Постановление от 17 февраля 2022 г. по делу № А53-33397/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-33397/2016
г. Краснодар
17 февраля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 февраля 2022 г.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Гиданкиной А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мелконян Р.А., при участии в судебном заседании с использованием онлайн-связи ФИО1, в отсутствие ФИО2, ФИО3, конкурсного управляющего – ФИО4, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.09.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2021 по делу № А53-33397/2016 (Ф08-254/2022), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Деливери» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО5 (далее – управляющий) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности.

Определением от 11.09.2021, оставленным без изменения постановлением от 19.11.2021, ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Деливери». Производство по установлению размера ответственности ФИО1 по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Судебные акты мотивированы доказанностью наличия оснований для привлечения к ответственности в связи с непередачей документов и неподачей заявления о признании должника банкротом.

В кассационной жалобе заявитель просит отменить определение от 11.09.2021 и постановление от 19.11.2021.

Кассационная жалоба мотивирована тем, что по требованию о неисполнении ответчиком обязанности по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) пропущен срок исковой давности. Кроме того, обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла после сдачи бухгалтерской отчетности за 2015 год – не ранее 01 апреля 2016 года. В отношении неисполнения ответчиком обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника податель жалобы указывает, что конкурсный управляющий длительное время уклонялся от принятия документации. Конкурсным управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что ответчиком не передана какая-либо иная документация должника, которая у нее имелась, повлекшая затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы и обнаружении дебиторской задолженности. По мнению апеллянта, не доказано наличие причинно-следственной связи между отсутствием иной документации и невозможностью удовлетворения требования кредиторов должника. Заявление о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности подано за пределами срока исковой давности. Судом первой инстанции необоснованно отказано в вызове свидетелей, которые подтвердили бы передачу документов, что судом апелляционной инстанции не принято во внимание.

В судебном заседании ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержала.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 31.07.2017 (резолютивная часть от 25.07.2017) ООО «Деливери» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Обращаясь в рамках дела о банкротстве в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указывает, что бывший руководитель должника ФИО1 не исполнила обязанность по подаче заявления о банкротстве должника в арбитражный суд, а также не передана документация общества. Непередача документов способствовала отсутствию возможности по погашению требований кредиторов ввиду недостаточности имущества.

Оценивая заявленные конкурсным управляющим основания для привлечения к субсидиарной ответственности с точки зрения определения норм, подлежащих применению, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в данном случае основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве определяются статьями 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона о банкротстве № 134-ФЗ, а в части, касающейся непередачи конкурсному управляющему должника документации – положениями Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. К спорным правоотношениям в части неподачи заявления о банкротстве, на которое указал заявитель, должны применяться нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ; несмотря на то, что статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу в связи с вступлением в силу Закона № 266-ФЗ, ответственность за вменяемые деяния не устранена (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ).

Как установлено судами, согласно выписке из ЕГРЮЛ генеральным директором должника с 05.05.2014 являлась ФИО1, учредителем должника является акционерное общество «Рхолдинг» с 24.02.2016, доля участия 100%. Соответственно, ФИО1 в силу положений статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) является контролирующим должника лицом, что им и не оспаривалось.

Удовлетворяя заявление, суды руководствовались статьями 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), статьями 2, 9, 10, 61.11, 61.12, 61.16, 126, 129 Закона о банкротстве, статьями 53, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Как установлено судами, определением Арбитражного суда Ростовской области от 27.12.2017 суд обязал руководителя должника ФИО1 передать конкурсному управляющему должника ФИО6 копии бухгалтерских документов.

5 июня 2018 года конкурсным управляющим получен исполнительный лист на основании указанного судебного акта, который предъявлен для исполнения в Домодедовский ГОСП УФССП России по Московской области, возбуждено исполнительное производство № 25302/18/50006-ИП.

ФИО1 ссылается на то, что ею исполнена обязанность по передаче оригиналов документов, что подтверждается описью вложения в ценное письмо, а также объяснила, что все документы в коробках переданы в ходе исполнительного производства, в связи с чем исполнительное производство было окончено. Также ФИО1 указала, что часть документов отсканирована и готовы к передаче в ходе рассмотрения спора конкурсному управляющему.

Как верно указано судом апелляционной инстанции, в ходе рассмотрения спора суд первой инстанции неоднократно предлагал передать имеющиеся документы конкурсному управляющему. Однако ФИО1 пояснила, что документы, скопированные на флеш носитель, с учетом давности лет, не могут быть открыты и переданы конкурсному управляющему.

Таким образом, на протяжении рассмотрения настоящего спора, необходимые документы так и не переданы конкурсному управляющему. Более того, как верно отмечено судом апелляционной инстанции, передача документации в виде сканов не может быть признана надлежащим исполнением обязанности по передаче, поскольку документы должны быть переданы в оригиналах.

Ссылка ФИО1 на то, что перепиской из мессенджеров подтверждается уклонение управляющего от получения передаваемых документов, обоснованно отклонена судом первой инстанции, поскольку данная переписка не подтверждает факт передачи документов.

ФИО1 ссылается на то, что надлежащее исполнение обязанности подтверждается тем обстоятельством, что исполнительное производство по вопросу о передаче документов окончено фактическим исполнением.

Суд истребовал материалы исполнительного производства, которые 29.07.2021 Домодедовское городское отделение судебных приставов представило в материалы дела.

Как следует из представленных документов, в ходе исполнительного производства ФИО1 дала объяснения, что ею направлены посредством почтовой связи документы арбитражному управляющему ФИО6 В связи с представлением доказательств передачи части документов, исполнительное производство прекращено, при этом в объяснениях ФИО1 указала, что у нее хранится еще часть документов 2000-х годов, которые также могут быть переданы.

Таким образом, как верно указано судом, исполнительное производство окончено по результатам представленных ФИО1 почтовых документов об отправке и объяснений, без установления фактической передачи каждого документа, указанного в судебном акте об обязании передать документы. Определением от 27.12.2017 суд обязал ФИО1 передать конкурсному управляющему должника следующие документы: документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности; расшифровку расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»; расшифровка авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; расшифровку краткосрочных финансовых вложений; расшифровку кредиторской и дебиторской задолженности с указанием почтовых адресов контрагентов и даты их возникновения; договоры, соглашения, контракты, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами за весь период деятельности, но не менее чем за три последних года; документы, свидетельствующие о выполнении или невыполнении ООО «Деливери» денежных обязательств перед контрагентами, бюджетом и внебюджетными фондами.

Из ответа службы судебных приставов о завершении исполнительного производства и объяснений ФИО1, имеющихся в материалах исполнительного производства, судом сделан вывод, что ФИО1 передала учредительные документы (свидетельства о регистрации общества, устав, протоколы собраний и др.), а также паспорта и свидетельства о регистрации транспортных средств в количестве 11 штук.

Однако документы по сделкам ООО «Деливери» ФИО1 не передала ни приставам, ни конкурсному управляющему, так же как и не передала документы, указанные в пунктах 1, 2, 3, 4, 7, 9 и 11 исполнительного документа, в связи с этим отсутствуют основания для признания надлежащим образом исполненной обязанности по передаче первичной бухгалтерской документации.

Материалами исполнительного производства опровергается довод ФИО1 о том, что коробки с документами были переданы ею в ходе исполнительного производства.

Кроме того, согласно сведениям, представленным директором ФИО1 в налоговый орган, показатели бухгалтерских балансов свидетельствуют о выбытии основных средств из собственности ООО «Деливери» за 3 года на 47 971 тыс. рублей, однако, документы по совершению сделок по отчуждению имущества (в целях возможного оспаривания в процедуре конкурсного производства) ФИО1 не передала конкурсному управляющему, что лишило кредиторов права на получение удовлетворения своих требований за счет стоимости имущества.

Результатом деятельности ООО «Деливери» по итогам 2014 года явился убыток в размере 28 942 тыс. рублей (29 633 тыс. рублей из бухгалтерской отчетности за 2016 год), а по итогам 2015 года – убыток в размере 59 704 тыс. рублей (55 395 тыс. рублей из бухгалтерской отчетности за 2016 год).

При этом стоимость основных средств ООО «Деливери» составила 30 004 тыс. рублей, что не позволяло покрыть убыток в размере 59 704 (55 395) тыс. рублей. Таким образом, уже по итогам деятельности 2015 года ООО «Деливери» отвечало признакам убыточности.

По итогам за 2015 года у ООО «Деливери» по строке дебиторская задолженность значилась сумма 37 014 тыс. рублей, а по итогам 2016 года – 33 332 тыс. рублей, а по строке финансовые вложения – 65 917 тыс. рублей.

Однако, как верно указано судом, при отсутствии первичной документации невозможно провести работу по взысканию дебиторской задолженности.

Бухгалтерская отчетность за период 2014 – 2015 год подписывалась ФИО1

Как верно отмечено судами, ФИО1 документы или объяснения о составе запасов, дебиторской задолженности, финансовых и оборотных активов не представила, при этом, учитывая, что директором ФИО1 являлась на протяжении длительного времени (с 05.05.2014), отсутствуют основания полагать о том, что данные сведения и информация ей неизвестны.

ФИО1 не представила достоверные доказательства, подтверждающие, что основные средства должника на сумму 30 004 тыс. рублей, запасы на сумму 852 тыс. рублей, дебиторская задолженность в сумме 37 773 тыс. рублей списаны или уничтожены; не представила разумные объяснения причин, по которым отсутствуют документы в отношении фактических запасов и основных средств общества.

Как верно установлено судами, в период наличия признаков несостоятельности заемщика ФИО1 в нарушение интересов должника и его кредиторов перечислила денежные средства аффилированному лицу, чем лишила конкурсных кредиторов возможности получить удовлетворение своих требований и увеличила заведомо невозможную к взысканию дебиторскую задолженность на 53 млн рублей. Отсутствие первичной документации не позволило принять меры к анализу сделки должника.

Таким образом, неисполнение ответчиком обязанности по передаче документации должника препятствует формированию конкурсной массы, в том числе анализу сделок должника, что затрагивает интересы конкурсных кредиторов и должника.

Ответчик также привлечен к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Исходя из анализа требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что по итогам деятельности за 2015 год ООО «Деливери» отвечало признакам неплатежеспособности.

Суды пришли к выводу, что заявление уполномоченного органа о признании ООО «Деливери» несостоятельным (банкротом) принято судом 09.12.2016, поэтому за период с 01.02.2016 (самая поздняя дата, когда ФИО1 должна была обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом)) по 09.12.2016 сумма обязательств должника будет составлять размер субсидиарной ответственности.

С данными выводами судов суд кассационной инстанции не согласен ввиду следующего.

При определении момента возникновения обязанности по подаче заявления суд первой инстанции не учел период, когда руководителю и учредителю должника должно было стать известно о наличии признаков банкротства у управляемого ими общества.

В соответствие с частью 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно части 8 статьи 13 Закона о бухгалтерском учете бухгалтерская (финансовая) отчетность считается составленной после подписания ее экземпляра на бумажном носителе руководителем субъекта, осуществляющего экономическую деятельность.

По смыслу подпункта 5 пункта 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации годовую бухгалтерскую отчетность за 2015 год организации обязаны были представить не позднее 31 марта 2016 года.

Из указанных положений закона следует, что руководитель должника не мог установить наличие обязанности по обращению в суд с заявлением о признании подконтрольного ему ООО «Деливери» банкротом ранее 31.03.2016.

Соответственно, обязанность по подаче заявления возникла с 01.05.2016.

Как установлено судом, дело о банкротстве возбуждено 09.12.2016.

Исходя из принципов возмещения убытков, суд кассационной инстанции полагает необходимым указать, что для целей определения размера субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании общества банкротом учитываются обязательства, возникшие после даты возникновения обязанности по подаче заявления (01.05.2016) и до даты возбуждения дела (09.12.2016).

Таким образом, судами правомерно удовлетворено заявление конкурсного управляющего в части признания наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В части определения размера субсидиарной ответственности суд производство по заявлению приостановил до окончания расчетов с кредиторами, поскольку в настоящее время окончательный размер субсидиарной ответственности невозможно установить, расчеты с кредиторами не произведены, возможно увеличение размера текущей задолженности.

Довод ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности обоснованно отклонен судами ввиду следующего.

Срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является материальной нормой права и определяется в соответствии с федеральным законодательством, действующим на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

Как указано ранее, конкурсный управляющий связывает основания привлечения к субсидиарной ответственности с действиями ФИО1, совершенными в 2016 году (неподача заявления о банкротстве), соответственно, применению подлежат положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ. В 2017 году с момента признания должника банкротом 25.07.2017 возникла обязанность по передаче документов должника, соответственно, применению подлежат положения Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Из названной нормы права, содержащейся в абзаце четвертом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), следует необходимость применения двух сроков исковой давности:

– субъективного, продолжительностью в 1 год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности;

– объективного, продолжительностью в 3 года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

Как верно указано судами, для рассмотрения вопроса об истечении срока исковой давности ключевое значение имеет не дата совершения действий, а момент, с которого лицу, обратившемуся с заявлением, стало известно о нарушенном праве.

Судами сделан обоснованный вывод, что сам по себе факт признания должника банкротом не свидетельствует о том, что в указанную дату управляющий узнал о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по вменяемым ему эпизодам.

При таких обстоятельствах, довод ответчика о пропуске срока исковой давности судами отклонен.

В отношении срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документов суд первой инстанции исходил из того, что обязанность по передаче документов возникла у ФИО1 25.07.2017. Поскольку документы в добровольном порядке не переданы, конкурсным управляющим приняты меры для принудительного истребования документов, в связи с чем возбуждено исполнительное производство, которое окончено 25.09.2019. Таким образом, о непередаче документов конкурсный управляющий мог узнать с указанной даты – когда документы не были переданы даже во исполнение судебного акта.

С заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился 15.11.2019, при этом трехлетний срок с момента признания должника банкротом истек 25.07.2020, Таким образом, судами сделан верный вывод, что срок исковой давности заявителем не пропущен.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда округа не имеется.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта суды норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 АПК РФ, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.09.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2021 по делу № А53-33397/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


ПредседательствующийИ.М. Денека

Судьи Е.В. АндрееваА.В. Гиданкина