Решение от 31 августа 2025 г. по делу № А65-8782/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru

тел. <***>


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                    Дело №А65-8782/2025


Дата принятия решения – 01 сентября 2025 года

Дата объявления резолютивной части – 18 августа 2025 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Мугинова Б.Ф., при  ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Вахитовой К.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Уфа, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к  Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о запрете использовать обозначение «МУРАВЕЙ» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами),

при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>),

с участием:

представителя ответчика – ФИО4 по доверенности от 25.06.2025,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1, г.Уфа (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Нижнекамск (далее - ответчик) о запрете использовать обозначение «МУРАВЕЙ» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2025 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2025 дело назначено к судебному разбирательству, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ИП ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2025 судебное заседание отложено.

Истец и третье лицо в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие на основании чч.3,5 ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал по существу исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд приходит к выводу об отказе удовлетворения исковых требований.

Истец является правообладателем товарного знака (знака обслуживания) «МУРАВЕЙ» по свидетельству Российской Федерации № 543558, зарегистрированного 26.03.2001 с приоритетом от 29.11.1999 в отношении услуг 42 класса МКТУ «реализация товаров».

Исковые требования мотивированы тем, что 21.02.2025 истец провел закупку товара в магазине, находящемся по адресу <...>, которая показала, что ответчик использует обозначение «МУРАВЕЙ» для индивидуализации услуг данного магазина на вывеске использует обозначение «МУРАВЕЙ», имеет высокую степень сходства с защищаемыми товарными знаками «МУРАВЕЙ» по свидетельству №543558.

Ссылаясь на отсутствие у ответчика разрешения на использование упомянутого знака обслуживания, а также на то, что его действия по использованию сходного с данными знаками обозначения для индивидуализации магазина нарушают исключительные права на этот знак, предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с настоящим исковым заявлением.

В силу ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Пунктом 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу ст. 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (ст. 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно положениям п. 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1538 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, в частности, осуществляющие предпринимательскую деятельность, могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий (статья 132 Гражданского кодекса Российской Федерации) коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1539 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладателю принадлежит исключительное право использования коммерческого обозначения в качестве средства индивидуализации принадлежащего ему предприятия любым не противоречащим закону способом (исключительное право на коммерческое обозначение), в том числе путем указания коммерческого обозначения на вывесках, бланках, в счетах и на иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет", если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Таким образом, с учетом положений ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, товарный знак, фирменное наименование и коммерческое обозначение являются самостоятельными результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Оценивая сходство спорных обозначений, суд руководствуется положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, а также нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации".

В используемом ответчиком для индивидуализации магазина обозначении со словесным элементом «Муравей», который применительно к спорному знаку обслуживания является единственным.

Наличие в сравниваемых обозначениях словесного элемента, обладающего сходством, близким к тождеству, и к тому же образующего серию знаков обслуживания, свидетельствует о том, что определенная степень сходства сравниваемых обозначений имеется.

При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, но и различительная способность защищаемого товарного знака, а также степень однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров (при идентичности товаров, а также при их однородности, близкой к идентичности, больше вероятность смешения обозначений, используемых для индивидуализации товаров (услуг)), а также и иные факторы, в том числе используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительность и объем использования товарного знака правообладателем (определения Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2017 № 300-КГ17-12018, от 05.12.2017 № 300-КГ17-12021 и от 05.12.2017 № 300-КГ17-12023), степень известности, узнаваемости товарного знака (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 2979/06).

Из видеозаписи следует, что ответчиком в оформлении магазина используется наименование «Муравей», которое графически и визуально тождественно с товарным знаком правообладателя «Муравей», в магазине у ответчика осуществляется продажа товаров.

Оценивая наличие сходства между товарными знаками истца и обозначением ответчика, суд отмечает следующее:

- при оценке тождественности или сходства до степени смешения между сравниваемыми обозначением и товарным знаком суд руководствуется не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными Правилами № 482, методологическими подходами правоприменительной практики, изложенными в Руководстве по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 N 128 (далее - Руководство № 128);

- при анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемого товарного знака.

В используемом ответчиком для индивидуализации магазина обозначении использован словесный элемент «Муравей», который применительно к спорному знаку обслуживания является единственным.

В соответствии с пунктом 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Согласно разъяснению, данному в пункте 162 постановления № 10, однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Аналогичные положения применяют при оценке однородности услуг.

Товарный знак истца зарегистрирован, в том числе, в отношении 42 класса МКТУ (реализация товаров).

Ответчиком в рассматриваемой торговой точке осуществляется реализация товаров сантехнических, что соотносится с 42-ым классом МКТУ.

Таким образом, однородность деятельность, осуществляемой ответчиком, и класс МКТУ (42-й класс), в отношении которого зарегистрирован товарный знак истца, следует считать установленной.

Как разъяснено в пункте 162 постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на принадлежащие ему товарные знаки (знаки обслуживания).

В материалы дела истцом представлены доказательства, что ответчик своими действиями нарушил исключительные права на спорный товарный знак, следовательно, совокупность необходимых условий для установления факта нарушения ответчиком исключительных имущественных прав истца на товарный знак установлена.

Использование товарного знака не самим правообладателем, а иным лицом, с которым правообладателем заключен лицензионный договор, на основании положений статьи 1486 ГК РФ является правомерным способом использования товарного знака (знака обслуживания).

Сославшись на пункт 154 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. №10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", ответчик указывает на недобросовестность Истца в связи с неиспользованием защищаемого товарного знака самим истцом.

Между тем, в абзаце 4 пункта 154 Постановления №10 указано, что неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Ссылаясь на наличие оснований для отказа в иске на основании статьи 10 ГК РФ, ответчик не ссылается на какие-либо доказательства, из которых бы следовало то, что истец злоупотребил правом по отношению к ответчику.

Как указано в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 20.09.2021 по делу №СИП-876/2020, недобросовестность конкретного лица устанавливается в конкретных действиях этого лица, совершенных в адрес другого конкретного лица, а эта недобросовестность должна быть доказана лицом, о ней заявляющим.

Следует отметить, что, как следует из выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 11.07.2017, а как следует из приложенных к иску по настоящему делу сведений в отношении защищаемого товарного знака, исключительное право на защищаемый товарный знак перешло к истцу 25.05.2015.

Согласно правовой позиции президиума Суда по интеллектуальным правам, отраженной в его постановлении от 20.05.2019 по делу №СИП-527/2018, сам по себе факт создания (регистрации) ответчика позже даты подачи истцом заявки на регистрацию спорного товарного знака является достаточным основанием для вывода о том, что, подавая такую заявку, истец не мог иметь недобросовестной цели (намерений) по отношению к ответчику.

В постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 27.05.2024 по делу №СИП-894/2023 обращено внимание, что истец не мог на стадии подачи заявки на регистрацию спорного товарного знака преследовать недобросовестную цель по отношению к предпринимателю, которого на этот момент еще в ЕГРИП не имелось..


Поскольку в ходе рассмотрения настоящего дела судом установлен факт использования ответчиком в обозначении «Муравей» товарного знака истца по свидетельству №543558, у ответчика отсутствуют правовые основания такого использования, то суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований.

Между тем, ответчиком в отзыве указано, что использование обозначения «МУРАВЕЙ» прекращено, нарушение устранено, поскольку демонтирована вывеска с фасада здания, находящего по адресу: <...>, в качестве подтверждения ответчиком представлены фотографии внешнего вида фасада здания, а также данное наименование в чеках ответчика более не используется.

Доказательства, опровергающие заявленные ответчиком доводы, истцом не представлены, какие-либо возражения в данной части не заявлены.

Исходя из изложенного, правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

При этом доводы ответчика о том, что она не является собственником спорной вывески и указание на магазин сантехники «Муравей» в чеках использует лишь для ориентирования покупателей по месту фактического осуществления деятельности, арбитражным судом во внимание не могут быть приняты, поскольку осуществляя предпринимательскую деятельность на свой риск (п.1 ст.2  ГК РФ) ответчик самостоятельно принял решение об использовании спорного обозначения в чеках, имея при этом объективную возможность данное действие не совершать.

По смыслу норм статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины разрешается арбитражным судом по итогам рассмотрения дела, независимо от того, заявлено ли перед судом ходатайство о его разрешении.

Учитывая, что исковые требования фактически были направлены на прекращение дальнейшего нарушения исключительных прав и ответчиком исковые требования добровольно удовлетворены после обращения с иском в арбитражный суд (доказательства, свидетельствующие об устранении нарушений до подачи иска, не представлены),  в соответствии с ч.1 ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на уплату государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2, г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Уфа, (ОГРН <***>, ИНН <***>) расходы на уплату государственной пошлины в размере 15 000 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья                                                                                                           Б.Ф. Мугинов