Постановление от 25 сентября 2025 г. по делу № А56-11403/2025

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-11403/2025
26 сентября 2025 года
г. Санкт-Петербург
Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2025 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда Титова М.Г.,

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-13807/2025) общества с ограниченной ответственностью «ЭКСИМ77» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.05.2025 по делу № А56-11403/2025, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «ЭКСИМ77» к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании, рассмотренному в порядке упрощенного производства,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ЭКСИМ77» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, Предприниматель) о взыскании 400 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак «DIKSON» № 411799 в отношении товаров 03 класса МКТУ, 25 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства на основании главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Решением арбитражного суда в виде резолютивной части от 19.04.2025 иск удовлетворен частично. Мотивированное решение суда изготовлено 21.05.2025.

В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств дела, нарушение норм материального права, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме. По мнению апеллянта, им доказан фактический объем контрафактного товара, который реализовал ответчик. Как считает апеллянт, ссылка ответчика на международный принцип права недопустима, поскольку на товарах он указывает, что товар происходит от ООО «ЭКСИМ77»; из представленных ответчиком документов не вытекает, что настоящие товары происходит от правообладателя. Податель жалобы настаивает на недоказанности ответчиком исчерпания права.

Суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу и возражения на него.

В силу части 1 статьи 272.1 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции без вызова сторон, по имеющимся в деле доказательствам в пределах заявленных доводов.

Апелляционный суд, руководствуясь статьями 66, 268, 272.1АПК РФ, принимая во внимание прямой законодательный запрет на принятие апелляционной инстанцией новых доказательств по делам, рассматриваемым в порядке упрощенного производства, отказывает ответчику в принятии в дело новых дополнительных доказательств, прилагаемых к его отзыву, поступившему в систему «Картотека арбитражных дел» 25.08.2025.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец является исключительным лицензиатом на территории Российской Федерации товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 411799, что следует из размещенных в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации сведений о государственной регистрации предоставления права использования по лицензионному договору (дата и номер государственной регистрации 28.09.2022 N РД 0409640), сроком действия исключительного права до 05.05.2029. Названный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 3-го класса «препараты для отбеливания и прочие вещества для стирки; препараты для чистки, полирования, обезжиривания и абразивной обработки; мыла; парфюмерные изделия, эфирные масла, косметика, лосьоны для волос; зубные порошки и пасты» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Истцу стало известно об использовании ответчиком на маркетплейсах «Ozon» и «Wildberries» сходного с названным товарным знаком обозначения при продаже, рекламе, демонстрации контрафактных. Истцом также осуществлены контрольные закупки соответствующих товаров 23.10.2024, 29.10.2024, 24.10.2024.

При этом истец не давал согласия ответчику на использование спорного товарного знака, в связи с чем направил в адрес ответчика претензию.

Поскольку требования, изложенные в претензии, ответчик не исполнил, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением по настоящему делу.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в части взыскания компенсации из расчета 10 000 руб. за каждый объект, что в сумме составляет

20 000 рублей в отношении одного вида товара (согласно представленным фотоизображениям), на котором имелась отметка об истце как импортере в двух пунктах доставки, учитывая отсутствия доказательств единой партии товара.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев материалы дела, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, приходит к следующему. Суд указал, что в части представленных скриншотов предложений к продаже товара на маркетплейсах wildberries, ozon не усматривает обоснованности доводов истца, учитывая документы о приобретении товара у иных дистрибютеров, а также ввиду отсутствия сведений об истец как импортере в отношении данных товаров.

Исследовав повторно материалы дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой

результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения

соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Исходя из приведенных норм права, а также части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. При определении размера компенсации подлежат учету названные выше критерии.

В соответствии с пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и

обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что общество является правообладателем товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 411799.

Из представленных доказательств следует, что ответчик предлагал к продаже товар, маркированный обозначениями, тождественным (сходным до степени смешения) с охраняемым товарным знаком, исключительное право на которые принадлежит истцу.

Факт предложения ответчиком к продаже на сайтах интернет-магазинов Wildberries и OZON товара, маркированного товарным знаком «DIKSON», подтверждается скриншотами соответствующих сайтов, которые являются надлежащими доказательствами по делу.

Факт реализации спорного товара подтверждается кассовыми чеками № 234, 1502, 4865 с реквизитами ответчика и им не оспаривается.

Ответчик не представил доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что товары, предлагаемые к продаже на сайтах www.wildberries.ru и ozon.ru, введены в гражданский оборот самим истцом либо с его согласия.

Согласно позиции ответчика товарный знак «DIKSON» лишен правовой защиты, товары под этим товарным знаком с кодом ТН ВЭД 3305 разрешены к ввозу и реализации на территории Российской Федерации без разрешения правообладателя на основании Приказа № 2701, настаивает на том, что товар, реализуемый им, оригинальный, однако, им допущено неверное указание наименования импортера – истца на двух реализованных вида товаров, в отношении которых судом первой инстанции и была взыскана компенсация.

Указанные доводы апелляционный суд находит несостоятельными с учетом следующего.

Параллельный импорт – это механизм ввоза в страну оригинальной продукции, изготовленной самим производителем с соблюдением технологии производства и всех стандартов качества, но без разрешения правообладателя.

Апелляционный суд отклоняет ссылку ответчика на Приказ № 2701, поскольку его применение действительно только при условии изначального ввода товара в гражданский оборот непосредственно правообладателем, то есть при условии, что товар не является контрафактным.

Ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены достаточные доказательства того, что спорный товар введен в оборот за пределами территории Российской Федерации правообладателями в пределах территории, на которой его приобретают с целью перепродажи на территории Российской Федерации.

Оценив представленные ответчиком копии: контракта № 1-24 от 18 / 04 / 2024, сертификата C246F0235396, инвойсов, деклараций на товары 06611/090724/0007106, 06611/090724/0007105, 09161/150124/0000243, договора № 19-09/2024 от 19.09.2024, товарной накладной от 04.10.2024, информационного письма от 04.10.2024, счета на оплату от 19.09.2024 и 23.09.2024, спецификации 23.09.2024, договора поставки от 25.09.2024, CMR ФИО1, счета-фактуры № 72, товарной накладной от 04.10.2024, апелляционный суд приходит к выводу, что ответчик не представил документов, свидетельствующих, что товары с маркировкой «DIKSON» происходят от правообладателя.

Контракт № 1-24 от 18 / 04 / 2024 не подписан итальянской компанией и в нем отсутствуют сведения, позволяющие идентифицировать как организацию, так и лицо, подписавшее документ.

Кроме того, предметом настоящего договора являются косметика для волос, из его содержания невозможно установить, что его предметом являются именно товары «DIKSON». Спецификации, указанные в пункте 1.1 договора, ответчиком в материалы дела не представлены.

В представленных декларациях от 15.01.2024 и 27.11.2023 не указанно, что отправителем является итальянская компания.

Все первичные документы содержат наименование товаров, не позволяющих их идентифицировать и однозначно полагать, что именно товары «DIKSON» поступали от одного субъекта предпринимательской деятельности к другому.

Представленные документы не отражают происхождение товаров в количестве 528 или 1591 единиц.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что действующее законодательство не содержит указаний на то, какими доказательствами должно подтверждаться количество предлагаемого к продаже или реализованного контрафактного товара и его стоимость.

Как следует из пункта 55 Постановления № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения.

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Истец вправе представлять сведения об имеющихся у него данных об объеме нарушения - о предполагаемых количестве товара и его стоимости, основываясь, в том числе, на информации, полученной от независимых от истца источников.

Таким образом, истец представил сведения о количестве реализованного товара и средней стоимости одной единицы товара исходя из сведений, полученных от независимых от истца источников (сведения Sellmonitor).

Более того, ответчик не оспаривал количество товаров, предлагаемых к продаже на сайте в карточках товара, которые были первоначально зафиксированы истцом.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход

закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Факт использования истцом в своей деятельности спорного товарного знака, в частности, что он реализовывал товар, маркированный торговой маркой «DIKSON», ввезенный им на территорию Российской Федерации, в адрес ООО «Локан», установлен судом в рамках дела № А56-69541/2024.

Вступивший в законную силу судебный акт обладает силой закона применительно к определенным, установленным и оцененным судом правоотношениям, равно как имеет процессуальные основания, в том числе в силу статьи 16 АПК РФ. Вместе с тем выводы суда и его оценка, не обладая признаками доказательств (с учетом буквального толкования части 1 статьи 64 АПК РФ), имеют значение для правильного рассмотрения иных дел, связанных с ранее рассмотренными определенными фактическими обстоятельствами.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 Кодекса).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата

интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При обращении с настоящим иском Обществом избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Обществом заявлено требование о взыскании с предпринимателя 400 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак «DIKSON»

№ 411799.

В обоснование заявленного размера компенсации истец ссылался на известность товарного знака в мире, причинение вреда репутации истца при реализации иными лицами контрафактной продукции, умысел ответчика.

При этом ответчик при рассмотрении дела в суде первой инстанции не представил мотивированных возражений в части возможности снижения размера заявленной суммы компенсации. Сами по себе суждения об ошибочном указании импортера, таковым основанием не является.

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который исходит из фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых по своему внутреннему убеждению.

Полномочие арбитражного суда по определению размера компенсации вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. При этом дискреция суда по индивидуализации размера такой компенсации, допускающая выплату компенсации свыше установленного законодателем минимального размера, должна учитывать реальные последствия правонарушения и отвечать принципам разумности, справедливости и соразмерности.

Приведенные судом в решении обстоятельства к снижению спорной компенсации апелляционный суд находит недостаточными.

Как видно из дела, истец представил сведения о реализации ответчиком в период с 06.10.2024 по 19.02.2025 товаров «DIKSON» в количестве 1 591 штук.

Кроме того, ответчик не оспорил сведения о количестве реализованных товаров, не представил свой расчет, в то время как истец представил имеющиеся у него данные об объеме нарушения: о предполагаемых количествах товара и его стоимости, основываясь в числе прочего на информации, полученной из независимых источников, что необоснованно не учтено судом первой инстанции, при том, что происхождение товара в оставшейся части (за вычетом 528 штук, признанных ответчиком) Предприниматель не подтвердил.

В подтверждение своей позиции истец представил обоснованный расчет, отвечающий требованиям пункта 62 Постановления № 10, содержащий сведения, характеризующие грубый характер допущенного ответчиком нарушения6 ответчик на товарах размещал информацию, что товар происходит от Общества, осуществлял реализацию контрафактных товаров, предоставил право на товарный знак третьим лицам, в том числе предоставлял заверения о том, что не нарушает исключительных прав, а также, что нарушение носит длящийся характер. Кроме

того, в обоснование размера компенсации истце раскрыл сведения о своих имущественных потерях.

По мнению апелляционной инстанции, заявленный истцом размер компенсации не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

В исследуемом случае суд апелляционной инстанции приходит к выводу об

отсутствии оснований к снижению отыскиваемой истцом компенсации.

С учетом изложенного, решение суда подлежит изменению, а исковые

требования - удовлетворению в полном объеме.

Расходы по уплате госпошлины подлежат распределению в соответствии со

статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 269-271, 272.1 Арбитражного процессуального

кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.05.2025 по делу № А56-11403/2025 изменить. Изложить резолютивную часть решения суда в следующей редакции:

«Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭКСИМ77» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «DIKSON» № 411799 в отношении товаров 03 класса МКТУ компенсацию в размере 400 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в размере

55 000 руб.».

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Судья М.Г. Титова