Решение от 24 марта 2026 г. АС Республики Татарстан

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН


ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru

тел. <***>


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


г. Казань Дело № А65-37166/2024

Дата принятия решения – 25 марта 2026 года.

Дата объявления резолютивной части – 12 марта 2026 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Андреева К.П.,

при составлении протокола судебного заседания помощником судьи Кудлай А.А.,


рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Оренбург (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) о расторжении лицензионного договора о предоставлении секрета (ноу-хау) от 23.05.2024 года № 230524\ОРБ\СК, взыскании 400 000 руб. неосновательного обогащения, 35 000 руб. расходов за оказание юридических услуг,

с участием:

от истца – не явился, извещен,

от ответчика – не явился, извещен,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о расторжении лицензионного договора о предоставлении секрета (ноу-хау) от 23.05.2024 года N 230524\ОРБ\СК, взыскании 400 000 рублей неосновательного обогащения, 35 000 рублей расходов за оказание юридических услуг.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2025, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025, исковые требований оставлены без удовлетворения.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 24.11.2025, решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Исследовав материалы дела, руководствуясь указаниями суда кассационной инстанции, арбитражный суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ФИО1 (Лицензиат) и ФИО2 (Лицензиар) 23.05.2024 был подписан лицензионный договор о предоставлении секрета производства (ноу-хау) N 230524\ОРБ\СК (далее - Договор) в


соответствии с которым Лицензиар обязуется предоставить Лицензиату за вознаграждение и на указанный в Договоре срок право на использование в предпринимательской деятельности Лицензиата секрет производства (ноу-хау), исколоченные права на который принадлежат Лицензиару, при помощи которого Лицензиат намерен реализовывать экономические и организационные решения при оказании услуг в сфере развлечений на стриминговых и потоковых сервисах.

Секретом производства (ноу-хау) согласно пункту 1.1 Договора являются сведения экономического, организационного и иного характера, а также совокупность различных знаний и опыта (научного, административного, финансового, коммерческого или иного характера), которые собраны Лицензиаром в процессе предпринимательской деятельности в сфере оказания развлечений на стриминговых и потоковых сервисах и которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании.

Согласно пункту 2.2 Договора в состав секрета производства (ноу-хау) входят: план открытия студии; инструкция по подбору помещения; инструкция по оборудованию рабочего пространства; список необходимого оборудования; список необходимых программ; описание портрета кандидата на должность модели; описание портрета кандидата на должность администратора; методика подбора модели и администратора; инструкция по составлению графика смен моделей и администраторов; список штрафных санкций для моделей и администраторов; методы и технологии оказания услуг при осуществлении предпринимательской деятельности; доступ к базе знаний и обучающему курсу на https://antitreningi.ru.

Лицензиат вправе использовать полученные по договору права в предпринимательской деятельности на территории города Оренбург (пункт 2.4 Договора).

Лицензия выдается лицензиату на открытие 1 (одной) локации.

Лицензия (ноу-хау) предоставляется лицензиату на 3 года (пункт 2.7 Договора).


Стороны согласовали в пункте 3.2.1 Договора, что состав секрета производства (ноу- хау) передается Лицензиаром в течение 30 (тридцати) рабочих дней с момента подписания настоящего договора и оплаты паушального взноса в соответствии с разделом 4 настоящего договора любым удобным для Лицензиара способом (электронная передача данных, доступ к электронному хранилищу данных, материальный носитель или др.).

Подписание акта со стороны Лицензиата означает, что секрет производств передан Лицензиаром и получен Лицензиатом, а соответствующий вид работ (услуг) выполнен в полном объеме, и Лицензиат претензий к качеству и полноте выполненной работы не имеет.

По условиям пункта 4 Договора вознаграждение Лицензиара состоит из паушального взноса, который составляет 800 000 рублей и подлежит оплате в срок до 30.05.2024 в размере 400 000 рублей и в срок до 30.05.2025 в размере 400 000 рублей.

Согласно пункту 4.3 Договора размер роялти-платежей составляет 3% от выручки Лицензиата, но не менее 30 000 рублей. Ежемесячные роялти-платежи уплачиваются не позднее 10-го числа с момента открытия локации.

ФИО1 во исполнение условий Договора перечислил посредством банковского перевода со счета на расчетный счет ответчика 400 000 рублей, что подтверждается квитанцией от 27.05.2024.

ФИО1 08.10.2024 в адрес ответчика была направлена претензия с требованием расторгнуть Договор и вернуть оплаченную часть паушального взноса в размере 400 000 рублей. Обращаясь с требованием о расторжении Договора и взыскании 400 000 рублей неосновательного обогащения, истец указал, что с 27.04.2024 ответчик на связь не выходит, также ответчик не выполнил свои обязательства по Договору, а именно предусмотренные пунктами 3.2.3 - 3.2.8 Договора. Ответчик не оказал консультационные услуги, помощь в подборе и обучения персонала, выделение менеджера.

Неудовлетворение указанных выше требований, послужило основанием для обращения ФИО1 в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых


актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 статьи 421 ГК РФ, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору (пункт 2 статьи 421 ГК РФ).

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 ГК РФ).

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Как разъяснено в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - Постановление N 49) при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В пункте 1 Постановления N 49 разъяснено, что договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 3 статьи 154 и пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса).

Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 ГК РФ).

Лицу, создавшему ноу-хау, принадлежит исключительное право на секрет производства (статьи 1226, 1466 ГК РФ).

В данном случае сторонами подписан договор о предоставлении права использования секрета производства.


В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 1233 ГК РФ, правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

По лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату (пункт 1 статьи 1235 ГК РФ).

К договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419 ГК РФ) и о договоре (статьи 420 - 453 ГК РФ), поскольку иное не установлено правилами раздела VII ГК РФ (часть четвертая) и не вытекает из содержания или характера исключительного права (пункт 2 статьи 1233 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1465 ГК РФ секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

Согласно пункту 2 названной статьи секретом производства не могут быть признаны сведения, обязательность раскрытия которых либо недопустимость ограничения доступа к которым установлена законом или иным правовым актом.

Обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом (пункт 1 статьи 1466 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

Договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение данного требования влечет недействительность договора (часть 2 статьи 1235 ГК РФ).

Лицензионный договор может быть заключен как с указанием, так и без указания срока его действия (пункт 2 статьи 1469 ГК РФ).


В лицензионном договоре должна быть указана территория, на которой допускается использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Если территория, на которой допускается использование такого результата или такого средства, в договоре не указана, лицензиат вправе осуществлять их использование на всей территории Российской Федерации (часть 3 статьи 1235 ГК РФ).

В силу пункта 6 статьи 1235 ГК РФ лицензионный договор должен предусматривать: 1) предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору, с указанием в соответствующих случаях номера документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство (патент, свидетельство), то есть описание секрета производства (ноу-хау), права на который передаются по договору; 2) способы использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное. При отсутствии в возмездном лицензионном договоре условия о размере вознаграждения или порядке его определения договор считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, не применяются (часть 5 статьи 1235 ГК РФ).

При предоставлении права использования секрета производства лицо, распорядившееся своим правом, обязано сохранять конфиденциальность секрета производства в течение всего срока действия лицензионного договора. Лица, получившие соответствующие права по лицензионному договору, обязаны сохранять конфиденциальность секрета производства до прекращения действия исключительного права на секрет производства (пункт 3 статьи 1469 ГК РФ).

Исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей (статья 1467 ГК РФ).

Обязанность по сохранению конфиденциальности сведений несут как стороны уже заключенного договора (пункт 3 статьи 1469 ГК РФ), так и лица, получившие конфиденциальную информацию на преддоговорной стадии (пункт 4 статьи 434.1 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм права, и исходя из разъяснений, изложенных в Постановлении N 49, предметом лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау) является право использования секрета производства (ноу-хау), который в договоре должен быть описан достаточным образом, чтобы идентифицировать ноу-хау.

В данном случае в договор должен содержать описание секрета осуществления профессиональной деятельности и способов использования ноу-хау.

Режим охраны сведений устанавливает правообладатель в договоре.

С целью сохранения конфиденциальной информации в договоре возможны ссылки на другие документы, с требуемой полнотой описывающие секрет производства, в том числе приложения описания секрета производства на электронном носителе.

Обязательными условиями правовой охраны ноу-хау являются: наличие коммерческой ценности передаваемых сведений, как действительной, так и потенциальной (оборотоспособность); отсутствие у третьих лиц на законном основании свободного доступа к конфиденциальной информации (необщедоступность); принятие обладателем сведений разумных мер для соблюдения их конфиденциальности.

Оценку выполнения условий ноу-хау осуществляет правообладатель, однако в случае спора суд должен установить, является ли спорная информация секретом производства.

Сторонами 27.05.2024 был подписан акт оказанных услуг, по которому истец принял без каких-либо претензий весь передаваемый секрет производства (ноу-хау).

В процессе рассмотрения спора ответчик ссылался на то, что подписанный лицензиаром акт свидетельствует о получении им секрета производства и о полном выполнении лицензиаром своих обязанностей.


Вместе с тем, согласно части 1 и 2 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Письменными доказательствами в соответствии с частью 1 статьи 75 АПК РФ являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

В соответствии с частями 1, 4, 5 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

При этом суд отмечает, что наличие подписанного лицензиатом акта приема-передачи состава ноу-хау (оказанных услуг) от 27.05.2024 не может свидетельствовать безусловно о том, что характер и объем переданной лицензиату информации соответствовал условиям договора.

Определениями от 08.12.2025, 29.01.2026 суд предлагал ответчику уточнить предмет ноу-хау, предоставить описание секрета производства.

Эти сведения ответчиком представлены не были, дополнительные доказательства передачи лицензиату информации, предусмотренной пунктом 2.2 договора, в дело не представлены.

Доказательства, свидетельствующие о том, что заключенный сторонами договор содержал условие о ноу-хау, ответчик не предоставил. Дополнительные доказательства того, что у истца имелась возможность получить предусмотренную договором информацию, ответчик не представил.

Как следует из самого описания секрета производства (ноу-хау), как оно содержится в договоре (пункты 1.1, 2.2) секрет производства в подписанном сторонами договоре достаточным образом не описан, условия договора носят общий и декларативный характер.

В лицензионном договоре от 23.05.2024 № 230524\ОРБ\СК отсутствует конкретное описание сведений, составляющих секрет производства.

Так, в договоре отсутствует перечень информации, её существенных признаков и характеристик, которые позволили бы идентифицировать ноу-хау.

Несмотря на перечисление в п. 2.2. договора отдельных элементов (план открытия студии, инструкции, методики), в договоре отсутствует: конкретное описание технических характеристик и параметров ноу-хау, критерии оценки качества и объема передаваемой информации, детализация существенных признаков секрета производства.

Перечисленные в договоре элементы и переданные в их составе информационные материалы являются общеизвестными в отрасли, не содержат уникальных технических или организационных решений, представляют собой типовые бизнес-процессы, отсутствуют доказательства их коммерческой ценности.

В договоре не приведены данные, подтверждающие действительную или потенциальную коммерческую ценность сведений, а также отсутствие свободного доступа к ним у третьих лиц. В договоре и прилагаемых к нему документах нет сведений, которые бы демонстрировали, как передаваемая информация способна приносить или потенциально приносить экономическую выгоду. Например, не указаны конкретные показатели снижения себестоимости продукции, повышения качества, ускорения производственных процессов или увеличения объёмов продаж, которые могли бы стать следствием использования ноу-хау.


Если ответчик указывает на потенциальную коммерческую ценность, но не приводит обстоятельств, которые могли бы её обосновать (например, планы по масштабированию бизнеса, прогнозируемые экономические эффекты), это не может считаться достаточным доказательством.

Если передаваемые сведения доступны в открытых источниках (научных публикациях, на сайтах, в публичных презентациях и т. п.), они не могут считаться ноу-хау. Наличие информации в открытом доступе автоматически исключает её соответствие критерию неизвестности третьим лицам и отсутствия у них свободного доступа.

План открытия студии и инструкция по подбору помещения являются типовыми бизнес-документами, которые широко представлены в открытых источниках: методические рекомендации по открытию бизнеса; стандарты организации рабочего пространства; типовые бизнес-планы.

Инструкция по оборудованию рабочего пространства и список необходимого оборудования содержат общеизвестные сведения: технические характеристики оборудования доступны в открытых источниках; требования к оснащению подобных помещений стандартизированы.

Методы и технологии оказания услуг не содержат уникальных технических решений, а представляют собой: общепринятые практики работы в сфере; типовые бизнес-процессы и стандарты обслуживания.

Таким образом, указанные сведения носят общеизвестный характер в силу их тривиальности и широкой распространенности в общедоступных источниках информации.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что сторонами договора не было достигнуто соглашение по конкретному секрету производства (ноу-хау), поскольку описываемые в договоре и подлежащие передаче истцу сведения таковым не являются (не согласован предмет договора).

Поскольку ответчиком не представлено достаточных и достоверных доказательств наличия в описанных в спорном договоре сведений признаков ноу-хау, и, соответственно согласования существенных условий договора, суд пришел к выводу о его незаключенности.

Если между сторонами не достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, то он не считается заключенным и к нему неприменимы правила об основаниях недействительности сделок.

Договор, являющийся незаключенным вследствие несогласования существенных условий, не может быть признан недействительным, так как он не только не порождает последствий, на которые был направлен, но и является отсутствующим фактически ввиду недостижения сторонами какого-либо соглашения, а следовательно, не может породить такие последствия и в будущем (Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные сторонами в материалы дела документы, их доводы, возражения, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив незаключённость спорного договора, суд пришел к выводу, что оснований для его расторжения не имеется, названное требование удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему


неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 29.01.2013 N 11524/12, основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Ответчик не представил сведений о понесенных им расходах при исполнении договора, доказательств оказания в пользу истца каких-либо услуг, связанных с передачей и использованием секрета производства.

Таким образом, истец произвел платежи по незаключенному лицензионному договору в размере 400 000 руб., которые подлежат возврату как неосновательное обогащение в связи с незаключенностью договора.

Также истцом заявлено о взыскании с ответчика судебных расходов: 35 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

В обоснование несения данных расходов истцом представлены: договор оказания юридических услуг от 29.10.2024, приходный кассовый ордер от 29.10.2024.

Разрешая вопрос о размере судебных издержек, подлежащих распределению, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2 и 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек исходя из имеющихся в деле доказательств носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления N 1).

В пункте 13 Постановления N 1 разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В силу части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Понятие «разумные пределы расходов» является оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в арбитражном процессе (пункт 20 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения арбитражного процессуального кодекса РФ»).

Согласно правовой позиции изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.07.2012 № 2545/12, суд вправе по собственной инициативе возместить расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, в разумных, по его мнению, пределах, поскольку такая обязанность является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть3) Конституции РФ.


Согласно п.11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Учитывая, что институт возмещения судебных расходов не должен являться необоснованным препятствием для обращения в суд с целью защиты прав, но в то же время выполняет роль одного из средств предотвращения сутяжничества, а также то, что правоотношения, существующие между истцом и ответчиком, находятся в ситуации неопределенности до момента вынесения окончательного судебного акта по делу, на суде лежит обязанность установления баланса в рисках сторон относительно понесенных ими судебных расходов. Следовательно, несмотря на вынесение судебного акта в пользу одной из сторон, на нее может быть также возложено несение бремени части судебных расходов.

В данном случае заявленные ко взысканию расходы на представителя в размере 35 000 руб. за подготовку претензии и искового заявления, являются разумными, отвечающими критерию разумности, установленного пунктом 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

В пункте 20 Постановления N 1 разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В настоящем деле, когда заявлено два самостоятельных требования, в отношении одного из которых подлежит применению пропорциональный подход распределения судебных расходов, а на другое требование такой подход не распространяется, судебные расходы подлежат разделу поровну на количество заявленных требований и возмещаются по каждому требованию отдельно, исходя из фактического удовлетворения и частичного удовлетворения каждого из этих требований.

Таким образом, принимая во внимание, в удовлетворении исковых требований о расторжении договора было оказано, в пользу истца с ответчика должно быть взыскано 17 500 руб. расходы за оказание юридических услуг.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.


Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2, г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Оренбург (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) 400 000 руб. неосновательного обогащения, 17 500 руб. расходы за оказание юридических услуг, 25 000 руб. расходы по оплате госпошлины.

В иске в оставшейся части отказать.


Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Судья К.П. Андреев