Решение от 6 марта 2024 г. по делу № А65-31455/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело №А65-31455/2023


Дата принятия решения – 06 марта 2024 года

Дата объявления резолютивной части – 26 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Мусина Ю.С., при ведении аудио-протоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Меттрансбетон" (ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО2 (ИНН <***>) и к ФИО3 (ИНН <***>) о взыскании 1 194 192 руб. 81 коп. убытков и 448 857 руб. 42 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами,

с участием:

от истца – представитель, ФИО4, по доверенности от 17.02.2023г.;

от ответчиков:

ФИО2 - представитель, ФИО5, по доверенности от 17.05.2023г.;

ФИО3 – представитель, ФИО6, по доверенности от 13.04.2023г.;;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Меттрансбетон" Балтасинский район, с.Карелино («истец») обратилось в Нижнекамский городской суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2, Нижнекамский р-н, пгт.Камские Поляны; (ИНН <***>;) и к ФИО3, г.Казань, (ИНН <***>) о взыскании долга в размере 1 194 192 руб. 81 коп., суммы процентов за пользование чужими денежными средствами в общем размере 448 857 руб. 42 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по долгам ООО «ЖилЭнерго Сервис-Нижнекамск 1», исключенного из ЕГРЮЛ.

Определением Верховного суда Республики Татарстан от 25 сентября 2023 года дело передано по подсудности в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Исковые требования основаны на следующих обстоятельствах.

16.01.2017 между ООО «МЕТТРАНСБЕТОН» («Цессионарий»), ООО «Энергосфера» (Цедент») и ООО «ЖилЭнерго Сервис-Нижнекамск 1» («Должник») был заключен Договор N? УП-04/17 уступки прав требования (Цессии).

Согласно п.1 Договора цессии Цедент (ООО «Энергосфера») в счет погашения своей задолженности перед Цессионарием (ООО «МЕТТРАНСБЕТОН») по договору поставки N?34/16 от 29.06.2016 года уступает последнему право требования по договору N?35/15 от 01.09.2015, заключенному между Цедентом (ООО «Энергосфера») и ООО «ЖилЭнерго Сервис-Нижнекамск 1», именуемый в дальнейшем «Должник», в объемах и на условиях, установленных договором между Цедентом и Должником.

В соответствии с п. 4 Договора цессии Сумма передаваемого в соответствии с п. 1 настоящего договора требования составляет 1 194 192 (один миллион сто девяносто четыре тысячи сто девяносто два) рубля 81 копейка.

Согласно п. 18 Договора цессии Настоящий договор вступает в силу со дня его подписания Сторонами и действует до полного исполнения Должником своих обязательств по договору, указанных в п. 1 и п.3 настоящего договора

В соответствии с п. 3 Договора цессии Цедент передал Цессионарию (ООО «Метрансбетон») копию Договора, указанного в п.1 настоящего договора (N?35/15 от 01.09.2015), со всеми приложениями, дополнительными соглашениями, актами выполненных работ и другими документами, являющимися неотъемлемой частью настоящего договора.

Так помимо основного Договора, ООО «Энергосфера» передало заверенные копии УПД, подписанные ООО «Энергосфера» и ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1», в качестве первичной документации.

Согласно п. 10.1 Договора поставки N? 35/15 от 01.09.2015 года, по которому право требования от ООО «Энергосфера» перешло к ООО «Меттрансбетон», Договор вступает в силу с момента подписания и действует до 31,12.2015 года, а в части взаиморасчётов - до их полного окончания.

Согласно п. 6.2. Договора поставки Порядок оплаты товара согласовывается сторонами в Спецификациях. Спецификации к договору не приложены.

Помимо вышеуказанных документов, Цедент дополнительно передал копию акта подписанного сторонами акта сверки взаимных расчетов между ООО «Энергосфера» (Цедент») и ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1», согласно которому ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск I» признавал наличие у него задолженности перед ООО «Энергосфера» в размере 1 194 192,81 рубль. Указанный акт сверки был подписан сторонами 19.01.2017г. По мнению истца, в отсутствии согласованных сторонами условий по оплате поставленного товара, ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1» надлежало произвести полный расчет за поставленный товар в срок до 26.01.2017 года включительно. Начиная с 27.01.2017 года у ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1» возникла просрочка исполнения обязательств.

Согласно позиции истца, оплату данной задолженности, а также причитающихся по закону процентов ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1» должно было произвести уже в адрес «Меттрансбетон» в соответствии с условиями Договора Цессии от 16.01.2017 года. Однако ООО «ЖилЭнерго Сервис-Нижнекамск 1» оплату задолженности в размере 1 194 192,81 рубль, а также причитающихся процентов в соответствии с условиями ст. 395 ГК РФ, до настоящего времени не произвел.

21.02.2020 года ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1» было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо (запись ГРН 2201600183783).

Истец указывает, что на момент заключения Договора уступки прав требований от 16.01.2017 года, подписания акта сверки взаимных расчетов от 19.01.2017, а также при подписании УПД, подтверждавших поставку товара в адрес ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1», директором общества являлся ФИО2, участником с долей 100% , номинальной стоимостью 10 000 рублей, являлся ФИО3. Подписантом по договору цессии, акта сверки взаимных расчетов, являлся также ФИО2 Приложенные к Договору цессии копии УПД были заверены также директором ООО «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1» ФИО2

Полагая, что ответчики являлись контролирующими лицами общества – должника и по их вине истцу причинены убытки в связи с неоплатой обществом задолженности, истец просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности на основании п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 53.1 ГК РФ и взыскать с них солидарно сумму непогашенной задолженности общества.

По ходатайству ответчика – ФИО2 определением от 10 января 2024 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено эксперту Автономной некоммерческой организации «Экспертиза и исследования «Криминалистика» (ИНН <***>) ФИО7. Перед экспертом поставлен следующий вопрос: «Кем - самим ФИО2, или иным лицом совершена подпись в договоре №УП-04/17 Уступки права требования (Цессии) от 16.01.2017г.?».

После получения результатов экспертизы производство по делу возобновлено.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представители ответчиков исковые требования не признали. Заявили о пропуске истцом срока исковой давности. Кроме этого, ответчики указали, что на дату исключения общества из ЕГРЮЛ и на дату возникновения обстоятельств, послуживших основанием для такого исключения, они не являлись контролирующими лицами общества.

В ходе рассмотрении дела суд истребовал материалы регистрационного дела Общества.

На запрос суда из МРИ ФНС №18 по РТ поступили запрошенные сведения и документы.

Как следует из материалов регистрационного дела, Общество с ограниченной ответственностью «ЖилЭнергоСервис-Нижнекамск 1» (ОГРН <***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ в качестве юридического лица 16 февраля 2009 года.

С 22 июня 2015 года по18 декабря 2017 года Единственным участником Общества являлся ФИО3.

На основании решения Единственного участника Общества от 18.12.2017г. уставный капитал общества увеличен до 12 000 руб., в состав общества приняты участники ООО «ТУКАМ» (ОГРН <***>) и ООО «РОСТ ПЛЮС» (ОГРН <***>).

В связи исключением ООО «РОСТ ПЛЮС» из ЕГРЮЛ решением от 30.06.2016г. указанный участник исключен из состава участников Общества.

На основании заявления от 30.12.2017 ФИО3 вышел из состава участников Общества.

В связи с приобретением доли, принадлежащей Обществу, 08 августа 2018 года участниками Общества стали ООО «ЗЕМЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ» (ОГРН <***>) и ООО «РОСТ ПЛЮС НК» (ОГРН <***>)

С 08 августа 2018 года до 21 февраля 2020 года (дата исключения Общества из ЕГРЮЛ) участниками общества являлись ООО «ТУКАМ», ООО «ЗЕМЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ» и ООО «РОСТ ПЛЮС НК» (на дату рассмотрения спора по существу указанные общества исключены из ЕГРЮЛ как недействующие).

С 15 июля 2015 по 13 декабря 2017 года единоличным исполнительным органом (директором) Общества являлся ФИО2.

С 13 декабря 2017 года по 02 апреля 2018 года единоличным исполнительным органом (директором) Общества являлся ФИО3.

С 02 апреля 2018 года по 08 августа 2018 года единоличным исполнительным органом (директором) Общества являлся ФИО8.

С 08 августа 2018 года до 21 февраля 2020 года (дата исключения Общества из ЕГРЮЛ) единоличным исполнительным органом (управляющей компанией) Общества являлся ООО «ЗЕМЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ» (ОГРН <***>).

Как следует из заключения эксперта №3 от 09.02.2024г., подготовленного экспертом Автономной некоммерческой организации «Экспертиза и исследования «Криминалистика» (ИНН <***>) ФИО7, подпись от имени ФИО2 в договоре №УП-04/17 Уступки права требования (Цессии) от 16.01.2017г. выполнена не ФИО2, а иным лицом.

Лица, участвующие в деле выводы эксперта не оспорили, возражения на заключение не представили, о назначении повторной или дополнительной экспертиза не заявили.

Исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе, на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

На данные правовые нормы и ссылается истец, полагая, что участник и (или) руководитель общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки Г.В. Карпук" указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

В пункте 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П указано, что смыслу положений статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Заявленные истцом требования, по сути, являются требованиями о взыскании убытков, причиненных противоправным поведением контролирующего лица контрагента (ст. 15, 1064 ГК РФ) в связи с чем требуется установление совокупности условий для данного вида гражданско-правовой ответственности (противоправность, виновность поведения причинителя вреда, вред в виде невозможности получить исполнение за счет имущества основного должника и причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ответчика и наступившими для истца негативными последствиями в виде имущественного вреда).

Поскольку долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда, для применения этой меры ответственности необходимо установить - в чем выражается противоправное поведение, приведшее возникновению убытков у истца, когда и кем совершены эти действия (допущено бездействие).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П (далее - постановление N 6-П), если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом, согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Таким образом, исходя из положений ст. 65 АПК РФ и вышеуказанных разъяснений, при рассмотрении данной категории дел истец должен доказать наличие у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, а ответчик обязан доказать правомерность своего поведения и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления N 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

В рассматриваемом случае из материалов дела следует, что ответчики не являлись контролирующими лицами Общества как на дату исключения Общества из ЕГРЮЛ, так и на дату возникновения обстоятельств, которые привели к исключению общества из ЕГРЮЛ (отсутствие отчетности и движение денежных средств по счетам за последние 12 мес.).

В нарушение положений ст. 65 АПК РФ и вышеприведенных норм права, истец не представил суду доказательств того, что ответчиками были совершены какие-либо противоправные действия, в результате которых истцу причинены убытки.

Кроме этого суд считает обоснованными доводы ответчиков о том, что на дату исключения Общества из ЕГРЮЛ трехлетний срок исковой давности по требованию истца истек, истец в установленном порядке не обратился в суд за взысканием задолженности с Общества, следовательно, этот срок не прерывался.

В соответствии с документами, представленными истцом, поставленный товар должен быть оплачен до 26.01.2017 года. Следовательно, трехлетний срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ) начал течь 27.01.2017 г. и истек 27.01.2020 г. Истец не обращался в суд с иском о взыскании суммы задолженности с Общества. Доказательства перерыва течения срока исковой давности не представлены. В связи с этим истец утратил возможность судебной защиты своего права еще до исключения Общества из ЕГРЮЛ. Указанное обстоятельство свидетельствует об отсутствии у истца убытков, связанных с исключением Общества из ЕГРЮЛ.

В связи с изложенным, у суда отсутствуют основания для удовлетворения иска.

В силу положений ст. 110 АПК РФ госпошлина по иску и расходы ответчика по оплате экспертизы по делу подлежат распределению пропорционально удовлетворенным требованиям.

Согласно статье 108 АПК Российской Федерации денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и свидетелям, вносятся на депозитный счет арбитражного суда лицом, заявившим соответствующее ходатайство, в срок, установленный арбитражным судом.

На основании статьи 109 АПК Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей. Денежные суммы, причитающиеся экспертам и свидетелям, выплачиваются с депозитного счета арбитражного суда.

В силу статьи 112 АПК Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

По результатам экспертизы по делу в суд поступило заключение Автономной некоммерческой организации «Экспертиза и исследования «Криминалистика» № 3 от 09.02.2024, которое принято судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

Стоимость вознаграждения эксперта составила 18 000 руб.

Ответчик - ФИО2 перечислил на депозитный счет суда 30 000 руб. в счет оплаты экспертизы (платежное поручение №822816757440 от 27.12.2023)..

Поскольку экспертиза проведена экспертом в установленные сроки, результаты экспертизы приняты судом, денежные средства за проведение экспертизы перечислены на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан, имеются основания для выплаты экспертной организации – Автономной некоммерческой организации «Экспертиза и исследования «Криминалистика» (ИНН <***>) из депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан 18 000 руб. за экспертизу по делу по реквизитам, указанным в счете на оплату №11 от 12.02.2024г. Излишне перечисленные ФИО2 денежные средства в размере 12 000 руб. подлежат возврату из депозитного счета суда по реквизитам, указанным им в заявлении на возврат денежных средств.

Госпошлина по иску и расходы ответчика – ФИО2 по оплате экспертизы по делу в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

В иске отказать.

В порядке распределения судебных расходов взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Меттрансбетон" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) 18 000 руб. расходов по оплате экспертизы по делу.

Выплатить Автономной некоммерческой организации «Экспертиза и исследования «Криминалистика» (ИНН <***>) из депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан 18 000 руб. за экспертизу по делу по реквизитам, указанным в счете на оплату.

Вернуть ФИО2 (ИНН <***>) из депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан 12 000 руб. излишне перечисленных денежных средств за экспертизу по делу по реквизитам, указанным в заявлении на возврат денежных средств.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.


Судья Ю.С. Мусин