Решение от 29 ноября 2022 г. по делу № А27-8815/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул, д. 8, Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru,E-mail: info @ kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 45-10-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-8815/2022
Город Кемерово
29 ноября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 22 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе: судьи Куликовой Т.Н, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества "Обогатительная фабрика "Междуреченская", г. Междуреченск (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Евраз Междуреченск", г. Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 30 000 000 руб. неустойки,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общество с ограниченной ответственностью "Группа Сибуглемет", 123242, г. Москва, Вн.тер.г. муниципальный округ Пресненский, Новинский б-р, д. 31, этаж/помещ. 4/1, ком. 4, ОГРН: <***>, ИНН: <***>;

2) акционерное общество "Евраз объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат", 654043, Кемеровская область - Кузбасс, город Новокузнецк, Космическое (Заводской р-н) шоссе, 16, ОГРН: <***>, ИНН: <***>;

3) EVRAZ PLC, Лондон,

при участии до перерыва: от истца – ФИО2, доверенность от 25.08.2022, паспорт, диплом; от ответчика – ФИО3, доверенность от 26.09.2022, паспорт, диплом; ФИО4, доверенность от 26.09.2022, удостоверение адвоката; (онлайн) Пирогова Д.Д., доверенность от 05 от 26.09.2022, удостоверение адвоката; Парчутова И.Н., доверенность №ЗВУМ22-ДВ/0001 от 22.06.2022, паспорт, диплом; от АО «ЕВРАЗ ОЗСМК» - Парчутова И.Н., доверенность от 20.04.2022, паспорт, диплом;

после перерыва: от истца – ФИО5, доверенность от 25.08.2022, удостоверение адвоката, диплом; ФИО6, доверенность от 25.08.2022, паспорт, диплом; от ответчика – (онлайн) ФИО3, доверенность от 26.09.2022, паспорт, диплом; ФИО4, доверенность от 26.09.2022, удостоверение адвоката; Пирогова Д.Д., доверенность от 26.09.2022, удостоверение адвоката; Парчутова И.Н., доверенность №ЗВУМ22-ДВ/0001 от 22.06.2022, паспорт, диплом; от АО «ЕВРАЗ ОЗСМК» - Парчутова И.Н., доверенность от 20.04.2022, паспорт, диплом;

у с т а н о в и л:

акционерное общество "Обогатительная фабрика "Междуреченская" обратилось в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Евраз Междуреченск" о взыскании 30 000 000 руб. неустойки за нарушение пункта 6.3 договора №7/15 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа АО «ОФ «Междуреченское» управляющей компании – ООО «УК «ЕВРАЗ Междуреченск», приложения №2 к нему.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: финансовый контролер истца – общество с ограниченной ответственностью "Группа Сибуглемет", ОГРН: <***>, ИНН: <***>, а также гаранты на стороне ответчика – акционерное общество "Евраз объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат", ОГРН: <***>, ИНН: <***> и EVRAZ PLC.

ООО «Группа Сибуглемет» и EVRAZ PLC извещены о начавшемся процессе надлежащим образом, в том числе с учетом направления судом определений суда в адрес привлеченных лиц, а также представленных истцом в материалы дела сведений о направления определения суда с нотариально заваренным переводом в адрес иностранного юридического лица и сведений о вручении данной корреспонденции 30.09.2022 (Транспортная накладная DHL №4410582610).

Руководствуясь статьёй 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Представитель истца требования поддержал, мотивируя тем, что ответчиком в нарушение пункта 6.3 договора управления без предварительного письменного соглашения финансового контролера Общества заключены дополнительные соглашения от 31.05.2018 к договорам банковского счета, которыми предусмотрено право осуществления безакцептного списания денежных средств со счетов Общества на основании требования об оплате денежных средств по договору поручительства от 19.02.2018. Истец также указывает, что нарушения ответчика являются нарушениями фидуциарных обязательств ответчика перед истцом, дополнительными соглашениями могли быть неоправданно расширены условия безакцептного списания по сравнению с договором поручительства, в связи с чем, требовалось согласие финансового контролера.

Ответчик исковые требования не признал, указав, что дополнительными соглашениями от 15.03.2019 и 04.06.2019 к договору управления №7/15 исключена ответственность Управляющей компании за заключение сделок, совершенных в процессе реструктуризации задолженности компаний группы Сибуглемет, в которую также входит Общество, при этом спорные дополнительные соглашения к договорам банковских счетов заключены в рамках реструктуризации, в связи с чем отсутствуют основания для привлечения ответчика к ответственности. Ответчик также указал, что дополнительные соглашения к договорам банковского счета, как и договор поручительства от 19.02.2018 № М00000/1512-ДП-1, во исполнение которого заключены данные дополнительные соглашения, заключены в пользу контролирующего Общество лица – ВЭБ, в связи с чем у истца не могло возникнуть каких-либо неблагоприятных последствий в связи с заключением дополнительных соглашений. Ответчик также указал, что в случае признания судом наличия нарушения договора управления, подлежит применению ст. 333 ГК РФ, поскольку истцом не представлено доказательств возникновения у него убытков в связи заключением дополнительных соглашений к договорам банковского счета, а кроме того, им заявлено о злоупотреблении правом на судебную защиту и отказе в удовлетворении требований о взыскании неустойки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представитель третьего лица - акционерного общества "Евраз объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат" в целом поддержал позицию ответчика по существу иска.

Заслушав представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Между истцом и ответчиком был заключен договор №7/15 от 01.12.2015 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества (далее – Договор управления), согласно п. 1.2 которого Общество передает, а Управляющая организация принимает на себя и осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа Общества, определенные законодательством РФ, уставом Общества, положениями, регулирующими деятельность органов управления Общества в порядке и на условиях, определенных договором.

29.12.2017 между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение к Договору управления.

В соответствии с п. 3.1 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2017 Управляющая организация осуществляет права и исполняет обязанности единоличного исполнительного органа Общества в том объеме и с теми ограничениями, которые определены Договором, в том числе с учетом ограничений, предусмотренных Приложением № 2 к Договору, Уставом Общества, Внутренними документами Общества и действующим законодательством.

В соответствии с п.п. 30 п. 1.2 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2017 «Финансовый контролер» означает ООО «Группа Сибуглемет», осуществляющее свои функции и полномочия в порядке, предусмотренном Договором, на основании договора оказания финансовых услуг от 29.12.2017.

Согласно п. 6.3 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2017 изменение условий по распоряжению счетами Общества принимается генеральным директором Управляющей компании с предварительного письменного соглашения Финансового контролера Общества. Такое письменное согласие Финансового контролера представляется в срок не позднее 10 (десяти) рабочих дней с даты получения соответствующего уведомления от Управляющей организации.

В силу п. 12.4 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2017 Управляющая компания обязуется уплатить Обществу неустойку в размере 10 000 000 рублей при принятии решения об открытии счетов Общества, закрытии счетов Общества, а также изменении условий по распоряжению счета Общества в нарушение п. 6.3 Договора управления, а именно, при отсутствии предварительного письменного соглашения Финансового контролера Общества.

Между Обществом и ВЭБ заключен договор поручительства от 19.02.2018 № М00000/1512-ДП-1, согласно которому Общество приняло на себя солидарную ответственность за исполнение АО «Междуречье» всех обязательств перед ВЭБ, в том числе указанных в п. 2.1 Договора поручительства.

В силу п. 4.3.1 Договора поручительства в целях своевременного и надлежащего исполнения обязательств по Договору Общество предоставляет ВЭБ право производить списание денежных средств, находящихся на счетах Общества, в размере, необходимом для исполнения обязательств Общества по Договору поручительства.

Между Обществом и АО «Газпромбанк» заключены договоры банковского счета от 25 апреля 2018 № 690, № 690-ВАЛ/USD, № 690-ВАЛ/ЕВРО.

Также между АО «Газпромбанк» и Обществом в лице генерального директора Управляющей компании заключены три дополнительных соглашения от 31.05.2018 к договорам банковского счета от 25 апреля 2018 № 690, № 690-ВАЛ/USD, № 690-ВАЛ/ЕВРО, которыми Общество предоставило безусловное и безотзывное право и согласие без дополнительного распоряжения Общества однократно не позднее следующего рабочего дня после получения инкассового поручения/платежного требования ВЭБ по Договору поручительства осуществить оплату по указанным требованиям с учетом условий и порядка, предусмотренных в дополнительных соглашениях.

В силу п. 1 ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Согласно п. 1, 3 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно п. 4 ст. 401 ГК РФ заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно.

В силу разъяснений п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если в пределах, установленных пунктом 4 статьи 401 ГК РФ, в заранее заключенном соглашении указаны обстоятельства, устраняющие или ограничивающие ответственность должника за неумышленное нарушение обязательства, то на него возлагается бремя доказывания их наступления. Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ). Отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункты 1 и 2 статьи 401 ГК РФ). Например, в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 настоящего постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная. Положения п. 2-3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» содержат перечень условий, при которых правила, установленные нормой права, следует признавать императивными.

Из указанных положений законодательства и разъяснений Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ следует, что гражданское законодательство не ограничивает возможность заключения сторонами последующего соглашения об освобождении от ответственности, в связи с чем правила п. 4 ст. 401 ГК РФ не распространяются на такое соглашение.

Судом установлено, что между Обществом и Управляющей компанией заключено дополнительное соглашение к Договору управления от 04.06.2019, которым в Договор управления внесены изменения в части регулирования порядка заключения сделок в процессе реструктуризации задолженности компаний группы Сибуглемет.

Согласно сноске № 1 к дополнительному соглашению к Договору управления от 04.06.2019 к группе компаний Сибуглемет относится также Общество.

В силу п. 1.2 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 04.06.2019, реструктуризация означает сделки, совершенные Обществом / компаниями группы во исполнение решений советов директоров, общих собраний акционеров Общества / компаний группы, в том числе общих собраний акционеров от 12.10.2017 в целях исполнения / рефинансирования долговых обязательств Компаний группы, в том числе, но не исключительно, договоров поручительства на полную сумму обязательств АО «Междуречье» по кредитному соглашению с ВЭБ, между ВЭБ и, в том числе, АО «ОФ «Междуреченская».

Как следует из материалов дела, договор поручительства от 19.02.2018 №М00000/1512-ДП-1 был одобрен общим собранием акционеров 12.10.2017.

Пунктом 4.3.1 данного договора поручительства предусмотрено предоставление права ВЭБ на безакцептное списание денежных средств, находящихся на счетах Общества, в размере, необходимом для исполнения обязательств Общества по Договору поручительства. Исходя из п. 1 дополнительных соглашений к договорам банковских счетов также следует, что дополнительные соглашения заключены во исполнение договора поручительства от 19.02.2018 № М00000/1512-ДП-1.

В этой связи, дополнительные соглашения от 31.05.2018 к договорам банковских счетов от 25 апреля 2018 № 690, № 690-ВАЛ/USD, № 690-ВАЛ/ЕВРО являются сделками реструктуризации в соответствии с п. 1.2 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 04.06.2019.

Согласно п. 12.6 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 04.06.2019 стороны подтверждают, что Управляющая компания не несет ответственность за убытки и любые негативные последствия для компании группы в связи с совершением Обществом или компаниями группы сделок реструктуризации. Негативные последствия включают имущественные потери, но ими не ограничиваются.

Следовательно, стороны в п. 12.6 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 04.06.2019 предусмотрели освобождение Управляющей компании от ответственности за любые негативные последствия для Общества в результате заключения дополнительных соглашений от 31.05.2018 к договорам банковских счетов от 25 апреля 2018 № 690, № 690-ВАЛ/USD, № 690-ВАЛ/ЕВРО.

Таким образом, учитывая, что дополнительные соглашения к договорам банковского счета являются сделками реструктуризация, суд не усматривает наличия оснований для взыскания с ответчика неустойки в связи с заключением дополнительных соглашений к договорам банковского счета от 25 апреля 2018 № 690, № 690-ВАЛ/USD, № 690-ВАЛ/ЕВРО.

Указанное обстоятельство является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При этом, как следует из материалов дела и не оспорено истцом в ходе судебного разбирательства, на момент заключения Договора поручительства и дополнительных соглашений к договорам банковского счета, ВЭБ являлся контролирующим лицом Общества.

Таким образом, поскольку дополнительными соглашениями к договорам банковского счета право на безакцептное списание денежных средств предоставлено контролирующему истца лицу – ВЭБ, то следует полагать, что дополнительные соглашения заключены в рамках группы компаний Сибуглемет, в связи с чем, необходимость получения согласия Финансового контролера у Управляющей компании отсутствовала.

В связи с этим, суд не усматривает нарушение Управляющей компанией п. 6.3 Договора управления.

Также суд, рассмотрев довод Общества о нарушении Управляющей компанией фидуциарных обязанностей по Договору управления, что могло повлечь существенные негативные финансовые последствия для Общества, а также заявления ответчика о снижении неустойки на основании ст. 333 ГК РФ и злоупотреблении Истцом своими правами и отказе в удовлетворении иска на основании статьи 10 ГК РФ, приходит к следующим выводам.

Согласно п. 77 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

В силу позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Согласно п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» несоразмерность и необоснованность выгод могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

В силу третьего абзаца пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно на них полагалась (пункт 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления N 25).

Как указано выше, контролирующим лицом истца является ВЭБ, в этой связи, что как Договор поручительства, так и дополнительные соглашения к договорам банковского счета Общества в АО «Газпромбанк», заключены в пользу контролирующего лица Общества.

Более того, как указывает ответчик и не опровергнуто истцом в ходе судебного разбирательства, не следует из материалов дела, ВЭБ не было реализовано право безакцептного списания денежных средств с банковских счетов Общества в АО «Газпромбанк».

Указанное свидетельствует об отсутствии каких-либо негативных последствий для Общества в результате заключения дополнительных соглашений к договорам банковского счета Общества в АО «Газпромбанк».

Истец также не указал, какие негативные последствия Общество в действительности понесло и какие последствия могут возникнуть у Общества в будущем.

В рассматриваемой ситуации при предъявлении требований о взыскании неустойки за нарушение условий договора управления, по убеждению арбитражного суда, усматривается недобросовестность истца (статья 10 ГК РФ), чьи действия отклоняются от стандарта обычного поведения участников гражданского оборота, выразившаяся в том, что, требуя взыскания неустойки, ссылается лишь только на наличие формальных нарушений условий договора управления, не представляя доказательств нарушения своих прав, которые он пытается защитить путем обращения в суд, или иных негативных последствий в связи с несогласованием Ответчиком сделок с Советом директоров Общества или Финансовым контроллером.

Учитывая, что неустойка (штраф, пени) служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника, исходя из конкретных обстоятельств, учитывая недобросовестное поведение истца, суд также не находит основания для удовлетворения исковых требований.

Расходы истца по оплате государственной пошлины по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на него.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца с момента его принятия. Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.



Судья Т.Н. Куликова