Решение от 13 июля 2021 г. по делу № А24-1851/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-1851/2021
г. Петропавловск-Камчатский
13 июля 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 12 июля 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 13 июля 2021 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Жалудя И.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску акционерного общества «Южные электрические сети Камчатки» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Электросила 42» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 2 009 930 руб.,

при участии:

от истца:

ФИО2 – представитель по доверенности от 01.01.2021 № ЮЭСК-18-18-21/122 от 01.01.2021 (сроком по 31.12.2021);

от ответчика:

не явились,

установил:

акционерное общество «Южные электрические сети Камчатки» (далее – истец, адрес: 683009, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Электросила 42» (далее – ответчик, адрес: 650040, <...>) о взыскании 2 009 630,62 руб., в том числе: 700 019,99 руб. суммы предварительной оплаты; 1 302 037,18 руб. неустойки за период с 01.12.2020 по 03.03.2021; 7573,45 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период 01.12.2020 по 03.03.2021.

Исковые требований нормативно обоснованы положениями статьей 309, 330, 395, 454, 487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы неисполнением ответчиком обязательств по поставке товара по договору поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 01.06.2021, содержащимся в протоколе предварительного судебного заседания, на основании статьи 49 АПК РФ по ходатайству истца принято уточнение и увеличение размера исковых требований до 2 009 930 руб., в том числе: 700 019,99 руб. сумма предварительной оплаты; 1 302 037,18 руб. неустойка за период с 01.12.2020 по 03.03.2021; 7872,83 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период 06.03.2021 по 01.06.2021, со взысканием процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения обязательства.

В судебном заседании представитель истца требования с учетом уточнения и увеличения размера поддержал в полном объеме по изложенным в исковом заявлении, а также в возражениях на отзыв ответчика на исковое заявление основаниям и доводам, дополнительно пояснив, что поставка комплексного распределительного устройства наружной установки 10 кВ по договору поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 в срок по 30.11.2020 включительно для истца имела существенное значение, в связи с чем в пункте 5.11 договора было специально оговорено условие о соразмерности неустойки последствиям неисполнения либо ненадлежащего исполнения поставщиком соответствующих обязательств по договору.

Ответчик, согласно положениям пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ считается извещенным надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, явку представителей в суд не обеспечил, направил отзыв на исковое заявление, заявляя о чрезмерности заявленной ко взысканию суммы неустойки и ее уменьшении на основании статьи 333 ГК РФ до 150 000 руб.

Заслушав объяснения представителя истца, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как установлено арбитражным судом и следует из материалов дела, 01.09.2020 между ответчиком (поставщик) и истцом (заказчик) заключен договор поставки товара № 08-30.1/1-921 (далее – договор поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921), по условиям которого поставщик принял на себя обязательство передать в собственность покупателю в установленный срок комплексное распределительное устройство наружной установки 10 кВ (далее – товар) в ассортименте и количестве согласно спецификации (приложение № 2 в договору), а покупатель принял на себя обязательство принять и оплатить товар на условиях названного договора (пункт 1.1 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921).

В соответствии с пунктом 2.1 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 цена договора согласована сторонами в спецификации (приложение № 1), являющейся неотъемлемой частью договора, в размере 7 000 199,87 руб.

Пунктом 2.4.1 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 предусмотрено внесение авансового платежа за товар в размере 10 % от стоимости товара.

Во исполнение условий договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 истец платежным поручением от 11.09.2020 № 8016 произвел предварительную оплату товара в размере 700 019,99 руб.

Согласно пункту 1.5 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 и приложениям № 2 и 3 к нему, являющимся неотъемлемой частью данного договора, поставщик принял на себя обязательство осуществить поставку товара в течение 90 календарных дней с даты заключения договора – по 30.11.2020 включительно.

Поскольку товар к установленному договором сроку поставлен не был, истец в целях досудебного урегулирования спора направил в адрес ответчика претензии от 15.12.2020 № 08-30.1/5771, от 03.03.2021 № 08-30.1/937 с требованием о возвращении авансового платежа в размере 700 019,99 руб., а также об уплате суммы неустойки, предусмотренной пунктами 5.2, 5.2.3 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921.

Неисполнение ответчиком обязательств по возврату авансового платежа за непоставленный товар по договору поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Статьёй 506 ГК РФ предусмотрено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу положений пункта 5 статьи 454 ГК РФ договор поставки является одним из видов договора купли-продажи и к нему применяются положения параграфа 1 главы 30 ГК РФ в части, не противоречащей правилам ГК РФ об этом виде договора.

Согласно части 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Последствия неисполнения продавцом обязательств по передаче товара покупателю установлены статьёй 463 ГК РФ.

В силу положений пункта 1 статьи 463 ГК РФ если продавец отказывается передать покупателю проданный товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи.

Материалами дела подтверждается, что истец свои обязательства по договору исполнил, перечислив ответчику платежным поручением от 11.09.2020 № 8016 авансовый платеж в размере 700 019,99 руб.

Ответчик в свою очередь товар истцу в установленный договором поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 срок не осуществил.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательства исполнения обязательств по поставке товара согласно условиям договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 и спецификации к нему к установленному сроку, а также о возврате уплаченных за него истцом денежных средств, ответчик в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представил.

Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика суммы предварительной оплаты за непоставленный товар по договору поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 являются обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании статей 309, 314, 487 ГК РФ.

Поскольку ответчик не исполнил обязательства по поставке товара в установленный срок, истцом заявлено требование о взыскании пеней в размере 1 302 037,18 руб., начисленных за период с 01.12.2020 по 03.03.2021.

Рассмотрев названное требование, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ одним из способов обеспечения исполнения обязательств является неустойка.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (статья 330 ГК РФ).

Материалами дела подтверждается факт неисполнения ответчиком обязательств по договору от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921 по поставке в срок по 30.11.2020 включительно товара.

В силу положений пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (пункт 1 статьи 331 ГК РФ).

В соответствии с требованиями статьи 331 ГК РФ условие о неустойке согласовано сторонами в пунктах 5.2, 5.2.3 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921, согласно которым в случае нарушения поставщиком обязательств по поставке товара (нарушение срока поставки, недопоставка), в том числе установленных календарным графиком поставки товара (приложение № 3 к договору), покупатель вправе требовать уплаты поставщиком штрафной неустойки в размере 0,2 % от цены товара за каждый день просрочки – в случае, когда нарушение привело или неизбежно приведет к изменению срока поставки товара в целом по договору или сроков поставки товара.

Поскольку нарушение ответчиком обязательства по поставке товара к установленному договором сроку судом установлено, а соглашение о неустойке (пене) сторонами достигнуто, требование истца о взыскании пеней заявлено правомерно.

Согласно расчету истца общая сумма пеней за период с 01.12.2020 по 03.03.2021 составила 1 302 037,18 руб., которая начислена по установленной договором ставке, где начало периода просрочки определено в соответствии с условиями договора поставки. Обстоятельства, приводимые истцом в обоснование расчета пеней, ответчиком документально не оспорены.

Проверив период заявленных истцом пеней с 01.12.2020 по 03.03.2021, арбитражный суд учитывает следующее.

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 487 ГК РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 названного Кодекса. В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Указанная норма подразумевает наличие у покупателя права выбора способа защиты нарушенного права: требовать передачи оплаченного товара или требовать возврата суммы предварительной оплаты.

С момента реализации права требования на возврат суммы предварительной оплаты сторона, заявившая данное требование, считается утратившей интерес к дальнейшему исполнению условий договора, а договор – прекратившим свое действие.

В материалы дела представлена претензия от 03.03.2021 № 08-30.1/937 с требованием о возврате предварительно оплаченных денежных средств.

Предъявляя ответчику требование о возврате ранее перечисленной предварительной оплаты, истец выразил свою волю, которую следует расценивать как отказ стороны, фактически утратившей интерес в получении причитающегося ей товара, от исполнения договора, что в соответствии с пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ влечет за собой установленные правовые последствия – его расторжение.

Неустойка в виде пеней, установленная на случай неисполнения обязательства по поставке товара, по настоящему делу правомерно начислена до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора, а именно за период с 01.12.2020 по 03.03.2021.

Таким образом, требования истца о взыскании нестойки (пеней) в размере 1 302 037,18 руб. суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании статьи 330 ГК РФ и пунктов 5.2, 5.2.3 договора поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921.

Относительно довода ответчика о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, арбитражный суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 69 и 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

В пункте 77 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Из пункта 32 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 следует, что размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса РФ» критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства; длительность неисполнения обязательства и так далее.

Учитывая отсутствие в материалах дела доказательств того, что заявленный истцом размер неустойки значительно превышает возможный размер убытков от неисполнения ответчиком обязательства, арбитражный суд не усматривает оснований для снижения неустойки ниже размера, рассчитанного с применением ставки 0,2 %.

При этом арбитражный суд учитывает, что ответчик является коммерческой организацией, а предусмотренная договором ставка 0,2 % не свидетельствует о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, и не является исключительным случаем, на что указано в пункте 77 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7.

Кроме того арбитражный суд учитывает, что заключая договор поставки от 01.09.2020 № 08-30.1/1-921, истец и ответчик пунктом 5.11 названного договора согласовали условие о том, что для покупателя надлежащее и своевременное выполнение поставщиком своих обязательств по договору имеет существенное значение, стороны признают, что размер неустоек, установленный договором, является соразмерным последствиям неисполнения либо ненадлежащего исполнения поставщиком соответствующих обязательств по договору.

Доводы ответчика об убытках, возникших в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19), арбитражным судом отклоняются по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 дано толкование содержащемуся в Гражданском кодексе Российской Федерации понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного Постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

При этом следует иметь в виду, что отсутствие у должника необходимых денежных средств по общему правилу не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств. Однако если отсутствие необходимых денежных средств вызвано установленными ограничительными мерами, в частности запретом определенной деятельности, установлением режима самоизоляции и т.п., то оно может быть признано основанием для освобождения от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств на основании статьи 401 ГК РФ от ответственности допустимо в случае, если разумный и осмотрительный участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать неблагоприятных финансовых последствий, вызванных ограничительными мерами (например, в случае значительного снижения размера прибыли по причине принудительного закрытия предприятия общественного питания для открытого посещения).

В пункте 9 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, объективно возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 ГК РФ).

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать:

а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями.

Если указанные выше обстоятельства, за которые не отвечает ни одна из сторон обязательства и (или) принятие актов органов государственной власти или местного самоуправления привели к полной или частичной объективной невозможности исполнения обязательства, имеющей постоянный (неустранимый) характер, данное обязательство прекращается полностью или в соответствующей части на основании статей 416 и 417 ГК РФ.

Вышеуказанные разъяснения даны в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (вопрос 7).

Между тем в данном случае распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) не может быть признано непреодолимой силой, освобождающей ответчика от ответственности за неисполнение обязательства.

Как следует из материалов дела, договор поставки заключен 01.09.2020 и ответчик, принимая обязательство по поставке товара в срок по 30.11.2020 включительно, не мог не знать о распространении новой коронавирусной инфекции.

Кроме того, доказательств в подтверждение того, что неисполнение обязательств по договору исключительно связано с распространением на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), материалы дела не содержат, ответчиком в нарушение требований статьи 65 АПК РФ в судебное заседание не представлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для снижения неустойки не имеется.

Доказательств отсутствия вины в нарушении срока исполнения обязательства, либо наличия оснований к уменьшению размера ответственности в соответствии со статьями 404, 405, 406 ГК РФ ответчиком не представлено.

Рассмотрев требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.03.2021 по 01.06.2021 в размере 7872,83 руб., арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Как указано выше, предъявляя ответчику требование о возврате ранее перечисленной предварительной оплаты, истец выразил свою волю, которую следует расценивать как отказ стороны, фактически утратившей интерес в получении причитающегося ей товара, от исполнения договора, что в соответствии с пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ влечет за собой установленные правовые последствия – его расторжение.

Кроме того, с момента совершения указанных действий обязательство по передаче товара (неденежное обязательство) трансформируется в денежное обязательство, которое не предполагает возникновение у продавца ответственности за нарушение срока передачи товара в виде договорной неустойки.

Согласно позиции, изложенной в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.03.2021 (то есть после заявления требования о возврате предварительной оплаты) по 01.06.2021.

Следовательно, с момента реализации истцом права требования возврата суммы предварительной оплаты за товар договор поставки прекратил свое действие, в связи с чем на стороне ответчика возникло денежное обязательство, а обязанность поставить товар и нести ответственность в виде договорной пени за нарушение срока передачи товара отпали.

Данные выводы соответствуют правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.05.2018 по делу № 309-ЭС17-21840, А60-59043/2016.

Согласно расчету истца общая сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.03.2021 по 01.06.2021 составила 7872,83 руб. Обстоятельства, приводимые истцом в обоснование расчета процентов, ответчиком документально не оспорены.

Арифметический расчет процентов за пользование чужими денежными средствами проверен судом, является правильным.

Поскольку нарушение ответчиком обязательств по возврату суммы предварительно оплаченного товара судом установлено, а несвоевременное исполнение денежного обязательства подпадает под признаки пункта 1 статьи 395 ГК РФ, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 06.03.2021 по 01.06.2021 в размере 7872,83 руб., заявлено правомерно и подлежит удовлетворению на основании статей 309, 395 ГК РФ.

Согласно пункту 48 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Поскольку ответчик доказательства оплаты суммы предварительной оплаты не представил, требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму предварительной оплаты в размере 700 019,99 руб. начиная с 02.06.2021 по день фактической оплаты долга исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, суд признает законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 33 048 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Электросила 42» в пользу акционерного общества «Южные электрические сети Камчатки» 700 019,99 руб. предварительной оплаты, 1 302 037,18 руб. неустойки, 7872,83 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 33 048 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, а всего взыскать 2 042 978 руб.

Производить взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Электросила 42» в пользу акционерного общества «Южные электрические сети Камчатки» процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму предварительной оплаты в размере 700 019,99 руб. начиная с 02.06.2021 по день фактической оплаты долга исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья И.Ю. Жалудь