Постановление от 24 января 2020 г. по делу № А40-172625/2019

№ 09АП-71922/2019

Дело № А40-172625/19
г. Москва
24 января 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2020 года


Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2020 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи В.А.Свиридова

судей:

ФИО1, Т.Б.Красновой

при ведении протокола

секретарем судебного заседания ФИО2,


Рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №13 апелляционные жалобы ИФНС России №10 по г.Москве и ООО «Московская Девелоперская Группа» на решение Арбитражного суда города Москвы от 09 октября 2019 по делу №А40-172625/19 (75-2233), принятое судьей Нагорной А.Н.


по заявлению ООО «Московская Девелоперская Группа»

к ИФНС России №10 по г. Москве

о признании недействительным решения


при участии:

от ООО «Московская Девелоперская Группа»: ФИО3 по дов. от 09.01.2020;

от ИФНС №10 по г.Москве: ФИО4 по дов. от 10.10.2019, ФИО5 по дов. от 31.05.2019, ФИО6 по дов. от 09.07.2019, Нейман В.Е. по дов. от 04.12.2019;



У С Т А Н О В И Л:

ООО «Московская Девелоперская Группа» (далее – Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы №10 по г.Москве (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 22.01.2019г. №41556 в части начисления 12 483 877 руб. недоимки и пени в размере 1 134 256,80 руб.


Решением 09.10.2019 заявленные требования удовлетворены частично, суд удовлетворил требование общества в части пени.


Не согласившись с принятым по делу судебным актом, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции в части и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Считает, что судом нарушены нормы материального и процессуального права, выводы не соответствуют обстоятельствам дела, а также неполно исследованы обстоятельства по делу.

Налоговый орган обратился с апелляционной жалобой, просит отказать обществу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Считает, что судом нарушены нормы материального права.


Представитель заявителя в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, изложил свою позицию, указанную в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции, поскольку считает его незаконным и необоснованным, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Представитель ответчика доводы своей апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, изложил свою позицию, указанную в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции в части, поскольку считает его незаконным и необоснованным, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.


Законность и обоснованность решения проверены в соответствии со ст.ст.266 и 268 АПК РФ. Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы апелляционной жалобы, заслушав позиции лиц, участвующих в деле, считает, что решение подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.


Как установлено судом и следует из материалов дела, Общество 21.05.2018 г. представило в Инспекцию уточненную налоговую декларацию по налогу на имущество организаций за 2015г. (корректировка №3), в которой заявило налоговую льготу с кодом 2010338 «организации – в отношении вновь вводимых объектов, имеющих высокую энергетическую эффективность, в соответствии с перечнем таких объектов, установленным Правительством Российской Федерации, или в отношении вновь вводимых объектов, имеющих высокий класс энергетической эффективности, если в отношении таких объектов в соответствии с законодательством Российской Федерации предусмотрено определение классов их энергетической эффективности, - в течение трех лет со дня постановки на учет указанного имущества» по принадлежащему ему недвижимому имуществу, расположенному по адресу: 125009, <...>. Указанной декларацией Общество сторнировало ранее исчисленную к уплате в бюджет (и фактически уплаченную) сумму налога на имущество 12 483 877 руб.

Инспекцией была проведена камеральная налоговая проверка указанной уточненной налоговой декларации, по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 21.09.2018 № 86806.

Инспекцией было принято оспариваемое решение от 22.01.2019 №41556 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Данным решением установлено наличие у Общества недоимки по налогу на имущество организаций по сроку уплаты 30.06.2016г. в сумме 12 483 877 руб., ему доначислены пени в размере 1 134 256,80 руб., предложено их уплатить, внести соответствующие изменения в документы бухгалтерского и налогового учета.

Заявитель, не согласившись с решением Инспекции, обратился с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган Управление Федеральной налоговой службы по г.Москве, решением которого от 04.04.2019 №21-19/053766@, она была оставлена без удовлетворения

Не согласившись с вышеуказанным решением налогового органа, заявитель обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч.5 ст.200 АПК РФ с учетом ч.1 ст.65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействия) госорганов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя, а также соблюдение срока на подачу заявления в суд.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что, принимая оспариваемое решение, суд первой инстанции законно и обоснованно исходил из имеющихся в деле доказательств, спорным отношениям дана надлежащая правовая оценка, нормы материального права применены правильно.

Удовлетворяя частично заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Из материалов дела видно, что Обществу на праве собственности принадлежит объект недвижимого имущества - «Гостиница с подземной автостоянкой», расположенный по адресу: <...>.

Согласно статье 373 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс) Общество является плательщиком налога на имущество организаций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 НК РФ объектами обложения налогом на имущество для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, пользование, распоряжение или доверительное управление, внесенное в совместную деятельность), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета.

В представленной Обществом 21.05.2018 уточненной (номер корректировки 3) налоговой декларации по налогу на имущество организаций за 2015 год им заявлена налоговая льгота, предусмотренная п.21 ст.381 НК РФ.

Инспекцией, в адрес Общества направлено требование от 24.05.2018 № 90511 о необходимости предоставления документов, подтверждающих правомерность применения льготы, установленной п.21 ст.381 НК РФ.

Обществом представлены следующие документы: копия разрешения на ввод объекта в эксплуатацию №К.Ш7203000-006501 от 15.05.2015; копия технического заключения по итогам проведения исследования объекта капитального строительства «Гостиница с подземной автостоянкой», расположенного по адресу: <...>, для целей применения налоговых льгот, утвержденный 06.04.2018 ООО «ЭнергоКонсалт»; копия заключения о соответствии построенного, реконструированного объекта капитального строительства требованиям технических регламентов и проектной документации, утвержденного Распоряжением Мосгосстройнадзора от 10.04.2015 №163-4-Р/ЗОС; копия положительного заключения негосударственной экспертизы № 6-1-1-0663-13 от 24.12.2013; копия положительного заключения государственной экспертизы №77-1-4-1829-08 от 28.11.2008; копия раздела 10.1 проектной документации «Мероприятия по обеспечению соблюдения требований энергетической эффективности и требований оснащенности зданий, строений и сооружений приборами учета используемых энергетических ресурсов», разработанного ООО «ТРУД-ЦЕНТР» в 2013 году; копия акта о приеме-передаче здания (сооружения) №0000-000251 от 28.10.2015; оборотно-сальдовая ведомость ООО «Московская девелоперская группа» за 2015 год; инвентарные карточки учета объекта основных средств от 03.06.2018 №№00-000564, 00-000544, 00-000546, 00-000550, 00-000543, 00-000561, 00-000547, 00-000565, 00-000560, 00-000545, 00-000566, 00-000541, 00-000539, 00-000542, 00-000563, 00-000540, 00-000559, 00-000548, 00-000567, 00-000552, 00-000555, 00-000538, 00-000556, 00-000557, 00-000562, 00-000553, 00-000551, 00-000549, 00-000568, 00-000554, 00-000558.

Оценив представленные документы, по результатам проведенной камеральной налоговой проверки Инспекция пришла к выводу о том, что применение Обществом налоговой льготы, предусмотренной п.21 ст.381 НК РФ, является неправомерным и документально не подтвержденным.

Вывод налогового органа об отсутствии у Общества права на применение льготы по налогу на имущество соответствует требованиям законодательства и фактическим обстоятельствам настоящего дела, при этом суд обоснованно исходил из следующего.

Пунктом 21 статьи 381 НК РФ, определено, что от налога на имущество организаций освобождаются вновь вводимые объекты, имеющие высокую энергетическую эффективность, в соответствии с перечнем таких объектов, установленным Правительством Российской Федерации, или вновь вводимые объекты, имеющие высокий класс энергетической эффективности, если в отношении таких объектов в соответствии с законодательством Российской Федерации предусмотрено определение классов их энергетической эффективности, - в течение трех лет со дня постановки на учет указанного имущества.

Исходя из условий применения вышеуказанной льготы по налогу на имущество следует, что для ее применения необходимо выполнение следующих требований: объект является вновь вводимым и имеет высокий класс энергетической эффективности; в отношении данного объекта законодательством Российской Федерации предусмотрено определение классов энергетической эффективности.

В силу пункта 21 статьи 381 НК РФ, льгота по налогу на имущество организаций может применяться в течение трех лет со дня постановки на учет исключительно в отношении вновь вводимого объекта недвижимости при наличии энергетического паспорта, подтверждающего высокий энергетический класс на день постановки объекта на бухгалтерский учет.

Материалами дела подтверждено, что принадлежащий заявителю объект недвижимости введен в эксплуатацию 28.10.2015, что следует из разрешения на ввод объекта в эксплуатацию №111177203000-006501 от 15.05.2015, выданного Комитетом государственного строительного надзора города Москвы, тогда, как энергетический паспорт в составе проектной документации, необходимый для подтверждения льготы согласно п.21 ст. 381 НК РФ, составлен в 2013 году, т.е. до постройки спорного здания.

Судом учтено, что в силу статей 2, 15 Федерального закона от 23.11.2009 №261- ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон №261-ФЗ), документом, подтверждающим высокий класс энергетической эффективности зданий, строений, сооружений является энергетический паспорт. Проектная документация, отчет об энергетическом обследовании составляются в рамках иных правоотношений и не являются свидетельством высокой энергоэффективности зданий для целей налогообложения.

В отношении вновь вводимых объектов, имеющих высокий класс энергетической эффективности, если в отношении таких объектов в соответствии с законодательством Российской Федерации предусмотрено определение классов их энергетической эффективности.

Правила определения классов энергетической эффективности устанавливаются в соответствии с п.5 ст.6, ст.10, ст.12 Закона №261-ФЗ в отношении товаров и многоквартирных домов.

Постановление Правительства РФ от 25.01.2011 №18 «Об утверждении правил установления требований энергетической эффективности для зданий, строений, сооружений и требований к определениям класса энергетической эффективности многоквартирных домов» определяет содержание, условия применения и порядок установления требований энергетической эффективности для зданий, строений, сооружений, а также устанавливает правила определения класса энергетической эффективности многоквартирных домов (далее - класс энергетической эффективности), построенных, реконструированных или прошедших капитальный ремонт и вводимых в эксплуатацию, а также подлежащих государственному строительному надзору.

Из Правил установления требований энергетической эффективности для зданий, строений, сооружений следует, что требования энергетической эффективности, в том числе, устанавливают обязательные технические требования, обеспечивающие достижение показателей, характеризующих выполнение требований энергетической эффективности, вводимые в действие со дня утверждения требований энергетической эффективности (пункт В статьи 4 раздела 2 Правил к зданиям, строениям, сооружениям).

Следует отметить, что в отношении зданий, строений, сооружений определение класса энергетической эффективности не предусмотрено, а лишь установлены определенные требования, предусмотренные соответствующими федеральными законами в области строительства, которым должно соответствовать здание, строение, сооружение. Определение соответствующих классов энергетической эффективности предусмотрено в отношении многоквартирных домов, что следует из пункта 3 Постановления.

Так, согласно пункту 3 требований, класс энергетической эффективности подлежит обязательному установлению в отношении многоквартирных домов, построенных, реконструированных или прошедших капитальный ремонт и вводимых в эксплуатацию, а также подлежащих государственному строительному надзору. Для иных зданий, строений, сооружений, построенных, реконструированных или прошедших капитальный ремонт и вводимых в эксплуатацию, класс энергетической эффективности может быть установлен по решению застройщика или собственника. Для многоквартирных домов и иных зданий, строений и сооружений в процессе эксплуатации класс энергетической эффективности может быть установлен по решению собственников (собственника) по результатам энергетического обследования.

Правилами определения классов энергетической эффективности многоквартирных домов предусмотрены, в частности, следующие классы энергетической эффективности новых и реконструируемых многоквартирных домов: «А» (наивысший), «В+» и «В++» (повышенные) и «В» (высокий).

Таким образом, в случае наличия на балансе налогоплательщика многоквартирного дома, которому присвоен один из указанных классов энергетической эффективности, налогоплательщик, согласно письму ФНС России от 25.03.2015 №БС-4-11/4821@, имеет право на льготу по налогу на имущество организаций по пункту 21 статьи 381 НК РФ, при соблюдении всех прочих установленных указанным пунктом НК РФ ограничений.

В отношении иных объектов недвижимого имущества законодательством не предусмотрено определение классов энергетической эффективности.

Данная позиция также отражена в письме Министерства энергетики Российской Федерации от 17.04.2017 №ИА-4031/04, согласно которому: «Минэнерго России рассмотрело вопрос о действии энергетических паспортов в целях применения льготы по налогу на имущество организаций и сообщает следующее: Федеральным законом от 23.11.2009 №261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено определение класса энергетической эффективности товаров, многоквартирных домов. Класс энергетической эффективности многоквартирных домов определяется в соответствии с правилами, утвержденными приказом Минстроя России от 06.06.2016 №399/пр.

Установление класса энергетической эффективности зданий, не являющихся многоквартирными домами, законом не предусмотрено».

Действующее законодательство закрепляет определенные требования в энергетической эффективности таких объектов недвижимости, которым соответственно должно отвечать здание, строение, сооружение.

Аналогичная позиция изложена в письме Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 09.08.2017 №28242-ЕС/04 (направленном письмом ФНС России от 11.09.2017 № БС-4-21/17957).

Минстрой России указывает, что согласно положениям статьи 12 Закона №261-ФЗ класс энергетической эффективности определяется только в отношении многоквартирных домов.

В отношении использования СНиП для установления классов энергетической эффективности Минстрой России разъяснил, что установление классов энергетической эффективности зданий, в том числе не являющихся многоквартирными домами, предполагали нормы пункта 4.5 раздела 4 и приложений Б и Д СНиП 23-02-2003 «Тепловая защита зданий», введенного в действие с 01.10.2003 Постановлением Госстроя России от 26.06.2003 № 113 (далее - СНиП 23-02-2003).

В соответствии с приложением Б СНиП 23-02-2003 класс энергетической эффективности - это обозначение уровня энергетической эффективности здания, характеризуемого интервалом значений удельного расхода тепловой энергии на отопление здания за отопительный период.

Данный термин использован как в отношении жилых, так и общественных зданий (пункт 4.5 СНиП 20-02-2003).

При этом согласно пункту 80 Перечня национальных стандартов и сводов правил, в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», утвержденного распоряжением Правительства Российской Федерации от 21.06.2010 № 1047-р, СНиП 23-02-2003 являлись обязательными для всех типов зданий, чья проектная документация прошла экспертизу до 30.06.2015.

В соответствии с пунктом 5 статьи 2 Закона №261-ФЗ, класс энергетической эффективности - это характеристика продукции, отражающая ее энергетическую эффективность. Под энергетической эффективностью понимаются характеристики, отражающие отношение полезного эффекта от использования энергетических ресурсов к затратам этих ресурсов, произведенным в целях получения такого эффекта, применительно к продукции, технологическому процессу, юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю (пункт 4 статьи 2 Закона № 261-ФЗ).

Таким образом, содержание понятия «класс энергетической эффективности», используемое в Законе №261-ФЗ не тождественно аналогичному термину в СНиП 23-02-2003, где положения указанного СНиП в части определения класса энергетической эффективности не применимы в периоде действия Закона №261-ФЗ, то есть с 27.11.2009.

СП 50.13330.2012 «СНиП 23-02-2003 «Тепловая защита зданий», являющийся актуализированной редакцией СНиП 23-02-2003, предусматривает установление классов энергосбережения зданий, которые не эквивалентны классам энергетической эффективности. Кроме того, раздел 10 СП 50.13330.2012 не включен в пункт 35 Перечня национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», утвержденного Постановлением Правительства России от 26.12.2014 №1521.

Следовательно, в СП50.13330.2012 не содержится положений, устанавливающих порядок определения классов энергетической эффективности для целей применения Закона №261-ФЗ, при этом суд обоснованно сослался на судебную практику.

Верховный Суд Российской Федерации в решении от 27.05.2015 №АКПИ15-360 определил правовую природу СНиП, указав, что в соответствии с частями 2 и 3 статьи 42 Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» строительные нормы и правила, утвержденные до дня вступления в силу данного Федерального закона, признаются сводами правил.

Федеральный закон «О техническом регулировании» определяет свод правил как документ в области стандартизации, в котором содержатся технические правила и (или) описания процессов проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации продукции и который применятся на добровольной основе в целях соблюдения требований технических регламентов (статья 2)».

Таким образом, рассматривая споры аналогического содержания, судами сделан вывод о том, что СНиП по своей природе не являются нормативными правовыми актами, а являются техническими документами, призванными обеспечить соблюдение требований, установленных нормативными правовыми актами, а потому не могут противоречить последним.

Ссылка Общества в обоснование заявленных требований на СНиП 23-02-2003 «Тепловая защита зданий» является несостоятельной, поскольку данный СНиП, как акт, регулирующий осуществление градостроительной деятельности, распространяются на тепловую защиту зданий и сооружений, в которых необходимо поддерживать определенную температуру и влажность воздуха, однако данные нормы не применимы к налоговым отношениям. При этом указанный СНиП не был зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации как технический акт, не содержащий правовых норм.

Определением Верховного суда Российской федерации от 17.04.2018 №305КГ18-501 по делу №А41-90181/2016 отклонены возражения заявителя относительно ошибочности толкования норм права Минстроем России в части неприменения положений СНиП 23-02-2003 с 27.11.2009 г.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 19.08.2019г. №305-ЭС19-13274 по делу №А40-170797/2018 указал, что ссылка заявителя на СНиП 23-02-2003 «Тепловая защита зданий» признается несостоятельной, поскольку содержание понятия «класс энергетической эффективности», используемого в Законе об энергосбережении, не тождественно аналогичному термину в СНиП 23-02-2003, в связи с чем, положения СНиП в части определения класса энергетической эффективности в периоде действия Закона об энергосбережении, не применимы.

Действительно, о недопустимости применения положений СНиП 23-02-2003 с 27.11.2009 свидетельствует не только различное правовое содержание понятия «энергоэффективности» в Законе об энергосбережении №261-ФЗ и в СНиПе 22-02-2003, но и различный подход к определению показателей, характеризующих выполнение требований энергетической эффективности. Так, из содержания таблицы 3 пункта 4.5 СНиПа 22-02-2003, следует, что критерием для классов энергетической эффективности зданий является величина отклонения расчетного (фактического) значения удельного расхода тепловой энергии на отопление здания от нормативного, тогда как в соответствии с пунктом 7 Постановления №18 к показателям, характеризующим выполнение требований энергетической эффективности, относятся:

а) показатель удельного годового расхода энергетических ресурсов на отопленной вентиляцию для всех типов зданий, строений, сооружений; б) показатель удельного годового расхода электрической энергии на общедомовые нужды и показатель удельного годового расхода тепловой энергии на горячее водоснабжение для многоквартирных домов; в) показатель удельного годового расхода энергетических ресурсов на охлаждение (включая кондиционирование) для всех типов зданий, строений, сооружений, за исключением многоквартирных домов.

Критерием для классов энергетической эффективности зданий является величина отклонения расчетного (фактического) значения удельного расхода тепловой энергии на отопление здания от нормативного.

Суд обоснованно исходил из того, что требования к энергоэффективности здания по смыслу Закона об энергосбережении №261-ФЗ шире, нежели чем установлено в СНиПе 22-02-2003 и не ограничиваются величиной отклонения расчетного (фактического) значения удельного расхода тепловой энергии на отопление здания от нормативного.

С учетом изложенного ссылка заявителя на положения Федерального закона от 30.12.2009 №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», а также СНиП 23-02-2003 в подтверждении правомерности своей позиции несостоятельна, противоречит законодательству, сложившейся судебно-арбитражной практике и позиции Минстроя России, изложенной в письме от 09.08.2017 №28242-ЕС/04.

Судом правомерно учтена позиция Конституционного Суда Российской Федерации по вопросу конституционности положений законодательства, применяемых в настоящем деле. Так, в частности, Конституционный суд Российской Федерации в Определениях от 28.02.2019 №277-О и от 02.07.2019 №1832-О не усмотрел оснований для проверки конституционности пункта 21 статьи 381 НК РФ, в отношении льготы для нежилых зданий, строений, сооружений.

Определением Конституционного суда Российской Федерации от 02.07.2019 №1832-О разъяснено, что, закрепляя полномочия органов государственной власти Российской Федерации в области энергосбережения и повышения энергетической эффективности, пункт 5 статьи 6 указанного Закона №261-ФЗ, называет лишь товары и многоквартирные дома как две категории объектов, для которых надлежит установить правила определения классов энергетической эффективности. Само по себе это не исключает соответствующих полномочий в отношении других объектов, в том числе на будущее, но отражает законодательные приоритеты и означает, что указанный Закон №261-ФЗ, не обязывал и не обязывает вводить правила присвоения классов энергетической эффективности нежилым зданиям и обеспечивать в итоге нормативно-правовые и технико-регламентные условия налогового освобождения применительно к таким объектам.

Тем самым позиция заявителя по данному вопросу не соответствует официальному толкованию применяемых положений законодательства, данному, в том числе Конституционным Судом Российской Федерации в определениях от 28.02.2019 № 277-О и от 02.07.2019 № 1832-О.

Представленные Обществом в материалы дела заключение Комиссии специалистов-лингвистов Региональной общественной организации «Гильдия лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам» (РОО ГЛЭДИС) от 02.11.2018г. №09-10/18 и заключение специалистов Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» ФИО7 и ФИО8 по результатам комплексного правового, лингвистического исследования от 13.06.2019г. №469/19 суд обоснованно оценил критически, поскольку проведенный указанными специалистами лингвистический анализ анализируемых положений законодательства (Закона об энергосбережении №261-ФЗ, строительных норм и правил РФ СНиП 22-02-2003 «Тепловая защита зданий») не тождественен юридическому толкованию указанных норм, и не может его подменять в процессе правоприменения. Следовательно, выводы представленных заключений не могут быть приняты судом для целей применения п. 21 ст.381 НК РФ.

Также были отклонены как не влияющие на результат рассмотрения дела доводы Общества о нарушении Инспекцией срока проведения камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации (корректировка № 3).

В обоснование заявленных требований Общество указывало, что произведенный Инспекцией возврат переплаты по налогу на имущество в сумме 12 483 877 руб. за 2015г., образовавшейся вследствие представления уточненной налоговой декларации (корректировка №3), согласно уведомления от 25.07.2018г. №4397, свидетельствовал о завершении камеральной проверки и подтверждении правомерности применения налоговой льготы, в связи с чем оспариваемое решение, которым данный налог был начислен ему вновь, является неправомерным.

Однако указанные доводы Общества не соответствуют фактическим обстоятельствам настоящего дела, в связи с чем отклонены как необоснованные и не свидетельствующие о незаконности оспариваемого решения.

Согласно пункту 2 статьи 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации.

Исходя из статьи 100 НК РФ, в случае выявления нарушений законодательства о налогах и сборах в ходе проведения камеральной налоговой проверки должностными лицами налогового органа, проводящими указанную проверку, составляется акт налоговой проверки.

В рассматриваемом случае Инспекцией в период с 21.05.2018 по 21.08.2018 была проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации по налогу на имущество организации за 2015 год, по результатам которой составлен акт камеральной налоговой проверки от 21.09.2018 №86806, что соответствует нормам положений статей 88, 100 НК РФ.

Тот факт, что до момента составления акта камеральной налоговой проверки Инспекцией был осуществлен возврат налога на имущество, уменьшенного по уточненной налоговой декларации от 21.05.2018г., не свидетельствует о завершении камеральной налоговой проверки к моменту возврата денежных средств, а является проявлением рассогласованности в работе различных подразделений Инспекции.

Каких-либо иных норм, регламентирующих сроки проведения камеральной налоговой проверки (за исключением проверки деклараций по налогу на добавленную стоимость), а также порядок завершения и оформления результатов налоговой проверки, НК РФ, не предусмотрено.

Согласно пунктам 6, 8, 9 статьи 78 НК РФ, сумма излишне уплаченного налога подлежит возврату по письменному заявлению (заявлению, представленному в электронной форме с усиленной квалифицированной электронной подписью по телекоммуникационным каналам связи или представленному через личный кабинет налогоплательщика) налогоплательщика в течение одного месяца со дня получения налоговым органом такого заявления.

Решение о возврате суммы излишне уплаченного налога принимается налоговым органом в течение 10 дней со дня получения заявления налогоплательщика о возврате суммы излишне уплаченного налога или со дня подписания налоговым органом и этим налогоплательщиком акта совместной сверки уплаченных им налогов, если такая совместная сверка проводилась.

Налоговый орган обязан сообщить налогоплательщику о принятом решении о зачете (возврате) сумм излишне уплаченного налога или решении об отказе в осуществлении зачета (возврата) в течение пяти дней со дня принятия соответствующего решения.

Обществом 30.03.2016 в адрес Инспекции направлена первичная налоговая декларация по налогу на имущество организаций с суммой к уплате в бюджет 12 503 365 руб., при этом, 25.05.2016 представлена уточненная (номер корректировки 1) налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2015 год, с суммой к уплате в бюджет 12 483 877 руб., таким образом, налогоплательщиком уменьшена сумма к уплате в бюджет на 19 488 руб. При этом, платежным поручением от 29.03.2016 № 322 налогоплательщиком уплачена сумма по налогу на имущество организаций в размере 12 483 877 руб.

15.02.2018 представлена уточненная (номер корректировки 2) налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2015 год с суммой к уплате в бюджет в размере 12 483 877 руб., 21.05.2018 представлена уточненная (номер корректировки 3) налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2015 год с суммой к уплате в бюджет в размере 0 руб., в связи с отражением налоговой льготы, предусмотренной п.21 ст.381 НК РФ, в связи с чем, по состоянию на 21.05.2018 в карточке расчетов с бюджетом (КРСБ) заявителя по налогу на имущество организаций была отражена переплата в размере 12 483 877 руб.

Обществом 22.05.2018 в Инспекцию было представлено заявление о возврате излишне уплаченного налога на имущество организаций за 2015 год в сумме 12 483 877 руб., по результатам рассмотрения которого налоговым органом принято решение о возврате от 25.07.2018 № 2453 указанной суммы налога, о чем Общество уведомлено в соответствии с пунктом 9 статьи 78 НК РФ. Денежные средства были зачислены на счет Общества 10.08.2018 г., что подтверждено представленной распечаткой КРСБ по налогу на имущество.

По результатам камеральной налоговой проверки Инспекция отказала в подтверждении заявленной Обществом в уточненной налоговой декларации льготы и сочла неправомерным уменьшение налога, ранее исчисленного к уплате, так как к моменту принятия оспариваемого решения налог в сумме 12 483 877 руб. уже был Обществу возвращен, то с учетом положений абз.4 ч.8 ст.101 НК РФ указанная сумма налога была признана недоимкой и на нее были доначислены пени.

Общество с расчетом пеней не согласилось, полагая, что их начисление не соответствует ст.75 НК РФ и не учитывает периода, когда налог в спорной сумме находился в бюджете.

Инспекцией предложение суда о перерасчете пени с учетом ст. 75, абз. 4 ч. 8 ст. 101 НК РФ не исполнено, представлен расчет на сумму 3 785 007,47 руб. за период с 31.03.2016г. по 22.01.2019г., который мотивировал тем, что пени начислены даже в меньшем размере, чем следовало, а также доводом о том, что факт возврата налога Обществу полностью аннулировал факт его уплаты.

Суд правомерно счел доводы общества о неправомерном расчете Инспекцией пени частично обоснованными, самостоятельно составил расчет пени исходя из положений ст.75, абз.4 ч. 8 ст.101 НК РФ и периода фактического наличия недоимки у общества перед бюджетом.

Исходя из возврата Обществу денежных средств в спорной сумме 10.08.2018г. (до этого момента у Общества не было задолженности перед бюджетом вследствие уплаты налога 29.03.2016 г.), пени подлежат начислению за период с 11.08.2018г. по 22.01.2019г. (дата принятия оспариваемого решения) и составят 514 959,93 руб. В связи с чем оспариваемое решение подлежит признанию недействительным в части начисления и предложения уплатить пени по налогу на имущество организаций в сумме 619 296,87 руб. (1 134 256,80 руб. – обоснованно начисленные пени 514 959,93 руб.)

Таким образом, по итогам рассмотрения дела требования заявителя о признании недействительным решения от 22.01.2019г. №41556 «Об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части начисления и предложения уплатить пени по налогу на имущество организаций в сумме 619 296,87 руб. правомерно удовлетворено судом. В оставшейся части решение налогового органа является законным и обоснованным.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о частичном удовлетворении заявленных требований.

Апелляционный суд считает решение суда по настоящему делу законным и обоснованным, принятым с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем, полагает, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит, поскольку указанные в ней доводы не влияют на законность и обоснованность правильного по существу решения суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч.4 ст.270 АПК РФ и влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.


На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2019 по делу №А40-172625/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.



Председательствующий судья: В.А. Свиридов


Судьи: Т.Б. Краснова


ФИО1


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.