Решение от 3 марта 2018 г. по делу № А29-14481/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А29-14481/2017
03 марта 2018 года
г. Сыктывкар



Резолютивная часть решения объявлена 02 марта 2018 года,

решение в полном объёме изготовлено 03 марта 2018 года.


Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А.Е.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания

секретарём судебного заседания ФИО1

при участии:

ФИО2 — представителя истца

по доверенности от 03.04.2017 № 170403011,

ФИО3 — представителя ответчика

по доверенности от 10.01.2018 № 9-2639,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Инжиниринг»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к закрытому акционерному обществу «Тюменский производственный

научно-исследовательский институт по инженерным изысканиям в строительстве»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о взыскании договорной неустойки


и установил:

общество с ограниченной ответственностью «Лукойл-Инжиринг» (далее — Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу «Тюменский производственный научно-исследовательский институт по инженерным изысканиям в строительстве» (далее — Институт) о взыскании 7 602 740 рублей 40 копеек неустойки: 6 563 160 рублей за просрочку по первому этапу работ с 26.04.2016 по 17.11.2016, 731 600 рублей — по второму этапу с 16.06.2016 по 17.11.2016 и 307 980 рублей — по третьему этапу с 16.08.2016 по 03.05.2017 (с учётом уточнений, изложенных в заявлении от 04.12.2017 № 08/01/13/40 (т. 1, л.д. 152-153) и принятых судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исковое требование основано на пункте 7.8 договора подряда от 18.02.2016 № 15949/15У0207 и мотивировано тем, что ответчик нарушил сроки выполнения проектно-изыскательских работ по этапам I — III.

В отзыве (т. 1, л.д. 130 — 136), в письменных объяснениях (т. 2, л.д. 30 — 38) и в судебном заседании представитель ответчика иск не признал.

По мнению Института, задержка первого этапа работ имела место, однако в силу пункта 2.4 договора он не мог приступить к выполнению работ раньше, чем подписал договор (17.03.2016), поэтому неустойка по первому этапу может начисляться — с учётом согласованного сторонами календарного плана — не раньше 23.05.2016.

Период начисления неустойки по второму этапу работ не оспорен.

Требование неустойки за просрочку выполнения третьего этапа (согласование и утверждение градостроительного плана земельного участка) Институт отклонил, сославшись на то, что для утверждения проекта планировки и проекта межевания территории требовались документы от Общества, которые не были своевременно предоставлены, в связи с чем вина подрядчика в просрочке работ по третьему этапу отсутствует. Соответственно, исключается и возможность привлечения ответчика к имущественной ответственности.

Институт также ходатайствовал о снижении размера пеней по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс), обратив внимание суда на то, что работы выполнены, приняты и оплачены Обществом, а договорные условия об ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств подрядчиком более жёсткие, чем те, которые предусмотрены для заказчика (пункты 7.2 и 7.8 договора). Кроме того, генеральный заказчик (общество с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми») не предъявил подрядчику требований о возмещении убытков, хотя и вправе был сделать это (пункт 7.5 договора), следовательно, допущенная ответчиком просрочка не привела к нарушению прав и законных интересов.

В возражениях на отзыв от 15.01.2018 (т. 2, л.д. 23 — 26) и в судебном заседании истец поддержал уточнённые требования, отклонив со ссылкой на принцип свободы договора довод ответчика о необходимости сократить заявленный период просрочки по первому этапу, так как в силу пункта 12.1 договора соглашение распространяет своё действие на отношения, сложившиеся с момента получения уведомления о выигрыше в тендере.

Договор не возлагал на Общество никаких обязательств, неисполнение или несвоевременное исполнение которых не позволило бы Институту в установленный срок согласовать и утвердить градостроительный план земельного участка.

Начисленная неустойка соответствует условиям договора, доказательств её несоразмерности последствиям допущенной просрочки ответчик не представил.

При отсутствии возражений суд перешёл к судебному разбирательству (часть 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в ходе которого установлено следующее.

По итогам тендера Общество (заказчик) и Институт (подрядчик) заключили договор подряда на выполнение проектно-изыскательских работ от 18.02.2016 № 15949/15У0207 (т.1, л.д. 12 — 60).

Работы выполняются в несколько этапов. Так, согласно пункту 2.4 договора и календарному плану (приложение № 2),

- первый этап (предварительные топографические материалы, археологическое обследование и историко-культурная экспертиза, получение технических условий на пересечения; выполнение комплексных инженерных изысканий, включая экологические) должен быть реализован с момента подписания договора до 25.03.2016 (цена этапа — 1 350 000 рублей),

- второй (разработка градостроительного плана земельного участка) — с 01.04.2016 до 15.06.2016 (цена этапа — 200 000 рублей),

- третий (согласование и утверждение градостроительного плана земельного участка) — с 15.06.2016 до 15.08.2016 (цена этапа — 50 000 рублей).

Датой сдачи работ является дата фактического получения отчётных материалов заказчиком.

Предоставление результатов археологических исследований участка (разведки) размещения проектируемого объекта и историко-культурная экспертиза выполняется подрядчиком при необходимости (пункт 2.7 договора).

В пунктах 2.6 и 5.2.4 договора стороны условились, что получение разрешений от контролирующих органов на производство полевых работ осуществляется подрядчиком самостоятельно, за свой счёт. Перед началом работ подрядчик выполняет рекогносцировку на местности и согласовывает её результаты с заказчиком. В случае нарушения природоохранных норм, противопожарных и других разрывов, выявления других факторов, оказывающих влияние на получение отрицательного результата (невозможность отвода земельных участков, отрицательное заключение ГГЭ и т.д.) в течение трёх рабочих дней необходимо информировать заказчика, с проработкой соответствующих предложений.

Возможность и условия привлечения субподрядчиков оговорены сторонами в пунктах 5.2.10, 6.1 и 6.2 договора.

В силу пункта 3.4 договора осуществление заказчиком окончательного платежа по календарному плану каждого этапа не означает его отказ от всех претензий к подрядчику.

За нарушение сроков выполнения отдельных этапов работ, предусмотренных календарным планом, на срок не свыше десяти дней подрядчик уплачивает заказчику неустойку (пеню) в размере одного процента от договорной стоимости своевременно невыполненного этапа за каждый день задержки, при задержке свыше десяти дней — два процента (пункт 7.8).

Договор подряда подписан со стороны Общества 26.02.2016, со стороны Института — 17.03.2016.

Работы выполнены с просрочкой по всем трём этапам (акты сдачи-приёмки от 26.12.2016 № 275, от 20.12.2016 № 375 и от 31.05.2017 № 106: л.д. 139-140, 142).

Претензия от 02.12.2016 № П/01-4494 (т. 1, л.д. 61 — 63) об уплате договорной неустойки осталась без исполнения, что послужило Обществу основанием для обращения в суд с названным иском.

Объём и качество фактически выполненных работ в настоящем деле спорными не являются. К моменту вынесения настоящего решения все работы исполнены, приняты (работы по последнему этапу приняты по акту от 11.12.2017 № 312 — т. 2, л.д. 38) и оплачены.

При рассмотрении дела и оценке аргументов сторон суд исходил из следующего.

По общему правилу, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (статьи 309 и 310 Кодекса).

В соответствии со статьёй 758 Кодекса по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат, при этом оплата работ, в силу статьи 762 Кодекса, может производиться как полностью, так и частями (после завершения отдельных этапов).

К обязанностям подрядчика относится, в частности, выполнение работ в соответствии с заданием и иными исходными данными на проектирование и договором, а также согласование готовой технической документации с заказчиком, а при необходимости вместе с заказчиком — с компетентными государственными органами и органами местного самоуправления (статья 760 Кодекса).

К обязанностям заказчика в статье 762 Кодекса отнесены, кроме прочего, оказание содействия подрядчику в выполнении проектных и изыскательских работ в объёме и на условиях, предусмотренных в договоре, а также участие вместе с подрядчиком в согласовании готовой технической документации с соответствующими государственными органами и органами местного самоуправления.

На основании статьи 401 Кодекса лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несёт ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 Кодекса), в частности, если кредитор не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства (пункт 1 статьи 406 Кодекса).

Истолковав пункты 2.4 и 12.1 договора по правилам, предусмотренным в статье 431 Кодекса, а также с учётом мнений, изложенных на этот счёт представителями сторон в судебном заседании, суд согласился с доводом ответчика относительно того, что при отсутствии вины ответчика в подписании договора он был не вправе приступить к выполнению работ по первому этапу ранее 17.03.2016 — даты подписания им договора, соответственно, начало просрочки не может быть определено ранее 23.05.2016.

В дело не представлено доказательств того, что Институт затягивал подписание договора либо возвращение Обществу, поэтому суд сделал заключение об упречности действий заказчика как кредитора подрядчика и наличии смешанной вины. В этой ситуации вся ответственность за просрочку исполнения обязательства не может быть возложена на ответчика. Иное противоречило бы принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1 Кодекса), в силу которого кредитор должен учитывать интересы должника, даже если тот допустил нарушение обязательства.

Довод подрядчика об отсутствии его вины в срыве срока исполнения работ по третьему этапу отклонён судом, как несостоятельный.

Согласование и утверждение градостроительного плана земельного участка должно было быть осуществлено с 15.06.2016 по 15.08.2016.

В судебном заседании по ходатайству ответчика и с согласия истца к делу приобщён оригинал письма заместителя руководителя администрации муниципального образования городского округа «Усинск» от 12.01.2017 № 87 (ответ на письмо Института от 26.08.2016 № 2437), в котором сообщено, что для принятия положительного заключения необходимо представить решение о проведении оценки воздействия на окружающую среду в отношении планируемой хозяйственной и иной деятельности, которая может оказать прямое или косвенное воздействие на окружающую среду.

Данное доказательство, предоставленное самим ответчиком, оценено судом и признано удовлетворяющим критериям относимости, допустимости и достоверности (статьи 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В совокупности с иными письменными материалами и устными объяснениями представителей сторон это письмо с надлежащей достаточностью подтверждает тот факт, что Институт направил для согласования неполный комплект документов, причём уже за пределами срока, в течение которого, согласно календарному плану, должен был быть получен согласованный и утверждённый градостроительный план.

Являясь крупным проектантом и выступая на равных началах с иными участниками отношений, регулируемых гражданским законодательством, подрядчик, однако, не оценил обычные предпринимательские риски (абзац 3 пункта 1 статьи 2 Кодекса), связанные согласованием и утверждением проекта планировки и межевания, не воспользовался предусмотренным в договоре правом на привлечение субподрядчиков и не предложил заказчику пересмотреть срок окончания работ по соответствующему этапу (доказательства обратного отсутствуют), что привело к неисполнению обязательств, принятых в пунктах 2.6 и 5.2.4 договора и определённых в статье 760 Кодекса.

Доказательств того, что Общество не предоставило Институту какие-либо документы, необходимые для выполнения работ по третьему этапу, либо иным образом не исполнило договорные или законные обязательства, не имеется.

Обязательство может быть обеспечено неустойкой (пункт 1 статьи 329 и пункт 1 статьи 330 Кодекса).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (статья 333 Кодекса, пункт 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

С учётом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности в виде неустойки под соразмерностью её величины последствиям нарушения обязательства предполагается выплата кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Кодекса речь идёт не о праве суда, а по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причинённого в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

В настоящем деле предъявленная ко взысканию неустойка в размере 2 процентов за каждый день просрочки (то есть 720 процентов годовых) в 96 раз превышает ключевую ставку Центрального Банка Российской Федерации (на день вынесения решения — 7,5 процента годовых).

С отсутствием в договоре какого бы то ни было ограничения размера имущественной ответственности подрядчика (при условии, что размер ответственности заказчика, установленной в пункте 7.2 договора за просрочку оплаты, исчисляется от 1/360 действующей ставки рефинансирования и в любом случае не должен превышать десять процентов от суммы долга) нарушается баланс ответственности сторон, в результате чего начисленная неустойка (7 602 740 рублей 40 копеек) превысила цену договора (2 360 000 рублей) более чем в три раза.

Условие, заключённое в пункте 7.8 договора, вопреки доводам Общества, не может быть мотивировано принципом свободы договора, так как является несправедливым: в силу специфики деятельности и коммерческих интересов истца ответчик, без сомнения, был лишён возможности заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных, более выгодных для себя условиях (абзац 1 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Между тем отказ во взыскании неустойки либо её исчисление по однократной ставке рефинансирования (данный подход предложен в отзыве Института) в равной мере стимулировали бы должника к будущему неисполнению принятых обязательств и означали бы что лицо, не исполнившее своего обязательства, не претерпевает, по сути, никаких негативных последствий.

Довод ответчика об отсутствии претензий со стороны генерального заказчика несостоятелен, так как последний не лишён права предъявить их в будущем, а вероятный спор подрядчика с генеральным заказчиком в любом случае не освобождает Институт от ответственности перед истцом.

Руководствуясь дискреционными полномочиями, предусмотренными в статье 333 Кодекса, учитывая исполнение подрядчиком работ и действуя с целью безусловной реализации компенсаторной функции неустойки, суд признал аргументы ответчика о несоразмерности неустойки убедительными и пришёл к выводу, что размер имущественной ответственности должен быть определён с учётом периода просрочки (23.05.2016 — 03.05.2017) и двукратной учётной ставки Банка России (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, размер неустойки по пункту 7.8 договора (с 23.05.2016 по 03.05.2017) составит 6 710 660 рублей, с применением правила статьи 333 Кодекса — 178 139 рублей 19 копеек.

Если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 Кодекса на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения (абзац 3 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Судебные расходы на уплату государственной пошлины распределены между сторонами исходя из частичного удовлетворения иска.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить частично.

2. Взыскать с закрытого акционерного общества «Тюменский производственный научно-исследовательский институт по инженерным изысканиям в строительстве» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Инжиниринг» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 178 139 рублей 19 копеек договорной неустойки за период с 23.05.2016 по 03.05.2017 и 53 855 рублей расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части иска отказать.

3. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Инжиниринг» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в доход федерального бюджета 3 818 рублей государственной пошлины.

4. Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

5. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья А.Е. Босов