Постановление от 5 августа 2020 г. по делу № А60-3141/2020




СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-6990/2020-АК
г. Пермь
05 августа 2020 года
Дело № А60-3141/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 августа 2020 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Борзенкова И. В.

судей Гуляковой Г.Н., Муравьевой Е.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тиуновой Н.П.,

при неявке лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью "АСТОР",

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 28 мая 2020 года

по делу № А60-3141/2020

по иску общества с ограниченной ответственностью "АСТОР" (ИНН 5905031413, ОГРН 1155958072247)

к акционерному обществу "ГРУППА СТРАХОВЫХ КОМПАНИЙ "ЮГОРИЯ" (ИНН 8601023568, ОГРН 1048600005728)

третье лицо: Ткачев Олег Петрович

о взыскании 45635 руб. 00 коп.,

установил:

ООО "АСТОР" обратилось в суд с исковым заявлением к АО "ГСК "ЮГОРИЯ" с требованием о взыскании 45635 руб. 00 коп., в том числе 5635 руб. страхового возмещения, 40000 руб. неустойки, начисленной за период с 10.03.2017 по 13.12.2019, а также за период с 14.12.2019 по дату исполнения решения суда. Также истец просит взыскать с ответчика 9500 руб. в возмещение стоимости за проведение экспертизы, 5000 руб. в возмещение расходов на оплату услуг представителя, 150 руб. почтовых расходов.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28 мая 2020 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с судебным актом, ООО "АСТОР" обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В апелляционной жалобе указывает, что права выгодоприобретателя перешли к истцу на основании договора цессии, который в судебном порядке недействительным либо незаключенным признан не был, в связи с чем полагает, что ни количество поданных истцом исков, ни хозяйственная деятельность истца не могут быть положены в основание отказа в удовлетворении исковых требований. Считает, что обязательство по страховому возмещению в полном объеме и в установленный срок исполнено не было. Также в апелляционной жалобе заявляет доводы о том, что суд первой инстанции не приводит никаких доказательств, которые могли бы свидетельствовать о недобросовестном поведении истца или злоупотреблении правом. Ссылаясь на определения Верховного Суда по иным делам, указывает, что решение суда противоречит единообразию правоприменения и правовой позиции Верховного Суда РФ.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили; управление заявило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя. На основании ч. 3 ст. 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена без участия сторон.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом из материалов дела, 17.02.2017, по адресу: Свердловская область, Слободо-Туринский район, с. Туринская Слобода, ул. Советская,д.101, произошло дорожно-транспортное происшествие при участии а/м Kia SPORTAGE, государственный регистрационный знак С 838 НЕ 72, принадлежащего Ткачеву О.П. (полис ОСАГО: серия ЕЕЕ № 384786837 - АО ГСК «Югория»), а/м Daewoo Nexia, государственный регистрационный знак С 514 АР 96, под управлением водителя Сосновских Д.О. (полис ОСАГО: серия ЕЕЕ № 0716726145 - ПАО СК «Росгосстрах»).

Автомобилю, принадлежащему потерпевшему Ткачеву О.П., причинены механические повреждения.

Потерпевший Ткачев О.П. 21.02.2017 обратился в страховую компанию «Югория» с заявлением о событии имеющим признаки страхового случая.

Страховщик (ответчик) организовал осмотр автомобиля потерпевшего и выплатил страховое возмещение в сумме 23300 руб., каких-либо возражений со стороны Ткачева О.П. не последовало.

23.10.2019 Ткачев О.П. заключил с ООО «Астор» (истец) договор уступки права требования №59/1019.

03.12.2019 ООО «Астор» заключило договор №957/1219-ТсУТС с ООО «ЭКСПЕРТ-СИСТЕМА» на оказание экспертных услуг в целях установления величины УТС.

Стоимость услуг составила 9500 руб., что подтверждается платежным поручением от 04.12.2019 № 498.

Согласно отчету от 03.12.2019 №957/1219-ТсУТС ООО «ЭКСПЕРТ- СИСТЕМА», УТС определена в размере 5635 руб. 00 коп.

Полагая. что потерпевшим передано право требования величины УТС в размере 5635 руб. 00 коп., а также право возмещения расходов, связанных с надлежащим определением размера причиненного ущерба, требований о взыскании неустойки ответчику направлена претензия о взыскании УТС, расходов на независимую экспертизу, а так же неустойки за период с 10.03.2017 до дня подачи претензии 13.12.2019.

Ввиду отказа в удовлетворении данной претензии истец обратился с данным иском, заявив также требования о возмещении судебных издержек в сумме 16500 руб. 00 коп.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствовался статьями 10, 15, 931, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Суд установил признаки злоупотребления истцом своими процессуальными правами при обращении с настоящим иском в арбитражный суд, признал выплаченную страховой организацией сумму страхового возмещения достаточной для восстановления нарушенного права потерпевшего в отсутствие претензий с его стороны относительно размера ущерба.

Заявитель по делу по доводам жалобы настаивает на том, что решение подлежит отмене.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Правоотношения по договору обязательного страхования регулируются нормами главы 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).

В соответствии с положениями статей 307, 309 ГК РФ стороны должны исполнять обязательства надлежащим образом в соответствии с требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Так, в силу статьи 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности (в том числе транспортным средством) на праве собственности.

Согласно статье 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу пунктов 1, 2 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

Факт уведомления ответчика о состоявшейся уступке права требования сторонами настоящего дела не оспаривается.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

Проверив договор цессии от 23.09.2019 № 59/1019 на предмет соответствия требованиям статей 382-384 ГК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что формально его условия не противоречат нормам действующего законодательства, условия уступки права требования позволяют установить, в отношении какого права произведена уступка, оснований полагать, что данный договор является незаключенным, не имеется.

При переходе прав выгодоприобретателя (потерпевшего) к другому лицу (например, уступка права требования, суброгация) оно может получить возмещение при соблюдении тех же условий, которые действовали в отношении первоначального выгодоприобретателя (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

Так, приобретатель должен уведомить страховую компанию о наступлении страхового случая, подать заявление о страховой выплате, приложив все необходимые документы, представить поврежденное имущество для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (осмотра), направить претензию, если эти действия не были совершены ранее предыдущим выгодоприобретателем (потерпевшим) (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 по договору обязательного страхования с учетом положений статей 1 и 12 закона об ОСАГО возмещаются не только убытки, причиненные в результате повреждения транспортного средства, но и вред в виде утраты (повреждения) груза, перевозимого в транспортном средстве потерпевшего, а также вред в связи с повреждением имущества, не относящегося к транспортным средствам (в частности, объектам недвижимости, оборудованию АЗС, дорожным знакам, ограждениям и т.д.), за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 6 закона об ОСАГО.

К реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно- транспортного происшествия и последующего ремонта (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58), пункт 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», решение Верховного Суда Российской Федерации от 24.07.2007 № ГКПИ07-658).

Исходя из изложенного, учитывая, что уменьшение потребительской стоимости нарушает права владельца, утрата товарной стоимости наряду со стоимостью запчастей и ремонта относится к прямому ущербу, владелец вправе заявлять требования о взыскании такой компенсации.

Суд апелляционной инстанции учитывает то обстоятельство, что стоимость УТС является расчетной величиной, определяемой на основании установленных фактов повреждения и ремонтного воздействия на ТС.

Суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как указано в пункте 20 постановления Пленума № 58, при наступлении страхового случая потерпевший обязан не только уведомить страховщика о его наступлении в сроки, установленные Правилами, но и направить страховщику заявление о страховом возмещении и документы, предусмотренные Правилами (пункт 3 статьи 11 Закона об ОСАГО).

В заявлении о страховом возмещении потерпевший должен также сообщить о наличии у него другого ущерба, который он намерен возместить помимо расходов на восстановление поврежденного имущества (в том числе об утрате товарной стоимости).

Двадцатидневный срок для принятия страховой организацией решения по заявлению потерпевшего о страховой выплате исчисляется со дня представления документов, предусмотренных пунктом 3.10 Правил (пункт 35 постановление Пленума № 58).

Между тем, истцом в материалы дела не представлено заявление о возмещении УТС , в адрес страховщика направлена 13.12.2019 только досудебная претензия(л.д.62-63).

По сути, не уведомив страховщика о намерении возместить УТС автомобиля, истец самостоятельно обратился к независимому эксперту с целью оценки размера утраты товарной стоимости и с претензией о страховой выплате представил уже готовое экспертное заключение о размере УТС.

Ввиду изложенного истцом нарушены правила взаимодействия со страховщиком, так как последний был лишен возможности участвовать в определении спорной величины.

Повторно в соответствии с положениями статей 71, 268 АПК РФ оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что настоящие исковые требования являются злоупотреблением правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (абзац 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При установлении факта злоупотребления потерпевшим правом суд отказывает во взыскании со страховщика неустойки, финансовой санкции, штрафа, а также компенсации морального вреда (пункт 4 статьи 1 и статья 10 ГК РФ). В удовлетворении таких требований суд отказывает, когда установлено, что в результате действий потерпевшего страховщик не мог исполнить свои обязательства в полном объеме или своевременно, в частности, потерпевшим направлены документы, предусмотренные Правилами, без указания сведений, позволяющих страховщику идентифицировать предыдущие обращения, либо предоставлены недостоверные сведения о том, что характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (статья 401 и пункт 3 статьи 405 ГК РФ).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления.

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода о том, что в действиях лица отсутствует злоупотребление правом (определение Верховного Суда РФ от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139 по делу А27-18141/2013).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ).

Судом апелляционной инстанции установлено, что истец, обращаясь с настоящими требованиями, просил взыскать с ответчика убытки в виде УТС и расходов по экспертизе, законной неустойки. Основания для заявления указанного требования имеются.

Право требования получено на основании договора цессии, т.е. формально приобретено истцом законно.

Однако истец участником ДТП не являлся, в процессе получения страховой выплаты в виде стоимости восстановительного ремонта не участвовал.

Договор цессии заключен 23.10.2019, то есть по истечении двух лет после наступления ДТП и выплаты страховщиком по ОСАГО страхового возмещения.

При этом, оснований для заключения такого договора с истцом, как то, необходимость восстановления нарушенного права в виде взыскания убытков в виде утраты товарной стоимости, ни истец, ни потерпевший, не представили (статья 65 АПК РФ).

В соответствии с пунктами 1,2 статьи ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из названия и смысла статьи 10 ГК РФ, гражданские права любого лица должны быть реализованы и попадают под защиту закона при условии соблюдения их «пределов», то есть до тех пор, пока права одного лица не выходят за границы его личного пространства и не нарушают границы прав иных лиц.

При этом злоупотребление правом не всегда связано с противоправными действиями, действия лица формально могут и не нарушать никакое нормы закона, но быть направленными в обход закона, то есть реализация права осуществляется недозволенными способами.

В данном случае, заявленная истцом ко взысканию сумма УТС вообще никак не уменьшит кредитору (потерпевшему) неблагоприятные последствия, возникшие вследствие, как полагает истец, ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором (потерпевшим), поскольку данная сумма непосредственно потерпевшему, то есть лицу, имуществу которого причинен ущерб не причитается, ввиду того, что потерпевший передал право требования с ответчика на основании договора уступки права требования истцу, то есть лицу, у которого отсутствуют неблагоприятные последствия вследствие нарушения должником своего обязательства по выплате утраты товарной стоимости. Следовательно, исковое требование направлено на неосновательное обогащение истца, извлечение им прибыли за счет нарушителя.

В частности, если следовать определению о восстановлении нарушенного права потерпевшего, то есть, полного восстановления его прав, то потерпевший в результате взыскания должен получить 5635 руб. УТС и суммы неустойки, начисленной в размере 0,1 % за каждый день просрочки с суммы 5635 руб. в общей сумме 40000 руб.

Однако, из договора цессии видно, что на первоначальном этапе цессионарий заплатил цеденту всего 100 рублей и только после получения исполнительного листа ему будет возмещена остальная сумма 5500 руб. по договору(л.д.1.4), что не соответствует той сумме, которая необходима, как указывает истец, предъявляя настоящий иск о взыскании 45635 руб. УТС и неустойки, а также 16500 руб. судебных расходов, для восстановления нарушенного права, следовательно, данное требование заявлено не в интересах потерпевшего и не в целях восстановления нарушенных прав, а с целью обогащения и получения прибыли за счет потерпевшего.

В рассматриваемом случае истцом формально законно приобретено право требования по договору уступки права требования, однако, учитывая, что требования о взыскании заявленной суммы предъявлены не в целях защиты нарушенных прав потерпевшего или прав истца, т.к. права заявителя , не являющегося участником ДТП, не нарушались, а только лишь в целях личного обогащения, суд первой инстанции обоснованно усмотрел в данных действиях злоупотребление правом.

Так суд, оценив условие договора цессии, фактические обстоятельства дела приходит к выводу о том, что, несмотря на то, что в законе предусмотрена обязанность страховщика по выплате возмещения в виде УТС, ответственность страховщика за несвоевременное осуществление страховой выплаты, в исковых требованиях надлежит отказать на основании статьи 10 ГК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что нормы права, изложенные в Законе об ОСАГО, в первую очередь направлены на защиту прав именно потерпевшего от ДТП, как лица, имуществу которого причинен вред и восстановление нарушенного права которого должно быть осуществлено в предусмотренный законом срок.

Требования к страховщику предъявлены иным лицом, приобретшим право требования по договору цессии и направлены, якобы, в защиту того права, которое не может принадлежать истцу в силу его положения, в принципе, т.к. данное лицо не является участникам ДТП и его права ничем нарушены не были.

Следует учитывать, что право требования неустойки приобретено истцом по договору цессии после полной уплаты страховщиком страхового возмещения, сам истец не является потерпевшей стороной, ему не принадлежит спорное автотранспортное средство, первоначальным субъектом причинения убытков в результате дорожно-транспортного происшествия истец также не является.

Неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства должником и не должна служить средством обогащения кредитора, но при этом направлена на восстановление прав кредитора, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а потому должна соответствовать последствиям нарушения.

В данном случае, неустойка, как средство защиты нарушенного права не выполняет свою компенсационную функцию. Заявленные исковые требования направлены исключительно на получение прибыли.

В абзаце втором пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что при установлении факта злоупотребления потерпевшим правом суд отказывает во взыскании со страховщика неустойки, финансовой санкции, штрафа, а также компенсации морального вреда (пункт 4 статьи 1 и статья 10 ГК РФ).

Таким образом, в сложившейся ситуации имеет место быть отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, в виду чего суду надлежит отказать в удовлетворении исковых требований.

Действия истца, специализирующегося на взыскании со страховых компаний убытков и неустойки направлены не на защиту нарушенного права, а на получение необоснованной выгоды, в том числе за счет взыскания с ответчика явно завышенных расходов на услуги представителя (16500 руб.).

Учитывая, что приобретение долгов по договору уступки права требования является коммерческой деятельностью истца, а также тот факт, что сумма УТС и неустойки в случае их взыскания будет получена сторонним лицом, не имеющим никого отношения к ДТП, цель возмещения ущерба в виде УТС, а также санкции, предусмотренной статьей 12 закона об «ОСАГО» - восстановление права потерпевшего, достигнута не будет, т.к. потерпевшему даже ничего не известно о последующих действиях цессионария и размере заявленного требования в несколько раз превышающего сумму, уплаченную за уступленное право.

Возмещение вреда, как в экономическом, так и в правовом смысле, в принципе, не имеет целью и не предполагает создание добавленной стоимости по отношению к любому участнику.

В рамках цивилистического правоотношения, в отличие от публичного, санкция не носит характер возмездия за содеянное или уклонения от действия, а является эквивалентом потерь кредитора, его обеспечением и стимулом соблюдения условий отношений.

Между тем, в настоящем случае (в том качестве, как заявлен иск) не достигается ни одна из указанных целей.

Обратная правовая позиция предполагает такую отыскиваемую подобными заявителями легитимацию алгоритма их действий, которая входит в противоречие с позитивным нормативно-правовым регулированием рынка страховых услуг и наносит вред его участникам.

Суд апелляционной инстанции считает, что действия истца не направлены на защиту нарушенного права, т.к. истец не является субъектом, право которого нарушено, а, напротив, направлены на получение необоснованной выгоды, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца и является основанием для отказа в исковых требованиях.

В силу вышеизложенного, оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворения жалобы заявителя судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку в удовлетворении жалобы отказано судебные расходы на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 28 мая 2020 года

по делу № А60-3141/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


И.В.Борзенкова



Судьи



Г.Н.Гулякова



Е.Ю.Муравьева