Постановление от 28 января 2026 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-5626/25

Екатеринбург 29 января 2026 г. Дело № А76-18472/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2026 г. Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Смагиной К. А., судей Оденцовой Ю. А., Забутыриной Л. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.04.2025 по делу № А76-18472/2024 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2025.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, явку в суд округа не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 20.08.2024 ФИО1 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом) в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий, управляющий).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.04.2025, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, процедура реализации имущества ФИО1 завершена, в отношении должника применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, за исключением обязательств перед публичным акционерным обществом «АСКО» (далее – общество «АСКО», кредитор).

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 17.04.2025 и постановление апелляционного суда от 21.10.2025 отменить и принять по спору новый судебный акт об освобождении должника от исполнения

обязательств перед кредиторами либо направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Податель жалобы, возражая против выводов судов об отсутствии оснований для применения к должнику правил об освобождении, ссылается на факты возбуждения в отношении него исполнительных производств по требованиям кредиторов и осуществления в рамках таких производств погашения задолженности, полагая, что данные обстоятельства подтверждают добросовестность должника и исключают возможность постановки вывода о направленности его действий должника на причинение вреда кредитора.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО1 инициировано по заявлению должника.

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего, а также реестра требований кредиторов следует, что кредиторы должника первой и второй очередей не установлены, в третью очередь реестра требований включены требования двух кредиторов на общую сумму 558 548 руб. 95 коп., в том числе требования общества с ограниченной ответственностью «ПКО «М.Б.А» на сумму 174 230 руб. 83 коп. и общества «АСКО» на сумму 384 318 руб. 12 коп.

Должник в период с 23.10.2023 по 03.10.2017 состоял в зарегистрированном браке с ФИО3, имеет на иждивении двух несовершеннолетних детей.

С целью выявления имущественного положения должника финансовым управляющим направлены запросы в компетентные органы. Согласно ответам регистрирующих органов недвижимого и движимого имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, за должником не зарегистрировано. Доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формирования конкурсной массы, не представлены.

Должник в период с 24.05.2021 по 30.09.2021 был трудоустроен в обществе с ограниченной ответственностью «Таганай-Ресурс», в период с 10.11.2021 по 01.08.2022 – в обществе с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод – Уралтрак», в период с 02.08.2022 по 06.04.2023 – в обществе с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Челябинский тракторный завод», в период с 10.04.2023 по 18.04.2023 – в обществе с ограниченной ответственности «Специальные дорожные машины», в период с 28.04.2025 по настоящее время – в публичном акционерном обществе «ЧКПЗ».

Согласно отчету финансового управляющего расчеты с кредиторами не производились в связи с недостаточностью имущества и доходов должника,

текущие расходы на процедуру банкротства в сумме 13 389 руб. 50 коп. не погашены.

Из заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного фиктивного банкротства следует, что финансовым управляющим проведен анализ сделок должника и сделан вывод об отсутствии оснований для оспаривания сделок. Признаков преднамеренного и фиктивного банкротства у должника не установлено.

Полагая, что в рамках процедуры банкротства в отношении должника проведены все необходимые мероприятия, имеются основания для завершения процедуры реализации имущества, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции установил наличие всех необходимых оснований для завершения реализации имущества ФИО1

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества должника лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Предметом кассационного обжалования со стороны должника является неприменение в отношении него общего правила об освобождении его от исполнения обязательств перед обществом «АСКО» по итогам процедуры банкротства.

Отказывая в применении к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства – это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные

затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4–5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В данном случае суды первой и апелляционной инстанций установили, что требования общества «АСКО» к ФИО1 основаны на решении Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 12.02.2024 по делу № 2-507/2024 (оставлено без изменения апелляционным определением Челябинского областного суда от 28.06.2024 № 11-7765/2024), которым с должника в пользу кредитора взысканы денежные средства в сумме 384 318 руб. 12 коп., в том числе 376 400 руб. – возмещение убытков, 7 918 руб. 12 коп. – судебные расходы.

Как следует из содержания указанного решения, рассматривая исковые требования кредитора, суд общей юрисдикции установил, что должник

ФИО1 совершил дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), нарушив требования пункта 8.1 Правил дорожного движения, и признан виновным в причинении в результате названного ДТП имущественного вреда второму участнику ДТП ФИО4, взысканного вступившим в законную силу судебным актом с должника и возмещенного обществом «АСКО» как страхователем транспортного средства ФИО4

При этом суд общей юрисдикции также установил, что на момент совершения вышеназванного ДТП у должника отсутствовал страховой полис ОСАГО, при этом отметил, что право владения и пользования автомобилем должник приобрел в 2017 году, в то время как ДТП произошло в 2021 году, то есть на протяжении более 4 лет должник не принимал мер по исполнению обязанности застраховать свою гражданскую ответственность.

Исходя из того, что императивная обязанность владельцев транспортных средств страховать гражданскую ответственность и иметь полис ОСАГО предусмотрена законом (пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40 «Об обязательством страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», суд констатировал, что должник не мог не знать и не осознавать, что управляет автомобилем в отсутствие обязательного наличия, в силу закона, полиса ОСАГО, без которого управление автомобилем запрещено законодательно.

С учетом этого, признав доказанным факт несения обществом «АСКО» расходов на страховое возмещение, установив также, что гражданская ответственность должника при управлении автомобилем на момент ДТП застрахована не была, в связи с чем констатировав, что к лицу, возместившему причиненный должником вред, в порядке регресса перешло право требования к причинителю вреда, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска общества «АСКО» о взыскании с должника убытков.

Поскольку требования кредитора подтверждены вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции и должником не исполнены, определением суда от 10.12.2024 по настоящему делу, подписанным в виде резолютивной части, требования общества «АСКО» на сумму 384 318 руб. 12 коп. включены в реестр требований кредиторов должника.

Принимая во внимание обстоятельства возникновения у должника обязательств перед кредитором, учитывая характер таких обязательств, исходя из того, что должник, управляя транспортным средством в отсутствие такой страховки, должен был понимать и понимал правовые последствиях неисполнения обязанности по страхованию транспортного средств, в том числе в виде возникновения для него таких негативных последствий, как невозможность удовлетворения имущественных притязаний других участников движения в случае ДТП по его вине за счет страхового возмещения, однако на протяжении длительного времени не принимал мер к страхованию своей ответственности, что привело к невозможности

удовлетворения требований кредитора за счет страховой организации, при этом отметив, что при наличии у должника надлежащим образом оформленного и действующего полиса страхования гражданской ответственности страховая выплата позволила бы полностью возместить причиненный ущерб и понесенные кредитором расходы, учитывая также поведение должника, который с момента вынесения решения суда общей юрисдикции (26.02.2024, вступило в законную силу 28.06.2024) каких-либо минимальных мер, направленных на погашение требований кредитора, не принял, а через незначительное время обратился в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве (03.06.2024), суды признали, что собранными по делу доказательствами подтверждается недобросовестность действий ФИО1 при возникновении обязательств перед кредитором, на основании чего в отсутствие доказательств иного пришли к выводу о наличии совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед обществом «АСКО» в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Доводы должника о том, что неоформление полиса ОСАГО было обусловлено его тяжелым материальным положениям, не приняты судами в качестве доказательств, подтверждающих добросовестность действий должника при возникновении обязательств перед кредитором, поскольку незаключение договора ОСАГО в указанной ситуации является презумпцией причинения ущерба в результате ДТП при отсутствии договора обязательного страхования гражданской ответственности. Вопреки позиции должника, игнорирование элементарных, очевидных всем минимальных мер заботливости и осмотрительности при эксплуатации транспортного средства, являющего источником повышенной опасности, напротив, подтверждает наличие в действиях должника грубой неосторожности, что, в свою очередь, исключает возможность применения к нему правил об освобождении от исполнения обязательств.

Ссылки ФИО1 на осуществление им погашения задолженности перед иными кредиторами в рамках исполнительных производств не опровергают вышеустановленные обстоятельства недобросовестности действий должника и не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения его от дальнейшего исполнения обязательств непосредственно перед обществом «АСКО». Доказательств хотя бы частичного исполнения должником обязательств перед обществом «АСКО» в материалах дела не имеется, ФИО1 в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено и судами не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа полагает, что судами исследованы все приведенные участвующими в деле о банкротстве доводы и доказательства, установлены все существенные для правильного рассмотрения данного спора фактические обстоятельства, выводы судов об отсутствии оснований для применения в отношении

ФИО1 правил об освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредитора соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам и основаны на правильном применении норм права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемых определения и постановления.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.04.2025 по делу № А76-18472/2024 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2025 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий К.А. Смагина

Судьи Ю.А. Оденцова

Л.В. Забутырина