Решение от 28 января 2021 г. по делу № А29-499/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А29-499/2020
28 января 2021 года
г. Сыктывкар



Резолютивная часть решения объявлена 21 января 2021 года, полный текст решения изготовлен 28 января 2021 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Шевелёвой А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Инженерные системы и решения» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к ФИО2 (ИНН: <***>),

ФИО3 (ИНН: <***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности, при участии представителей:

от истца: ФИО4 по доверенности от 12.03.2018 № 1,

от ответчика– ФИО2: ФИО5 по доверенности от 10.08.2018,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Инженерные системы и решения» (далее – ООО «ИСИР», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми к ФИО2 и ФИО3 (далее – ответчики) с иском о привлечении их к субсидиарной ответственности и взыскании с них солидарно 808 467 руб. 61 коп. задолженности.

ФИО2 в заявлении от 15.07.2020 возражает относительно исковых требований, указал, что согласно положениям пункта 5 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127–ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ) с заявлением о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности можно обратиться в течение трех лет с момента, когда заявитель узнал или должен был узнать об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, в связи с чем, считает, что срок исковой давности по рассматриваемому требованию истек 30.01.2018, в то время как с иском в суд ООО «ИСИР» обратилось 23.01.2020, то есть за пределами срока исковой давности, в связи с чем просит применить положения, установленные пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО3 06.09.2020 представил в материалы дела отзыв на исковое заявление, в котором указал, что задолженность ООО «ТСТ» перед истцом возникла в период руководства ФИО2, в связи с чем, считает себя ненадлежащим ответчиком, просил в требованиях к нему отказать, сообщил, что после назначения директором ООО «ТСТ» финансово-хозяйственную деятельность не вел, не совершил ни одной сделки, не подписывал ни одного договора, не имел доступа к расчетному счету общества, обратил внимание, что предыдущим руководителем ООО «ТСТ» - ФИО2 бухгалтерская и иная документация, печати, штампы, материальные и иные ценности общества ФИО3 не переданы, ввиду чего определить финансовое состояния ООО «ТСТ» не представлялось возможным, указал, что задолженность ООО «ТСТ» перед ООО «ИСИР» возникла до его назначения на должность директора, а именно в период руководства компанией ФИО2, таким образом, его действия (бездействия) не привели и не могли привести к возникновению кредиторской задолженности, а также ущерба для истца, так как задолженность перед ООО «ИСИР» возникла вследствие действий ФИО2, считает себя ненадлежащим ответчиком по данному делу, в связи с чем в удовлетворении исковых требований просит отказать. Также ответчик указал, что задолженность ООО «ТСТ» перед истцом возникла в 2013-2015 годах, то есть до вступления в законную силу положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), поэтому отсутствуют основания для применения данных положений норм права к ответчику, считает, что истцом не доказана недобросовестность и неразумность его действий.

ФИО2 в отзыве на иск от 04.09.2020 доводы истца относительно неразумности и недобросовестности поведения ФИО2, которое привело к исключению ООО «ТСТ» из ЕГРЮЛ при наличии задолженности перед истцом, полагает несостоятельными, так как на момент исключения ООО «ТСТ» ФИО2 не являлся руководителем и участником указанного общества, считает, что к данному делу на применимы положения статьи 61.12 Закона № 127-ФЗ, на которые ссылается истец в исковом заявлении, так как в отношении ООО «ТСТ» не проводились процедуры банкротства, и его ликвидация была осуществлена в ином порядке, в дополнения к отзыву от 06.09.2020 ответчик считает, что отдельные нормы права, на которых истец основывает свои требования, не подлежат применению, в связи с тем, что спорные правоотношения сторон возникли до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, просит отказать в удовлетворении требований истца в полном объеме.

Истцом 02.12.2020 представлены возражения на ранее представленный ФИО2 отзыв на исковое заявление, в котором считает доводы ответчика об отсутствии в его действиях признаков недобросовестности по допущению исключения ООО «ТСТ» из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) ввиду того, что он не являлся руководителем указанного общества на момент исключения несостоятельными, поскольку, несмотря на то, что директором ООО «ТСТ» с 28.01.2016 являлся ФИО3, ФИО2 являлся единственным участником общества, контролирующим должника лицом, что следует также из отзыва ФИО3, который пояснил, что после назначения его директором ФИО3 не совершил ни одной сделки, не подписывал ни одного договора, не имел доступа к расчетному счету общества, также ФИО3 от ФИО2 не передавалась бухгалтерская отчетность, печати и материальные ценности. Также истец считает довод ФИО2 о пропуске истцом срока исковой давности несостоятельным, поскольку трехлетний срок исковой давности следует исчислять не ранее даты исключения ООО «ТСТ» из ЕГРЮЛ (13.02.2017), а по факту с более поздней даты – с момента, когда истец узнал об исключении данного общества из реестра (в 2019 году).

ФИО2 20.01.2021 в материалы дела представлены дополнения к отзыву на исковое заявление (л.д. 134-135, т. 2), в котором поддержал ранее изложенную им позицию в отзыве, также указал, что не имел намерений причинить ущерб истцу, вел свою предпринимательскую деятельность добросовестно, но в силу обстоятельств стал жертвой мошенников, в обоснование чего представил материалы проверки КУСП № 18730 от 27.07.202 в ОЭБ и ПК УМВД России по г. Тамбову.

Истцом 15.10.2020 и 20.01.2021 представлены ходатайства об истребовании у ответчика и налоговой инспекции по месту регистрации ООО «ТСТ»: сведений об открытых счетах общества за период с 01.01.2014 по 13.02.2017, бухгалтерских балансов за 2014-2017 годы.

Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении иска настаивает, ходатайство об истребовании доказательств поддержал.

Представитель ФИО2 возражает против удовлетворения исковых требований, удовлетворение ходатайства об истребовании документов оставил на усмотрение суда.

Рассмотрев ходатайство истца об истребовании доказательств, суд не находит оснований для его удовлетворения, считает его необоснованным и направленным на затягивание судебного разбирательства.

Корреспонденция суда, направленная ФИО3 по известным суду адресам, возвращена в суд органами почтовой связи без вручения адресату по причине истечения срока хранения.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

С учетом изложенного, ФИО3 считается надлежащим образом извещённым о рассмотрении дела.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассматривает спор в отсутствие ФИО3 по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, 08.02.2012 в ЕГРЮЛ зарегистрировано общество с ограниченной ответственностью «Технические системы и технологии» (далее - ООО «ТСТ»).

Директором ООО «ТСТ» с 28.01.2016 являлся ФИО3, учредителем (участником) общества являлся ФИО2 (до 28.01.2016 также директор общества).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2014 по делу № А76-20335/2014 с ООО «ТСТ» в пользу ООО «ИСИР» взыскан основной долг в размере 556 992 руб. 30 коп., неустойка в размере 120 867 руб. 32 коп., государственная пошлина в размере 15 298 руб. 39 коп., 20.01.2015 по делу выдан исполнительный лист.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 23.04.2015 по делу № А76-3090/2015 с ООО «ТСТ» в пользу ООО «ИСИР» взыскана задолженность по договору поставки в размере 114 863 руб. 68 коп., государственная пошлина в размере 4 445 руб. 92 коп., по делу выдан исполнительный лист 28.05.2015.

Исполнительные листы по данным делам направлены на исполнение в УФССП по Республике Коми, однако задолженность с ООО «ТСТ» не была взыскана.

13.02.2017 Инспекцией Федеральной налоговой службы по г. Сыктывкару в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о прекращении деятельности юридического лица - ООО «ТСТ» в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ.

Учитывая изложенное, истец полагает, что в связи с наличием неисполненных ООО «ТСТ» обязательств по исполнению вышеуказанных решений суда, учредитель и директор данного юридического лица – ФИО2 и ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании части 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Частями 1 - 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 данной статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как установлено частью 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Частью 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пунктом 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном данным Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 вышеуказанной статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (пункт 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Согласно части 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Таким образом, исходя из норм действующего законодательства лицом, имеющим право требовать возложения субсидиарной ответственности по обязательствам общества, исключенного из ЕГРЮЛ как недействующего, на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, является кредитор такого общества по неисполненному обязательству.

Судом установлено, что 13.02.2017 ООО «ТСТ» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

Таким образом, в настоящем случае имело место исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом № 129-ФЗ для недействующих юридических лиц, что влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства, а именно на лиц, которые контролировали должника и при этом действовали недобросовестно, может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам контролируемого должника.

Абзацем 2 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены условия возложения субсидиарной ответственности на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, такая ответственность возникает, в случае если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В предмет доказывания по настоящему спору, исходя из оснований иска, входит совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчика, возникновение негативных последствий на стороне истца в виде ущемления его материальных прав, причинно-следственная связь между действиями ответчика и нарушением материальной сферы истца.

Истец, полагая, что директор и учредитель общества ФИО2 и ФИО3, являясь лицами, уполномоченными выступать от имени ООО «ТСТ», действовали неразумно и недобросовестно при осуществлении своих прав, и их действия (бездействие) привели к исключению общества из ЕГРЮЛ, вследствие чего ответчики должны нести субсидиарную ответственность по непогашенным долгам ООО «ТСТ» перед истцом.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Вместе с тем, каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ФИО2 и ФИО3, повлекших неисполнение обязательств общества, истцом в материалы дела не представлено.

Кроме того, следует отметить, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с частью 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

При рассмотрении указанной категории дел предметом доказывания является установление того, что неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение его до банкротства.

Истцом доказательства того, что действия (бездействие) ответчиков привели к фактическому доведению до банкротства, не представлены. При этом, не доказано и наличие признаков банкротства у ООО «ТСТ» на момент исключения из ЕГРЮЛ.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Из выписки ЕГРЮЛ следует, что ООО «ТСТ» исключено из реестра на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ как недействующее юридическое лицо, при этом процедура прекращения по указанному основанию была инициирована налоговым органом.

В свою очередь, в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиками действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации ООО «ТСТ», либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа.

Также материалы дела не содержат доказательств того, что ООО «ТСТ» располагало необходимыми денежными средствами для исполнения решений суда, и ответчик уклонялся от погашения задолженности, распорядился активами общества в ущерб интересам его кредиторов.

Кроме того, истец не лишен возможности обратиться в налоговый орган с возражениями относительно исключения ООО «ТСТ» из ЕГРЮЛ, однако своим правом не воспользовался.

Наличие задолженности, не погашенной обществом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков в усугублении финансового положения организации, и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ к ответчикам по причине отсутствия причинно-следственной между действиями (бездействием) ответчиков, обстоятельствами исполнения обязательств по договорам поставки и наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на них в субсидиарном порядке.

Согласно статье 4 Федерального закона № 488-ФЗ от 28.12.2016 данный Федеральный закон, которым внесены изменения в статью 3 Закона № 14-ФЗ, вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Поскольку вышеназванный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации 29.12.2016, изменения в статью 3 Закона № 14-ФЗ, в части ее дополнения пунктом 3.1, вступили в силу 28.06.2017.

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе от 28.12.2012 № 488-ФЗ отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Закон № 14-ФЗ, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Из материалов дела следует, что обязательства ООО «ТСТ» перед истцом возникли в 2014-2015 годах.

Таким образом, предполагаемые истцом действия (бездействие) ответчиков по допущению просрочки исполнения принятых на себя обязательств, имели место до 28.06.2017, то есть до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, поэтому отсутствуют основания для применения указанных положений норм права к данным ответчикам.

Также истец полагает, что неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в установленный законом срок при наличии признаков неплатежеспособности у общества также доказывает наличие вины в причинении убытков истцу со стороны директора и учредителя общества.

Однако истцом не доказано наличие у ответчиков предусмотренной пунктом 2 статьи 9 Закона № 127-ФЗ обязанности обратиться с соответствующим заявлением в арбитражный суд. Материалы дела не содержат оснований для вывода о том, что именно принятие ответчиками мер к ликвидации общества через процедуру банкротства могло привести к погашению задолженности.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что при наличии задолженности ООО «ТСТ» перед ООО «ИСИР» последний сам был вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ТСТ» несостоятельным (банкротом). Однако истец своим правом не воспользовался.

Довод истца о необходимости применения статей 9, 10, 61.12 Закона № 127–ФЗ основан на неверном толковании норм права и отклоняется судом, поскольку указанные нормы подлежат применению в рамках рассмотрения дела о банкротстве юридического лица.

Возражая против заявленных исковых требований, ФИО2 ссылается на пропуск истцом исковой давности для обращения с заявлением о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

Представитель истца в судебном заседании сообщил, что узнал об исключении ООО «ТСТ» из реестра в 2019 году, также с учетом исключения общества из ЕГРЮЛ 13.02.2017 и обращения с иском в суд 23.01.2020, полагает, что срок исковой давности с данными требованиями им не пропущен.

Представитель ответчика в судебном заседании в обоснование заявленного ходатайства сослался на нормы законодательства о банкротстве.

Суд, рассмотрев ходатайство ответчика о пропуске исковой давности, считает его подлежащим отклонению, ранее судом указывалось, что нормы Закона № 127–ФЗ при рассмотрении данного дела не применяются.

На основании вышеизложенного, в удовлетворении исковых требований ООО «ИСИР» о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности надлежит отказать.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины в сумме 19 169 руб. относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 159, 167-171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства общества с ограниченной ответственностью «Инженерные системы и решения» об истребовании доказательств по делу отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инженерные системы и решения» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в доход федерального бюджета 19169 руб. государственной пошлины.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г. Киров) путем подачи жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления текста решения в полном объеме.

Судья А.В. Шевелёва