Решение от 15 августа 2023 г. по делу № А56-82780/2021

4451/2023-382825(4)



Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А56-82780/2021
15 августа 2023 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 27 июля 2023 года. Полный текст решения изготовлен 15 августа 2023 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Жбанова В.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Общество с ограниченной ответственностью «Виртуальные приборы» Законный представитель истца: ФИО4

ответчик: общество с ограниченной ответственностью "НПП "ГЕФЕСАТОМ" третье лицо: 1. ФИО2

2. ФИО3

о признании недействительной сделки, применении последствий недействительности сделки,

при участии

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 26.09.2022 от ООО «Виртуальные приборы»: ФИО6 по доверенности от 13.10.2022

от ответчика: ФИО7, доверенность от 11.12.2021 № 1 от третьего лица: 1. ФИО7, доверенность от 10.12.2021, 2. не явился;

установил:

ФИО4 в интересах ООО «Виртуальные приборы» (далее – Истец, Общество) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «НПП «Гефесатом» (далее – Ответчик) о признании недействительной сделки – акта от 23.11.2020 № 1 о приеме-передаче объекта основных средств (автомобиль BMW Х7 ХDRIVE40I, цвет кузова: черный, № двигателя В58В30С 22115677, ПТС 78УХ710784, VIN <***>) (далее также – транспортное средство, автомобиль) и применении последствий недействительности сделки.

Ответчик не признал иск по мотивам, изложенным в отзыве. Определением суда от 16.12.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего


самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2.

Определением суда от 21.07.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

Распоряжением заместителя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.11.2022 дело передано в производство судьи Жбанова В.Б.

С учетом заявления об изменении исковых требований ФИО4 просит признать недействительной сделку – договор от 20.10.2020 купли-продажи транспортного средства, заключенный между ООО «Виртуальные приборы» и ООО «Гефесатом», применить последствия недействительности в виде возврата всего полученного по сделке.

Суд в порядке ст. 49 АПК РФ принял к рассмотрению измененные требования, в порядке ст. 137 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание.

От ООО «Виртуальные приборы», ФИО2 и ООО «Гефесатом» поступило уточненное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения рыночной стоимости автомобиля по состоянию на 20.10.2020.

28.12.2022 от ООО «Виртуальные приборы» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела ответа ГУ МВД России по Свердловской области.

06.02.2022 от ГУ МВД России по Свердловской области поступили сведения по фактам дорожно-транспортных происшествий 12.12.2019 и 07.08.2020.

Производство по делу приостанавливалось для получения экспертного заключения.

В судебном заседании 27.07.2023 представитель ФИО4 поддержал иск в полном объеме, ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд установил, что иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям:

Как следует из искового заявления, 20.10.2020 между ООО «Виртуальные приборы» (Истец) и ООО «НПП Гефесатом» (Ответчик) был заключен договор купли-продажи транспортного средства, во исполнение которого 23.11.2020 автомобиль передан Ответчику по акту приема-передачи основных средств.

Согласно условиям договора его цена в цифровом обозначении составляет 37 200 000 рублей, а в письменном – 3 720 000 рублей.

Суд в соответствии со ст. 431 ГК РФ и на основании объяснений лиц, участвующих в деле, установил, что цена договора составила 3 720 000 рублей.

Стороны исполнили обязательства по передаче и оплате товара в полном объеме.

ФИО4 как бывший руководитель Истца полагает, что договор купли-продажи заключен неуполномоченным лицом, о чем Ответчик знал или должен был знать, что является основанием для признания сделки недействительной по п. 1 ст. 174 ГК РФ.

Помимо этого, автомобиль отчужден на заведомо и значительно невыгодных для Истца условиях, что свидетельствует о причинении ему явного ущерба, о чем Ответчик знал или должен был знать. Имел место сговор или иные совместные действия лиц, действовавших от имени Истца и Ответчика, в ущерб интересам Истца. Перечисленные обстоятельства образуют составы, предусмотренные п. 2 ст. 174 ГК РФ, для признания сделки недействительной.

Ответчик указывает на отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку он не знал и не должен был знать о наличии ограничений на совершение сделки, и положения п. 1 ст. 174 ГК РФ в данном споре неприменимы.

Основания для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 174 ГК РФ также отсутствуют. Явность ущерба предполагает реализацию имущества, как минимум, в два


и более раза дешевле, что в настоящем деле Истцом не доказано. Сделка экономически обоснована и не является для Истца невыгодной. Сговор и иное недобросовестное поведение лиц, действовавших от имени Истца и Ответчика на момент совершения оспариваемой сделки, не доказаны.

Третье лицо ФИО2, не соглашаясь с исковым заявлением, указывает, что оспариваемый договор являлся для Истца необходимой хозяйственной сделкой, способствовавшей уменьшению убытков общества, вызванных действиями ФИО4, когда он занимал должность управляющего ООО «Виртуальные приборы». Условия, отраженные в п. 2 ст. 174 ГК РФ, не доказаны.

Единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (пп. 1 п. 3 ст. 40 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Общество вправе передать по договору осуществление полномочий своего единоличного исполнительного органа управляющему (п. 1 ст. 42 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Независимо от занимаемой должности лицо, действующее в интересах представляемого им юридического лица, обязано вести себя добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 44 ФЗ об обществах), что предполагается, пока не доказано обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной в соответствии с п. 1 ст. 174 ГК РФ необходимо установить наличие двух условий, одновременно существовавших на момент заключения сделки:

1) она совершена с нарушением ограничений, установленных во внутренних отношениях между представителем и представляемым (учредительный документ, иные корпоративные документы, договор с представителем),

2) о чем контрагент знал или должен был знать.

При рассмотрении споров о признании сделки недействительной по п. 1 ст. 174 ГК РФ следует руководствоваться разъяснениями, содержащимися в п. 22 настоящего постановления (п. 92 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Из п. 22 постановления следует, что в силу принципа публичной достоверности государственного реестра третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ, при взаимодействии с органами юридического лица предполагаются действующими добросовестно, не обязаны проверять полномочия представителя и вправе исходить из их неограниченности. Указанные правила не применяются, если будет доказано, что третье лицо в момент совершения сделки знало или заведомо должно было знать об ограничениях полномочий. Бремя доказывания возлагается на лицо, в чьих интересах установлены ограничения.

Из данного пункта также следует, что договорное условие о действии представителя юридического лица на основании устава не является доказательством или косвенным признаком ознакомления с ним контрагента, не свидетельствует о том, что он знал или заведомо должен был знать об ограничениях полномочий, даже если таковые содержатся в уставе.

ФИО4 указал, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО2 не обладала правом действовать от имени Истца.

Решением общего собрания участников общества от 24.09.2020 ИП ФИО4 был отстранен от должности управляющего, а ФИО2 назначена генеральным директором ООО «Виртуальные приборы», после чего указанное решение было признано недействительным (Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2021 по делу А56-90875/2020). 31.12.2020 полномочия ФИО4 истекли и не были пролонгированы на новый срок в связи с


направлением уведомления об отказе в пролонгации договора. 26.01.2022 по результатам внеочередного общего собрания общества полномочия ФИО4 прекращены в связи с истечением срока.

В то же время согласно сведениям ЕГРЮЛ на дату 20.10.2020 и на дату передачи автомобиля 23.11.2020 генеральным директором Истца являлась ФИО2

Как следует из положений п. 2 ст. 51 ГК РФ, если лицо, совершившее сделку от имени юридического лица, фигурировало в ЕГРЮЛ в качестве генерального директора такой организации, но на самом деле таковым не было, полагаться на данные реестра может только добросовестный контрагент.

В договоре купли-продажи указано, что сделка совершается ФИО2 от имени ООО «Виртуальные приборы» на основании Устава, и продавец гарантирует, что его директор имеет полномочия на заключение договора.

Несмотря на то, что обязанность проверки учредительного документа согласно п. 22 Постановления Пленума ВС РФ № 25 Ответчику не вменяется, по смыслу действовавшего на момент совершения сделки устава ООО «Виртуальные приборы» (пп. 9.4, 9.8), генеральный директор общества вправе действовать от его имени без доверенности, в том числе совершать сделки.

Таким образом, даже если Ответчик ознакомился с положениями устава ООО «Виртуальные приборы» при совершении оспариваемой сделки, то разумных сомнений в наличии у ФИО2 полномочий у него не возникло и не должно было возникнуть.

Также Ответчик привел доказательства того, что сделка не выходит за пределы обычной финансово-хозяйственной деятельности Истца и не является для него крупной, в связи с чем ее совершение не требовало получения согласия в соответствии с корпоративным законодательством.

Согласно приведенному п. 22 Постановления Пленума ВС РФ № 25 Ответчик, полагавшийся на данные ЕГРЮЛ при совершении оспариваемой сделки, признается действовавшим добросовестно, не обязан проверять полномочия ФИО2 и в силу их абстрактности не связан внутренними отношениями между представителем и представляемым, за исключением случая, когда он знал и заведомо должен был знать о реальном отсутствии полномочий представителя.

Факт незаконного смещения ФИО4 с должности управляющего был установлен спустя почти год после совершения оспариваемой сделки. При этом ни ООО НПП «Гефесатом», ни действовавший от его имени ФИО8 не являлись участниками производства по делу № А56-90875/2020. Довод Истца об аффилированности ФИО2 и ФИО8, представлявшего ее интересы на общем собрании ООО «Виртуальные приборы» (на котором ФИО4 был смещен с должности), в данном случае не позволяет сделать вывод, что Ответчик знал или заведомо должен был знать об ограничениях полномочий ФИО2 Кроме того, ФИО8 как доверенное лицо ФИО2 не являлся лицом, организующим указанное собрание, не участвовал в отправке почтовой корреспонденции и в деловой переписке между участниками ООО «Виртуальные приборы».

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о недобросовестности Ответчика, знавшего о наличии ограничений на совершение сделки по смыслу п. 1 ст. 174 ГК РФ, суду не представлено, как не представлено и убедительных доказательств, что Ответчик заведомо должен был знать об указанных ограничениях.

На основании изложенного, основания для признания сделки недействительной по п. 1 ст. 174 ГК РФ отсутствуют.

Ответчик указал, что ФИО2, совершая оспариваемую сделку на названных условиях, действовала в интересах Истца, а ИП ФИО4, будучи управляющим Истца, действовал недобросовестно и неразумно.


Так, результатом деятельности по управлению ФИО4 стала убыточная финансово-хозяйственная деятельность ООО «Виртуальные приборы», что подтверждается бухгалтерскими балансами на 30.06.2020 (сумма убытков составила 974 000 рублей), на 30.09.2020 (сумма убытков составила 2 359 000 рублей). Указанные результаты обусловлены необеспечением ФИО4 выполнения ряда обязательств перед кредиторами общества. ФИО4 через свои подконтрольные организации инициировал процессы в третейских судах, а затем в Арбитражном суде Пермского края по выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов, чем обусловил необходимость несения дополнительных судебных расходов обществом. Таким образом, учитывая, что на расчетных счетах ООО «Виртуальные приборы» после назначения ФИО2 генеральным директором денежных средств не было, при этом имели место быть просроченные по договорам обязательства и подача иска в суд одним из кредиторов общества, ФИО2 вынуждена была разрешать возникший спор наиболее выгодным способом.

Договор лизинга спорного автомобиля от 13.09.2019 от имени ООО «Виртуальные приборы» был заключен ФИО4 с целью его личного использования и без производственной необходимости для Истца. Фактически, от приобретения автомобиля и сдачи его в аренду Истец не получил прибыли, в то время как именно на него возлагались экономические риски неисполнения договора лизинга.

Суд полагает, что установление фактов недобросовестного и неразумного поведения ФИО4 не входит в предмет настоящего спора.

Для оспаривания сделки по п. 2 ст. 174 ГК РФ Истцу достаточно доказать либо то, что сделка совершена ФИО2 с причинением явного ущерба Истцу, о чем Ответчик знал или должен был знать, либо обстоятельства, свидетельствующие о сговоре или иных совместных действиях ФИО2 и Ответчика в ущерб интересам Истца.

О наличии явного ущерба может свидетельствовать совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. Знание Ответчика о наличии явного ущерба предполагается, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения (п. 93 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25).

По мнению ФИО4, о явном ущербе свидетельствует отчуждение автомобиля по существенно заниженной цене, которая практически в половину ниже рыночной стоимости автомобиля.

Так, из отчета об оценке № 30-03/22 (дата составления отчета: 22.03.2022) следует, что рыночная стоимость автомобиля на дату его передачи 23.11.2020 составляла 6 490 000 рублей.

Кроме того, по сравнению со стоимостью автомобиля по договору лизинга, которая составляет 7 457 760 рублей, цена занижена на 50%, а с учетом выплаты лизинговых платежей – на 60%.

Также ФИО4 полагает, что сделка является для ООО «Виртуальные приборы» невыгодной, поскольку она совершена в период корпоративного конфликта в обществе. Кроме того, в условиях коронавирусной инфекции отчуждение активов нецелесообразно, так как в указанный период импорт автомобилей сократился, и их цена постоянно возрастала.

Суд не может согласиться с доводами ФИО4

В обоснование возражений Ответчик представил суду заключение специалиста № 416-04-2022 от 13.04.2022, согласно которому отчет Истца является недостоверным, о чем, в частности, свидетельствует оценка автомобиля без учета проведенного ранее ремонта, что существенно влияет на итоговую рыночную стоимость, а также без анализа


динамики цен и наличия предложений о продаже аналогичных транспортных средств на дату оценки, что привело к завышению итоговой рыночной стоимости.

В указанном заключении специалист также определил рыночную стоимость автомобиля на 23.11.2020, которая составила 4 271 022 рублей.

Судом было получено заключение эксперта № 1084/4-3 от 19.06.2023, в котором установлено, что рыночная стоимость автомобиля на дату заключения договора 20.10.2020 составляла 6 346 100 рублей, оснований сомневаться в достоверности заключения не имеется.

Оспариваемая сделка по смыслу п. 93 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 не является невыгодной, поскольку исходя из всех представленных суду отчетов и заключений предоставление, полученное по ней, не в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

Обстоятельство занижения цены договора вдвое является лишь частным случаем невыгодности сделки, свидетельствующей о причинении Истцу явного ущерба. Однако убедительных доказательств, позволяющих сделать вывод о невыгодности оспариваемой сделки для Истца по каким-либо другим основаниям, помимо несоответствия цены договора рыночной стоимости автомобиля, суду не представлено.

Напротив, материалами дела подтверждено, что автомобиль приобретался уже бывшим в употреблении и попадавшим в дорожно-транспортные происшествия, поэтому ссылка на изначальную стоимость по договору лизинга некорректна,

лизинговая организация вправе продать предмет лизинга по цене, ниже рыночной стоимости.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия которого определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ).

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (абз. 1 ст. 309, п. 1 ст. 310 ГК РФ).

Исходя из изложенного явный ущерб для Истца не доказан.

Указанное опровергает довод о том, что Ответчик не мог не знать о явном ущербе для Истца ввиду необоснованного занижения цены и извлек выгоду в виде разницы между рыночной и договорной стоимостью автомобиля в размере более 2 600 000 рублей.

Вторым основанием для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 174 ГК РФ является сговор или иные совместные действия представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого.

Сговор представителя юридического лица и контрагента по спорной сделке выражается в совместных и согласованных усилиях, влекущих причинение ущерба интересам представляемого.

О недобросовестности представителя может свидетельствовать совершение сделки от имени представляемого, но в своем личном интересе. О недобросовестном поведении контрагента по спорной сделке может свидетельствовать активное склонение или иное активное участие в поощрении представителя к совершению невыгодной сделки от имени представляемого.

Кроме того, условием применения данного состава недействительности является доказанность ущерба, причиненного в результате сговора или иных совместных действий.

Ущерб может заключаться как в материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов, например, в утрате корпоративного контроля или


умалении деловой репутации (п. 93 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25).

Ущерб может выражаться в согласовании неценовых условий сделки, явно невыгодных соответствующей стороне, носящих нерыночный и экономически нерациональный характер, а также в изменении договора, влекущем появление такого рода условий (Определение СКЭС ВС РФ от 12.05.2017 № 305-ЭС17-2441).

По мнению ФИО4, о сговоре и иных совместных действиях ФИО2 и Ответчика (в лице ФИО8) в ущерб интересам Истца, свидетельствует аффилированность указанных лиц и намеренное отчуждение спорного имущества в период незаконного смещения ФИО4 с должности управляющего ООО «Виртуальные приборы». Интересы ФИО2 на собрании общества, на котором было принято решение о прекращении полномочий ФИО4, представлял ФИО8, являвшийся на момент передачи спорного имущества учредителем и генеральным директором ООО «НПП «Гефесатом».

Так же на сговор указывает и то, что договор залога транспортного средства датирован 01.07.2021, а непосредственно залог зарегистрирован 03.12.2021. При этом только 03.12.2021 генеральный директор Ответчика был изменен с ФИО8 на ФИО3 Таким образом, Ответчик пытался скрыть приобретенный автомобиль путем замещения лица, уполномоченного действовать от имени Ответчика.

ООО «Виртуальные приборы» на момент заключения спорного договора 20.10.2020 не являлось собственником автомобиля, поскольку еще не выкупило его у лизинговой компании.

Сделка совершена 20.10.2020, а приобретение прав состоялось только 21.10.2020, что не только свидетельствует о сговоре лиц, действовавших от имени Истца и Ответчика, и о потенциальном ущербе, но и создает основания для признания сделки ничтожной.

Кроме того, ФИО4 полагает, что установление залога автомобиля в пользу ФИО3 и выставление транспортного средства на продажу свидетельствуют о недобросовестном поведении Ответчика.

Указанные доводы являются несостоятельными.

Факт наличия доверенности на физическое лицо ФИО8 от участника ООО «Виртуальные приборы» ФИО2 как от физического лица, постоянно проживающего на территории Германии, на представительство при необходимости ее интересов в Российской Федерации свидетельствует о доверительных отношениях между физическими лицами, но не о совместных действиях двух юридических лиц.

Иными словами, аффилированность между указанными лицами сама по себе не указывает на сговор, как не указывают на него и заключение договора залога, последующая регистрация залога в реестре залоговых уведомлений и избрание нового генерального директора Ответчика.

Заявляя о том, что на момент заключения договора купли-продажи продавец не являлся собственником автомобиля, ФИО4 не указал, к каким последствиям это привело.

Недобросовестность Истца, выразившаяся, как полагает ФИО4, в передаче автомобиля в залог ФИО3 и в выставлении транспортного средства на продажу уже после предъявления настоящего иска, не входит ни в один из составов, предусмотренных п. 2 ст. 174 ГК РФ для оспаривания сделки.

Суд, принимая обеспечительные меры в виде запрета регистрационных действий и признавая действия Ответчика (передача в залог и выставление на продажу) недобросовестными, исходил из того, что создание условий для отчуждения спорного имущества в конкретный период судебного разбирательства, может необоснованно затянуть процесс до вынесения решения по существу.


Применительно к оспариваемой сделке указанные действия не свидетельствуют о недобросовестности Ответчика, поскольку правоотношения с иными контрагентами, будь то залогодержатель или потенциальные покупатели спорного имущества, находятся вне сферы контроля Истца и представляют собой вмешательство в предпринимательскую деятельность Ответчика, который не обязан признавать предъявленные ему контрагентами требования.

Сделка совершена в соответствии с ее обычным назначением, обязательства по передаче и оплате исполнены сторонами в полном объеме и в соответствии с условиями договора. Денежные средства, полученные по сделке, использованы ООО «Виртуальные приборы» в своей финансово-хозяйственной деятельности.

Причинение сделкой ущерба Истцу не доказано.

Согласно ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

На основании изложенного наличие составов п. 2 ст. 174 ГК РФ не доказано.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности по исковому требованию, основанному на п. 1 ст. 174 ГК РФ.

Сделка является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

Срок исковой давности составляет 1 год и начинает течь со дня, когда ФИО4 узнал или должен был узнать о факте совершения ФИО2 сделки с нарушением внутренних ограничений по смыслу п. 1 ст. 174 ГК РФ (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

Об отсутствии полномочий у ФИО2 ФИО4 было известно уже в октябре 2020 года, что следует из его процессуальных действий по делу № А5690875/2020 (заявил о фальсификации уведомления о месте и времени проведения внеочередного собрания ООО «Виртуальные приборы» от 02.09.2020), и самого факта подачи иска об оспаривании протокола собрания, на основании которого ФИО2 была наделена полномочиями генерального директора.

В отличие от обычных участников общества, которые могут оправданно не знать о фактах совершения и исполнения обществом сделки, ИП ФИО4 в должности управляющего контролирует повседневную хозяйственную деятельность юридического лица, соответственно, имеет реальную возможность узнать о сделке общества уже с момента ее совершения, при условии доказанности доступа к соответствующей документации и счетам общества.

Ответчик представил доказательства того, что в октябре 2020 года ИП ФИО4 имел доступ к расчетному счету ООО «Виртуальные приборы», поскольку в этот период он не был исключен из карточки с образцами подписи, находящейся в данном банке, как лицо, наделенное правом подписи. Следовательно, ФИО4 стало известно об отчуждении транспортного средства в срок не позднее даты осуществления платежа по платежному поручению от 20.10.2020 на сумму 3 720 000 рублей.

Заявление об изменении исковых требований, в котором ФИО4 просит признать сделку недействительной по п. 1 ст. 174 ГК РФ, подано 26.01.2022 с пропуском срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для


отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ, п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43).

Руководствуясь статьями 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Жбанов В.Б.

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 14.03.2023 3:27:00

Кому выдана Жбанов Вадим Борисович