Решение от 1 ноября 2019 г. по делу № А07-36307/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Октябрьской революции, 63 а, г. Уфа, 450057

тел. (347) 272-13-89, факс (347) 272-27-40, сайт http://ufa.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А07-36307/2018
01 ноября 2019 года
г. Уфа



Резолютивная часть решения объявлена 25 октября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 01 ноября 2019 года.


Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Симахиной И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Максютовым Т.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Республике Башкортостан

к Арбитражному управляющему ФИО1

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований: Управление Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан

о привлечении к административной ответственности


при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 – главный специалист-эксперт отдела по контролю (надзору) в сфере саморегулируемых организаций по доверенности № 245 от 27.12.2018г., личность удостоверена паспортом.

от арбитражного управляющего: ФИО1, личность удостоверена паспортом.

от третьего лица: ФИО3 – главный государственный налоговый инспектор отдела обеспечения процедур банкротства по доверенности исх. № 24-25/06351 от 26.03.2019г., предъявлено служебное удостоверение УР № 830477; ФИО4 – заместитель начальника отдела обеспечения процедур банкротства по доверенности исх. № 24-26/24518 от 12.12.2018г., предъявлено служебное удостоверение УР № 130541.


В Арбитражный суд Республики Башкортостан обратилось Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан (далее – Заявитель, Управление, Административный орган) с заявлением о привлечении Арбитражного управляющего Арбитражного управляющего ФИО1 (далее – Арбитражный управляющий, ФИО1) к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан (далее – Третье лицо, Налоговый орган).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце первом пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013г. № 99 "О процессуальных сроках", протокольным определением от 23 октября 2019 года рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции было отложено на 25 октября 2019 года в 14 час. 30 мин. в связи с необходимостью документального подтверждения Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Республике Башкортостан доводов об увольнении лица, присутствовавшего на собрании кредиторов, состоявшегося 28 июля 2016 года.

Выписка из протокола судебного заседания была размещена судом в "Картотеке арбитражных дел" (http://kad.arbitr.ru) 24 октября 2019 года в 16 час. 17 мин. 30 сек. по московскому времени, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов.

24 октября 2019 года (дата поступления документов в систему) в Арбитражный суд Республики Башкортостан посредством системы «Мой арбитр» от Арбитражного управляющего поступили письменные пояснения («[п]исьменная позиция») по вопросу использования свидетельских показаний гражданина ФИО5, в соответствии с которыми он указал, что к ним необходимо относиться критически, поскольку гражданин ФИО5 является «сотрудником УФНС по РБ», напрямую заинтересован в исходе дела и других показаний дать не мог, свидетель также не дал ответа на вопрос, на основании какого документа принималось решение по дополнительному вопросу о внесении изменений в порядке, сроки и условия продажи имущества должника, отраженному в протоколе собрания кредиторов от 28 июня 2016 года, в связи с чем, по его мнению, полученные свидетельские показания по смыслу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не отвечают принципу допустимости доказательств.

До открытия судебного заседания в Арбитражный суд Республики Башкортостан посредством системы «Мой арбитр» от Арбитражного управляющего поступили уточненные письменные пояснения ([п]исьменная позиция (уточненная)»), по вопросу использования свидетельских показаний гражданина ФИО5, в соответствии с которыми он, в дополнение к ранее приведенным доводам, указал, что показаниями гражданина ФИО5 подтверждается, что «...Отчет 89/16/1-О от 23.05.2016г был представлен на обозрения участников собрания кредиторов от 28.07.2019, который имеется в материалах дела (Том5)».

До открытия судебного заседания в Арбитражный суд Республики Башкортостан посредством системы «Мой арбитр» поступило ходатайство Арбитражного управляющего, в соответствии с которым он просил суд «привлечь» в качестве свидетеля гражданина ФИО6, присутствовавшего на собрании кредиторов должника, состоявшегося «28.06.2019г.».

До открытия судебного заседания в Арбитражный суд Республики Башкортостан от Арбитражного управляющего поступила копия отчета об оценке рыночной стоимости транспортных средств за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года, заверенная Обществом с ограниченной ответственностью "РЕБУС".

В судебном заседании приняли участие представители Заявителя и Третьего лица, допущенные к участию в нем на основании пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2019г. № 26 "О некоторых вопросах применения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в связи с введением в действие Федерального закона от 28 ноября 2018 года № 451-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также лично Арбитражный управляющий.

В судебном заседании на рассмотрение участвующих в деле лиц было вынесено ходатайство Арбитражного управляющего о вызове в судебное заседание в качестве свидетеля гражданина ФИО6.

Представитель Заявителя в судебном заседании возражал против удовлетворения данного ходатайства Арбитражного управляющего, а также указал, что гражданин ФИО6 в настоящее время не является работником Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Республике Башкортостан, в связи с чем обеспечить его явку не представляется возможным, в подтверждение чего представил для приобщения к материалам дела копию приказа от 22 июля 2019 года за номером 861-к.

Представитель Третьего лица в судебном заседании также просил оставить данное ходатайство Арбитражного управляющего без удовлетворения.

Рассмотрев в судебном заседании ходатайство Арбитражного управляющего о вызове в судебное заседание гражданина ФИО6 в качестве свидетеля, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

Свидетель обязан по вызову арбитражного суда явиться в суд (часть 2 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, как это следует из буквального смысла приведенной нормы арбитражного процессуального законодательства, вызов свидетеля, который приобретает для него свойство обязательности, может быть осуществлен исключительно арбитражным судом.

Данное обстоятельство обусловлено тем фактом, что статьей 10 Конституции Российской Федерации установлено, что государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны.

Согласно части 1 статьи 11 Конституции Российской Федерации государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации.

Однако для надлежащей реализации своих властных функций по вызову свидетеля арбитражный суд должен обладать одновременной совокупностью следующих сведений:

- лицо, рассматриваемое в качестве свидетеля, обладает либо должно обладать сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела;

- известны адрес (место жительства) и (или) местонахождения лица, рассматриваемого в качестве свидетеля.

В случае отсутствия сведений об адресе (месте жительства) и (или) местонахождении лица, рассматриваемого в качестве свидетеля, реализация властных полномочий суда по вызову свидетеля становится невыполнимой, что обусловлено объективной невозможностью его извещения о месте и времени судебного разбирательства непосредственно судом в таком случае («дедушкино извещение»).

Иными словами, поскольку не представляется возможным вызвать в судебное заседание в качестве свидетеля лицо, сведения об адресе (месте жительства) и (или) местонахождении которого неизвестны, постольку не может быть удовлетворено ходатайство о вызове участвующего в деле лица о вызове свидетеля, не содержащее таких сведений. В противном случае удовлетворение ходатайства будет носить характер юридического фарса.

В рассматриваемой ситуации ходатайство Арбитражного управляющего содержит в себе указанный порок, поскольку в нем отсутствуют какие-либо необходимые для вызова в судебное заседание физического лица для допроса в качестве свидетеля сведения (адрес, место нахождения и т.п.), позволившие бы уведомить его о необходимости явки в судебное заседание непосредственно Арбитражному суду Республики Башкортостан.

При этом суд принимает во внимание, что в судебном заседании Арбитражный управляющий указал, что обладает подобными познаниями (а в судебном заседании, состоявшемся 23 октября 2019 года, вовсе заявил, что виделся с гражданином ФИО6), однако, по неизвестным причинам, не посчитал необходимым отразить их в ходатайстве и – коль скоро он находится с поименованным физическим лицом в контакте – не посчитал необходимым обеспечить его явку в судебное заседание.

Указанные действия Арбитражного управляющего, по мнению суда, были направлены исключительно на отложение судебного разбирательства в случае удовлетворения заявленного им ходатайства – поскольку объективно невозможно опросить в судебном заседании лицо, которое в нем не участвует.

Из абзаца первого части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что лица, участвующие в деле, вправе, в числе прочего, заявлять ходатайства.

Однако получая возможность пользоваться процессуальными правами – перечень которых в силу диспозитивности арбитражного процессуального законодательства весьма широк – лицо, участвующие в деле, принимает на себя определенные процессуальные обязанности, к числу которых относится и обязанность добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, нарушение которой (то есть, проявление недобросовестного процессуального поведения) влечет за собой определенные правовые последствия (части 2 и 3 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Частью 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

С учетом изложенных обстоятельств – как объективную невозможность удовлетворения ходатайства, так и поведение Арбитражного управляющего с учетом данных им лично пояснений –, протокольным определением в удовлетворении ходатайства Арбитражного управляющего о вызове в судебное заседание гражданина ФИО6 в качестве свидетеля было отказано.

В судебном заседании также было рассмотрено заявление Арбитражного управляющего о фальсификации доказательств, сделанное им в судебном заседании, состоявшемся 22 октября 2019 года.

Данное заявление Арбитражного управляющего было сделано им в связи со следующими обстоятельствами.

В ходе рассмотрения настоящего дела Третьим лицом в материалы в числе прочего была представлена копия протокола собрания кредиторов, состоявшегося 28 июля 2016 года (т. 5, л.д. 36-39).

В пункте "в" решения по первому дополнительному вопросу повестки дня («О внесении в Положение о порядке о сроках и об условиях продажи имущества ОАО "Кумертауский Хлебокомбинат" изменений, указанных уполномоченным органом») имеется ссылка на отчет об оценке № 89/16/1/0 от 23 мая 2016 года.

Арбитражным управляющим в материалы дела была представлена копия отчета об оценке рыночной стоимости транспортных средств за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: О.А.М., исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС") (т. 5, л.д. 53-57).

В свою очередь Третьим лицом в материалы дела была представлена копия отчета об оценке рыночной стоимости оборудования за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: Открытое акционерное общество "Кумертауский Хлебокомбинат", исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС") (т. 5, л.д. 101-102).

Поскольку Третьим лицом в материалы дела не был представлен оригинал отчета об оценке рыночной стоимости оборудования за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: Открытое акционерное общество "Кумертауский Хлебокомбинат", исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС"), Арбитражный управляющий, утверждая, что в действительности собранию кредиторов, состоявшемуся 28 июля 2016 года, представлялся отчет об оценке рыночной стоимости транспортных средств за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: О.А.М., исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС"), в судебном заседании, состоявшемся 22 октября 2019 года, заявил о его фальсификации.

Частью 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления (пункт 1); исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу (пункт 2); проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу (пункт 3). В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд в судебном заседании, состоявшемся 22 октября 2019 года, разъяснил Арбитражному управляющему и представителю Третьего лица уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств, о чем была отобрана соответствующая расписка.

Также в судебном заседании, состоявшемся 22 октября 2019 года, суд в порядке пункта 2 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации получил от представителя Третьего лица отказ на исключение копии отчета об оценке рыночной стоимости оборудования за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: Открытое акционерное общество "Кумертауский Хлебокомбинат", исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС") из числа доказательств по делу.

По результатам рассмотрения заявления Арбитражного управляющего о фальсификации доказательств, суд пришел к следующим выводам.

Фальсификация доказательств представляет собой преднамеренное и умышленное деяния, выражающиеся в создании и представлении в суд, рассматривающий гражданское либо административное дело, доказательств, содержащих не соответствующие действительности сведения.

В рассматриваемой ситуации как Арбитражным управляющим, так и Третьим лицом в материалы дела были представлены копии отчетов об оценке, различные между собой по всем параметрам (включая название), за исключением регистрационного номера и даты составления.

Оригиналы документов, копии которых были представлены ими в материалы дела, ни Арбитражным управляющим, ни Третьим лицом представлены не были.

При этом суд полагает необходимым отдельно отметить причины, по которым в судебном заседании, состоявшемся 23 октября 2019 года, протокольным определением было оставлено без удовлетворения ходатайство Арбитражного управляющего об истребовании у Общества с ограниченной ответственностью "РЕБУС" оригинала отчета об оценке рыночной стоимости транспортных средств за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: О.А.М., исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС").

По общему правилу, установленному в части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (абзац первый части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исключением из данных положений арбитражного процессуального законодательства является случай, когда лицо, участвующее в деле, лишено возможности самостоятельно представить суду определенные доказательства в подтверждение своей правовой позиции по делу.

Именно для таких случаев арбитражным процессуальным законодательством предусмотрен институт истребования доказательств, урегулированный положениями части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Однако в рассматриваемом случае Арбитражным управляющим не были указаны и документально не подтверждены причины, препятствующие самостоятельному получению соответствующих доказательств.

Именно по этим причинам суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства Арбитражного управляющего об истребовании доказательств, что было отражено в протоколе судебного заседания.

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, как Арбитражным управляющим, так и Третьим лицом в материалы дела были представлены только копии отчетов об оценке, различные между собой по всем параметрам (включая название), за исключением регистрационного номера и даты составления.

Поскольку в протоколе собрания кредиторов, состоявшегося 28 июля 2016 года, не имеется наименования отчета об оценке (транспортных средств, как в версии Арбитражного управляющего, либо оборудования, как в версии Третьего лица), а наличествует только ссылка на номер и дату составления отчета, оригиналы документов ни Арбитражным управляющим, ни Третьим лицом представлены не были, при этом копии отчетов об оценке, представленные Арбитражным управляющим и Третьим лицом, различны между собой по всем параметрам, за исключением регистрационного номера и даты составления, суд в судебном заседании, состоявшемся 25 октября 2019 года, на основании части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу, что в рассматриваемом случае никем из участвующих в деле лиц не доказан факт, какая именно версия отчета была в действительности представлена собранию кредиторов, состоявшемуся 28 июля 2016 года, в связи с чем признал, что как копия отчета об оценке рыночной стоимости транспортных средств за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: О.А.М., исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС"), представленная Арбитражным управляющим, так и копия отчета об оценке рыночной стоимости оборудования за регистрационным номером 89-16/1/0 от 23 мая 2016 года (заказчик: Открытое акционерное общество "Кумертауский Хлебокомбинат", исполнитель: Общество с ограниченной ответственностью "РЕБУС"), представленная Третьим лицом, являются недопустимыми доказательствами и подлежат исключению из числа доказательств по делу.

Учитывая, что доказательство, о фальсификации которого было заявлено, было признано недопустимым и исключено из числа доказательств по делу, суд пришел к выводу, что заявление о фальсификации недопустимом доказательства быть рассмотрено не может, в связи с чем данный вопрос был снят с рассмотрения, что было отражено в порядке части 2 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в протоколе судебного заседания.

Кроме того, суд также полагает необходимым отдельно оговорить причины, по которым в судебном заседании, состоявшемся 22 октября 2019 года, было оставлено без удовлетворения ходатайство Арбитражного управляющего о привлечении Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих в качестве защитника.

Согласно части 1 статьи 25.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему – представитель.

В качестве защитника или представителя к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо (часть 2 статьи 25.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях также позволяет лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не только самому пользоваться предусмотренными данным Кодексом процессуальными правами, но и прибегнуть к юридической помощи защитника, который может участвовать в таком производстве с момента возбуждения дела об административном правонарушении и вправе знакомиться со всеми его материалами, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, участвовать в рассмотрении дела, обжаловать применение мер обеспечения производства по делу, постановление по делу, пользоваться иными процессуальными правами в соответствии с данным Кодексом (часть 1 статьи 25.1, части 1, 4 и 5 статьи 25.5). Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, самостоятельно либо через законных представителей (статьи 25.3 и 25.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) предпринимает меры для приглашения защитника к участию в деле. При этом данное лицо может выбрать защитника из числа как адвокатов, так и иных лиц (часть 2 статьи 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), что расширяет его возможности в поиске и приглашении защитника по сравнению с подозреваемым и обвиняемым в уголовном процессе, в котором право на самостоятельный выбор защитника не предполагает участия любого лица в таковом качестве (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.1997г. № 2-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.11. 2002г. № 302-О, от 20.10.2005г. № 393-О, от 20.11.2008го. № 858-О-О, от 25.01.2012г. № 25-О-О, от 05.02.2015г. № 236-О).

Между тем, дела о привлечении к административной ответственности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в связи с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, отнесенные федеральным законом к подведомственности арбитражных судов, рассматриваются по общим правилам искового производства, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными в главе 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и федеральном законе об административных правонарушениях (часть 1 статьи 202 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судам при рассмотрении дел, отнесенных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях к их подведомственности, необходимо учитывать, что в тех случаях, когда положения главы 25 и иные нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прямо устанавливают конкретные правила осуществления судопроизводства, именно они должны применяться судами. Это касается наименования категорий дел (параграфы 1 и 2 главы 25), оснований возбуждения производства по делам (часть 2 статьи 202 и часть 2 статьи 207 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), наименования и содержания судебных актов суда первой инстанции (статьи 206 и 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), составления протокола судебного заседания (статья 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), сроков направления лицам, участвующим в деле, копий судебных актов (часть 5 статьи 206 и часть 6 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Таким образом, при рассмотрении дел по правилам § 1 главы 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат применению общие процессуальные нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующие общий порядок искового производства, как имеющие приоритет перед аналогичными нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Аналогичный вывод был сделан Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 20.02.2014г. № 261-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО7 на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации".

Положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такое процессуальное лицо, как защитник, не предусмотрено.

Лица, участвующие в деле, вправе без каких-либо действий со стороны суда доверять представление своих интересов представителям, полномочия которых оформлены в соответствии с требованиями главы 6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, коль скоро Арбитражный управляющий считал необходимым привлечение представителя для защиты своих интересов при рассмотрении настоящего дела, он имел возможность выбрать для этого подходящее по его критериям лицо и оформить представительство в соответствии с нормами арбитражного процессуального законодательства, однако, самостоятельно распорядившись своими процессуальными правами, не посчитал необходимым совершить данное процессуальное действие.

О привлечении Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Арбитражный управляющий вопрос не ставил.

С учетом изложенного, протокольным определением в судебном заседании, состоявшемся 22 октября 2019 года, в удовлетворении ходатайства Арбитражного управляющего о привлечении Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих в качестве защитника было отказано.

Также в судебном заседании Арбитражный управляющий указал на необходимость исследования оригиналов документов, касающихся реализации имущества Открытого акционерного общества "Кумертауский Хлебокомбинат", и просил представить их Заявителя, поскольку им был составлен протокол об административном правонарушении.

Действительно, по смыслу части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, возлагается на административный орган, его составивший.

Однако доказательственная база административных органов по делам о привлечении к административной ответственности по своей сути состоит из документов, которые добываются ими в ходе каких-либо контрольных мероприятий либо представляются лицами, участвующими в производстве об административном правонарушении (привлекаемым к административной ответственности лицом, заявителем жалобы, потерпевшим и т.д.).

В рассматриваемом случае позиция Заявителя и представленная им в материалы дела доказательственная база состоит из документов, представленных ему Третьим лицом совместно с заявлением (жалобой) на действия (бездействие) Арбитражного управляющего, представленных Арбитражным управляющим, а также копий документов, представленных в материалы дела о несостоятельности (банкротстве).

Бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств.

Руководство процедурой несостоятельности (банкротства), включая реализацию имущества должника, осуществляется арбитражным управляющим. Соответственно, оригиналами документов по всем вопросам должен обладать именно он сам (либо они должны быть приобщены к материалам дела о несостоятельности (банкротстве)).

В этой связи возложение обязанности по представлению оригиналов документов на Заявителя, которыми он не обладает и обладать не может, недопустимо. Факт невозможности представления оригиналов документов подтвердил и представитель Заявителя в судебном заседании.

При этом суд отмечает, что на неоднократные предложения суда о предоставлении документов, на основании которых производилась реализация имущества и на основании которых была завершена процедура конкурсного производства, Арбитражный управляющий не представил.

В судебном заседании представитель Заявителя заявленные требования поддержал в полном объеме, указал, что в рассматриваемом случае срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, соблюден, что следует из позиции Верховного Суда Российской Федерации по делу № А33-414/2017, оснований для признания совершенного Арбитражным управляющим правонарушения малозначительным и освобождения его от административной ответственности в соответствии с положениями статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не имеется, поскольку Арбитражным управляющим было реализовано имущество в нарушение требований действующего законодательства.

Арбитражный управляющий в судебном заседании просил заявленные требования оставить без удовлетворения, ссылаясь на пропуск срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, являющейся специальной по отношению к части 1 той же статьи, изменения в часть 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях вступили в силу только с 26 июля 2019 года, то есть после указанного Заявителем времени совершения административного правонарушения, а также указал, что материалами дела не подтверждается наличие в его действиях события и состава административного правонарушения.

Представитель Третьего лица в судебном заседании поддержал позицию Заявителя, просил суд удовлетворить заявленные требования и привлечь Арбитражного управляющего к административной ответственности, также указал на отсутствие оснований для применения положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Рассмотрев материалы дела, а также заслушав объяснения представителя Заявителя, Арбитражного управляющего и представителя Третьего лица, суд установил следующее.

10 ноября 2015 года на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление гражданина И.М.М. о признании Открытого акционерного общества "Кумертауский хлебокомбинат" (далее – Общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-26116/2015 от 18 ноября 2015 года заявление гражданина И.М.М. было принято к производству, было возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 14 декабря 2015 года (резолютивная часть определения объявлена 10 декабря 2015 года) в отношении Общества была введена процедура наблюдения, временным управляющим должника был утвержден ФИО1

27 января 2016 года на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан в рамках того же дела поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Республике Башкортостан о включении ее требования в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 01 февраля 2016 года заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Республике Башкортостан было принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 29 февраля 2016 года (резолютивная часть определения объявлена 25 февраля 2016 года) требование Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Республике Башкортостан было включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 09 марта 2016 года (резолютивная часть решения объявлена 02 марта 2016 года) Общество было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него была открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника был утвержден ФИО1

24 сентября 2018 года в Управление поступила и была зарегистрирована за входящим номером 30003 жалоба Налогового органа, указавшего на допущенные Арбитражным управляющим нарушения положений Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и просившего привлечь его к административной ответственности (т. 1, л.д. 11-17).

В связи с поступлением материалов от Налогового органа 28 сентября 2018 года Управлением было вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования по признакам административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, делу был присвоен регистрационный номер 01480218 (т. 1, л.д. 120-120 оборотная сторона).

В эту же дату Управлением было вынесено определение об истребовании сведений, необходимых для разрешения дела (т. 1, л.д. 121-121 оборотная сторона).

Также в эту же дату Административный орган выставил ФИО1 требование за исходящим номером 21640/208, в котором указал на необходимость представления истребованных в вышеуказанном определении документов в трехдневный срок со дня его получения, но не позднее 18 октября 2018 года (т. 1, л.д. 119-119 оборотная сторона).

Кроме того, названным требованием Заявитель также уведомил Арбитражного управляющего о необходимости явки 22 октября 2018 года к 15 час. 00 мин. для решения вопроса о составлении протокола об административном правонарушении по частям 3, 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В ответ на вышеуказанное требование ФИО1 представил в Управление письменные пояснения от 02 октября 2018 года и дополнительные документы (т. 1, л.д. 21-33).

Ходатайством от 16 октября 2018 года Арбитражный управляющий просил Управление отложить срок для представления доказательств до 16 ноября 2018 года в связи с неполучением жалобы Налогового органа (т. 1, л.д. 122).

18 октября 2018 года Административный орган выставил ФИО1 требование за исходящим номером 23442/208, в котором указал на необходимость представления истребованных в вышеуказанном определении документов в трехдневный срок со дня его получения, но не позднее 24 октября 2018 года (т. 1, л.д. 123-123 оборотная сторона).

Кроме того, названным требованием Заявитель также уведомил Арбитражного управляющего о необходимости явки 26 октября 2018 года к 11 час. 00 мин. для решения вопроса о составлении протокола об административном правонарушении по частям 3, 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Определением Управления от 26 октября 2018 года срок административного расследования был продлен до 26 ноября 2018 года (т. 1, л.д. 125-126).

В эту же дату Управлением было вынесено определение об истребовании сведений, необходимых для разрешения дела (т. 1, л.д. 127).

Также в эту же дату Административный орган выставил ФИО1 требование за исходящим номером 24199/208, в котором указал на необходимость представления истребованных в вышеуказанном определении документов в трехдневный срок со дня его получения, но не позднее 12 ноября 2018 года (т. 1, л.д. 124-124 оборотная сторона).

Кроме того, названным требованием Заявитель также уведомил Арбитражного управляющего о необходимости явки 14 ноября 2018 года к 14 час. 00 мин. для решения вопроса о составлении протокола об административном правонарушении по частям 3, 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Арбитражным управляющим было заявлено ходатайство об отложении даты принятия процессуального решения до 26 ноября 2018 года в связи с необходимостью предоставления «дополнительных требований» (т. 1, л.д. 128).

В ответ на данное ходатайство Административный орган выставил ФИО1 требование от 14 ноября 2018 года за исходящим номером 26063/208, в соответствии с которым уведомил Арбитражного управляющего о необходимости явки 26 ноября 2018 года к 17 час. 00 мин. для решения вопроса о составлении протокола об административном правонарушении по частям 3, 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (т. 1, л.д. 129).

Указанное требование было получено ФИО1 в этот же день, о чем свидетельствуют собственноручно им учиненные запись и роспись в его верхней части.

Арбитражным управляющим были представлены дополнительные письменные пояснения от 15 ноября 2018 года в ответ на требование от 28 сентября 2018 года за исходящим номером 21640/208 и дополнительные документы (т. 1, л.д. 34-35).

По результатам административного расследования 26 ноября 2018 года должностным лицом Административного органа в отношении Арбитражного управляющего в его отсутствие был составлен протокол об административном правонарушении по признакам административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Из текста названного процессуального документа следует, что в качестве противоправного виновного деяния ФИО1 было вменено нарушение требований пункта 4 статьи 20.3, пунктов 1.1, 2, 3, 5 статьи 139 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", выразившееся в непредставлении собранию кредиторов своевременно информации о выявленном имуществе должника, состоянии имущества должника, реализации выявленного имущества должника без согласования с собранием кредиторов, с нарушением последовательности мер по реализации конкурсной массы, реализации автомобиля КАМАЗ в нарушение порядка, установленного собранием кредиторов.

В соответствии с требованиями части 4.1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Административный орган направил копию вышеуказанного протокола в адрес Арбитражного управляющего совместно с сопроводительным письмом от 29 ноября 2018 года за исходящим номером 27741/2018 (т. 1, л.д. 150).

Установив в действиях Арбитражного управляющего признаки состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (повторное неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния), Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан в порядке статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о привлечении Арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности.

Изучив материалы дела, исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее – индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее – организации и граждане).

В силу пункта 3 части 1 статьи 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке административного судопроизводства возникающие из административных и иных публичных правоотношений экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями и гражданами предпринимательской и иной экономической деятельности, в том числе об административных правонарушениях, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда.

На основании части 1 статьи 202 Арбитражного процессуального кодекса дела о привлечении к административной ответственности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в связи с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, отнесенные федеральным законом к подведомственности арбитражных судов, рассматриваются по общим правилам искового производства, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными в главе 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и федеральном законе об административных правонарушениях.

Таким федеральным законом об административных правонарушениях, как это прямо следует из пункта 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2002г. № 11 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", является Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

Статьей 1.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что задачами законодательства об административных правонарушениях являются защита личности, охрана прав и свобод человека и гражданина, охрана здоровья граждан, санитарно-эпидемиологического благополучия населения, защита общественной нравственности, охрана окружающей среды, установленного порядка осуществления государственной власти, общественного порядка и общественной безопасности, собственности, защита законных экономических интересов физических и юридических лиц, общества и государства от административных правонарушений, а также предупреждение административных правонарушений.

Под административным правонарушением в соответствии с частью 1 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях понимается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Таким образом, федеральный законодатель, раскрывая в приведенной правовой норме понятие административного правонарушения, использовал три юридических признака административного правонарушения, а именно противоправность, виновность и обязательное наличие правового запрета на совершение деяния в соответствующем акте законодательного уровня, при этом правовой запрет должен сопровождаться определенной применительно к каждому деянию санкцией.

Каждый из указанных признаков подлежит установлению при рассмотрении дела об административном правонарушении; лицо может быть привлечено к административный ответственности лишь при их совокупном наличии, отсутствие хотя бы одного из них исключает возможность привлечения к административной ответственности.

Судьи арбитражных судов рассматривают дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.9, статьями 14.9.1, 14.12, частями 1 - 4.1, 5.1 - 8 статьи 14.13, статьями 14.31, 14.31.2, 14.32, 14.33, частями 2 и 3 статьи 14.57, 14.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (абзац пятый части 3 статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в подпункте "д" пункта 3 его постановления от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", дела об административных правонарушениях, перечисленных в абзаце пятом части 3 статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подсудны судьям арбитражных судов независимо от того, кем было совершено административное правонарушение: должностным лицом, юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем.

На основании части 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с нормами Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон № 127-ФЗ) и пунктом 7.4.2 положения об Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан, утвержденного приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Российской Федерации от 28.10.2009г. № 316, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан обращается в установленном порядке в суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности.

Как следует из части 2 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях поводами к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 14.12, 14.13 и 14.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, являются поводы, указанные в пунктах 1, 2 и 3 части 1 данной статьи, а также заявления лиц, участвующих в деле о банкротстве, и лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, органов управления должника – юридического лица, саморегулируемой организации арбитражных управляющих, содержащие достаточные данные, указывающие на наличие события административного правонарушения.

Из материалов дела усматривается, что поводом к возбуждению дела № 01480218 об административном правонарушении и проведении административного расследования явилось поступление жалобы и материалов от Налогового органа.

Из положений абзацев первого и пятого пункта 1 статьи 34 Закона № 127-ФЗ следует, что в число лиц, участвующих в деле о банкротстве, включены и уполномоченные органы.

На основании абзаца девятого статьи 2 Закона № 127-ФЗ под "уполномоченным органом" понимается, в числе прочего, федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный Правительством Российской Федерации на представление в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам.

Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 29.05.2004г. № 257 "Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве" установлено, что федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на представление в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам (в том числе по выплате капитализированных платежей) является Федеральная налоговая служба.

В силу положений статей 1 и 2 Закона Российской Федерации от 21.03.1991г. № 943-1 "О налоговых органах Российской Федерации" налоговые органы Российской Федерации представляют собой единую централизованную систему, состоящую из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного по контролю и надзору в области налогов и сборов, и его территориальных органов.

Из пункта 4 Положения о Федеральной налоговой службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004г. № 506, следует, что Федеральная налоговая служба осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления и государственными внебюджетными фондами, общественными объединениями и иными организациями. Служба и ее территориальные органы – управления Службы по субъектам Российской Федерации, межрегиональные инспекции Службы, инспекции Службы по районам, районам в городах, городам без районного деления, инспекции Службы межрайонного уровня составляют единую централизованную систему налоговых органов.

Таким образом, уполномоченным органом в деле о несостоятельности (банкротстве) является как сама Федеральная налоговая служба, так и любой из ее территориальных органов (включая Управление Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан).

Кроме того, в число лиц, участвующих в деле о банкротстве, входят и конкурсные кредиторы (абзацы первый и четвертый пункта 1 статьи 34 Закона № 127-ФЗ).

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-26116/2015 от 29 февраля 2016 года (резолютивная часть определения объявлена 25 февраля 2016 года) в третью очередь реестра требований кредиторов должника было включено требование Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Республике Башкортостан.

Из указанного следует, что Налоговый орган применительно к рассматриваемой ситуации представляет собой как уполномоченный орган, так и конкурсного кредитора должника.

Дело об административном правонарушении может быть возбуждено должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, только при наличии хотя бы одного из поводов, предусмотренных частями 1 и 1.1 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения (часть 3 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно пункту 3 части 4 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дело об административном правонарушении считается возбужденным, в том числе, с момента составления протокола об административном правонарушении или вынесения прокурором постановления о возбуждении дела об административном правонарушении.

В соответствии с пунктом 10 части 2 статьи 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должностные лица федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, вправе составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с положением о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009г. № 457, Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции контроля (надзора) за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.

Согласно пункту 3 статьи 29 Закона № 127-ФЗ орган по контролю (надзору) возбуждает дело об административном правонарушении в отношении арбитражного управляющего, направляет его для рассмотрения в арбитражный суд.

Из совокупного толкования пунктов 5.5, 5.6, 5.8.2 положения о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009г. № 457, следует, что Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (включая ее территориальные органы) является исполнительным органом, наделенным полномочиями составлять в отношении арбитражных управляющих протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и обращаться в арбитражный суд с заявлением о привлечении их к административной ответственности на основании названной нормы, а, значит, и правом возбуждать в отношении арбитражных управляющих дела об указанном административном правонарушении и проводить проверку их деятельности (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014г. № 15652/12).

Производство по делу об административном правонарушении является единственным законным способом выявления в действиях лица наличия или отсутствия события и состава административного правонарушения, в ходе которого лицу, в отношении которого возбуждено такое производство, предоставляется значительный объем процессуальных гарантий на всех его этапах (статьи 25.1, 28.2, 29.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях). Никакие проверки и иные контрольные мероприятия не могут заменять собой производство по делу об административном правонарушении в плане выявления признаков административного правонарушения в действиях определенного субъекта.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о наличии у Заявителя повода к возбуждению административного дела и соответствии его действий по возбуждению дела № 01480218 об административном правонарушении и проведении административного расследования требованиям действующего законодательства.

На основании части 1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о совершении административного правонарушения составляется протокол, за исключением случаев, предусмотренных статьей 28.4, частями 1 и 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При составлении протокола об административном правонарушении физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, а также иным участникам производства по делу разъясняются их права и обязанности, предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, о чем делается запись в протоколе (часть 3 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В соответствии с частью 4 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом об административном правонарушении. Указанные лица вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу.

На основании части 5 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях протокол об административном правонарушении подписывается должностным лицом, его составившим, физическим лицом или законным представителем юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении.

Анализ текста представленного в материалы дела протокола об административном правонарушении позволяет установить, что он был составлен М.Д.М., должностное положение которой указано как «начальник отдела по контролю (надзору) в сфере саморегулируемых организаций».

В силу части 1 статьи 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, составляются должностными лицами органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии с главой 23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в пределах компетенции соответствующего органа.

Определения полномочий должностных лиц органов, осуществляющих государственный контроль (надзор), на составление протоколов об административных правонарушениях согласно части 1 статьи 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, необходимо выяснить, к компетенции какого органа отнесено рассмотрение соответствующего дела об административных правонарушениях, а затем выяснить, включены ли такие должностные лица в установленный этим органом перечень должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2010 года, утвержденный постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16.03.2011г.).

В соответствии с пунктом 1 приложения к приказу Министерства экономического развития Российской Федерации от 25.09.2017г. № 478 "Об утверждении перечня должностных лиц Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, имеющих право составлять протоколы об административных правонарушениях, и о признании утратившими силу некоторых приказов Минэкономразвития России" должностными лицами, осуществляющими контроль (надзор) за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, надзор за деятельностью саморегулируемых организаций оценщиков, государственный надзор за деятельностью саморегулируемых организаций кадастровых инженеров, национального объединения саморегулируемых организаций кадастровых инженеров, федеральный государственный надзор за деятельностью саморегулируемых организаций операторов электронных площадок, являются, в том числе, начальники отделов территориальных органов Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии.

Из пункта 2 приложения к приказу Министерства экономического развития Российской Федерации от 25.09.2017г. № 478 "Об утверждении перечня должностных лиц Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, имеющих право составлять протоколы об административных правонарушениях, и о признании утратившими силу некоторых приказов Минэкономразвития России" следует, что должностные лица, указанные в пункте 1 данного приложения, имеют право в пределах своей компетенции составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, если данные правонарушения совершены арбитражными управляющими.

С учетом изложенного, следует признать, что протокол об административном правонарушении был составлен уполномоченным на совершение данного процессуального действия лицом.

В соответствии с частью 1 статьи 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Как установлено частью 2 статьи 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. В отсутствие указанного лица дело может быть рассмотрено лишь в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, либо если имеются данные о надлежащем извещении лица о месте и времени рассмотрения дела и если от лица не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

Согласно части 1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о совершении административного правонарушения составляется протокол, за исключением случаев, предусмотренных статьей 28.4, частями 1 и 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В случае неявки физического лица, или законного представителя физического лица, или законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, если они извещены в установленном порядке, протокол об административном правонарушении составляется в их отсутствие (часть 4.1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" указано, что при выявлении в ходе рассмотрения дела факта составления протокола в отсутствие лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, суду надлежит выяснить, было ли данному лицу сообщено о месте, дате, времени составления протокола и о факте нарушения, в связи с которым составляется протокол, уведомило ли оно административный орган о невозможности прибытия, являются ли причины неявки уважительными.

Из пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" следует, что при рассмотрении дел об оспаривании решений (постановлений) административных органов о привлечении к административной ответственности судам следует проверить, были ли приняты административным органом необходимые и достаточные меры для извещения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с пунктом 24.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" при решении арбитражным судом вопроса о том, имело ли место надлежащее извещение лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении, следует учитывать, что Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит оговорок о необходимости направления извещения исключительно какими-либо определенными способами, в частности путем направления по почте заказного письма с уведомлением о вручении или вручения его адресату непосредственно. Следовательно, извещение не может быть признано ненадлежащим лишь на том основании, что оно было осуществлено каким-либо иным способом (например, путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи).

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит перечня документов, которые могут служить доказательством надлежащего извещения лица, в отношении которого ведется производство по делу, о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении.

Цель извещения состоит в том, чтобы лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, имело точное представление о времени и месте его рассмотрения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.10.2013г. № 3563/13).

В рассматриваемом случае, как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, протокол об административном правонарушении был составлен в отсутствие ФИО1

В качестве доказательств надлежащего извещения Арбитражного управляющего о месте и времени составления протокола об административном правонарушении Административным органом в материалы дела было представлено требование от 14 ноября 2018 года за исходящим номером 26063/208, в соответствии с которым рассмотрение вопроса о составлении протокола об административном правонарушении было назначено на 26 ноября 2018 года к 17 час. 00 мин.

Указанное требование было получено ФИО1 в этот же день, о чем свидетельствуют собственноручно им учиненные запись и роспись в его верхней части.

Следовательно, Арбитражный управляющий был извещен о месте и времени составления протокола об административном правонарушении за двенадцать календарных дней до совершения данного процессуального действия.

Специфика составления протокола об административном правонарушении в условиях отсутствия явки привлекаемого к административной ответственности лица состоит не только в том, что оно должно быть надлежащим образом извещено о месте и времени совершения данного процессуального действия, но также в том, что копия такого протокола должна быть направлена в его адрес.

Данное императивное правило закреплено в части 4.1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно которой в случае неявки физического лица, или законного представителя физического лица, или законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, если они извещены в установленном порядке, протокол об административном правонарушении составляется в их отсутствие. Копия протокола об административном правонарушении направляется лицу, в отношении которого он составлен, в течение трех дней со дня составления указанного протокола.

В рассматриваемом случае, как это усматривается из материалов дела – а именно сопроводительного письма от 29 ноября 2018 года за исходящим номером 27741/208, списка внутренних почтовых отправлений от 29 ноября 2018 года за номером 467 п, содержащего отметку организации почтовой связи о принятии корреспонденции к пересылке, почтовой квитанции от 29 ноября 2018 года (т. 1, л.д. 150-152) –, копия протокола об административном правонарушении направлялась Управлением в адрес Арбитражного управляющего, то есть, положения части 4.1 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в рассматриваемом случае были соблюдены.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что существенных процессуальных нарушений производства по делу об административном правонарушении, в том правовом смысле, какой придается понятию "существенное процессуальное нарушение" в правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Административным органом в рассматриваемом случае допущено не было.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации было разъяснено, что при принятии решения по делу о привлечении к административной ответственности, а также рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности суд должен проверять, не истекли ли указанные сроки, установленные частями 1 и 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (абзац второй пункта 18 постановления от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что постановление по делу об административном правонарушении за нарушение законодательства Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) не может быть вынесено по истечении по истечении трех лет со дня совершения административного правонарушения.

За административные правонарушения, влекущие применение административного наказания в виде дисквалификации, лицо может быть привлечено к административной ответственности не позднее одного года со дня совершения административного правонарушения, а при длящемся административном правонарушении – одного года со дня его обнаружения (часть 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в редакции, действовавшей в период совершения административного правонарушения).

По мнению Арбитражного управляющего, в рассматриваемом случае срок давности привлечения к административной ответственности истек, поскольку часть 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является специальной по отношению к части 1 этой же статьи.

Действительно, на момент совершения инкриминированного ФИО1 правонарушения частью 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривала годичный срок давности привлечения к административной ответственности по отношении административных правонарушений, влекущих применение административного наказания в виде дисквалификации.

Ныне действующая редакция части 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях сформулирована следующим образом:

«Если частью 1 настоящей статьи не предусмотрен более длительный срок давности привлечения к административной ответственности, за административные правонарушения, влекущие применение административного наказания в виде дисквалификации (за исключением административных правонарушений, предусмотренных частью 6 настоящей статьи), лицо может быть привлечено к административной ответственности не позднее одного года со дня совершения административного правонарушения, за административные правонарушения, предусмотренные частью 6 настоящей статьи, – со дня вынесения решения, указанного в части 6 настоящей статьи, а при длящемся административном правонарушении – не позднее одного года со дня его обнаружения».

Приведенная редакция части 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях вступила в силу только с 26 июля 2019 года.

Статьей 1.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения. Закон, устанавливающий или отягчающий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Закон, увеличивающий срок давности привлечения к административной ответственности, ухудшает положение лица, совершившего административное правонарушение, и в связи с этим в силу части 2 статьи 1.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не имеет обратной силы (абзац второй пункта 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2010г. № 140 "О некоторых вопросах, возникших в связи с вступлением в силу Федерального закона от 30.04.2010 № 69-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок").

Таким образом, ныне действующая редакция части 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях к рассматриваемому случаю неприменима. Выводы ФИО1 в данной части полностью соответствуют нормам права.

Однако при этом Арбитражным управляющим не учтено следующее.

Частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в ее первоначальной редакции был предусмотрен общий срок давности привлечения к административной ответственности, в том числе за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве), – два месяца. В то же время за отдельные виды правонарушений был предусмотрен годичный срок давности. Этот годичный срок носил специальный характер по отношению к двухмесячному сроку.

При этом частью 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях был установлен годичный срок давности привлечения к административной ответственности за административные правонарушения, влекущие применение к должностному лицу административного наказания в виде дисквалификации. Этот срок был общим применительно к тем правонарушениям, за которые могло быть назначено наказание в виде дисквалификации, но специальным по отношению к правонарушениям, за которые общий срок давности был установлен в два месяца. При этом законодатель исходил из необходимости усиленной защиты с точки зрения давности привлечения к ответственности тех правоотношений, которые регулировались законодательством, за нарушение которого могло быть назначено наказание в виде дисквалификации как наиболее строгое наказание по сравнению со штрафом.

Федеральным законом от 27.07.2006г. № 139-ФЗ "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" установленный частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях двухмесячный срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве) был увеличен до одного года, а Федеральным законом от 29.12.2015г. № 391-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" – до трех лет.

Таким образом, в результате увеличения срока давности за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве) вначале до одного года, а позднее – до трех лет указанный срок становится специальным по сравнению с общим двухмесячным сроком (для дел, рассматриваемых судьями – трехмесячным сроком).

В то же время в часть 3 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, устанавливающую срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушения, влекущие применение административного наказания в виде дисквалификации, изменения внесены не были. Поэтому он остается специальным, но только применительно к законодательству, за нарушение которого срок давности установлен в два месяца (для дел, рассматриваемых судьями – три месяца).

При определении срока, в течение которого должностное лицо может быть привлечено к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за повторное нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве), следует учитывать, что внесенные в часть 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях изменения были направлены на усиление ответственности за совершение отдельных видов правонарушений, в том числе и за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Законодатель, устанавливая различные сроки давности привлечения к административной ответственности, руководствуется различными обстоятельствами, в том числе и характером охраняемых правоотношений.

Соответственно, поскольку за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве), совершенное впервые, частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлен трехлетний срок давности привлечения к административном ответственности со дня совершения административного правонарушения, за более тяжкое правонарушение – повторное нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве) срок давности привлечения к административной ответственности не может быть меньше, чем за первоначально совершенное правонарушение.

Кроме того, срок давности привлечения к административной ответственности за совершение повторного нарушения законодательства о несостоятельности (банкротстве), предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не может зависеть от субъекта, совершившего правонарушение в указанной сфере (должностное лицо, к которому применяется наказание в виде дисквалификации, или юридическое лицо, к которому применяется наказание в виде административного штрафа), а также от назначенного вида наказания. Иное может привести к нарушению закрепленного в части 1 статьи 1.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях принципа равенства перед законом.

Таким образом, с учетом исторического, систематического и логического способов толкования правовых норм, в рассматриваемом случае срок давности привлечения к административной ответственности составляет три года.

Аналогичная правовая позиция была сформулирована Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 05.02.2018г. № 302-АД17-15232.

Озвученная в судебном заседании позиция Арбитражного управляющего, что данная судебная практика не подлежит применению, поскольку вынесена по делу с иными фактическими обстоятельствами, а также не является нормой права, подлежит отклонению, как основанная на неверном понимании сформулированной высшей судебной инстанцией правовой позиции и роли правовых позиций высшей судебной инстанций в системе действующего правового регулирования.

При длящемся административном правонарушении сроки, предусмотренные частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, начинают исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения (часть 2 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации было разъяснено, что при применении данной нормы судьям необходимо исходить из того, что длящимся является такое административное правонарушение (действие или бездействие), которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении предусмотренных законом обязанностей. При этом следует учитывать, что такие обязанности могут быть возложены и иным нормативным правовым актом, а также правовым актом ненормативного характера, например представлением прокурора, предписанием органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль). Невыполнение предусмотренной названными правовыми актами обязанности к установленному сроку свидетельствует о том, что административное правонарушение не является длящимся (абзац третий пункта 14 постановления от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Пунктом 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" определено, что административные правонарушения, выражающиеся в невыполнении обязанности к конкретному сроку, не могут быть рассмотрены в качестве длящихся.

Как следует из частей 1, 2 статьи 4.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях сроки, предусмотренные данным Кодексом, исчисляются часами, сутками, днями, месяцами, годами. Течение срока, определенного периодом, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено начало срока. Срок, исчисляемый сутками, истекает в 24 часа последних суток. Срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца, а если этот месяц не имеет соответствующего числа, срок истекает в последние сутки этого месяца. Срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего года.

В силу примечания к статье 4.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ее положения не применяются, если другими статьями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлен иной порядок исчисления сроков, а также при исчислении сроков административных наказаний.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", срок давности привлечения к ответственности исчисляется по общим правилам исчисления сроков – со дня, следующего за днем совершения административного правонарушения (за днем обнаружения правонарушения). В случае совершения административного правонарушения, выразившегося в форме бездействия, срок привлечения к административной ответственности исчисляется со дня, следующего за последним днем периода, предоставленного для исполнения соответствующей обязанности.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.06.2014г. № 1487/14 применительно к двухмесячному сроку давности привлечения к административной ответственности, который начинает течь 18 августа 2012 года, а истекает в соответствующее число – 17 октября 2012 года. Под соответствующим числом, упоминаемым в части 2 статьи 4.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, следует понимать число, соответствующее истечению двухмесячного срока.

Кроме того, в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013г. № 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" разъяснено, что сроки давности привлечения к уголовной ответственности оканчиваются по истечении последнего дня последнего года соответствующего периода (например, если преступление небольшой тяжести было совершено 12 августа 2010 года в 18 часов, то срок давности в данном случае начинает течь 12 августа 2010 года, последний день срока давности - 11 августа 2012 года, по истечении которого, т.е. с 00 часов 00 минут 12 августа 2012 года, привлечение к уголовной ответственности недопустимо). При этом не имеет значения, приходится ли окончание сроков давности на рабочий, выходной или праздничный день.

С этой точки зрения, поскольку вменяемые Арбитражному управляющему правонарушения, как указывает Заявитель, имели место быть в 2017 году и 2018 году, при трехгодовом сроке давности он истекает не ранее 2020 года.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае срок давности привлечения к административной ответственности, вопреки мнению Арбитражного управляющего, на момент рассмотрения дела не истек.

Согласно примечанию к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций арбитражные управляющие несут административную ответственность как должностные лица.

При этом суд отмечает, что утрата статуса должностного лица, в том числе в связи с изменением места работы либо утратой статуса арбитражного управляющего, не препятствует привлечению лица к административной ответственности за правонарушение, совершенное им при наличии указанного статуса.

Указанное соответствует правовой позиции, сформулированной в пункте 10 Обзора судебной практики "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении арбитражными судами дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06 декабря 2017 года.

Частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что повторное неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет.

Положения части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2005г. № 122-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО8 на нарушение его конституционных прав частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Объектом данного административного правонарушения является порядок действий при банкротстве юридических лиц и граждан.

Объективной стороной названного административного правонарушения является повторное невыполнение правил, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных Законом № 127-ФЗ.

Субъектом административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, применительно к рассматриваемому случаю является арбитражный управляющий.

С субъективной стороны данное административное правонарушение может быть совершено как с умыслом, так и при неосторожности.

Особый публично-правовой статус арбитражного управляющего обусловливает право законодателя предъявлять к нему специальные требования, относить арбитражного управляющего к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) и устанавливать повышенные меры административной ответственности за совершенные им правонарушения.

Указанное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 19.12.2005г. № 12-П "По делу о проверке конституционности абзаца восьмого пункта 1 статьи 20 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в связи с жалобой гражданина ФИО9", определениях от 01.11.2012г. № 2047-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО10 на нарушение его конституционных прав абзацем седьмым статьи 2 и пунктом 2 статьи 4 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и от 03.07.2014г. № 1552-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО11 на нарушение его конституционных прав частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", а также правоприменительному подходу Верховного Суда Российской Федерации (определения от 04.07.2017г. № 302-АД17-7625, от 16.03.2018г. № 309-АД18-916, от 07.08.2019г. № 307-ЭС19-11997, от 29.08.2019г. № 302-ЭС19-13607).

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (статья 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

На основании статьи 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в числе прочего: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, а также виновность лица в совершении административного правонарушения.

Данные обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

В силу статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела (часть 1).

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, объяснениями лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2).

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона, в том числе доказательств, полученных при проведении проверки в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля (часть 3).

Частью 1 статьи 65, частью 3 статьи 189 и частью 5 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, возлагается на административный орган, его составивший.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации было разъяснено, что при рассмотрении дел об административных правонарушениях, а также по жалобам на постановления или решения по делам об административных правонарушениях судья должен исходить из закрепленного в статье 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях принципа административной ответственности – презумпции невиновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу. Реализация этого принципа заключается в том, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, вина в совершении административного правонарушения устанавливается судьями, органами, должностными лицами, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица (пункт 13 постановления от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Вместе с тем указанные положения не исключают общих требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Применительно к категории дел об административных правонарушениях указанное означает, что лицу, не согласному с выводами административного органа, недостаточно просто указать на свои возражения, но подтвердить их относимыми и допустимыми (статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) доказательствами (особенно в случае, если вменяется отсутствие какой-либо документации или не осуществление контроля).

Последствия не совершения привлекаемым к административной ответственности лицом активных процессуальных действий предусмотрены в части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, с учетом совокупного толкования норм действующего законодательства применительно к материалам данного дела у Заявителя имелся повод к возбуждению административного дела и соответствии его действий по возбуждению дела № 01480218 об административном правонарушении, в связи с чем его действия о проведении административного расследования признаются соответствующими требованиям действующего законодательства.

Соответственно, в рамках настоящего дела Управление доказало наличие оснований для проведения в отношении Арбитражного управляющего административного расследования и в равной степени подтвердило факт того, что документы и сведения, полученные в результате проведенных контрольных мероприятий, в деле об административном правонарушении могут быть признаны допустимыми доказательствами, исходя из нормы, закрепленной в части 3 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона № 127-ФЗ при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 1 статьи 139 Закона № 127-ФЗ в течение десяти рабочих дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о результатах инвентаризации имущества должника конкурсный кредитор или уполномоченный орган, если размер требования конкурсного кредитора или размер требования уполномоченного органа превышает два процента общей суммы требований конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов, вправе направить конкурсному управляющему требование о привлечении оценщика с указанием состава имущества должника, в отношении которого требуется проведение оценки. В течение двух месяцев с даты поступления такого требования конкурсный управляющий обязан обеспечить проведение оценки указанного имущества за счет имущества должника. Отчет об оценке имущества должника подлежит включению конкурсным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве в течение двух рабочих дней с даты поступления копии этого отчета в электронной форме. Повторная оценка имущества должника, в отношении которого ранее уже было заявлено требование о проведении оценки в соответствии с настоящим пунктом, проводится в случае, если конкурсные кредиторы или уполномоченные органы примут на себя расходы на ее проведение.

Пунктом 1.1 статьи 139 Закона № 127-ФЗ установлено, что в течение одного месяца с даты окончания инвентаризации предприятия должника или оценки имущества должника (далее – имущество должника) в случае, если такая оценка проводилась по требованию конкурсного кредитора или уполномоченного органа в соответствии с настоящим Законом № 127-ФЗ, конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов или в комитет кредиторов для утверждения свои предложения о порядке продажи имущества должника, включающие в себя сведения: подлежащие включению в сообщение о продаже имущества должника в соответствии с пунктом 10 статьи 110 Закона № 127-ФЗ; о средствах массовой информации и сайтах в сети "Интернет", где предлагается соответственно опубликовать и разместить сообщение о продаже имущества должника, о сроках опубликования и размещения указанного сообщения; о специализированной организации, которую предлагается привлечь в качестве организатора торгов. Порядок продажи имущества должника может предусматривать, что, если имущество должника не было реализовано на первых торгах, имущество должника подлежит продаже по частям, начиная с новых первых торгов, при этом исчисление сроков, установленных для продажи имущества должника, начинается заново. Собрание кредиторов или комитет кредиторов вправе утвердить иной порядок продажи имущества должника, чем тот, который был предложен конкурсным управляющим. Порядок, сроки и условия продажи имущества должника должны быть направлены на реализацию имущества должника по наиболее высокой цене и должны обеспечивать привлечение к торгам наибольшего числа потенциальных покупателей. В случае, если в течение двух месяцев с даты представления конкурсным управляющим собранию кредиторов или в комитет кредиторов предложения о продаже имущества должника собранием кредиторов или комитетом кредиторов не утверждено также предложение, включающее в себя сведения о составе имущества должника, о сроках его продажи, о форме торгов, об условиях конкурса (в случае, если продажа имущества должника в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется путем проведения конкурса), о форме представления предложений о цене имущества должника, о начальной цене его продажи, о средствах массовой информации и сайтах в сети "Интернет", где предлагается соответственно опубликовать и разместить сообщение о продаже имущества должника, о сроках опубликования и размещения указанного сообщения, конкурсный управляющий, конкурсный кредитор и (или) уполномоченный орган, если размер включенной в реестр требований кредиторов кредиторской задолженности перед ним составляет более двадцати процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об утверждении порядка, сроков и условий продажи имущества должника. Определение арбитражного суда об утверждении порядка, сроков и условий продажи имущества должника может быть обжаловано.

В случае возникновения в ходе конкурсного производства обстоятельств, в связи с которыми требуется изменение порядка, сроков и (или) условий продажи имущества должника, конкурсный управляющий обязан представить собранию кредиторов или в комитет кредиторов для утверждения соответствующие предложения относительно таких изменений (пункт 2 статьи 139 Закона № 127-ФЗ).

В силу пункта 4 статьи 139 Закона № 127-ФЗ после проведения инвентаризации и оценки имущества должника конкурсный управляющий приступает к его продаже. Продажа имущества должника осуществляется в порядке, установленном пунктами 3-19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 Закона № 127-ФЗ, с учетом особенностей, установленных статьей 139 Закона № 127-ФЗ. Оценка имущества должника осуществляется в порядке, установленном статьей 130 Закона № 127-ФЗ. Денежные средства, вырученные от продажи имущества должника, включаются в состав имущества должника.

Из пункта 5 статьи 139 Закона № 127-ФЗ имущество должника, балансовая стоимость которого на последнюю отчетную дату до даты открытия конкурсного производства составляет менее чем сто тысяч рублей, продается в порядке, установленном решением собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В ходе административного расследования Административным органом были выявлены следующие обстоятельства.

Собранием кредиторов должника, состоявшемся 27 мая 2016 года, было утверждено Положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника.

Впоследствии собранием кредиторов, состоявшемся 28 июля 2016 года, в данное положение были внесены изменения.

Пункт 7.1 рассматриваемого положения сформулирован следующим образом (т. 1, л.д. 59):

«Разрешить конкурсному управляющему реализацию имущества ОАО "Кумертуский хлебокомбинат" балансовой стоимостью должника которая на последнюю отчетную дату, до даты открытия конкурсного производства составляет менее чем сто тысяч рублей без торгов, определить начальную стоимость по рыночной стоимости объектов оценки по цене определенной независимым оценщиком ФИО12, отчет об оценке исполнитель ООО "РЕБУС". В случае не реализации данного имущества в течении месяца со дня утверждения положения о торгах с 27.05.2016 г и опубликования объявления о продаже имущества в местном печатном органе по месту нахождения имущества, разрешить конкурсному управляющему реализовать имущество балансовой стоимостью должника которая на последнюю отчетную дату, до даты открытия конкурсного производства составляет менее чем сто тысяч рублей по прямым договорам купли продажи по любой цене, ниже начальной стоимости (рыночной стоимости). (ч5 Ст139 ФЗ).».

14 декабря 2017 года по договору с О.А.М. была произведена оценка выявленного в ходе конкурсного производства имущества Общества, а именно передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253 (торговый киоск).

Рыночная стоимость каждого из перечисленных киосков была оценена в 4 000 руб.

17 января 2018 года на расчетный счет должника от О.А.М. поступили денежные средства в размере 8 000 руб. от реализации передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253.

В соответствии с инвентаризационной описью от 25 мая 2016 года в конкурсную массу должника был включен автомобиль КАМАЗ 53210, регистрационный знак <***> (далее – КАМАЗ), балансовой стоимостью 68 000 руб., в свою очередь согласно отчету оценщика от 30 мая 2016 года № 89-16/ТС его стоимость составила 83 000 руб.

Согласно отчету Арбитражного управляющего от 29 августа 2018 года автомобиль КАМАЗ был реализован как металлолом.

По мнению Административного органа, изложенного в заявлении о привлечении к административной ответственности и в протоколе об административном правонарушении, Арбитражный управляющий допустил нарушение требований пункта 4 статьи 20.3, пунктов 1.1, 2, 3, 5 статьи 139 Закона № 127-ФЗ, что выразилось в следующем:

- информация о передвижном торговом киоске "Коробейник" и прицепе НЕФАЗ-8253, их балансовой стоимости до кредиторов не доводилась, стала известна Налоговому органу из анализа расчетного счета должника, порядок реализации данного имущества, начальная стоимость собранием кредиторов не утверждалась, изменения в положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника в части дополнения перечня имущества, подлежащего продаже, и установления порядка его реализации, не вносились, инвентаризация данного имущества была проведена только 22 марта 2018 года;

- результаты оценки передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253 были опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве только 25 октября 2018 года;

- автомобиль КАМАЗ был продан, как металлолом, решение о списании автомобиля КАМАЗ, сдачи его в металлолом собранием кредиторов не принимались, предложения по изменению порядка реализации имущества собранию кредиторов ФИО1 не представлялись.

Возражая против доводов Управления, Арбитражный управляющий в отзыве по существу заявленных требований (т. 2, л.д. 18-23) ссылается на следующие обстоятельства:

- имущество было реализовано в соответствии с пунктом 7.1 Положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника, утвержденного собранием кредиторов должника 27 мая 2016 года;

- изменение состава имущества после его фактического обнаружения не влечет обязанности для конкурсного управляющего согласовывать новое положение о торгах собранием кредиторов;

- согласно ответов регистрирующих органов передвижные торговые киоски "Коробейник" за должником не зарегистрированы, в связи с чем был издан приказ от 23 января 2018 года о проведении дополнительной инвентаризации, в котором был установлен срок ее проведения в три месяца, данное имущество было включено в уточненную инвентаризацию, опубликованную в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 22 марта 2018 года (сообщение номер 2557056), уже после его фактического обнаружения, предусмотренный пунктом 2 статьи 129 Закона № 127-ФЗ трехмесячный срок для опубликования данного сообщения нарушен не был;

- отчет об оценке был опубликован в соответствии с пунктом 1 статьи 130 Закона № 127-ФЗ после его получения в электронном виде.

Впоследствии позиция о том, что указанное Управлением имущество было реализовано в соответствии с пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника, утвержденном собранием кредиторов должника 27 мая 2016 года, поддерживалась Арбитражным управляющим в возражениях на отзыв Налогового органа, письменных пояснениях (т. 3, л.д. 35-37, т. 4, л.д. 27-31, т. 5, л.д. 28-35, 50-51).

Оценив приведенные доводы Заявителя и Арбитражного управляющего, суд приходит к следующим выводам.

По своей сути позиция Административного органа в рассматриваемом случае сводится к двум взаимосвязанным постулатам:

1) не доведение информации до собрания кредиторов должника (информация стала известна Налоговому органу из анализа расчетного счета должника, инвентаризация вновь выявленного имущества была проведена только 22 марта 2018 года, результаты оценки передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253 были опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве только 25 октября 2018 года);

2) нарушение порядка реализации имущества должника (инвентаризация вновь выявленного имущества была проведена только 22 марта 2018 года, в то время как имущество было реализовано еще в январе 2018 года, порядок реализации данного имущества, начальная стоимость собранием кредиторов не утверждалась, изменения в положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника в части дополнения перечня имущества, подлежащего продаже, и установления порядка его реализации, не вносились, автомобиль КАМАЗ был продан, как металлолом, решение о списании автомобиля КАМАЗ, сдачи его в металлолом собранием кредиторов не принимались, предложения по изменению порядка реализации имущества собранию кредиторов ФИО1 не представлялись).

Как указывает Заявитель и поддерживалось в ходе рассмотрения настоящего дела Третьим лицом, о реализации вновь выявленного имущества (передвижной торговый киоск "Коробейник" и прицеп НЕФАЗ-8253) Налоговому органу стало известно только из анализа расчетного счета должника.

Согласиться, однако, с данными выводами нельзя.

Доказательственная база Заявителя по данному вопросу, что прямо следует как из текста заявления о привлечении к административной ответственности, так и из текста протокола об административном правонарушении, сводится лишь к тому, что на данное обстоятельство было указано в «позици[ях] уполномоченного органа, подготовленных к собранию кредиторов 16.03.2018, 09.06.2018».

Таким образом – по крайней мере, из избранного Заявителем стиля изложения протокола об административном правонарушении, дословно воспроизведенного в тексте заявления о привлечении к административной ответственности, иной вывод сделать возможным не представляется – в ходе административного расследования данный факт иными доказательствами не подтвердился.

При этом необходимо также отметить, что Административный орган не установил и документально не подтвердил дату, в которую Налоговый орган произвел анализ расчетного счета должника и выявил факт реализации ФИО1 передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253.

В свою очередь из представленных Арбитражным управляющим протоколов собрания кредиторов должника от 16 марта и от 14 июня 2018 года следует, что вопросы по факту реализации данного имущества задавались ему Налоговым органом, поскольку в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах конкурсного производства от 13 марта 2018 года сведения о реализации вышеуказанного имущества отражены не были, однако было указано на поступление 8 000 руб. от Индивидуального предпринимателя О.А.М. (за прицеп киоск "Коробейник") в сведениях о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений (т. 4, л.д. 153-165, 167-168), по замечаниям представителя Налогового органа Арбитражным управляющим давались соответствующие пояснения о реализации данного имущества в соответствии с пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника, утвержденном собранием кредиторов должника 27 мая 2016 года (т. 3, л.д. 46-54).

Статьей 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1). Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4).

Учитывая, что, как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, Административный орган не установил и документально не подтвердил дату, в которую Налоговый орган произвел анализ расчетного счета должника и выявил факт реализации ФИО1 передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253, а из представленных Арбитражным управляющим доказательств усматривается, что вопросы о реализации имущества были предметом обсуждения на собраниях кредиторов, доводы Заявителя в данной части – ввиду их недостаточной обоснованности и недоказанности – подлежат отклонению.

Как указывает Заявитель, отчет об оценке передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253 был опубликован Арбитражным управляющим в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве только 25 октября 2018 года, то есть, спустя девять месяцев после поступления на счет должника денежных средств от реализации данного имущества.

Однако, делая подобный вывод, Управление не приняло во внимание следующие обстоятельства.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 130 Закона № 127-ФЗ отчет об оценке имущества должника подлежит включению арбитражным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве в течение двух рабочих дней с даты поступления копии этого отчета в электронной форме.

Буквальное толкование приведенной нормы права – сформулированной весьма четко, однозначно и не допускающей какого-либо двоякого толкования – позволяет установить, что федеральный законодатель увязал возникновения обязанности арбитражного управляющего по включению отчета об оценке имущества должника в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве с моментом поступления в его адрес копии этого отчета в электронной форме.

Иными словами, до тех пор, пока неоспоримо относимыми и допустимыми (статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) доказательствами не будет подтверждена дата поступления копии отчета об оценке в электронной форме в адрес арбитражного управляющего, какие-либо суждения о несвоевременном включении такого отчета в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве являются недопустимыми.

В ходе административного расследования Заявителем данное обстоятельство не исследовалось и не устанавливалось (по крайней мере, из материалов дела обратное не следует).

При этом по смыслу абзаца четвертого пункта 1 статьи 130 Закона № 127-ФЗ не имеет никакого значения ни дата фактической реализации имущества, ни дата поступления денежных средств от его реализации на счет должника.

В свою очередь Арбитражным управляющим в материалы дела была представлена копия акта приема-передачи отчета в электронном виде, из содержания которого следует, что копия отчета об оценке в электронной форме была передана ему оценщиком по повторному запросу только 24 октября 2018 года (т. 2, л.д. 159).

Исходя из приведенных положений абзаца четвертого пункта 1 статьи 130 Закона № 127-ФЗ и даты фактического включения отчета об оценке в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (25 октября 2019 года), можно прийти лишь к единственно возможному выводу, что каких-либо нарушений Закона № 127-ФЗ в данной части ФИО1 не допустил.

Относимыми и допустимыми (статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) доказательствами в порядке части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Административный орган данные обстоятельства не опроверг, иную дату получения ФИО1 отчета об оценке в электронной форме не установил и не подтвердил.

Статьей 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1). Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4).

В этой связи суд отклоняет данные выводы Заявителя, как не основанные на материалах дела и нормах права.

При этом суд воздерживается от оценки действий Арбитражного управляющего по принятию мер по получению отчета об оценки в электронной форме после поступления жалобы Налогового органа и возбуждения дела об административном правонарушении на предмет их разумности и добросовестности, поскольку они не рассматривались в протоколе об административном правонарушении.

Рассматривая же действия Арбитражного управляющего на соответствие закону в части соблюдения им порядка реализации имущества должника, суд приходит к выводу, что доводы Заявителя по данному обстоятельству являются обоснованными.

При этом суд руководствуется следующим.

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, в ходе рассмотрения настоящего дела линия защиты ФИО1 строилась на том факте, что спорное имущество должника (передвижной торговый киоск "Коробейник", прицеп НЕФАЗ-8253, автомобиль КАМАЗ) было реализовано им в соответствии с пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника, утвержденном собранием кредиторов должника 27 мая 2016 года.

Аналогичные выводы приводил Арбитражный управляющий и в ходе собраний кредиторов должника, состоявшихся 16 марта и 14 июня 2018 года, что следует из составленных по их результатам протоколов, и в ходе административного расследования, что следует из его пояснений.

Однако Арбитражным управляющим не учтено следующее.

Ранее в настоящем судебном акте уже отражалось, что собранием кредиторов должника, состоявшемся 27 мая 2016 года, было утверждено Положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника.

Впоследствии собранием кредиторов, состоявшемся 28 июля 2016 года, в данное положение были внесены изменения.

Пункт 7.1 рассматриваемого положения сформулирован следующим образом:

«Разрешить конкурсному управляющему реализацию имущества ОАО "Кумертуский хлебокомбинат" балансовой стоимостью должника которая на последнюю отчетную дату, до даты открытия конкурсного производства составляет менее чем сто тысяч рублей без торгов, определить начальную стоимость по рыночной стоимости объектов оценки по цене определенной независимым оценщиком ФИО12, отчет об оценке исполнитель ООО "РЕБУС". В случае не реализации данного имущества в течении месяца со дня утверждения положения о торгах с 27.05.2016 г и опубликования объявления о продаже имущества в местном печатном органе по месту нахождения имущества, разрешить конкурсному управляющему реализовать имущество балансовой стоимостью должника которая на последнюю отчетную дату, до даты открытия конкурсного производства составляет менее чем сто тысяч рублей по прямым договорам купли продажи по любой цене, ниже начальной стоимости (рыночной стоимости). (ч5 Ст139 ФЗ).».

Согласно части 5 статьи 139 Закона № 127-ФЗ имущество должника, балансовая стоимость которого на последнюю отчетную дату до даты открытия конкурсного производства составляет менее чем сто тысяч рублей, продается в порядке, установленном решением собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Отчуждение имущества, в том числе имущественных прав, должника путем заключения прямого договора купли-продажи без проведения торгов является исключительным способом пополнения конкурсной массы, который используется лишь при наличии совокупности условий: если балансовая стоимость продаваемого актива составляет менее ста тысяч рублей и такой способ продажи санкционирован решением собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Данная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.11.2017г. № 305-ЭС17-9625.

Арбитражный управляющий в деле о несостоятельности (банкротстве), хотя бы и осуществляет руководство деятельностью должника, является ключевой, но не вполне самостоятельной фигурой.

Контроль над его действиями осуществляется арбитражным судом, рассматривающим дело о несостоятельности (банкротстве), а также собранием кредиторов (комитетом кредиторов), которое вправе принимать решения, обязательные для его исполнения.

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, в ходе рассмотрения настоящего дела Третьим лицом в материалы в числе прочего была представлена копия протокола собрания кредиторов, состоявшегося 28 июля 2016 года (т. 5, л.д. 36-39).

Данный протокол был включен Арбитражным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (сообщение № 1215351 от 01 августа 2016 года).

Из данного протокола усматривается, что на собрании кредиторов по инициативе конкурсного кредитора Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Республике Башкортостан было принято решение внести изменение в Положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества Общества (первый дополнительный вопрос повестки дня).

Из подпункта "в" решения по первому дополнительному вопросу повестки дня наглядно усматривается, что собранием кредиторов был определен перечень имущества, подлежащего продаже в соответствии с пунктом 7.1 в приложении 2 к названному Положению согласно отчету об оценке от 23.05.2016г. № 89-16/1/0, а именно силовой шкаф 1989 года выпуска и трансформатор силовой ТМ-630\10 1993 года выпуска.

Иному толкованию подпункт "в" решения по первому дополнительному вопросу повести дня (например, что в нем идет речь о дополнении какого-либо перечня имущества) не подлежит, поскольку его формулировка четка, ясна и однозначна.

В соответствии с подпунктом "г" решения по первому дополнительному вопросу повестки дня собранием кредиторов было принято решение исключить из приложения к названному Положению следующее недвижимое имущество в связи с отсутствием правоустанавливающих документов: здание одноэтажное автовесовая; здание одноэтажное гараж на две автомашины; здание одноэтажное котельная; здание одноэтажное центральный склад; нежилое помещение площадью 414,8 м2; нежилое помещение площадью 2 957,4 м2.

Арбитражным управляющим в материалы дела были представлены подлинные Положение о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника с двумя приложениями, которые, согласно нумерации, приведенной в правом нижнем углу, состоят из четырнадцати листов (т. 5, л.д. 89-100).

При этом листы десятый и одиннадцатый суду представлены не были, что было зафиксировано в протоколе судебного заседания, состоявшегося 18 октября 2019 года, в связи с чем данные документы исследованы в объеме, представленном ФИО1

По результатам исследования подлинного Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника с двумя приложениями судом было установлено, что объектный состав имущества, подлежащего продаже по приложению к названному Положению, соответствует объектному составу имущества, решения по которому были приняты на вышеуказанном собрании кредиторов (т. 5, л.д. 97-98).

Спорное имущество, реализованное Арбитражным управляющим, не было поименовано в Приложении 2 к названному Положению, в связи с чем не было и не могло быть санкционировано собранием кредиторов должника к реализации в порядке, предусмотренном пунктом 7.1 названного Положения.

Таким образом, у ФИО1 не имелось никаких правовых оснований для реализации какого-либо иного имущества – включая спорного – в порядке, предусмотренном пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества Общества, поскольку совершение таких действий не было санкционировано собранием кредиторов должника.

Кроме того, как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, фактическая продажа передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253 состоялась 17 января 2018 года.

Инвентаризация же данного имущества состоялась только 22 марта 2018 года – то есть, спустя более двух месяцев после его реализации.

Вместе с тем, в силу пункта 3 статьи 139 Закона № 127-ФЗ после проведения инвентаризации и оценки имущества должника конкурсный управляющий приступает к его продаже.

Таким образом, Законом № 127-ФЗ установлено императивное правило, что инвентаризация имущества должника должна предшествовать его продаже.

Следовательно, сначала реализовав вновь выявленное имущество Общества, а лишь спустя два с лишним месяца проведя его инвентаризацию, ФИО1 нарушил установленную Законом № 127-ФЗ последовательность действий по продаже имущества должника.

Относительно доводов Административного органа о том, что автомобиль КАМАЗ был продан, как металлолом, решение о списании автомобиля КАМАЗ, сдачи его в металлолом собранием кредиторов не принимались, предложения по изменению порядка реализации имущества собранию кредиторов ФИО1 не представлялись, суд полагает отметить следующее.

Продажа транспортного средства, как металлолома, не означает, что Арбитражным управляющим было принято решение о его списании, поскольку данные действия, по своей сути, являются разновидностью заключения прямого договора купли-продажи.

Соответственно, если бы ФИО1 в рассматриваемом случае действительно имел бы возможность реализовать автомобиль КАМАЗ в порядке, предусмотренном пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества Общества (то есть в случае санкционирования такого порядка продажи собранием кредиторов), то его действия имели бы исключительно правомерный характер и представлять предложения по изменению порядка реализации имущества он бы был не обязан.

Таким образом, данные выводы Заявителя не могут быть признаны обоснованными. Однако поскольку у ФИО1 не имелось оснований для реализации автомобиля КАМАЗ посредством заключения прямого договора купли-продажи, не могут быть признаны законными и его действия.

Доводы Арбитражного управляющего о том, что имущество у должника фактически отсутствовало, что подтверждается ответами регистрирующих органов, и было передано ему бывшим руководителем должника только в январе 2018 года, не могут быть приняты судом.

Во-первых, данные обстоятельства никаким образом не влияют – с учетом вышеизложенного – на выводы суда о том, что у ФИО1 не имелось оснований для реализации какого-либо имущества должника (за исключением оговоренного в подпункте "в" решения по первому дополнительному вопросу повестки дня) в порядке, предусмотренном пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества Общества.

Во-вторых, Арбитражным управляющим в материалы дела представлена копия акта приема-передачи транспортных средств от 15 января 2018 года, из содержания которого следует, что передвижной торговый киоск "Коробейник" и прицеп НЕФАЗ-8253 действительно были переданы ему бывшим руководителем должника только в эту дату (т. 2, л.д. 24). При этом в отчетах ФИО1 о своей деятельности неоднократно отражается, что документы в отношении данного имущества ему не передавались.

Однако по результатам ознакомления представителем Заявителя с материалами дела № А07-26116/2015 о несостоятельности (банкротстве) Общества было установлено, что в его томе шестом имеется акт приема-передачи документов от 11 апреля 2016 года, из которого однозначно следует, что руководитель Общества передал ФИО1 паспорта транспортных средств и свидетельства о регистрации транспортных средств в отношении передвижного торгового киоска "Коробейник" и прицепа НЕФАЗ-8253.

Тот факт, что данные документы не были предметом исследования в ходе административного расследования и не были положены в основу протокола об административном правонарушении, не лишают их юридической силы, поскольку были представлены Заявителем в ходе рассмотрения дела в опровержение приведенных доводов Арбитражного управляющего, что является реализацией принципа состязательности и равноправия сторон (статьи 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На возможность представления другой стороне возможности представления доказательств, опровергающих представленные в ходе рассмотрения дела в суде доказательства, не раскрытые в ходе контрольных мероприятий, указано, в частности, в абзаце четвертом пункта 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013г. № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации".

В отзыве по существу заявленных требований Налоговым органом приводятся доводы о занижении ФИО1 стоимости реализованного имущества (т., л.д. 2-6), а в возражениях на отзыв Арбитражного управляющего – о не представлении им заключения федерального органа исполнительной власти, уполномоченного Правительством Российской Федерации на подготовку заключений по отчетам оценщиков (т. 3, л.д. 12-17).

Вместе с тем, приводя данные доводы, Налоговый орган не учел специфики рассматриваемого дела.

Дело об административном правонарушении рассматривается в пределах объема административного правонарушения, вмененного в протоколе об административном правонарушении, представляющего собой процессуальный документ, где фиксируется противоправное деяние лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, формулируется вменяемое данному лицу обвинение.

Данная правовая позиция отражена в постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2019г. № 9-АД19-10.

Поскольку данные обстоятельства Административный орган в протоколе об административном правонарушении в качестве противоправных виновных действий ФИО1 не вменяет, суд оставляет указанные доводы Третьего лица без рассмотрения, как выходящие за пределы заявленных требований.

На основании приведенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что совокупностью представленных в материалах дела доказательств подтверждаются факты нарушения Арбитражным управляющим требований пункта 4 статьи 20.3, пунктов 1.1, 2, 3, 5 статьи 139 Закона № 127-ФЗ, выразившееся в реализации выявленного имущества должника без согласования с собранием кредиторов и с нарушением последовательности мер по реализации конкурсной массы.

Согласно части 1 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Исходя из данной нормы, административное правонарушение характеризуется такими обязательными признаками, как противоправность и виновность.

Статьей 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что одним из обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, является виновность лица в совершении административного правонарушения.

Как уже отмечалось ранее в настоящем судебном акте, в силу примечания к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций арбитражные управляющие несут административную ответственность как должностные лица. Следовательно, арбитражные управляющие отнесены к категории лиц, вина которых определяется как вина физических лиц.

В силу части 1 статьи 2.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.

Поскольку арбитражный управляющий ФИО1 в силу специфики своей профессиональной деятельности должен был знать требования нормативных актов, регулирующих деятельность конкурсного управляющего, и обязан был предвидеть возможность наступления вредных последствий в случае ненадлежащего исполнения требований этих нормативных актов, но относился к ним безразлично, учитывая, что ему было известно о принятом собранием кредиторов решении об определении перечня имущества, подлежащего реализации в порядке, предусмотренном пунктом 7.1 Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника, суд полагает установленной вину Арбитражного управляющего в совершении вмененного ему правонарушения в форме умысла.

Частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным правонарушением признается неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, а частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, квалифицирующим признаком административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является повторность совершения.

В рассматриваемом случае Административный орган квалифицировал допущенное Арбитражным управляющим правонарушение по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Исходя из разъяснений, приведенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2013 года, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05 февраля 2014 года, определение повторности дано в пункте 2 части 1 статьи 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно указанной норме повторное совершение административного правонарушения – это совершение административного правонарушения в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Из общедоступных сведений, размещенных в "Картотеке арбитражных дел" (http://kad.arbitr.ru), следует, что решением Арбитражного суда Республике Башкортостан по делу № А07-21305/2017 от 20 октября 2017 (резолютивная часть решения объявлена 18 октября 2017 года) ФИО1 был привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 25 000 руб.

В силу части 4 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение по делу о привлечении к административной ответственности вступает в законную силу по истечении десяти дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не изменено или не отменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда по тому же делу от 05 февраля 2018 года (резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2018 года) производство по апелляционной жалобе ФИО1 было прекращено в связи с его отказом от нее.

По смыслу правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.10.2014г. № 2500-О, прекращение арбитражным судом апелляционной инстанции производства по апелляционной жалобе влечет ликвидацию всех правовых последствий возбуждения производства по такой жалобе (за исключением связанных с самим прекращением производства); согласно статье 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в таком случае никакого постановления по существу дела арбитражным судом апелляционной инстанции не принимается и никакой оценки им судебному акту арбитражного суда первой инстанции не дается, соответственно, решение арбитражного суда первой инстанции, которое было обжаловано в апелляционном порядке, но производство по апелляционной жалобе на которое было прекращено, вступает в законную силу в общем порядке.

Статьей 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни (часть 3). Течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока (часть 4).

С учетом изложенного, судебный акт о привлечении ФИО13 к административной ответственности вступил в законную силу 07 ноября 2017 года.

Как указывает Административный орган, назначенный в соответствии с рассматриваемым судебным актом административный штраф был уплачен Арбитражным управляющим 27 ноября 2017 года.

Согласно статье 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Хотя текстуально приведенное конституционное правило адресовано лицам, обвиняемым в совершении преступления, его регулятивный смысл выходит за рамки собственно уголовного преследования, а потому должен подлежать учету при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности –как уголовной, так и в равной степени административной (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.06.2000г. № 10-П, от 27.04.2001г. № 7-П, от 17.07.2002г. № 13-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.11.2015г. № 2732-О, от 24.11.2016г. № 2524-О и др.).

Исходя из этого статья 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, закрепляя презумпцию невиновности в качестве общего принципа административно-деликтного законодательства, прямо указывает, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело (часть 2).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 10.02.2017г. № 2-П, неоднократность нарушения может иметь место лишь при наличии вступившего в законную силу судебного акта о привлечении к административной ответственности на момент совершения инкриминируемого деяния.

Несмотря на то, что данные разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации касаются вопроса применения положений статьи 2121 Уголовного кодекса Российской Федерации, они в равной степени подлежат применению и при рассмотрении дел о привлечении к административной ответственности при выяснении вопроса о повторности нарушения.

С учетом изложенных разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, повторным для ФИО1 правонарушением, позволяющим квалифицировать его действия (бездействия) по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, будет лишь то правонарушение, которое будет совершено им после 07 ноября 2017 года.

Согласно сведениям, содержащимся в протоколе об административном правонарушении, инкриминируемые Арбитражному управляющему нарушения были совершены в период с 14 декабря 2017 года по 25 октября 2018 года.

На основании статьи 4.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления.

Исходя из даты вступления в законную силу судебного акта о его привлечении к административной ответственности и даты уплаты административного штрафа, в период с 07 ноября 2017 года по 26 ноября 2018 года Арбитражный управляющий считался подвергнутым административному наказанию.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что его действия (бездействие) были правомерно квалифицированы Административным органом по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку были совершены в период, когда он считался подвергнутым административному наказанию.

Доказательств наличия у него статуса члена территориальной избирательной комиссии с правом решающего голоса Арбитражный управляющий ни в материалы настоящего дела, ни при составлении протокола об административном правонарушении не представил, в связи с чем является субъектом административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Указанное соответствует правовой позиции, сформулированной в пункте 15 Обзора судебной практики "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении арбитражными судами дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06 декабря 2017 года.

В статье 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена возможность освобождения от административной ответственности в случаях, если судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, сочтут, что совершенное правонарушение является малозначительным.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 05.11.2003г. № 349-О указал, что нормы статей Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не препятствуют судам общей и арбитражной юрисдикции избирать в отношении правонарушителя меру наказания с учетом характера правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств деяния. При этом, руководствуясь положениями статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд вправе при малозначительности административного правонарушения освободить лицо от административной ответственности.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не устанавливает каких-либо ограничений для применения названной нормы материального права, оставляя право ее применения на усмотрение соответствующих органа, должностного лица, суда.

В силу пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" малозначительным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но, с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 18 постановления от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях", при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения. Данные обстоятельства в силу частей 2 и 3 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях учитываются при назначении административного наказания.

При квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий. Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано (пункт 18.1 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях").

Использование положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях допустимо лишь в исключительных случаях, поскольку иное способствовало бы формированию атмосферы безнаказанности и было бы несовместимо с принципом неотвратимости ответственности правонарушителя (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2014г. № 1552-О).

Как отмечено Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 16.04.2019г. № 307-АД18-24091, применение института малозначительности не должно порождать правовой нигилизм, ощущение безнаказанности, приводить к утрате эффективности общей и частной превенции административных правонарушений, нарушению прав и свобод граждан.

Правонарушение, предусмотренное частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является административным правонарушением с формальным составом.

Наступление общественно опасных последствий в виде причинения ущерба при совершении правонарушений с формальным составом не доказывается, возникновение этих последствий резюмируются самим фактом совершения действий или бездействия.

Оценивая возможность признания допущенного ФИО1 административного правонарушения в качестве малозначительного, суд полагает необходимым обратить внимание на следующие обстоятельства.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 139 Закона № 127-ФЗ в течение десяти рабочих дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о результатах инвентаризации имущества должника конкурсный кредитор или уполномоченный орган, если размер требования конкурсного кредитора или размер требования уполномоченного органа превышает два процента общей суммы требований конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов, вправе направить конкурсному управляющему требование о привлечении оценщика с указанием состава имущества должника, в отношении которого требуется проведение оценки.

Проведя инвентаризацию спустя более двух месяцев после реализации имущества, ФИО1 фактически лишил Налоговый орган направить ему требование о привлечении оценщика, чем существенно нарушил его права, как конкурсного кредитора Общества.

В соответствии с нормами главы VII Закона № 127-ФЗ основной целью конкурсного производства как ликвидационной процедуры является получение максимального экономического эффекта при удовлетворении требований кредиторов должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2016г. № 306-ЭС16-3230).

Лишив конкурсного кредитора права на направление требования о привлечении оценщика, а также реализовав имущество должника без согласования с собранием кредиторов, Арбитражный управляющий своими действиями поставил достижение им подобного экономического эффекта.

При этом тот факт, что введенная в отношении Общества процедура конкурсного производства была завершена, не нивелирует событие административного правонарушения и не означает, что оно является малозначительным. По большому счету, данный факт не имеет никакого отношения к оценке действий Арбитражного управляющего на соответствие требованиям Закона № 127-ФЗ с публично-правовой точки зрения.

С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности правонарушения, суд приходит к выводу, что обстоятельства, свидетельствующие о возможности признания правонарушения малозначительным и применения статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствуют. Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих признать правонарушение малозначительным, ФИО1 не указано и судом не установлено.

Поведение Арбитражного управляющего сопряжено с неисполнением публично-правовых обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), с бездействием в ущерб охраняемым законом правоотношениям, в связи с чем, характер и степень общественной опасности конкретного рассматриваемого деяния позволяют говорить о наличии оснований для привлечения Арбитражного управляющего к административной ответственности; освобождение его от административной ответственности означало бы неполную реализацию ее принципов и умаление одной из ее главных целей – предупреждение совершения новых правонарушений.

Учитывая изложенное, оснований для применения в рассматриваемом случае положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – как правовых, так и фактических – не имеется.

При выборе административного наказания суд руководствуется следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Следовательно, применение конкретной меры ответственности с учетом принципа справедливости, соразмерности, характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя и других обстоятельств может быть только в пределах санкции, установленной законом.

На основании части 1 статьи 4.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельствами, смягчающими административную ответственность, признаются: раскаяние лица, совершившего административное правонарушение (пункт 1); добровольное прекращение противоправного поведения лицом, совершившим административное правонарушение (пункт 2); добровольное сообщение лицом, совершившим административное правонарушение, в орган, уполномоченный осуществлять производство по делу об административном правонарушении, о совершенном административном правонарушении (пункт 3); оказание лицом, совершившим административное правонарушение, содействия органу, уполномоченному осуществлять производство по делу об административном правонарушении, в установлении обстоятельств, подлежащих установлению по делу об административном правонарушении (пункт 4); предотвращение лицом, совершившим административное правонарушение, вредных последствий административного правонарушения (пункт 5); добровольное возмещение лицом, совершившим административное правонарушение, причиненного ущерба или добровольное устранение причиненного вреда (пункт 6); добровольное исполнение до вынесения постановления по делу об административном правонарушении лицом, совершившим административное правонарушение, предписания об устранении допущенного нарушения, выданного ему органом, осуществляющим государственный контроль (надзор) и муниципальный контроль (пункт 7); совершение административного правонарушения в состоянии сильного душевного волнения (аффекта) либо при стечении тяжелых личных или семейных обстоятельств (пункт 8); совершение административного правонарушения несовершеннолетним (пункт 9); совершение административного правонарушения беременной женщиной или женщиной, имеющей малолетнего ребенка (пункт 10).

Судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, могут признать смягчающими обстоятельства, не указанные в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях или в законах субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях (часть 2 статьи 4.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В соответствии с частью 1 статьи 4.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельствами, отягчающими административную ответственность, признаются: продолжение противоправного поведения, несмотря на требование уполномоченных на то лиц прекратить его (пункт 1); повторное совершение однородного административного правонарушения, то есть совершение административного правонарушения в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за совершение однородного административного правонарушения (пункт 2); вовлечение несовершеннолетнего в совершение административного правонарушения (пункт 3); совершение административного правонарушения группой лиц (пункт 4); совершение административного правонарушения в условиях стихийного бедствия или при других чрезвычайных обстоятельствах (пункт 5); совершение административного правонарушения в состоянии опьянения либо отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, совершившее административное правонарушение, находится в состоянии опьянения (пункт 6).

В рассматриваемом случае не усматривается ни смягчающих, ни отягчающих административную ответственность ФИО1 обстоятельств.

При этом тот факт, что ранее ФИО1 был привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в рассматриваемом случае юридического значения не имеет, поскольку, как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, повторность совершения правонарушения является квалифицирующим признаком части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, что в силу части 2 статьи 4.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях исключает возможность признания данного обстоятельства отягчающим административную ответственность ФИО1 обстоятельством.

Частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для арбитражных управляющих, несущих административную ответственность, как должностные лица, предусмотрен лишь один вид административного наказания, а именно дисквалификация сроком от шести месяцев до трех лет.

Повторное совершение однородного административного правонарушения, если оно образует квалифицирующий признак состава правонарушения, предполагает усиление предусмотренной за его совершение санкции – повышение размера конкретного административного наказания и (или) установление более строгого вида наказания, с тем чтобы эффективно обеспечить достижение целей административной ответственности – общей и частной превенции (часть 1 статьи 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), на что было указано Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 27.06.2017г. № 1218-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО14 на нарушение его конституционных прав частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

Согласно части 1 статьи 3.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дисквалификация заключается в лишении физического лица права замещать должности федеральной государственной гражданской службы, должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации, должности муниципальной службы, занимать должности в исполнительном органе управления юридического лица, входить в совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, осуществлять управление юридическим лицом в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, либо осуществлять деятельность по предоставлению государственных и муниципальных услуг либо деятельность в сфере подготовки спортсменов (включая их медицинское обеспечение) и организации и проведения спортивных мероприятий, либо осуществлять деятельность в области проведения экспертизы промышленной безопасности, либо осуществлять деятельность в области независимой оценки пожарного риска (аудита пожарной безопасности), либо осуществлять медицинскую деятельность или фармацевтическую деятельность. Административное наказание в виде дисквалификации назначается судьей.

Принимая во внимание обстоятельства дела, отсутствие обстоятельств, отягчающих административную ответственность ФИО1, суд полагает обоснованным назначение ему административного наказания в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев, то есть в минимальном размере, предусмотренном частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При таких обстоятельствах заявленные Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республики Башкортостан требования подлежат удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении может быть вынесено постановление о назначении административного наказания.

Судам при рассмотрении дел, отнесенных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях к их подведомственности, необходимо учитывать, что в тех случаях, когда положения главы 25 и иные нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прямо устанавливают конкретные правила осуществления судопроизводства, именно они должны применяться судами. Это касается наименования категорий дел (параграфы 1 и 2 главы 25), оснований возбуждения производства по делам (часть 2 статьи 202 и часть 2 статьи 207 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), наименования и содержания судебных актов суда первой инстанции (статьи 206 и 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), составления протокола судебного заседания (статья 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), сроков направления лицам, участвующим в деле, копий судебных актов (часть 5 статьи 206 и часть 6 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Согласно части 2 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления о привлечении к административной ответственности арбитражный суд принимает решение о привлечении к административной ответственности или об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В настоящее время федеральным законом не предусмотрено взимание государственной пошлины за рассмотрение арбитражным судом дел о привлечении к административной ответственности (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Поскольку в силу приведенных норм права заявление о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается и при этом из материалов дела не усматривается, что Заявителем в рассматриваемом случае государственная уплачивалась, вопрос о ее распределении между участвующими в деле лицами в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации или о ее возврате из федерального бюджета в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 330.40 Налогового кодекса Российской Федерации судом не рассматривается.

Руководствуясь статьями 167-170, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



Р Е Ш И Л :

Заявленные требования Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Республике Башкортостан удовлетворить.

Признать Арбитражного управляющего ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Назначить Арбитражному управляющему ФИО1 (ИНН <***>, дата рождения – 04.11.1971г., место рождения – г. Кумертау Башкирской АССР) административное наказание в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Решение вступает в законную силу по истечении десяти дней со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.


Судья И.В.Симахина