Решение от 23 февраля 2026 г. АС Самарской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, <...>, тел. <***>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А55-26832/2025
24 февраля 2026 года
г. Самара



Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Анаевой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Макаровой В.Р.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1

к ФИО2 и ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности

при участии в заседании

от истца – не явился, извещен,

от ФИО2 – не явился, извещен,

от ФИО3 – не явился, извещен.

Установил:

ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 и ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просит:

Взыскать солидарно с ООО "Центр урегулирования споров «Альфа» его генерального директора ФИО2 и участника в порядке субсидиарной ответственности - ФИО3.

Взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1, сумму в размере 828 750 (восемьсот двадцать тысяч семьсот пятьдесят рублей) 00 копеек.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2025 исковое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности принято к рассмотрению, назначено предварительное судебное заседание.

Лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о дате и времени проведения судебного заседания не извещены надлежащим образом.

Ответчиками отзыв на исковое заявление не представлен.

Информация о принятии заявления к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Самарской области в сети Интернет по адресу: www.samara.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения лиц участвующих в деле, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 03.11.2020 ООО «Центр урегулирования споров «Альфа», (ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица согласно выписке из ЕГРЮЛ.

В период с 03.11.2020 по 05.04.2021 единственным учредителем и генеральным директором организации является ФИО2. Кроме того, договоры об оказании юридических услуг от 23.03.2021 и от 30.03.2021, положенные в основу образовавшейся задолженности, были заключены между Заявителем и ООО «Центр урегулирования споров «Альфа» в лице генерального директора ФИО2.

Далее, с 05.04.2021 по 22.09.2022 единственным учредителем и генеральным директором организации является ФИО3.

Вступившим в законную силу решением Пресненского районного суда города Москвы от 13.04.2023 года по делу №2-2498/2023 исковые требования удовлетворены, расторгнуты Договоры об оказании юридических услуг заключенные между ФИО1 и ООО «Центр урегулирования споров «Альфа»: № 308 от 23 марта 2021 года; № 314 от 24 марта 2021 года; № 324 от 30 марта 2021 года. С ООО «Центр урегулирования споров «Альфа», ИНН <***> в пользу ФИО1 взысканы денежные средства, уплаченные по договорам в сумме 522500 рублей, компенсация морального вреда в размере 30000 рублей, штраф в размере 276250 рублей.

20.06.2023 на основании указанного решения выдан исполнительный лист серии ФС № 044176469.

По указанному исполнительному листу 03.07.2023 года возбуждено исполнительное производство № 187617/23/77053-ИП.

28.05.2024 исполнительное производство № 187617/23/77053-ИП окончено, взыскание указанного долга не производись.

Вместе с тем, 22.09.2022 ООО «Центр урегулирования споров «Альфа», ИНН <***>) исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, в связи с чем исполнить указанное выше решение суда не представляется возможным, что явилось основанием для обращения с настоящими требованиями в суд о взыскании в порядке субсидиарной ответственности к ФИО2 и ФИО3 задолженности в размере 828 750 руб.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Согласно статье 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом N 129-ФЗ для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника.

Порядок и основания привлечения участников, единоличного исполнительного органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом. При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

В данном случае, если неисполнение обязательств обществом обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. Ответственность контролирующих лиц, руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Действительно, наличие у ликвидированного общества непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным доказательством вины его руководителя (участника) в неуплате обществом долга и не может свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении руководителя, повлекшем неуплату этого долга (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180).

Однако добросовестный руководитель общества, иные лица, способные оказывать влияние на деятельность общества, обязаны действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о хозяйственной деятельности должника; раскрывать ее при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.

К числу лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность, пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ отнесены: лица, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочены выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лица, имеющие фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Возможность привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (статья 65 ГК РФ).

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами (пункт 4 Постановления Конституционного суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П; далее - Постановление N 20-П).

Согласно пункту 3.2 Постановления N 20-П при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиками суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчиков.

Привлекаемое к ответственности лицо, опровергая доводы и доказательства истца о недобросовестности и неразумности, вправе доказывать, что его действия, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска.

Суд оценивает существенность влияния действия (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов (пункт 16 постановления N 53).

Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе сохранять, раскрывать информацию о хозяйственной деятельности должника при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.

Приведенные выше правовые позиции неоднократно формулировались высшей судебной инстанцией в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671, от 27.06.20204 N 305- ЭС24-809.

ФИО2 и в последующем ФИО3, как генеральным директором и учредителем Должника не предпринималось никаких мер по недопущению исключения Должника из ЕГРЮЛ.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех лиц, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29.09.2020 N 2128-О и др.).

При этом, следуя смыслу статьи 3 Закона N 14-ФЗ, при представлении истцом доказательств наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательств исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо должно дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В данном случае, исходя из вышеперечисленных фактов, в том числе сведений о прекращении ведения хозяйственной деятельности общества лишило независимого кредитора возможности получить имеющуюся перед ним задолженность.

Доказательства принятия всех зависящих от ответчиков мер, направленных на погашение задолженности, суду не представлено.

Разумных объяснений невозможности погашения требований кредиторов ответчиками, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приведено.

Неосуществление ответчиками ликвидации общества при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов перед кредитором, свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующими лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве.

Доказательств того, что рассматриваемая ситуация создана неправомерными действиями иных лиц, ответчиками, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приведено.

При таких обстоятельствах, учитывая, что именно на ответчиках лежит обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором, установив, что ответчиками в материалы дела не представлено доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по обычным условиям делового оборота, они действовали добросовестно и приняли все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами, в том числе по взысканию дебиторской задолженности, установив, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена недобросовестными действиями (бездействием) ответчиков, которые отсутствие своей вины не доказали, суд признает доказанной совокупность условий, необходимых для привлечения ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам общества и взыскании указанной задолженности.

Руководствуясь ст. ст. 167-171, 176, 180, 18, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности 828 750 руб.

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 46438 руб.


Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.


Судья


/
Е.А. Анаева