Решение от 23 марта 2026 г. АС города Москвы

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-147683/25-27-970
г. Москва
24 марта 2026 г.
Резолютивная часть решения объявлена 26 февраля 2026года

Полный текст решения изготовлен 24 марта 2026 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Крикуновой В.И., единолично,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ворониной И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании рассмотрев дело по иску

истец 1: Компания «Seha» d.o.o. / Сеха д.о.о. (DEV Metalceva ulica 5/III Zagreb ФИО1 5/III, Загреб, HR-10000, Хорватия)

истец 2: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СЕХА" (125362, Г.МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ЮЖНОЕ ТУШИНО, УЛ СВОБОДЫ, Д. 35, СТР. 43, ПОМЕЩ. 64/1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.07.2024, ИНН: <***>, КПП: 773301001)

ответчик: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СЕХА ЛИГА" (127006, Г.МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ТВЕРСКОЙ, ПЕР ВОРОТНИКОВСКИЙ, Д. 8, СТР. 1, КВ. 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.08.2020, ИНН: <***>, КПП: 771001001)

о защите исключительных прав на фирменное наименование

при участии: согласно протоколу;

У С Т А Н О В И Л:

Компания «Seha» d.o.o. / Сеха д.о.о. (далее – Истец 1) и ООО "СЕХА" (далее – Истец 2) обратились в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО "СЕХА ЛИГА" (далее – Ответчик) о запрете использовать в составе своего фирменного наименования обозначение «СЕХА», сходное до степени смешения с фирменным наименованием компании по законодательству Республики Хорватия «Seha» d.o.o. в отношении следующих видов деятельности: 93.19 деятельность в области спорта прочая, 32.30 Производство спортивных товаров, 93.29 Деятельность зрелищно-развлекательная прочая, 93.29.9 Деятельность зрелищно-развлекательная прочая, не включенная в другие группировки, 96.04 Деятельность физкультурно-оздоровительная, 77.21 Прокат и аренда товаров для отдыха и спортивных товаров, 47.71.5 Торговля розничная спортивной одеждой в специализированных магазинах, о признании действий общества с ограниченной ответственностью «СЕХА ЛИГА» (ОГРН <***>), направленных на воспрепятствование использованию фирменного наименования общества с ограниченной ответственностью «СЕХА» (ОГРН <***>), актом недобросовестной конкуренции, запрет на которую установлен статьей 14.4. Федерального закона «О защите конкуренции».

Представитель Истцов в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель Ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что Истец 1 - хорватская компания с фирменным наименованием «Seha» d.o.o. была зарегистрирована 4 сентября 2013. Учредителями являются Хорватская Федерация Гандбола и Федерация Гандбола Македонии.

Истец 2 - российская компания, которая 09 сентября 2024 г. заключила договор с истцом 1

SEHA - это аббревиатура от South East Handball Association League, что переводится на русский язык как Юго-Восточная гандбольная лига.

SEHA является международной профессиональной гандбольной лигой, организующей соревнования среди клубов стран Юго-Восточной Европы, в том числе России, Беларуси, Северной Македонии, Хорватии, Венгрии, Сербии, Боснии и Г-ны и других государств. Игры проходят и в настоящее время, в том числе, на территории Российской Федерации.

Истец осуществляет деятельность по организации спортивных мероприятий по гандболу на территории нескольких стран. Также компания занимается поддержкой и развитием этого вида спорта, ведет блог и занимается освещением событий в этой области на своем сайте -http://seha-liga.com/.

Ответчик зарегистрирован в ЕГРЮЛ 05 августа 2020. Основной ОКВЭД: деятельность в области спорта.

Истцы полагают, что действия ответчика по регистрации и использованию фирменного наименования, которое включает в себя словесный элемент «Сеха» для услуг, связанных со спортом - являются незаконными.

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, изложенными в пункте 153 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) в Российской Федерации подлежит охране исключительное право на фирменное наименование, в том числе иностранных юридических лиц (статья 8 Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже 20.03.1883).

Согласно пункту 2 статьи 1473 ГК РФ фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности.

В силу пункта 1 статьи 1474 ГК РФ юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет".

Согласно пункту 3 названной статьи не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Юридическое лицо, нарушившее правила пункта 3 названной статьи, по требованию правообладателя обязано по своему выбору прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, или изменить свое фирменное наименование, а также обязано возместить правообладателю причиненные убытки (пункт 4 той же статьи).

Согласно разъяснению, изложенному в абзаце третьем пункта 152 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в ходе рассмотрения соответствующего спора судом должно быть установлено, что истец и ответчик имеют тождественные или сходные до степени смешения фирменные наименования и фактически занимаются конкретными установленными судом аналогичными видами деятельности.

Следовательно, истец (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), чье фирменное наименование зарегистрировано раньше фирменного наименования ответчика, должен доказать, что фирменные наименования комбината и общества являются сходными, виды осуществляемой ими деятельности являются аналогичными, что создает угрозу смешения соответствующих средств индивидуализации.

При этом из закона и официальных разъяснений высшей судебной инстанции следует, что подлежит доказыванию именно фактическое осуществление аналогичных видов деятельности, которое и создает реальную угрозу смешения различных производителей и поставщиков товаров (услуг) в глазах потребителя.

При этом истец, обладая всей полнотой сведений о видах деятельности, осуществляемой им самим, должен представить доказательства фактического осуществления им конкретных видов деятельности, в том числе указанных в его учредительных документах.

В отношении ответчика истец может приводить данные как о фактической деятельности ответчика, так и о деятельности, указанной в учредительных документах.

При этом если истец ссылается на виды деятельности, указанные в учредительных документах ответчика, презюмируется фактическое осуществление этих видов деятельности, если ответчиком не доказано, что они фактически не осуществляются.

Сторонами не оспаривается факт регистрации истца 1 ранее ответчика, а также высокая степень сходства обозначений «seha» и «Сеха». Между тем в части требований ООО «Сеха» ключевое условие -приоритет - отсутствует объективно: ООО «СЕХА ЛИГА» зарегистрировано существенно раньше. Следовательно, у истца 2 правовых оснований для предъявления ответчику требований в защиту фирменного наименования не имеется.

Возражая против удовлетворения данного требования истца 1 ответчик указал, что 27.07.2022 г. между Seha d.o.o. и ООО «СЕХА ЛИГА» заключен договор о сотрудничестве № 1 (Том 1, л.д. 90-101), которым стороны согласовали совместную деятельность по развитию гандбола и проведение турнира под брендом SEHA-Gazprom League на территории РФ и Республики Беларусь. Договор закрепляет права ООО «СЕХА ЛИГА» на использование корпоративной идентики/фирменного стиля, материалов, фото/видео и иных ресурсов проекта, а также право самостоятельно вести переговоры со спонсорами и рекламодателями и осуществлять коммерческие и маркетинговые действия, связанные с турниром, в РФ и РБ. Договор также устанавливает срок и условия прекращения, включая необходимость письменного уведомления и соблюдение предусмотренного договором порядка.

Таким образом использование обозначения SEHA в РФ было согласовано Seha d.o.o.

В материалы дела представлены сведения (том 1, л.д. 49-61), подтверждающие фактическую деятельность ООО «СЕХА ЛИГА» в РФ как оператора/организатора проектов под брендом SEHA-Gazprom League: публикации, сообщения и репортажи о турнирах, матчах, конференциях, партнерских активностях, публичных коммуникациях.

При этом в материалы дела не представлены доказательства реального осуществления деятельности Seha d.o.o. на российском рынке.

Представленное истцами свидетельство о постановке на учет ФНС иностранной организации подтверждает, что постановка на учет произведена в связи с открытием счета в банке на территории РФ, но не свидетельствует о ведении Seha d.o.o. самостоятельной предпринимательской деятельности в РФ, наличие у нее устойчивого хозяйственного оборота, контрагентов, мероприятий, а также формирование деловой репутации на российском рынке.

Данный вывод подтверждается также ответом Мосстата (Росстат): Seha d.o.o. отсутствует в системе федерального статистического наблюдения, сведения о сдаче статистической отчетности отсутствуют. В совокупности это означает, что истец-1 не подтвердил фактического и регулярного присутствия в РФ как хозяйствующего субъекта.

Сама по себе постановка Seha d.o.o. на учет в налоговых органах Российской Федерации не свидетельствует о ведении данной компанией предпринимательской деятельности на территории РФ. Из представленного свидетельства следует, что постановка на учет осуществлена в связи с открытием расчетного счета. При этом в соответствии с п. 3 ст. 4 Федерального закона от 09.07.1999 № 160-ФЗ «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» иностранное юридическое лицо вправе осуществлять предпринимательскую деятельность на территории РФ либо через созданное юридическое лицо, либо через филиал или представительство, подлежащие обязательной аккредитации в установленном порядке. Доказательств наличия у Seha d.o.o. аккредитованного филиала, представительства либо иного легального присутствия, позволяющего вести самостоятельную хозяйственную деятельность в РФ, истцом 1.

Таким образом в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих ведение истцом 1 от своего имени предпринимательской деятельности на российском рынке, что исключает угрозу смешения.

С учетом изложенного требование о запрете использования в составе фирменного наименования обозначения «Сеха» удовлетворению не подлежит.

Истцами также заявлено требование о признании действий общества с ограниченной ответственностью «СЕХА ЛИГА» (ОГРН <***>), направленных на воспрепятствование использованию фирменного наименования общества с ограниченной ответственностью «СЕХА» (ОГРН <***>), актом недобросовестной конкуренции

Как пояснил в судебном заседании представитель истцов указанными действиями он полагает предъявление ответчиком истцу 2 иска о признании незаконным использования ООО «СЕХА» товарного знака «SEHALEAGUE» и фирменного наименования «СЕХА Лига», об обязании удалить незаконно размещенный контент Haseha.ru, нарушающий права Истца, о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 5 000 000 (Пять миллионов) руб. 00 коп. Указанный иск рассматривается в рамках дела № А40-56945/25.

Также истцы полагают что действия истца, связанные с приобретением и использованием фирменного наименования свидетельствуют о недобросовестной конкуренции со стороны ответчика.

По делу о признании недобросовестными действий лица по приобретению и использованию исключительного права на средство индивидуализации, рассматриваемому судом без предварительного рассмотрения антимонопольным органом, сторона, заявляющая о такой недобросовестности, должна доказать нарушение своих прав на момент приобретения ответчиком исключительного права.

На это же обращено внимание в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2).

В силу части 1 статьи 14.4 Закона о защите конкуренции не допускается недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг.

По смыслу положений пункта 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции конкуренция - это соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Недобросовестная конкуренция - это любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации (пункт 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

В силу статьи 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883 (далее - Парижская конвенция) актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах. Так, подлежат запрету: 1) все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента; 2) ложные утверждения при осуществлении коммерческой деятельности, способные дискредитировать предприятие, продукты или промышленную или торговую деятельность конкурента; 3) указания или утверждения, использование которых при осуществлении коммерческой деятельности может ввести общественность в заблуждение относительно характера, способа изготовления, свойств, пригодности к применению или количества товаров.

В пункте 30 Постановления N 2 разъяснено, что при рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должны быть установлены в совокупности:

факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции;

отличие избранного хозяйствующим субъектом способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики;

направленность поведения хозяйствующего субъекта на получение преимущества, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения, при осуществлении экономической деятельности за счет иных участников рынка, в том числе посредством оказания влияния на выбор покупателей (потребителей), на возможность иных хозяйствующих субъектов, конкурирующих добросовестно, на извлечение преимущества из предложения товаров на рынке, на причинение вреда хозяйствующим субъектам - конкурентам иными подобными способами (например, в результате использования (умаления) чужой деловой репутации).

Для доказывания факта недобросовестной конкуренции необходимо установление как специальных признаков, определенных нормами статей 14.1 - 14.7 Закона о защите конкуренции, так и общих признаков недобросовестной конкуренции, предусмотренных пунктом 9 статьи 4 этого Закона, статьей 10.bis Парижской конвенции.

В пункте 169 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) отмечено, что на основании части 1 статьи 14.4 Закона о защите конкуренции не допускается недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации.

Недобросовестная цель приобретения исключительного права устанавливается единожды, и ее выявление порождает последствия не только для взаимоотношений лиц, участвующих в деле, в котором она анализировалась, но и в целом для самого товарного знака.

Поскольку цель (мотив) совершаемых субъектом действий при недобросовестной конкуренции направлена на создание преимуществ перед конкурентами, в данном случае необходимо установление взаимоотношений между истцом и ответчиком на дату совершения ответчиком действий, направленных на приобретение исключительного права на спорный товарный знак.

Между тем, материалы дела свидетельствую о том, что ответчик уже был зарегистрирован в ЕГРЮЛ под спорным наименование при заключении договора о сотрудничестве с истцом 1, еще до регистрации в ЕГРЮЛ истца 2 (16.07.2024). При этом деятельность в рамках данного договора сторонами осуществлялась на протяжении длительного времени, что подтверждается материалами дела. Прекращение действия договора о сотрудничестве не может являться основанием для смены истцом фирменного наименования, в том числе с учетом его регистрации еще до заключения данного договора.

Кроме того суд полагает, что обращение ответчика по настоящему делу с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на принадлежащие ему средства индивидуализации само по себе не может свидетельствовать о наличии у него при регистрации фирменного наименования цели на причинение вреда истцам.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд не усматривает в действиях ответчика недобросовестной цели при приобретении и дальнейшем использовании исключительного права на фирменное наименование, отличия способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес.

Судом рассмотрены все доводы Истцов, однако они не могут служить основанием для удовлетворения заявления.

В связи с изложенными обстоятельствами, требования Истцов не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Государственная пошлина распределяется в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и возлагается на Истцов.

С учетом изложенного, а также руководствуясь ст. ст. 110, 123, 167 - 171 ,176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

В.И. Крикунова