Решение от 8 сентября 2025 г. по делу № А31-371/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТИ

156961, <...> http://kostroma.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А31-371/2025
г. Кострома
09 сентября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 августа 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 09 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Костромской области в составе судьи Разумовой Людмилы Владимировны, при ведении протокола секретарем судебного заседания Курьяновой А.В., рассмотрев исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к ФИО2 (ИНН <***>) о взыскании 92 857 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, а также 10 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, 622 рублей 50 копеек почтовых расходов, 8 000 рублей расходов на фиксацию, 129 рублей расходов на приобретение товара (с учетом уточнения иска от 01.03.2025),

при участии в заседании: от истца: не явился, извещен, от ответчика: не явился, извещен, установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Костромской области с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании 92 857 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, а также 10 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, и судебных издержек, состоящих из стоимости товара в размере 129 рублей, почтовых расходов в размере 134 рублей, расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика 92 857 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, а также 10 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, и судебных издержек, состоящих из стоимости товара в размере 129 рублей, почтовых расходов в размере 622 рублей 50 копеек, расходов на фиксацию нарушения в размере 8 000 рублей.

Уточнение иска принято к рассмотрению определением суда от 05.03.2025. Стороны явку представителей в суд не обеспечили, извещены.

Ответчик до начала судебного заседания посредством системы «Мой Арбитр» направил ходатайство о проведении судебного заседания в его отсутствие, иск не признал, поддержал ранее представленный отзыв.

Суд, руководствуясь частями 1, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрел дело в отсутствие представителей сторон.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарный знак (в виде словесного обозначения «KAIZER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 359303, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025, в том числе в отношении товаров и/или услуг 08 класса МКТУ (инструменты для маникюра, пилки для ногтей и т.д.).

24.01.2022 в торговом помещении, расположенном по адресу: <...>, отдел Химии, был установлен и зафиксирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО2 товара – маникюрный набор в количестве 1 штука.

В подтверждение факта реализации указанного товара в материалы дела представлен кассовый чек от 24.01.2022, приобретенный товар, видеосъемка приобретения товара.

По утверждению Истца, приобретенный товар обладает признаками контрафактности, и имеет обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 359303.

Ссылаясь на нарушение своих исключительных прав, истец направил в адрес ответчика претензию о выплате компенсации за незаконное использование товарного знака, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящими требованиями.

Ответчик, возражая против иска, указал, что истцом пропущен срок исковой давности на предъявление искового заявления, на злоупотребление правом со стороны истца, а также на несоразмерность взыскиваемой компенсации.

Оценив представленные в дело доказательства на основании статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В абзаце третьем пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой

Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) разъяснено, что нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, истец должен подтвердить факт принадлежности исключительных прав на товарный знак, а также факт использования данных прав ответчиком.

Принадлежность истцу исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (товарный знак) подтверждены представленными в материалы дела доказательствами, ответчиком не оспорено.

Исходя из смысла статьи 1229 ГК РФ факт незаконного использования ответчиком принадлежащего Истцу товарного знака заключается в его использовании в предпринимательской деятельности без согласия правообладателя; неправомерность действий ответчика предполагается, если им не доказано соблюдение правовых норм, достаточно лишь заявления истца об отсутствии разрешения на использование объектов интеллектуальной собственности.

В пункте 162 Постановления № 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При

этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

В подтверждение своих доводов о нарушении ответчиком принадлежащих истцу прав, последний представил в материалы дела кассовый чек от 08.09.2021, приобретенный товар, видеозапись покупки товара в торговой точке (диск).

Исходя из анализа положений статей 12, 14 ГК РФ, пункта 2 статьи 64 АПК РФ, в данном случае видеосъемка является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Представленные доказательства в совокупности подтверждают заключение истцом и ответчиком договора розничной купли-продажи спорных товаров в соответствии со статьей 493 ГК РФ.

Видеозаписи покупки товаров также позволяет однозначно утверждать об идентичности товаров, зафиксированных на видеозаписях и товаров, представленных в суд в качестве вещественных доказательств.

На представленных в материалы дела кассового чека, который с учетом представленной видеозаписи был выдан при реализации товара, имеются указания на дату продажи (24.01.2022), а также ИНН, принадлежащий ответчику, адрес торговой точки.

При этом доказательства того, что торговая точка, в которой был приобретен товар, принадлежит иному лицу, а также доказательства реализации товара третьими лицами и осуществления торговой деятельности от имени ответчика без его ведома и согласия, материалы дела не содержат, ответчиком не представлены.

При визуальном сравнении товарного знака с обозначениями, содержащимися на приобретенных товарах, судом установлено их визуальное сходство, позволяющее ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения.

Ответчиком не представлено доказательств наличия законных оснований использования товарного знака, учитывая коммерческую цель использования объектов интеллектуальных прав, суд полагает, что в рассматриваемом случае

отсутствуют необходимые условия для вывода о допустимом свободном использовании такого объекта интеллектуальных прав.

Таким образом, из совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о доказанности факта незаконного использования ответчиком товарного знака, принадлежащего Истцу.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет ответственность, установленную действующим законодательством.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

В абзаце 2 пункта 61 Постановления № 10 указано, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его

согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно абзацу пятому пункта 61 Постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

В рассматриваемом случае, Истец за допущенные ответчиком нарушения просит взыскать с него компенсацию в размере 92 857 рублей, рассчитанную исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака.

В основу расчета размера компенсации положены условия лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака от 06.04.2021 (далее - лицензионный договор), заключенного между Истцом (лицензиар) и ООО Торговый Дом Кьют-Кьют (лицензиат) (зарегистрирован в ФИПС 26.08.2021 № РД 0372792).

В материалы дела также представлены платежные поручения о внесении платежей по лицензионному договору.

Так, согласно пункту 1.1 лицензионного договора лицензиар предоставляет лицензиату право использовать товарный знак, охраняемый на основании свидетельства № 359303, а лицензиат обязуется за это уплатить лицензиару вознаграждение.

В пункте 1.2 лицензионного договора сторонами установлен перечень классов МКТУ, в отношении которых лицензиат вправе использовать товарный знак: 03, 08, 11, 21, 26, 35, 44.

В соответствии с пунктом 1.3 лицензионного договора лицензиар предоставляет лицензиату право применять товарный знак на территории Российской Федерации путем его размещения с указанием «товарный знак по лицензии»:

- на товаре, который лицензиат производит, предлагает к продаже, продает, демонстрирует на выставках и ярмарках или иным образом вводит в гражданский оборот;

- на упаковке и этикетках товара, ценниках к товару; - в сопроводительной и деловой документации к товару;

- в предложениях о продаже товара, объявлениях, на вывесках и в рекламе, в том числе в сети Интернет.

Согласно пункту 2.1 лицензионного договора, за использование товарного знака лицензиат выплачивает лицензиару комбинированное вознаграждения:

разовый паушальный платеж в размере 1 000 000 рублей, последующие ежемесячные платежи в форме роялти в размере 300 000 рублей.

В соответствии с представленным истцом расчетом, размер компенсации в сумме 92 857 рублей рассчитан им, исходя из двукратной стоимости, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование товарного знака (1 300 000 руб. /1 товарный знак / 7 классов МКТУ/ 4 способа применения) х 2 = 92 857 рублей.

Указанный расчет компенсации судом проверен, размер компенсации признан судом соотносимым с ценой, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака № 359303.

Оценив доводы ответчика о наличии оснований для снижения размера компенсации, суд приходит к следующему.

При взыскании компенсации за нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на реализацию прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть при обеспечении баланса прав и законных интересов участников гражданского оборота (Постановления от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П и др.).

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Суд, учитывая незначительный объем реализованного ответчиком контрафактного товара (одна единица по цене 129 рублей), принимая во внимание характер допущенного нарушения (ответчик не является производителем товара), степень вины нарушителя, период использования, отсутствие ранее совершенных ответчиком нарушений исключительных прав правообладателей (иного в материалы дела не представлено), отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю, учитывая имущественное положение ответчика, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, полагает, что компенсация может быть снижена до стоимости права использования товарного знака, а именно до 46 428 рублей 57 копеек.

Такой размер компенсации суд считает достаточным для восстановления нарушенного права истца.

Иные доводы ответчика подлежат отклонению по следующим мотивам. Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 3 статьи 202 ГК РФ предусмотрено, что если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Поскольку законодательством Российской Федерации не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав, то к спорным правоотношениям сторон подлежит применению общий срок исковой давности, то есть три года.

В соответствии с пунктом 5.1 статьи 1252 ГК РФ в случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии. Иск о возмещении убытков или выплате компенсации может быть предъявлен в случае полного или частичного отказа удовлетворить претензию либо неполучения ответа на нее в тридцатидневный срок со дня направления претензии, если иной срок не предусмотрен договором.

Соблюдение обязательного досудебного порядка пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) отнесено к основаниям приостановления течения срока исковой давности.

Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для принятия сторонами мер по досудебному урегулированию гражданско-правовых споров о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, предусмотрено 30 календарных дней со дня направления претензии (часть 5 статьи 4 АПК РФ).

В пункте 35 Обзора судебный практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019, разъяснено, что течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение

срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 14 Обзора практики применения арбитражными судами положений процессуального законодательства об обязательном досудебном порядке урегулирования спора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020.

Судом установлено, что о нарушении прав истцу стало известно 24.01.2022, то есть в день установления факта предложения к продаже ответчиком спорного товара.

В целях соблюдения претензионного порядка истцом ответчику 31.05.2022 направлена претензия.

Истец с рассматриваемым иском в суд обратился 24.01.2025 путем подачи электронных документов через систему «Мой Арбитр», следовательно, с учетом 30-дневного срока на соблюдение обязательного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного частью 5 статьи 4 АПК РФ, срок исковой давности истцом не пропущен.

Довод ответчика о наличии оснований для отказа в иске ввиду злоупотребления истцом своими правами подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 154 Постановления № 10, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом (абзац четвертый пункта 154 Постановления № 10).

Ответчиком не представлены доказательства тому, что истец действует недобросовестно, потому само по себе неиспользование товарного знака истцом при осуществлении деятельности не лишает правообладателя права на защиту.

С учетом изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению на сумму 46 428 рублей 50 копеек, в остальной части иска следует отказать.

Истцом предъявлены к взысканию судебные издержки, состоящие из 622 рублей 50 копеек почтовых расходов, 8 000 рублей расходов на фиксацию, 129 рублей расходов на приобретение товара.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно пункту 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Факт и размер понесенных расходов подтвержден представленными в материалы дела документами, указанные издержки непосредственно связаны с рассматриваемым спором, в связи с чем, подлежат распределению между сторонами по правилам статьи 110 АПК РФ.

Ответчик возражений против предъявленной к возмещению суммы судебных издержек не заявил.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46-П, снижение судом исходя из обстоятельств дела размера компенсации, заявленной в минимальном установленном законом размере, ниже указанных пределов не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований.

Следовательно, расходы по оплате государственной пошлины и судебные издержки подлежат отнесению на ответчика.

В ходе рассмотрения дела истцом в качестве вещественного доказательства представлен: товар – маникюрный набор в количестве 1 штуки.

Согласно части 4 статьи 76 АПК РФ по вопросам распоряжения вещественными доказательствами арбитражный суд выносит определение.

АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ). К таким доказательствам может относиться, например, имущество, изъятое из оборота или ограниченное в обороте; к таким же доказательствам в силу статьи 1252 ГК РФ относится контрафактная продукция.

В силу части 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие

материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению.

Учитывая, что при рассмотрении дела установлен факт незаконного использования исключительных прав истца, следовательно, товары, приобщенные в материалы дела в качестве вещественных доказательств, подлежат изъятию из оборота и передаче в соответствующие органы на уничтожение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) 46 428 рублей 50 копеек компенсации, а также 10 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, 622 рублей 50 копеек почтовых расходов, 8 000 рублей расходов на фиксацию, 129 рублей расходов на приобретение товара.

В остальной части иска отказать.

Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

Вещественные доказательства по делу – товар – маникюрный набор в количестве 1 шт. передать на уничтожение, как изъятое из гражданского оборота.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месячного срока со дня его принятия или в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Костромской области

Судья Л. В. Разумова