Решение от 9 декабря 2019 г. по делу № А50-29130/2019

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


город Пермь

«09» декабря 2019 года Дело № А50-29130/2019


Резолютивная часть решения объявлена 02 декабря 2019 года. Полный текст решения изготовлен 09 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Морозовой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Злобиной Т.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Техцентр-Инвест» (ОГРН <***>; ИНН <***>)

к ФИО1 (г. Пермь)

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 3 059 317,10 руб.

третье лицо: финансовый управляющий ФИО1 – ФИО2

при участии:

от истца: ФИО3, доверенность б/н от 13.07.2018;

от ответчика: не явился, извещен;

от третьего лица: не явился, извещен

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Техцентр-Инвест» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройбетон» и взыскании 3 059 317,10 руб.

Представитель истца в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске; представил письменные пояснения.

Ответчик, третье лицо, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте суда, в судебное заседание не явились, что не препятствует рассмотрению дела в соответствии со ст. 156 АПК РФ.

Финансовым управляющим ФИО1 – ФИО2 представлен письменный отзыв, просит в удовлетворении иска отказать.

Кроме того, представлены дополнительные пояснения, в которых финансовый управляющий полагает, что требование ООО «Техцентр-Инвест» по смыслу ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» является реестровым.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения истца, арбитражный суд приходит к выводу, что исковые требования удовлетворению не подлежат, ввиду нижеизложенного.

Обращаясь в суд с иском, истец указал, что решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.04.2018 по делу № А60-13323/2018 с ООО «Стройбетон» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «Техцентр-Инвест» взыскано 3 049 317 руб. 10 коп., в том числе: 1 138 654 руб. 63 коп. долга и 1 910 662 руб. 47 коп. пени; а также пени, начисленные на сумму долга в размере 1 138 654 руб. 63 коп. по ставке 0,2% за каждый день просрочки, начиная с 31.01.2018г. по день фактической оплаты долга.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2018 по делу № А60-13323/2018 с ООО «Стройбетон» в пользу ООО «Техцентр-Инвест» взысканы расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.

Вышеуказанные судебные акты ООО «Стройбетон» добровольно не исполнило.

Таким образом, общий размер денежных обязательств ООО «Стройбетон» перед ООО «Техцентр-Инвест» составил 3 059 317,10 руб.

При этом в соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ деятельность ООО «Стройбетон» прекращена 19.02.2019 в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Ссылаясь на ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», на ст. 53.1 ГК РФ, истец просит суд привлечь ответчика ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройбетон» перед ООО «Техцентр-Инвест» и взыскать с него 3 059 317,10 руб., поскольку ФИО1 являлся директором ООО «Стройбетон» и единственным участником общества и, по мнению истца, довел подконтрольную организацию до состояния, при котором оно перестало отвечать признакам действующего юридического лица и было исключено из ЕГРЮЛ.

Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случае наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт б пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ).

При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

Пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) устанавливает, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Таким образом, субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности лица, являющегося основным должником; при предъявлении требований к субсидиарному поручителю, кредитор должен доказать факт обращения к должнику и его отказ от исполнения обязательства, а также невозможность бесспорного взыскания средств с основного должника.

Кроме этого, как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов истца лежит на руководителе, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчиков на опровержение заявленных истцом доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Как следует из материалов дела, 19.02.2019 ООО «Стройбетон» (ОГРН <***>) исключено из ЕГРЮЛ, на основании п. 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

По данным ЕГРЮЛ, ФИО1 являлся директором и единственным участником ООО «Стройбетон» с 26.03.2015 до момента исключения общества из ЕГРЮЛ.

Истец указывает, что ФИО1 являлся директором ООО «Стройбетон» и единственным участником общества и, по мнению истца, довел подконтрольную организацию до состояния, при котором оно перестало отвечать признакам действующего юридического лица, было исключено из ЕГРЮЛ, что свидетельствует о недобросовестности лица, осуществлявшего функции единоличного исполнительного органа, направлено на неправомерное извлечение личной выгоды.

Оценив представленные суду документы, суд приходит к выводу, что истец не представил доказательства, подтверждающие вышеизложенные его доводы, в нарушение ст. 65 АПК РФ, все доводы истца носят предположительный характер.

При этом, как указывалось выше, сам по себе факт наличия задолженности не влечет за собой наступление субсидиарной ответственности руководителя должника (общества).

Как указывалось судом выше, участник и (или) руководитель общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества.

Пункт 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагает бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

При этом каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиками действий (бездействий) по уклонению от уплаты задолженности при наличии фактической возможности, целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влиянию на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ не представлено, соответствующих доводов не приведено. Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ на основании ст. 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ само по себе не свидетельствует о совершении контролирующими должника лицами действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности произвести расчеты с кредиторами общества, введению последних в заблуждение.

Наличие задолженности, не погашенной обществом, также не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как руководителя и учредителя общества, в усугублении финансового положения организации, и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

На основании вышеизложенного, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску относятся на истца в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.


Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня изготовления в полном объеме через Арбитражный суд Пермского края.


Судья Т.В. Морозова