 43 Правил, изобразительные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные элементы.

Сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма, наличие или отсутствие симметрии, смысловое значение, вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное), сочетание цветов и тонов.

В силу пункта 7.1.2.4. Руководства для определения сходства сопоставляемых комбинированных обозначений они должны рассматриваться в целом. При этом в первую очередь необходимо оценить их общее зрительное впечатление. Затем следует установить роль сходных элементов сравниваемых обозначений, учитывая их расположение в обозначении, то есть определить, являются ли сходные элементы доминирующими, занимают ли центральное место в общей композиции обозначения.

При исследовании значимости того или иного элемента комбинированного обозначения необходимо учитывать его визуальное доминирование, которое может быть вызвано как более крупными размерами элемента, так и его более удобным для восприятия расположением в композиции (например, элемент может занимать центральное место, с которого начинается осмотр обозначения). Значимость элемента в комбинированном обозначении зависит также от того, в какой степени этот элемент способствует осуществлению обозначением его основной функции, то есть отличать товары и услуги одних производителей от товаров и услуг других производителей.

Так, в комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом, как правило, является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения. При тождестве или сходстве доминирующего словесного элемента комбинированного обозначения со словесным обозначением или с доминирующим словесным элементом другого комбинированного обозначения, такие обозначения, по общему правилу признаются сходными.

При анализе сходства комбинированных обозначений, доминирующее пространственное положение в которых занимают неохраноспособные элементы, важно оценить, за счет чего обозначение выполняет функцию индивидуализации, а также вследствие сочетания каких элементов с учетом их места в композиции комбинированного обозначения.

Пространственное доминирование элемента в упаковке может быть обусловлено его расположением в композиции дизайна, его цветовым исполнением, использованием для написания словесного элемента оригинальной выразительной шрифтовой графики и других оригинальных изобразительных средств. Таким образом, пространственное доминирование элемента может быть вызвано его исполнением в более крупном, чем другие элементы, размере, центральным расположением в этикетке, яркой контрастной окраской элемента, применением специальных изобразительных приемов.

Если при сравнении комбинированных обозначений установлено их сходное композиционное решение за счет одинакового или сходного расположения элементов в композиции, одинакового или сходного графического оформления словесных и/или цифровых элементов, что в совокупности порождает вероятность смешения таких обозначений, то такие обозначения могут быть признаны сходными при различии в деталях.

Дизайн упаковки товара истца представляет собой вертикально ориентированный прямоугольник с усеченным левым верхним углом, выполненным в синем, темно-голубом, голубом, светло-голубом и белом цветовом сочетании с затемнением цвета по периметру прямоугольника и его плавным высветлением к центру.

В верхней части прямоугольника размещен комбинированный элемент, включающий в себя стилизованное изображение горизонтально ориентированного овала в темно-красном и красном цветовом сочетании, на фоне которого заглавными буквами русского алфавита в оригинальной графике белым жирным шрифтом выполнено буквенное сочетание «ЕЖК». В нижней части овала небольшой дугой размещено стилизованное изображение широкой ленты в зеленом, темно-зеленом и светло-зеленом цветовом сочетании, правый край которой загнут за изображение овала. На ленте размещен словесный элемент «Провансаль», выполненный оригинальным жирным шрифтом белого цвета с заглавной буквы. Вдоль периметра овала и ленты проходит светлая пунктирная линия. Указанный элемент является зарегистрированным товарным знаком истца по свидетельству № 713041.

В центральной части прямоугольника размещены арабские цифры «67», выполненные крупным жирным шрифтом голубого цвета, справа от них в меньшем размере размещен знак «%» голубого цвета. Над цифрами выполнен словесный элемент «майонез» стандартным шрифтом строчными буквами русского алфавита голубого цвета. Под цифрами размещен элемент «ГОСТ 31761», состоящий из заглавных букв русского алфавита стандартного шрифтового исполнения в голубом цвете и арабских цифр «31761» голубого цвета. Вышеперечисленные элементы носят описательный характер.

Ниже слева от вышеописанного элемента размещено комбинированное обозначение, состоящее из шестиугольника голубого цвета, внутри которого выполнен заглавными буквами белого цвета стандартным шрифтом русского алфавита словесный элемент «ЛЮБИМЫЙ УРАЛЬСКИЙ ВКУС», носящий описательный характер. При этом словосочетание «УРАЛЬСКИЙ ВКУС» выполнено буквами большего размера относительно слова «ЛЮБИМЫЙ». Справа и слева от слова «ВКУС» размещены короткие белые полоски. Вдоль периметра шестиугольника проходит светлая пунктирная линия.

В нижней части прямоугольника размещено натуралистическое изображение сервировки готового блюда, состоящего из изображения обжаренного стейка круглой формы, посыпанного специями и травами, помидоров, кусочков желтого болгарского перца и листьев зелени, сервированного на деревянной дощечке. В правой нижней части указанного натуралистического изображения размещено стилизованное изображение круга золотистого цвета, внутри которого выполнен описательный элемент «качество с 1959 года» стандартным шрифтом строчными буквами русского алфавита и арабскими цифрами голубого цвета. Слово «качество» выполнено дугой с подчеркиванием. Элемент «С 1959» выполнен в более крупном размере с подчеркиванием. По периметру круга проведена голубая линия, один край которой выполнен в виде волны.

Дизайн упаковки спорного товара представляет собой вертикально ориентированный прямоугольник, выполненный в темно-синем, синем, светло-синем и белом цветовом сочетании с затемнением цвета по периметру прямоугольника и его плавным высветлением к центру.

В верхней части прямоугольника на фоне желтого полукруга, стилизованного под контурное изображение восходящего солнца, контрастно размещено буквенное сочетание «ЕМЖК», выполненное заглавными буквами русского алфавита печатным шрифтом в оригинальной графической манере. Под ним, на фоне широкой полосы зеленого цвета, стилизованной под контурное изображение горной цепи, размещен словесный элемент «Уральский майонез», выполненный буквами русского алфавита белого цвета. При этом слово «Уральский» выполнено оригинальным жирным шрифтом со стилизацией под рукописный с заглавной буквы, а слово «майонез» исполнено стандартным шрифтом строчными буквами значительно меньшего размера под последними буквами слова «Уральский». Тем самым графика и композиция указанного словосочетания построена таким образом, что при общем беглом восприятии внешнего вида дизайна спорного товара заметно только слово «Уральский», а следующее под ним слово «майонез» видно только при более внимательном изучении упаковки. Ниже дугой размещена короткая широкая полоса темно-красного цвета с «рваными» краями, на фоне которой белыми буквами оригинальным шрифтом русского алфавита выполнен описательный словесный элемент «Провансаль» с заглавной буквы, остальные буквы в слове – строчные.

В центральной части прямоугольника размешены арабские цифры «67», выполненные крупным жирным шрифтом синего цвета, справа от них в меньшем размере размещен знак «%» синего цвета. Под цифрами размещен элемент «ГОСТ 31761-2012», состоящий из заглавных букв русского алфавита стандартного шрифтового исполнения в синем цвете и арабских цифр 31761-2012 синего цвета, выполненных через дефис. Вышеперечисленные элементы носят описательный характер.

Ниже слева от вышеописанного элемента размещено стилизованное изображение многоугольника в виде вертикально ориентированного овала с двенадцатью углами по окружности. Внутри овала размещено стилизованное изображение разомкнутого венка синего цвета, между ветвями которого размещены русские заглавные буквы «К» и «Р» синего цвета, выполненные в оригинальной графике. Под ними размещен словесный элемент «КЛАССИЧЕСКИЙ РЕЦЕПТ», носящий описательный характер, выполненный заглавными буквами стандартным шрифтом русского алфавита, при этом слово «РЕЦЕПТ» выполнено на фоне прямоугольника синего цвета белыми буквами, а слово «КЛАССИЧЕСКИЙ» выполнено синими буквами.

Справа от вышеописанного элемента в центральной части этикетки размещено натуралистическое изображение чайной ложки с майонезом. Под ним, в нижней части прямоугольника, размещено натуралистическое изображение сервировки готового блюда, состоящего из изображения обжаренных котлет круглой формы, кусочков овощей желтого и красного цвета и листьев зелени, сервированного на белой подложке. В правой нижней части указанного натуралистического изображения размещено изображение фигуры каплевидной формы темно-красного цвета, внутри которой в три ряда размещен словесный элемент «ЛЮБИМЫЙ ВКУС ДЕТСТВА», носящий описательный характер и выполненный стандартным шрифтом заглавными буквами русского алфавита белого цвета, при этом справа и слева от слова «ВКУС» размещены белые короткие полоски.

На основании положений пунктов 41-44 Правил, а также пункта 7.1.2.4. Руководства из сравнительного анализа дизайнов упаковки товара истца и спорного товара следуют признаки их сходства до степени смешения.

Так, является сходным до степени смешения цветовое сочетание фона и элементов лицевых сторон упаковок, а именно: сходный цвет фона упаковки (фон сравниваемых дизайнов выполнены в оттенках синего цвета), сходный принцип цветопередачи фона упаковки (от более интенсивного и насыщенного цвета по краям с плавным переходом к более светлой середине с белым центром), близкая к идентичной цветовая гамма изобразительных и словесных элементов верхней, нижней и центральной частей сравниваемых дизайнов: цветовое сочетание элементов обоих дизайнов преимущественно состоит из комбинации темно-красного, красного, зеленого, синего/темно-голубого, коричневого и белого цветов.

При этом во всех частях упаковок комбинация указанных цветов присутствует в сходных по расположению или содержанию элементах: комбинация зеленого и темно-красного изобразительных элементов, визуально доминирующих в верхних частях упаковок; комбинация белых букв «ЕЖК» на темно-красном фоне и темно-красных букв «ЕМЖК» на желтом фоне в близком к идентичному графическом исполнении, исполнение словесных элементов «Уральский майонез» и «Провансаль» на фоне изобразительных обозначений, в которых они расположены в дизайне спорного товара, является цветовой инверсией изобразительных и словесных элементов товарного знака «ЕЖК Провансаль» по свидетельству № 713041, принадлежащего истцу.

Аналогичная цветовая инверсия присутствует в комбинированных обозначениях в центральной части дизайнов (из синего/темно-голубого и белого цветов). Практически идентичное цветовое сочетание присутствует также и у натуралистических изображений сервированного блюда на сравниваемых дизайнах. Использованный в нижней части дизайна спорного товара комбинированный элемент каплевидной формы темно-красного цвета усиливает цветовое сходство нижних частей упаковок, а равно общее зрительное впечатление лицевой части упаковок в целом.

Существующие незначительные отличия в оттенках зеленого, коричневого и синего цветов, а также вариативность их использования в элементах сравниваемых дизайнов не оказывают существенного влияния на общее сходное зрительное впечатление от сравниваемых упаковок, поскольку среднестатистический потребитель не запоминает точной цветопередачи всех элементов упаковки, а руководствуется общим зрительным впечатлением виденного им ранее продукта, в том числе цветовой гаммой его фона и доминирующих элементов, которые он помнит, как правило, приблизительно.

Является сходной до степени смешения также и общая композиция охраняемых и неохраняемых элементов сравниваемых дизайнов.

Композицию дизайна упаковки товара истца можно условно разделить на верхнюю, центральную и нижнюю части.

Верхняя часть состоит из изображения комбинированного товарного знака «ЕЖК Провансаль» по свидетельству № 713041 в виде полуовала с контрастно размещенным внутри буквенным элементом ЕЖК. Под ним, на фоне широкой полосы, размещен словесный элемент «Провансаль».

В центральной части размещено указание на наименование продукта «майонез» и процентное содержание жира в нём, а также номера ГОСТа для майонезов и майонезных соусов. Слева ниже от него размещен многоугольник в виде горизонтально ориентированного овала с шестью углами по периметру со описательным словесным элементом «ЛЮБИМЫЙ УРАЛЬСКИЙ ВКУС» внутри.

В нижней части размещено натуралистическое изображение сервированного блюда из мясного стейка круглой формы с овощами и зеленью, в нижней правой части которого размещено изображение круга с описательным элементом «КАЧЕСТВО С 1959 ГОДА» внутри.

Композиция дизайна спорного товара также может быть визуально разделена на верхнюю, центральную и нижнюю части и каждая из них имеет аналогичный состав и композицию, как и в дизайне товара истца.

Так, в верхней части сходным с товаром истца образом на фоне полукруга контрастно изображен буквенный элемент «ЕМЖК», под которым на фоне контрастных полос размещен словесный элемент «УРАЛЬСКИЙ» с едва заметным под ним словом «майонез», а ниже, в отдельной полосе, слово «Провансаль». При этом слово «Провансаль», выполненное в той же графике и композиции, что и в дизайне упаковки товара истца, изображено наиболее контрастно. Таким образом, элементы верхней части дизайна спорного товара «ЕМЖК» и «Провансаль», практически повторяющие элементы «ЕЖК» и «Провансаль» верхней части дизайна упаковки товара истца, выполнены наиболее контрастно, в более ярком цветовом сочетании относительно иных элементов, тем самым привлекая к себе первоочередное внимание потребителя.

В центральной части дизайна спорного товара аналогичным образом, как и в дизайне упаковки товара истца, размещено указание на процентное содержание жира в продукте, а также номера ГОСТа для майонезов и майонезных соусов. Слева от него так же, как и в сравниваемом дизайне размещен многоугольник с описательным элементом внутри.

В нижней части аналогичным образом размещено натуралистическое изображение сходного содержания, что и в дизайне упаковки товара истца, представляющее собой изображение сервированного блюда из котлет круглой формы с овощами и зеленью на сервировочной подложке. В нижней правой части натуралистического изображения так же размещен изобразительный элемент каплевидной формы с описательным элементом внутри.

Имеющиеся в вышеописанной композиции незначительные отличия отдельных элементов, присутствующие в дизайне спорного товара, не влияют на его общее композиционное построение и восприятие. Как указано в пункте 7.1.1. Руководства, потребитель, как правило, не имеет возможности сравнить два знака и руководствуется общим впечатлением о знаке, виденном ранее. При этом потребитель, как правило, запоминает отличительные элементы знака.

В случае с дизайном упаковки товара истца основную индивидуализирующую функцию в нем выполняет буквенное сочетание «ЕЖК» в характерной графической манере и контрастном исполнении на фоне полуовала. Именно на нем прежде всего акцентируется внимание. Изображение контрастной полосы с описательным элементом «Провансаль», а также натуралистическое изображение сервированного блюда также являются основными элементами в дизайне товара истца за счет оригинального контрастного характера исполнения первого и пространственного доминирования последнего. Общее впечатление указанного дизайна также формируется за счет используемой цветовой гаммы фона и отдельных элементов. Все эти отличительные элементы дизайна упаковки товара истца воспроизводятся в сходной манере в дизайне спорного товара, также составляя основу его композиции и формируя общее впечатление у потребителя. Сходство указанных основных элементов усиливается за счет сходства и аналогичного расположения иных, вспомогательных элементов дизайна спорного товара.

Наличие в дизайне спорного товара натуралистического изображения чайной ложки с майонезом не порождает качественно нового восприятия анализируемой упаковки, поскольку добавление аналогичного элемента на упаковки продуктов питания является широко распространенным в российском товарном обороте и не является оригинальным дизайнерским решением. Стилизованное изображение гор с восходящим солнцем в верхней части дизайна спорного товара выполнено схематично, без детализации, и при первом беглом впечатлении оно воспринимается как широкая полоса зеленого цвета со словом «Уральский». Восприятие указанного изображения как стилизованного изображения горной цепи возможно только при более внимательном изучении дизайна, что не является целью среднестатистического потребителя. Кроме того, композиционное и цветовое исполнение элемента «Уральский» между более контрастными элементами «ЕМЖК» и «Провансаль», сходными с аналогичными элементами «ЕЖК» и «Провансаль» дизайна упаковки товара истца, порождает возможность его восприятия потребителем как нового видового указания «Уральский» – продолжения серии известной ему продукции «ЕЖК Провансаль» - и тем самым введения потребителя в заблуждения относительно изготовителя спорного товара.

Являются сходными до степени смешения индивидуализирующие и описательные элементы в составе сравниваемых дизайнов. Доминирующее положение упаковки товара истца занимает изображение товарного знака по свидетельству № 713041 – оно выполняет основную индивидуализирующую функцию дизайна и визуально доминирует в нем за счет его контрастного графического исполнения и пространственного положения. Именно с него начинается восприятие анализируемого дизайна.

На основании положений пунктов 42-44 Правил буквенное обозначение «ЕМЖК», использованное в верхней части дизайна спорного товара, является сходным до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 713041 истца по фонетическому, семантическому и графическому критериям сходства ввиду нижеизложенного.

В соответствии с пунктом 7.1.2.4. Руководства в комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов основным элементом, как правило, является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения. При тождестве или сходстве доминирующего словесного элемента комбинированного обозначения со словесным обозначением или с доминирующим словесным элементом другого комбинированного обозначения, такие обозначения, по общему правилу, признаются сходными.

Поскольку словесный элемент «Провансаль» является описательным, основным элементом товарного знака по свидетельству № 713041 выступает буквенное сочетание «ЕЖК». При этом буквенные сочетания «ЕЖК» и «ЕМЖК» имеют близкий состав из букв, расположенных в одинаковом порядке, тождественные начальные и конечные части и отличаются лишь одной буквой «М», выполнены в сходной графической манере печатными заглавными буквами русского алфавита сходным типом шрифта. Сравниваемые обозначения являются аббревиатурами со смысловым содержанием, близким к идентичному и при этом понятным рядовому потребителю - Екатеринбургский жировой комбинат (ЕЖК) и Екатеринбургский масложировой комбинат (ЕМЖК). Аналогичное композиционное выполнение элемента «ЕМЖК» в верхней части дизайна спорного товара на фоне контрастного полукруга в близком цветовом сочетании и графике усиливает сходство сравниваемых обозначений в целом и может ввести потребителя в заблуждения относительно изготовителя спорного товара.

Несмотря на то, что обозначение «ЕМЖК» является частью сокращенного фирменного наименования производителя – ООО «ЕМЖК», характер его использования в оригинальной графике, контрастном исполнении в цвете, крупном размере относительно остальных элементов упаковки и без указания организационно-правовой формы юридического лица не отвечает законной цели информирования потребителя о производителе соответствующей продукции. Использование обозначения «ЕМЖК», сходного до степени смешения с элементом «ЕЖК» по свидетельству № 713041, способно ввести потребителя в заблуждение относительно действительного изготовителя масложировой продукции.

Сравниваемые дизайны имеют сходное до степени смешения исполнение неохраноспособных элементов, а именно: комбинированного обозначения «Провансаль», выполненного дугой в близкой графической манере одинаковым типом и цветом шрифта печатными буквами русского алфавита с заглавной буквы на фоне широкой цветной полосы; натуралистического изображения сервированного блюда на подложке с изображением стейка/котлет сходной круглой формы с нарезанными овощами и зеленью в сходном цветовом сочетании и композиции; указания на жирность продукта и ГОСТа в графике, цвете и композиции близким к идентичному.

Кроме того, общее сходство сравниваемых дизайнов усиливается использованием смысловой инверсии ряда описательных элементов, отчасти выполненных в сходной графической манере аналогичным типом шрифта: «ЛЮБИМЫЙ ВКУС ДЕТСТВА» в дизайне спорного товара и «ЛЮБИМЫЙ УРАЛЬСКИЙ ВКУС» в дизайне упаковки товара истца; «Уральский майонез» в дизайне спорного товара и «ЛЮБИМЫЙ УРАЛЬСКИЙ ВКУС» в дизайне упаковки товара истца; «ЛЮБИМЫЙ ВКУС ДЕТСТВА» в дизайне спорного товара и «КАЧЕСТВО С 1959 ГОДА» в дизайне упаковки товара истца. Руководствуясь хранящимся в памяти общим впечатлением от упаковки продукта, виденной им ранее, рядовой потребитель, как правило, не помнит точного расположения ее вспомогательных, описательных элементов и их детальное содержание, поэтому использование близких по смыслу и графике обозначений усиливает сходство сравниваемых обозначений в целом и также способствует введению потребителя в заблуждение относительно изготовителя продукта в упаковке спорного товара.

Из проведенного анализа Суд делает выводы о том, что лицевые стороны упаковок спорного товара и товара истца, обозначения «ЕМЖК» как часть изображения на упаковке спорного товара и «ЕЖК» как элемент зарегистрированного товарного знака по свидетельству №713041, используемые на упаковках товаров, являются сходными до степени смешения.

Судом также проведен дополнительный анализ дизайнов упаковок типа «дой-пак» товаров категории «майонезы», полученных из открытых источников – электронных каталогов торговых сетей «Ашан» (https://www.auchan.ru), «Метро» (https://www.metro-cc.ru/assortiment), «Лента» (https://lenta.com/catalog). Спорный товар в указанных каталогах не содержится, вместе с тем, данное исследование подчеркнуло, что по степени схожести дизайн его упаковки максимально приближен именно к упаковке товара истца и не имеет достаточной схожести с иными товарами анализируемой категории.

Согласно пункту 95 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 при рассмотрении дел о нарушении исключительного права на произведение путем использования его переработки (подпункт 9 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации) для удовлетворения заявленных требований должно быть установлено, что одно произведение создано на основе другого. Создание похожего (параллельного), но творчески самостоятельного произведения, не является нарушением исключительного права автора. Таким образом, помимо сходности упаковок, выяснению подлежит также хронология создания дизайнов товара истца и спорного товара.

Майонезная продукция не относится к товарам высокой ценовой категории и является товаром повседневного спроса, приобретаемым для личного или семейного потребления. Майонезы «ЕЖК Провансаль» и "ЕМЖК Провансаль" относятся к одной товарной категории и имеют одно назначение, следовательно, схожие товары являются взаимозаменяемыми для потребителя. При таких условиях добросовестный производитель стремится к достижению максимального отличия своего товара от аналогичного товара конкурента, стараясь избежать возникновения смешения конкурирующей между собой продукции.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 14.6 Федерального закона «О защите конкуренции» от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ не допускается недобросовестная конкуренция путем совершения хозяйствующим субъектом действий, способных вызвать смешение с товарами, вводимыми конкурентом в гражданский оборот на территории Российской Федерации, в том числе:

- незаконное использование обозначения, сходного с товарным знаком конкурента до степени смешения, путем его размещения на товарах, этикетках, упаковках или использования иным образом в отношении товаров, которые продаются либо иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации;

- имитация внешнего вида товара, вводимого в гражданский оборот конкурентом, упаковки такого товара, его этикетки, наименования, цветовой гаммы или иных элементов, индивидуализирующих хозяйствующего субъекта-конкурента и (или) его товар.

В соответствии с пунктом 9.6 Письма Федеральной антимонопольной службы Российской Федерации от 24 декабря 2015 года N ИА/74666/15 "О применении четвертого антимонопольного пакета", имитация внешнего вида товара представляет собой своеобразное подражание товару конкурента с целью создания у покупателей впечатления о принадлежности таких товаров линейке имитируемых товаров.

Последствием такого поведения на рынке является перераспределение потребительского спроса от производителя оригинального товара в пользу товара конкурента-нарушителя в результате ошибочного приобретения потребителем товаров нарушителя, поскольку сходство упаковки создает ошибочное впечатление о принадлежности товаров одному производителю.

Аббревиатура «ЕМЖК» на спорном товаре с очевидностью свидетельствует о способе передачи потребителям информации о сокращенном наименовании без указания организационно-правовой формы его изготовителя, что следует из маркировки спорного товара не оборотной стороне его упаковки. При этом суд учитывает разницу между датой регистрации заявки на государственную регистрацию товарного знака истца – 11 октября 2018 года и 26 августа 2020 года – датой государственной регистрации общества с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат" (ООО «ЕМЖК», ИНН <***>, ОГРН <***>) в Едином государственном реестре юридических лиц, являющегося, согласно маркировке спорного товара, его изготовителем.

Представленные истцом эфирные справки также свидетельствуют о том, что товар истца являлся рекламируемым в средствах массовой информации, в частности, еще в ноябре и декабре 2019 года, то есть до даты регистрации ООО «ЕМЖК».

Учитывая единый регион места регистрации истца и изготовителя спорного товара (Свердловская область), а также производство конкурирующего товара одной категории (майонезы), Суд приходит к выводу о том, что, как любой разумный участник оборота, изготовитель спорного товара не мог не знать о наличии на товарном рынке продукции истца как своего конкурента, не имея объективных тому препятствий.

Исходя из указанного, Суд принимает доводы истца о том, что создание произведений дизайнов упаковок товаров истца и ответчика носит не единовременный характер, относится к общему для изготовителей рынку, следовательно, имеется зависимость дизайна спорного товара от дизайна товара истца.

В силу статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий его нарушения, путем применения способов защиты, предусмотренных Кодексом, в том числе в судебном порядке по заявлениям правообладателей. Если иное не установлено Кодексом, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от его вины, если нарушитель не докажет, что такое нарушение произошло вследствие чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации определены общие способы защиты исключительных прав правообладателя, к которым, среди прочего, относится возмещение нарушителем причиненных убытков правообладателю как мера гражданской ответственности. В пункте 3 указанной статьи в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации определены способы защиты исключительного права на произведение, одним из которых является требование автором или иным правообладателем по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно статье 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, определяемой в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения или в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак (подпункт 1 пункта 4 статьи), или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (подпункт 2 пункта 4 статьи).

Как следует из пунктов 59 и 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств согласия истца на реализацию ответчиком спорного товара в материалы дела не представлено, таким образом, сам факт продажи ответчиком такого товара, вне зависимости от наличия или отсутствия вины последнего, является достаточным условием для применения к нему мер гражданской ответственности.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявленные истцом требования в части взыскания компенсации с ответчика сводятся к применению как статьи 1301, так и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации. Обосновывая заявленные ко взысканию размеры компенсаций в размере 50 000 рублей по каждому из оснований, истец указывает на то, что такой размер санкции в полной мере соответствует характеру и объему допущенного ответчиком нарушения, предположительно небольшому его сроку (учитывая ограниченные сроки годности товара) и однократному характеру нарушения, учитывая разовое его выявление.

Суд считает указанные требования подлежащими удовлетворению в части.

Как указано в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации правообладатель в случаях, предусмотренных Кодексом, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

По смыслу пункта 63 указанного Постановления компенсация подлежит самостоятельному определению и взысканию за каждый объект нарушенного права, в рассматриваемом споре – за нарушения исключительного авторского права истца и его права на зарегистрированный товарный знак.

Сумма взыскиваемой компенсации, согласно пункту 62 указанного Постановления, подлежит определению судом в размере и пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252), исходя из представленных сторонами доказательств и не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Пунктом 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации одним лицом различными способами, направленными на достижение одной экономической цели, образует одно нарушение исключительного права. Например, хранение или перевозка контрафактного товара при условии, что они завершены фактическим введением этого товара в гражданский оборот тем же лицом, являются элементом введения товара в гражданский оборот и отдельных нарушений в этом случае не образуют; продажа товара с последующей его доставкой покупателю образует одно нарушение исключительного права.

Согласно исковому заявлению истца, нарушение его исключительных прав на произведение дизайна и товарный знак заключается в действиях ответчика – хранении и реализации спорного товара в розничной точке.

Ответчиком данные факты не оспаривается, вместе с тем, им заявлено о снижении суммы взыскиваемой компенсации в связи с незначительным ущербом, причиненным истцу. Так же ответчик представляет доказательство того, что спорный товар он снял с продажи и уничтожил.

Минимальные размеры компенсаций, предусмотренные статьями 1301 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются тождественными и составляют десять тысяч рублей.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В силу пунктов 68 и 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 выражение нескольких разных результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации в одном материальном носителе (в том числе воспроизведение экземпляров нескольких произведений, размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе) является нарушением исключительного права на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (абзац третий пункта 3 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации). Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец. Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Согласно маркировке спорного товара, ответчик не является его изготовителем, соответственно, не является также и лицом, непосредственно разместившим изображение товарного знака истца и производного произведения дизайна на материальном носителе – упаковке спорного товара.

Согласно отзыва ответчика и прилагаемых к нему документов, спорный товар был получен им от ООО «Вертикаль» по универсальному передаточному документу ТД000074544/5 от 05 ноября 2020 года в количестве 24 шт., из которых 3 шт. были реализованы им по товарным чекам № 196 и № 197, общая стоимость товара составила 177,00 рублей, остальные 21 шт. утилизированы, о чем составлен комиссионный акт №35 от 12 ноября 2020 года. Факт утилизации товара истцом не оспаривается, доказательств получения ответчиком иных партий товара, материалами дела не подтверждается.

Из вышеизложенного, Суд приходит к выводу о том, что реализация спорного товара не могла привести истца к прямому и косвенному ущербу от снижения объема продаж его товара в размере, сопоставимом с заявленными требованиями.

Суд учитывает, что истцом в качестве одного из доказательств по делу представлены фотографии товарных полок розничной точки ответчика, в которых, помимо товаров категории «майонез», зафиксированы иные товары, что позволяет сделать вывод о том, что ответчиком осуществлялась реализация товара различных категорий без видимого преобладания товаров категории «майонез» (в том числе спорного товара).

Таким образом, учитывая характер и степень вины ответчика, Суд считает справедливым и разумным удовлетворить заявленные истцом требования в части компенсации 1 000,00 рублей – по основаниям, изложенным в статье 1301 Гражданским кодексом Российской Федерации и 1 000,00 рублей – по основаниям, изложенным в подпункте 1 пункта 4 статьи 1514 Гражданским кодексом Российской Федерации.

Суд также отмечает, что в силу пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право. В случаях ряда последовательных нарушений исключительного права различными лицами каждое из этих лиц несет самостоятельную ответственность за допущенные нарушения. В соответствии с пунктом 6.1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно. Распределение ответственности лиц, совместно нарушивших исключительное право, друг перед другом по регрессному обязательству производится по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из причинителей вреда.

При этом не является обязательным участие в деле в качестве соответчиков всех лиц, последовательно допустивших различные нарушения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности (например, выпуск, оптовую реализацию, розничную продажу контрафактных материальных носителей), а также всех нарушителей при совместном нарушении.

Помимо требований о взыскании с ответчика компенсации, истцом заявлено требование об обязании ответчика изъять из оборота принадлежащую ему контрафактную продукцию под товарным знаком «Уральский провансаль ЕМЖК» и уничтожить ее за свой счет без компенсации.

Указанное требование не подлежит удовлетворению Судом в связи со следующим.

Применение мер гражданской ответственности, в том числе взыскание компенсации с нарушителя, не исключает иных последствий нарушения исключительных прав. Так, согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Кодексом.

Спорный товар утилизирован, о чем составлен комиссионный акт №35 от 12 ноября 2020 года. Факт утилизации товара истцом не оспаривается, доказательств получения ответчиком иных партий товара, материалами дела не подтверждается.

Согласно пункту 5 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении него таких мер, как пресечение действий, нарушающих исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации либо создающих угрозу нарушения такого права (подпункт 2 пункта 1 статьи 1252), изъятие и уничтожение контрафактных материальных носителей (подпункт 4 пункта 1 статьи 1252). Указанные действия осуществляются за счет нарушителя.

В силу п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 N 10 требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства длящегося характера нарушения ответчиком исключительных прав истца. В данном случае требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации не подлежат удовлетворению постольку, поскольку такой запрет установлен уже непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Расходы по оплате госпошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также подлежат возложению на стороны пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 181-182, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу акционерного общества «Жировой комбинат» компенсацию на нарушение исключительного права истца на произведение дизайна в размере 1 000 рублей, компенсацию за нарушение исключительного права истца на товарный знак в размере 1 000 рублей и государственную пошлину в размере 80 рублей. Всего взыскать 2 080 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в пятнадцатидневный срок в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через арбитражный суд Тюменской области.


Судья


Макаров С.Л.