Решение от 3 февраля 2020 г. по делу № А56-50086/2019

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-50086/2019
03 февраля 2020 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 03 февраля 2020 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Нестерова С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

ИП ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

к ИП ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

третье лицо: Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент) (адрес: 123995 <...>, ИНН: <***>)

о признании сделки недействительной

при участии

от истца: ФИО4 – по доверенности от 23.04.2019;

от ответчика: ФИО5 – по доверенности от 19.07.2019, ФИО6 – по доверенности от 14.05.2019;

от третьего лица: не явился, извещен;

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик, ИП ФИО3) о признании одностороннего отказа индивидуального предпринимателя ФИО3 от договора коммерческой концессии № 3/01 от 01.01.2017 (письмо от 25.02.2019 за исх. № 04) недействительным и признании договора коммерческой концессии № 3/01 от 01.01.2017, заключенного между сторонами, действующим.

Определением суда от 07.05.2019 исковое заявление принято к производству, судебное разбирательство назначено на 27.06.2019, которое определениями от 27.06.2019, от 15.08.2019, от 10.10.2019, от 21.11.2019 было отложено на 16.01.2020, в том числе в связи с привлечением к участию в деле третьего лиц - Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатент).

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, назначенного на 16.01.2020, не обеспечило явку своего представителя в судебное заседание, что в свою очередь в силу части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика возражал относительно удовлетворения исковых требований по мотивам, изложенным в отзыве.

По существу заявленных требований суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 01.01.2017 между истцом (пользователь) и ответчиком (правообладателем) заключен договор коммерческой концессии № 3/01 (далее – договор), по условиям которого правообладатель настоящим предоставляет пользователю за вознаграждения на срок, предусмотренный настоящим договором, право использовать товарные знаки и секрет производства в пределах предоставляемых прав на территории в строгом соответствии со стандартами качества. Пользователь не вправе предоставлять право использования товарных знаков и секрета производства третьим лицам.

Пунктом 1.1.2 договора предусмотрено, что к товарным знакам, право использования, которых передано ИП ФИО7, относятся товарные знаки «Север-Метрополь», зарегистрированные в отношении соответствующих товаров и услуг по Международному классификатору товаров и услуг.

В силу пунктов 2.2, 2.3 договора пользователь обязуется строго соблюдать инструкции и указания правообладателя на всех уровнях организации КАФЕ: дизайн интерьера, атмосфера, реализация кондитерских продуктов определённого правообладателем производителя, методики общения с клиентом, техники продаж. Перечень стандартов оформляется в виде Приложения №3 (Руководство по фирменному стилю). Пользователь обязан согласовать с правообладателем внутреннее и внешнее оформление КАФЕ. Пользователь обязан соблюдать инструкции и указания правообладателя, направленные на обеспечение соответствия услуг стандартам качества.

Согласно пункту 2.9 договора пользователь обязался закупать товары, маркированные товарным знаком только у производителя этих товаров, указанного правообладателем, при соблюдении следующего условия:

- 100% ассортимента реализуемых кондитерских товаров, кулинарии, полуфабрикатов, должны быть произведены Обществом с ограниченной ответственностью «Север-Метрополь».

В соответствии с пунктом 2.10 договора правообладатель гарантирует пользователю, что в рамках пункта 2.9 договора, указанный правообладателем производитель товаров устанавливает для пользователя специальные цены, утвержденные правообладателем для франчайзинговой сети, включающей кафе.

Пунктами 6.1, 6.2 договора установлено, что договор вступает в силу с даты его подписания сторонами и заключен на срок до 01.03.2020.

Пунктом 3.1 договора установлено, что правообладатель осуществляет руководство и контроль за выполнением пользователем обязательств по соответствию качества услуг стандартам качества и нормам законодательства Российской Федерации, а также использования пользователем товарных знаков и секрета производства в порядке, установленном договором, не реже 1 (одного) раза в месяц.

В силу пункта 3.3 договора при получении от правообладателя обоснованных претензий по результатам проверки, пользователь обязан незамедлительно устранить выявленные нарушения.

Согласно пункту 2.15 договора правообладатель вправе в одностороннем порядке расторгнуть договор и взыскать с пользователя причиненные им прямые и косвенные убытки при неисполнении им обязанностей по договору, зафиксированном систематическом несоблюдении стандартов качества, указанных в Приложении №6.

В соответствии с пунктом 6.4 договора правообладатель вправе расторгнуть договор досрочно в одностороннем порядке на основании пунктов 2.15-2.16 договора при условии письменного уведомления пользователя за 30 календарных дней до даты подачи заявления о прекращении предоставляемых прав в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

В силу пунктов 7.2, 7.3 договора любые уведомления или запросы в отношении настоящего договора должны быть оформлены в письменной форме и направляются одной стороне другой стороне. Уведомления направляются заказной либо курьерской почтой. Любая из сторон может изменить свой адрес для направления уведомлений или запросов, отправив соответствующее уведомление другой стороне, однако до получения уведомления об изменении адреса все уведомления или запросы, направленные по адресу, указанному ниже, считаются действительными и полученными. Надлежащие лица и адреса для уведомлений приведены в Приложении №9.

Так, в обоснование исковых требований истец указал, что 01.02.2019 в принадлежащих ИП ФИО7 кафе-кондитерских, расположенных по адресам: <...> представителями ИП ФИО3 проведены проверки использования товарных знаков и секрета производства в рамках договора, по результатам которых были выявлены нарушения, которые истец впоследствии устранил, направив 19.02.2019 в адрес ответчика акты об устранении выявленных нарушений использования товарных знаков и секрета производства.

В свою очередь ответчик 25.02.2019 письмом за Исх. № 4 уведомил истца о расторжении договора в одностороннем порядке на основании пунктов 2.15, 2.16, 6.4, 6.5 договора, в ответ на которое истец письмом от 25.02.2019 повторно направил в адрес ответчика акты об устранении выявленных нарушений использования товарных знаков и секрета производства, однако, ответчик от своего уведомления о расторжении договора в одностороннем порядке не отказался.

Полагая, что заявленный ответчиком односторонний отказ от договора коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01, выраженный в письме от 25.02.2019 за Исх.№04, является недействительным, истец обратился с соответствующим иском в арбитражный суд.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства, суд находит требования истца обоснованными и подлежащим удовлетворению на основании следующего.

Пунктами 1, 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Согласно пункту 1 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 1037 ГК РФ правообладатель вправе отказаться от исполнения договора коммерческой концессии полностью или частично в случае: нарушения пользователем условий договора о качестве производимых товаров, выполняемых работ, оказываемых услуг; грубого нарушения пользователем инструкций и указаний правообладателя, направленных на обеспечение соответствия условиям договора характера, способов и условий использования предоставленного комплекса исключительных прав; нарушения пользователем обязанности выплатить правообладателю вознаграждение в установленный договором срок.

Односторонний отказ правообладателя от исполнения договора возможен в случае, если пользователь после направления ему правообладателем письменного требования об устранении нарушения не устранил его в разумный срок или вновь совершил такое нарушение в течение одного года с даты направления ему указанного требования.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указано выше, согласно пункту 2.15 договора ответчик был вправе в одностороннем порядке расторгнуть договор при неисполнении им обязанностей по договору, зафиксированном систематическом несоблюдении стандартов качества, указанных в Приложении №6.

Следовательно, в силу вышеназванных положений законодательства и условий заключенного между сторонами договора в рамках настоящего дела истцу надлежало доказать отсутствие с его стороны факта неисполнения им обязанностей по договору, а также отсутствие факта зафиксированного систематического несоблюдения стандартов качества, указанных в Приложении №6, а ответчику соответственно – обратное.

При этом, как следует из материалов дела, до 01.02.2019 каких-либо претензий в части нарушений условий договора, равно как и в части несоблюдения стандартов качества, указанных в Приложении №6, ответчиком в адрес истца не направлялось.

Направляя в адрес истца односторонний отказ от договора коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01, выраженный в письме от 25.02.2019 за Исх.№04, на какие-либо иные нарушения использования товарных знаков, секрета производства или стандартов качества со стороны истца, кроме как на нарушения, выявленные 01.02.2019, ИП ФИО3 также не ссылалась.

Кроме того, 19.02.2019 и 25.02.2019 истец направил в адрес ответчика акты об устранении выявленных 01.02.2019 нарушений использования товарных знаков и секрета производства, что подтверждается представленными в материалы дела почтовыми квитанциями и описями вложения в ценные письма от 19.02.2019 и от 25.02.2019, а также сопроводительным письмом истца от 25.02.2019.

При таких обстоятельства, вопреки позиции ответчика суд приходит к выводу об отсутствии со стороны истца систематического несоблюдения стандартов качества, установленных договором, и соответственно об отсутствии и ИП ФИО3 оснований для одностороннего отказа от договора коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01 по состоянию на 25.02.2019.

Доводы ответчика об обратном и о на наличие со стороны ИП ФИО2 нарушений стандартов качества, установленных договором, со ссылкой на акты проверок в кондитерских истца от 24.01.2019 и от 29.01.2019, отклоняются судом как несостоятельные, поскольку доказательств направления соответствующих актов проверок в адрес истца ответчиком в нарушение положений пунктов 7.2, 7.3 договора и пункта 1.1 статьи 1037 ГК РФ в материалы дела не представлено, в то время как истец отрицает факт их получения, равно как и сам факт проведения соответствующих проверок.

В свою очередь ссылки ответчика на нотариальные протоколы допросов свидетелей от 15.10.2019 – бывшего администратора соответствующей кондитерской истца ФИО8 и заместителя руководителя службы франчайзенга ответчика ФИО9 как на доказательства передачи спорных актов проверок от 24.01.2019 и от 29.01.2019 заместителю ИП ФИО2 не могут быть приняты судом во внимание, так как соответствующие протоколы допросов свидетелей от 15.10.2019 были получены истцом в период рассмотрения спора судом и без извещения истца о совершении соответствующей действий в отсутствие на то оснований, предусмотренных статьёй 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным судом Российской Федерации 11.02.1993 № 4462-1, то есть с нарушением означенного нормативного правового акта.

С учетом того, что доказательств направления актов проверок от 24.01.2019 и от 29.01.2019 в адрес истца ответчиком в нарушение положений пунктов 7.2, 7.3 договора и пункта 1.1 статьи 1037 ГК РФ в материалы дела не представлено, а истец отрицает факт их получения, равно как и сам факт проведения соответствующих проверок, критически относится суд и к самим актам проверок в кондитерских истца от 24.01.2019 и от 29.01.2019, в том числе в части их содержания, поскольку, как указано истцом и подтверждается материалами дела, бывший администратор кондитерской истца ФИО8 уже 05.02.2019 прекратила трудовые отношения с ИП ФИО2, в настоящее время фактически является конкурентом истца и контрагентом ответчика, что подтверждается представленными в материалы дела фотоматериалами и кассовыми чеками ИП ФИО8, а потому не признает их относимыми, допустимыми и соответственно надлежащими доказательствами факта нарушения ИП ФИО2 условий заключенного с ответчиком договора в январе 2019 года.

Более того, даже если бы факт нарушения ИП ФИО2 условий заключенного с ответчиком договора в январе 2019 года имел место быть, то указанные обстоятельства подтверждали бы лишь повторное совершение истцом 01.02.2019 соответствующих нарушений использования товарных знаков, секрета производства или стандартов качества, а не о систематическое несоблюдение им соответствующих условий договора, что также свидетельствует об отсутствии ИП ФИО3 оснований для одностороннего отказа от договора коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01 по состоянию на 25.02.2019.

При этом доводы ответчика об обратном со ссылками на односторонние акты проверок кондитерских истца в марте 2019 года не могут быть приняты судом во внимание, поскольку к моменту их совершения ИП ФИО3 уже отказалась в одностороннем порядке от договора коммерческой концессии, а потому они не имеют правового значения для настоящего спора, в рамках которого истец оспаривает односторонний отказ ответчика от договора, выраженный в письме от 25.02.2019 за Исх.№04.

Следует также отметить, что в силу пункта 4 статьи 450.1 ГК РФ сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

В данном случае, принимая во внимание вышеназванные обстоятельства, а также тот факт, что еще до расторжения договора с истцом ответчик принял меры по открытию в непосредственной близости с кондитерскими истца аналогичных кафе, что подтверждается представленными в материалы дела фотоматериалами, письмами истца в адрес ответчика и не оспаривается ответчиком, такая цель в действиях ответчика усматривается, в связи с чем суд приходит к выводу о несоблюдении ИП ФИО3 при расторжении договора с истцом положений пункта 4 статьи 450.1 ГК РФ, что с учетом вышеприведенных разъяснений и норм действующего законодательства также является самостоятельным основанием для удовлетворения требований ИП ФИО2

На основании изложенного, требования истца следует признать обоснованными, правомерными и подлежащими удовлетворению, в том числе и в части признания договора коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01 действующим, с учетом положений пункта 6.2 последнего и отсутствия в материалах дела доказательств его правомерного расторжения сторонами.

В связи с удовлетворением исковых требований в полном объеме и в соответствии со статьёй 110 АПК РФ судебные расходы истца по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в размере 6 000 руб. 00 коп., так как истцом фактически заявлены не самостоятельные, а взаимосвязанные требований, подлежат взысканию с ответчика, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер в размере 3 000 руб. 00 коп. относятся на истца ввиду отказа в удовлетворении соответствующего заявления, 6 000 руб. 00 коп. излишне уплаченной истцом при подаче иска государственной пошлины, подлежат возврату плательщику из федерального бюджета на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск удовлетворить.

Признать односторонний отказ индивидуального предпринимателя ФИО3 от договора коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01, выраженный в письме от 25.02.2019 за Исх.№04, недействительным.

Признать договор коммерческой концессии от 01.01.2017 №3/01, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО2, действующим.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 6 000 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 из федерального бюджета 6 000 руб. 00 коп. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению от 11.04.2019 №2143.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его изготовления в полном объеме.

Судья С. А. Нестеров