Решение от 23 июня 2020 г. по делу № А40-15725/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-15725/20-137-121
г. Москва
23 июня 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 03 июня 2020 года

Полный текст решения изготовлен 23 июня 2020 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи Скворцовой Е.А. единолично

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению Публичного акционерного общества "Московская городская телефонная сеть" (119017, Москва город, улица Ордынка Б., дом 25, строение 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 30.09.2002, ИНН: <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Гильдия инженеров" (141506, Московская область, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 31.03.2008, ИНН: <***>)

о признании недействительным договора №D190004016 от 18.01.2019 г.,

при участии:

от истца – согласно протокола,

от ответчика – согласно протокола,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Московская городская телефонная сеть» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Гильдия инженеров» (далее - ответчик) о признании договора № D190004016 от 18.01.2019, заключенного между МГТС и ООО «Гильдия Инженеров» недействительным.

Исковые требования мотивированы статьями 10, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования по доводам искового заявления и письменных пояснений.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителя истца и ответчика, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ПАО МГТС (далее - истец) и ООО «Гильдия Инженеров» (далее - ответчик) был заключен договор № D190004016 от 18.01.2019 на выполнение работ по изготовлению технических планов, проектов перепланировок и технических заключений отражающих фактические характеристики нежилого здания расположенного по адресу: <...> (далее - договор).

Целью договора в соответствии с пунктом 1.1. является осуществление кадастрового учета изменений фасада и перепланировок, с последующим получением выписки из ЕГРН, отражающей фактические характеристики здания расположенного по адресу: <...>.

Договор был заключен в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 18 июля 2011 года № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

В ходе проведения закупки, к документации о закупке были приложены следующие документы: выписка из ЕГРН на нежилое здание, расположенное по адресу: <...>; экспликации и поэтажные планы на нежилое здание, расположенное по адресу: <...>.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что 04.07.2019 от ООО «Гильдия Инженеров» в адрес ПАО МГТС поступило письмо № 1061 о том, что при производстве обследования здания расположенного по адресу: <...>, было выявлено устройство дополнительной лифтовой шахты и лифтового оборудования. Указанные работы относятся к понятию реконструкции, в связи с чем, для выполнения условий необходимо разрешение на строительство. Исходя из указанных обстоятельств ответчик приостановил выполнение работ по договору. Поскольку в штате ПАО МГТС отсутствуют специалисты (кадастровые инженеры) обладающие специальными знаниями, то при заключении договора, истец полагал, что все переустройства здания являются перепланировками и не требуют разрешений на строительство.

В соответствии с техническим заключением о выявлении произведенной реконструкции нежилого здания, расположенного по адресу: <...> от 09.10.2019, кадастровым инженером на основании поэтажных планов установлено, что в здании произведена реконструкция, которая производится на основании разрешения на строительство.

По мнению истца, с учетом заключения кадастрового инженера, ООО «Гильдия Инженеров», заключая с ПАО МГТС договор, достоверно знало о недостижимости цели для которой он заключался.

Данный факт послужил основанием для обращения истца в Арбитражный суд города Москвы с настоящим исковым заявлением.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указывает, что без результатов анализа фактического обследования и архивной документации, только на основании технической документации, представленной истцом до заключения договора невозможно однозначно утверждать о том, что строительство дополнительной лифтовой шахты, произведенное истцом, является реконструкцией.

Как указывает ответчик, истец изначально не сообщал о проведенном строительстве дополнительной лифтовой шахты, с учетом того, что является собственником объекта недвижимости.

Также ответчик указывает, что по состоянию на 12.12.2019 истец не предоставлял разрешительную документацию и не комментировал сложившуюся ситуацию с момента направления Письма №1061 от 04.07.2019г. При этом, ответчик в целях добросовестного выполнения всех зависящих от него обязательств по договору подготовил техническую документацию в соответствии с условиями договора с отображением фактических сведений характеристик объекта.

Письмом №1813 от 12.12.2019 ответчик передал, а истец принял следующие результаты работ: Проект по изменению фасадов здания и внутренней перепланировке нежилых помещений Объекта, Технический план, подготовленный в результате выполнения кадастровых работ в связи с изменением сведений о местоположении и площади Объекта, а также Технический план в формате XML- схемы на CD-диске, подготовленный в результате выполнения кадастровых работ в связи с изменением сведений о местоположении и площади Объекта.

Вместе с письмом №1813 ответчиком также были направлены акт выполненных работ №405 от 12.12.2019г., Счет-фактура №741 от 12.12.2019г., Проект Соглашения о расторжении договора от 12.12.2019г. по факту выполненных работ, а также Счет №515 от 12.12.2019г. на оплату фактически выполненных работ в соответствии с п.1, 3-5 Стоимости выполненных работ в размере 373 137 руб., кроме того, НДС по ставке в соответствии с действующим законодательством РФ.

При этом, истцом в установленные договором сроки не был заявлен мотивированный отказ от принятия результатов работ.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане (абзац третий данного пункта).

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман (п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской федерации от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из изложенного, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной, как совершенной под влиянием обмана, входят факты сообщения информации не соответствующей действительности, намеренного умолчания об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, повлиявшая на принятие решения о заключении договора на выполнение работ по разработке проектной документации. При этом, обязательным условием признания сделки недействительной является установление факта умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждении относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Оснований полагать, что оспариваемый договор заключен истцом под влиянием обмана, у суда не имеется, ввиду недоказанности истцом совокупности условий применительно к п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда реализация управомоченным лицом принадлежащего ему права сопряжена с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав.

По общему правилу п.5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Бремя доказывания недобросовестности и неразумности действий субъекта гражданских правоотношений лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

Как ссылается ответчик, условия договора и предмет были определены истцом.

Истцом был заключен договор, целью которого является фиксирование ответчиком в технической документации фактических характеристик объекта, которые соответствуют п. 4 ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ и внесении данных сведений в ЕГРН.

Данное условие предполагает выезд ответчика на объект недвижимости для проведения фактического обследования и дальнейшего внесения фактических данных после работ, проведенных истцом в соответствии с п. 4 ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ полученных после выезда в ЕГРН.

Как указывает ответчик, на этапе заключения договора ответчик добросовестно полагал, что истец заключает договор с ответчиком только те работы, которые не требуют разрешения на строительство.

Наличие реконструкции было выявлено ответчиком после заключения договора и уже фактического выезда ответчика на объект недвижимости и изучения архивной документации, которую истец не предоставил, хотя ответчиком была запрошена такая документация, что подтверждается письмо № 551 от 19.04.2019.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в нарушение статьи 65 АПК РФ, ответчик не представил бесспорных доказательств того, что истец, действовал недобросовестно, с намерением причинить вред ответчику.

Иные доводы сторон судом рассмотрены, однако, они не повлияли на результат принято решения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 10, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 8, 9, 65, 70, 71, 110, 123, 156, 167-171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Е.А. Скворцова