Решение от 2 октября 2020 г. по делу № А40-193088/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-193088/19-118-578
г. Москва
02 октября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 25 сентября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 02 октября 2020 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску АО «Международные услуги по маркетингу табака»

к Государственному казенному учреждению г. Москвы «Центр занятости населения города Москвы»

третьи лица: Департамент труда и социальной защиты населения г. Москвы, Департамент финансов г. Москвы, Управление федерального казначейства по г. Москве

о взыскании неосновательного обогащения в размере 6 467 674 рублей,

при участии:

от истца: И.А. Мигуненко по дов. № 20/145-Ц от 03.07.2020 г., М.А. Зосимовоай по дов. № 20/146-Ц от 03.07.2020 г.,

от ответчика: не явился,

от Департамента труда и социальной защиты населения г. Москвы: ФИО2 по дов. № 01-22-18342/19 от 12.11.2019 г.,

от Департамента финансов г. Москвы: ФИО3 по дов. № 05-09-66/19 от 20.12.2019 г.

от Управления федерального казначейства по г. Москве: не явился,

УСТАНОВИЛ:

АО «Международные услуги по маркетингу табака» обратилось с иском о взыскании с Государственного казенного учреждения г. Москвы «Центр занятости населения города Москвы» неосновательного обогащения в размере 6 467 674 руб.

В судебном заседании 03.07.2020 истцом заявлено ходатайство об уменьшении суммы неосновательного обогащения до 3 597 369 руб. с учетом доводов ответчика о пропуске срока исковой давности, которое удовлетворено судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

Ответчик предъявленные требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Третьи лица представили письменные позиции, в которых ссылаются на необоснованность заявленных исковых требований.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, за период с 14.01.2016 по 11.09.2018 АО «Международные услуги по маркетингу табака» перечислило в бюджет города Москвы сумму компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест в размере 6 467 674 руб.

27.12.2018 и 28.01.2019 истцом в адрес отдела квотирования городского казённого учреждения города Москвы «Центр занятости населения города Москвы» направлены письма № 836/ф от 25.12.2018 г. и №4/ф от 25.01.2019 г. с требованием о возврате излишне уплаченной компенсационной стоимости с приложенными скорректированными сведениями о выполнении установленной квоты и движении денежных средств по форме №1-квотирование и документами, обосновывающими требования истца.

Факт получения денежных средств истцом в адрес ответчика подтверждается платежными поручениями за период с 14.01.2016 г. по 11.09.2018 г.

Частью 1 ст. 3 Закона города Москвы N 90 от 22.12.2004 «О квотировании рабочих мест» установлена квота в размере 4 процентов от среднесписочной численности работников: 2 процента - для трудоустройства инвалидов и 2 процента - для трудоустройства категорий молодежи, указанных в части 1 статьи 2 настоящего Закона для работодателей, которые имеют среднюю списочную численность работников более 100 человек.

Согласно части 1 статьи 2 Закона о квотировании, квотирование рабочих мест осуществляется для молодежи следующих категорий: несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет; лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в возрасте до 23 лет; выпускники учреждений начального и среднего профессионального образования в возрасте от 18 до 24 лет, высшего профессионального образования в возрасте от 21 года до 26 лет, ищущие работу впервые.

В силу ч. 3 ст. 2 Закона о квотировании «выполнением квоты для приема на работу считается в отношении категорий молодежи, указанных в ч. 1 ст. 2 Закона о квотировании, - трудоустройство работодателем молодежи, подтвержденное заключением трудового договора, действие которого в текущем месяце составило не менее 15 дней, либо уплата ежемесячно в бюджет города Москвы компенсационной стоимости квотируемого рабочего места в размере прожиточного минимума для трудоспособного населения, определенного в городе Москве на день ее уплаты в порядке, установленному нормативными правовыми актами города Москвы».

Таким образом, Законом предусмотрены два вида исполнения требований о квотировании рабочих мест в отношении категории впервые трудоустроенной молодежи: либо фактическое предоставление рабочих мест, либо внесение в бюджет города Москвы компенсационной стоимости квотируемого рабочего места в размере прожиточного минимума для трудоспособного населения. Выбор способа квотирования, остается за работодателем.

Принимая во внимание среднюю списочную численность работников истца, в соответствии с требованиями Закона о квотировании истец несет обязанность по исполнению указанной квоты либо, при ее неисполнении, обязанность по уплате компенсационных платежей в бюджет города Москвы.

АО «Международные услуги по маркетингу табака» в период с 2015 г. по 2018 г. в полном объеме выполняло возложенные на него обязанности по уплате компенсационной суммы в бюджет города Москвы в связи с невыполнением квоты в отношении категории впервые трудоустроенной молодежи и надлежащим образом информировал уполномоченный орган о выполнении установленной квоты, ежеквартально представляя сведения о наличии вакантных мест (должностей) и выполнении квоты для приема инвалидов и молодежи по формам, утвержденным Департаментом труда и занятости населения города Москвы и Департаментом труда и социальной защиты города Москвы.

Как следует из расчёта излишне перечисленной суммы компенсационной стоимости, за период с IV квартала 2015 г. по IV квартал 2018 г., уплате в бюджет города Москвы подлежало 377 446 руб. за неисполнение истцом требований по квотированию рабочих мест в отношении категорий молодежи, указанных в Законе о квотировании.

При этом, истцом в адрес ответчика всего перечислено 6 845 120 руб., в связи с чем, 27.12.2018 г. и 28.01.2019 г. направлены корректированные отчёты по форме 1-квотирование за периоды с IV квартала 2015 года по IV квартал 2018 с уточненными вычислениями сумм, подлежащих уплате в бюджет города Москвы.

Таким образом, основания для уплаты компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест в размере 6 467 674 руб. у истца отсутствовали.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

При таких обстоятельствах, истец ссылается на то, что в соответствии со ст. 1102 ГК РФ имеет место факт получения или сбережения ответчиком денежных средств и факт получения или сбережения денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

При этом, учитывая обоснованность заявленного ответчиком ходатайства о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям за период с 14.01.2016 по 11.07.2016, истцом представлено ходатайство об уменьшении суммы неосновательного обогащения в виде излишне уплаченных сумм компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест за период с 11.08.2016 по 11.10.2018 до 3597369 руб., исходя из того, что за указанный период подлежало уплате 1813707 руб., а перечислено истцом 5411076 руб.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ссылается на отсутствие у него перед истцом каких-либо обязательств, о недопустимости использования в качестве доказательств копий отчётов по форме 1-квотирование «Сведения об установленной квоте и движении денежных средств» с отметкой о корректировке в качестве доказательств по делу; об истечении срока исковой давности в отношении части требований; о невозможности принятия в качестве доказательств отчётов по форме 1-квотирование с отметкой о корректировке; о несоответствии документов работников истца данным, которые представлены в материалы дела; о несоответствии между данными о среднесписочной численности работников истца, представленных в Росстат (в рамках исполнения обязанности, установленной законодательством, не связанной с настоящим спором), и указанными в отчётах по форме 1 -квотирование; о несоответствии принятых ответчиком отчётов по форме 1-квотирование документам, представленных истцом в обоснование своих требований; об отсутствии бюджетных полномочий у ответчика по возврату излишне уплаченных сумм компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест.

Третьими лицами поддержаны доводы ответчика, а также заявлено, что перечисленные истцом денежные средства в бюджет города Москвы совершены в рамках благотворительности и не подлежат возврату.

Данные возражения ответчика и третьих лиц не обоснованы по следующим основаниям.

Отношения по возврату излишне перечисленных сумм компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест образуют состав неосновательного обогащения, в связи с чем, применение специальной главы 24 АПК РФ недопустимо, поскольку истец не обжалует решения, действия (бездействия) органов, наделенных публичными полномочиями.

Позиция ответчика основывается на отсутствии у него бюджетных полномочий по принятию решений о возврате денежных средств, зачисленных на единый счёт бюджета города Москвы. В этой связи ответчик полагает, что обжалование ненормативного правового акта, действия (бездействия) администратора доходов бюджета осуществляется по правилам, установленным главой 24 АПК РФ.

Данный довод ответчика несостоятелен, поскольку платежи, уплаченные излишне в процессе исполнения обязанности истца по уплате компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест, в силу статьи 1102 ГК РФ образуют состав неосновательного обогащения, т.к. ответчик сберёг спорную денежную сумму в отсутствие на то оснований, установленных законом и (или) иными правовыми актами.

Все платежи, произведенные истцом в адрес ответчика, перечислены на счёт последнего по коду бюджетной классификации 1 17 05020 02 9007 180 «прочие неналоговые доходы бюджетов Российской Федерации (компенсационные выплаты и штрафы от работодателей, не выполнивших условия квотирования рабочих мест)», открытого на основании п. 4 ст. 161 и абзаца 3 ст. 220.1. Бюджетного кодекса Российской Федерации в виду специальной бюджетной правоспособности ответчика.

В соответствии п.1 ст. 48, п. 1,2 ст. 123.21, 123.22 ГК РФ государственное казенное учреждение является юридическим лицом.

Глава 24 АПК РФ регулирует порядок рассмотрения дел об оспаривании нормативных правовых актов, решений, действий (бездействий), органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц. Таким образом, к отношениям из неосновательного обогащения ответчика данная глава АПК РФ неприменима.

Спор, возникший между истцом и ответчиком в рамках взыскания излишне уплаченных сумм компенсационной стоимости, носит гражданско-правовой характер и его разрешение регулируется общими правилами искового производства, поскольку материально-правовые требования истца направлены на взыскание соответствующих денежных сумм, составляющих неосновательное обогащение, а не на оспаривание решения, действия или бездействия администратора доходов соответствующего бюджета.

Учитывая, что ответчик обладает специальной правоспособностью, данное обстоятельство не исключает его обязанность по возврату неосновательно сбереженных денежных средств в соответствии со ст. 1102 ГК РФ.

Копии отчётов по форме 1-квотирование с отметкой о корректировке являются допустимыми доказательствами.

Истцом в материалы дела представлены отчеты по форме 1-квотирование за период с IV квартала 2015 г. по III квартал 2018 г. Указанные документы представлены с целью доказывания фактов перечисления ответчику излишних сумм компенсационной стоимости.

При этом, ответчик ссылается на то, что заверенные истцом копии отчетов представлены без предъявления суду на обозрение оригинала документа, без отметок о принятии ГКУ ЦЗН (без оригиналов печатей ГКУ ЦЗН и подписи лица, принявшего документы), в связи с чем, данные документы подлежат исключению в связи с несоблюдением требований, предусмотренных ст. 71 АПК РФ.

Данные доводы ответчика не принимаются судом во внимание, т.к. у суда отсутствуют основания для исключения данных документов из числа доказательств.

Согласно ч. 8 ст. 75 АПК РФ, письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него.

В соответствии с ч. 6 ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Ответчик при заявлении ходатайства об исключении отчетов из числа доказательств по делу не предоставил никаких иных копий документов, которые были бы не тождественны копиям, представленных истцом. Каких-либо ходатайств, заявлений о фальсификации, экспертизе недостоверности доказательств, о несоответствии копий документов оригиналам документов ответчиком не заявлялось. При этом, процедура исключения доказательств, по смыслу ст. 161 АПК РФ, возможна при наличии соответствующего заявления о фальсификации, а также согласия лица, представившего такое доказательство.

Наличие либо отсутствие отчётов с отметкой о корректировке, поставленной ответчиком, не влияют на факт возникновения неосновательного обогащения на стороне ответчика.

Кроме того, ответчик ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, неверно произвел расчёт излишне уплаченных сумм компенсационной стоимости, выходящих за пределы срока исковой давности.

Расчет излишне перечисленных сумм, к которым может быть применена исковая давность, произведен ответчиком путем сложения всех платежей, осуществленных истцом ответчику в период с 14.01.2016 по 11.07.2016., которые включали в себя не только излишне уплаченные компенсационные платежи, которые истец требует возвратить и которые входят в предмет настоящего спора за указанный период, но и платежи, которые произведены истцом за указанный период корректно и в отношении которых истцом не заявлено требование о возврате, в предмет спора не входящих.

Доводы ответчика о невозможности приобщения к материалам дела и последующем использовании в качестве доказательств по делу отчётов с отметкой о корректировке в связи с отсутствием механизма подачи такого рода отчётности несостоятельны по следующим основаниям.

В предмет доказывания по настоящему делу в соответствии со ст. 1102 ГК РФ входит установление факта получения или сбережения денежных средств ответчиком без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований. Отсутствие оснований для получения денежных средств ответчиком подтверждается соответствием работников истца таким требованиям, предусмотренными ч. 1 ст. 2 Закона о квотировании, как достижение определенного Законом о квотировании возраста; наличием среднего профессионального или высшего образования; фактом поступления на работу впервые.

Таким образом, доказывание излишне уплаченных сумм компенсационной стоимости должно быть основано на документах истца, подтверждающих данные факты и сведениях о среднесписочной численности работников, рассчитанных истцом самостоятельно, согласно требованиям ч. 2 ст. 3 Закона о квотировании и разъяснениям, утвержденных приказом Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы от 14.12.2017 г. № 1532.

Отчет по форме №1-квотирование как с отметкой о его корректировке, так и без такой отметки не имеет отношения к доказыванию фактов и не влияет на объективно существующие отношения, вытекающие из неосновательного обогащения ответчика за счет истца.

Документы работников истца, представленные в материалы дела в обоснование расчётов излишне уплаченных сумм компенсационной стоимости, соответствуют требованиям, установленным Законом о квотировании.

Надлежащими доказательствами, подтверждающими размер среднесписочной численности работников истца за спорные периоды, являются отчёты по форме №1-квотирование, представленные ответчику истцом в период с IV квартала 2015 г. по III квартал 2018 г., после принятия которых ответчик не возражал о несоответствии среднесписочной численности работников истца каким-либо иным данным.

Ссылка ответчика на необходимость произведения расчета по обособленным подразделениям раздельно не обоснована.

Согласно п. 2 ст. 3 Закона о квотировании, работодатель самостоятельно рассчитывает размер квоты исходя из среднесписочной численности работников, занятых на территории города Москвы. Среднесписочная численность работников в текущем месяце исчисляется в порядке, определенном федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области статистики.

Порядок и методика исчисления среднесписочной численности утверждены Приказом Росстата от 26.10.2015 N 498 (до 01 января 2018 г.) и Приказом Росстата от 22.11.2017 N 772 (с 01 января 2018 г.).

В соответствии с п. 2 ст. 3 Закона о квотировании, работодатель самостоятельно рассчитывает размер квоты исходя из среднесписочной численности работников, занятых на территории города Москвы. Среднесписочная численность работников в текущем месяце исчисляется в порядке, определенном федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области статистики.

Для исчисления среднесписочной численности работников применяется лишь порядок такого исчисления, который утвержден Приказом Росстата от 22.11.2017 N 772 для расчёта тех работников, которые трудоустроены на территории города Москвы. При этом расчёт производится работодателем самостоятельно.

Данный вывод также подтверждается п. 5 Указаний по заполнению формы регионального статистического наблюдения № 1-квотирование «Сведения о выполнении установленной квоты и движения денежных средств» утвержденных Приказом Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы от 14.12.2017 г. № 1532, согласно которому данные строк 01-03 графы 3 «Среднесписочная численность работников» формируется в целом по организации (если имеется несколько подразделений (филиалов, цехов, участков), находящихся на территории города Москвы, данные по ним приводятся суммарно). Расчет квоты производится без учётов филиалов и представительств организации, расположенных на территории других субъектов Российской Федерации. Среднесписочная численность работников в текущем месяце исчисляется в порядке, определенным приказом Федеральной службы государственной статистики от 26.10.2015 N 498 «Об утверждении Указаний по заполнению форм федерального статистического наблюдения N11-1 "Сведения о производстве и отгрузке товаров и услуг", N11-2 "Сведения об инвестициях в нефинансовые активы", N П-3 "Сведения о финансовом состоянии организации", N П-4 "Сведения о численности и заработной плате работников", N П-5(м) "Основные сведения о деятельности организации».

Сведения, которые вносил истец в раздел I отчета о среднесписочной численности работников, рассчитаны исходя из численности работников, трудоустроенных на территории города Москвы.

Таким образом, истец в соответствии с п. 2 ст. 3 Закона о квотировании самостоятельно рассчитывал квоту, исходя из среднесписочной численности трудоустроенных работников на территории города Москвы, которая в свою очередь рассчитана в соответствии с Приказами Росстата от 26.10.2015 N 498 и от 22.11.2017 N 772.

Единственными достоверными сведениями среднесписочной численности работников на территории города Москвы для целей расчёта квоты являются сведения, внесенные в раздел I Отчёта. Проверка на соответствие действующему законодательству каких-либо форм статистической отчетности истца, в том числе отчета по форме П-4 «Сведения о численности и заработной плате работников» не входит в предмет спора.

Положения бюджетного законодательства к настоящим правоотношениям не применимы, поскольку истец не является субъектом бюджетных правоотношений.

Казённые учреждения несут ответственность по своим обязательствам в размере лимитов бюджетных обязательств.

Согласно ч. 1 ст. 161 БК РФ, казенное учреждение находится в ведении органа государственной власти (государственного органа), органа местного самоуправления, осуществляющего бюджетные полномочия главного распорядителя (распорядителя) бюджетных средств, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

В силу п. 4 ст. ст. 123.22 ГК РФ казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества.

В соответствии со ст. 6 БК РФ казенное учреждение - государственное (муниципальное) учреждение, осуществляющее оказание государственных (муниципальных) услуг, выполнение работ и (или) исполнение государственных (муниципальных) функций в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий органов государственной власти (государственных органов) или органов местного самоуправления, финансовое обеспечение деятельности которого осуществляется за счет средств соответствующего бюджета на основании бюджетной сметы.

Согласно п. 2, 4, 9 ст. 161 БК РФ, финансовое обеспечение деятельности казенного учреждения осуществляется за счет средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации и на основании бюджетной сметы (пункт 2); казенное учреждение осуществляет операции с бюджетными средствами через лицевые счета, открытые ему в соответствии с настоящим Кодексом (пункт 4); казенное учреждение обеспечивает исполнение денежных обязательств, указанных в исполнительном документе, в соответствии с настоящим Кодексом (пункт 9).

П. 4 ст. 298 ГК РФ установлено, что казенное учреждение не вправе отчуждать либо иным способом распоряжаться имуществом без согласия собственника имущества. Казенное учреждение может осуществлять приносящую доходы деятельность ь соответствии со своими учредительными документами. Доходы, полученные от указанной деятельности, поступают в соответствующий бюджет бюджетной системы Российской Федерации.

Таким образом, казенные учреждения самостоятельно распоряжаются только денежными средствами, предоставленными в виде лимитов бюджетных обязательств и исключительно в соответствии с бюджетной сметой. Также и ответственность по своим обязательствам казенные учреждения несут в размере лимитов бюджетных обязательств, выделенных по соответствующим кодам классификации расходов бюджетов, при недостаточности которых субсидиарную ответственность несет собственник имущества .

Положения п. 1 ст. 102 БК РФ и главы 24.1. БК РФ к настоящим правоотношениям неприменимы, поскольку согласно п. 1 ст. 1 БК РФ истец не является субъектом бюджетных правоотношений в процессе формирования доходов и осуществления расходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, осуществления государственных и муниципальных заимствований, регулирования государственного и муниципального долга.

По смыслу п. 7 ст. 8 ГК РФ, обязательство ответчика перед истцом возникло из неосновательного обогащения.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Доводы Департамента труда и социальной защиты населения г. Москвы и Департамента финансов г. Москвы о перечислении денежных средств с 2016 по 2018 г. за не трудоустройство работников на квотируемые рабочие места в благотворительных целях несостоятельны по следующим основаниям.

Уплата компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест является обязанностью истца.

Пункт 2 ч. 3 ст. 2 Закона о квотировании устанавливает альтернативную обязанность для работодателя: трудоустройство молодых специалистов в порядке, определенном данным законом, либо уплата в бюджет города Москвы суммы компенсационной стоимости квотируемого рабочего места. При этом размер компенсационной стоимости определяется величиной прожиточного минимума для трудоспособного населения в городе Москве на день ее уплаты.

Кроме того, исполнение Закона о квотировании касательно уплаты сумм компенсационной стоимости обеспечено мерами государственного принуждения и возможностью привлечения к ответственности за его неисполнение согласно статье 5 Закона о квотировании.

В силу вышеизложенного Закон о квотировании устанавливает конкретный коэффициент, посредством которого определяется сумма, подлежащая уплате в бюджет города Москвы (компенсационная стоимость), а также юридическую ответственность за несоблюдение требований по уплате компенсационной стоимости.

Таким образом, уплата сумм компенсационной стоимости при неисполнении обязанности по трудоустройству молодых специалистов является обязанностью истца, а не его правом.

При уплате сумм компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест у истца отсутствовало намерение безвозмездно перечислить денежные средства.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как указал Президиум ВАС РФ в постановлении от 04.12.2012 № 8989/12 дарение имущества предполагает наличие волеизъявления дарителя, намеревающегося безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара (с намерением облагодетельствовать одаряемого), а не по какому-либо другому основанию, вытекающему из экономических отношений сторон.

Уплата сумм компенсационной стоимости квотируемых рабочих мест в период с 11.08.2016 г. по 11.10.2018 г. производилась истцом во исполнение своей обязанности, установленной Законом о квотировании, а не в связи с намерением одарить ответчика.

При таких обстоятельствах, отсутствуют основания для квалификации данных платежей, как совершенных в благотворительных целях.

Кроме того, Московское трехсторонне соглашение на 2016-2018 не устанавливало прав работодателей по безвозмездному перечислению денежных средств в бюджет города Москвы.

Право работодателей на перечисление добровольных взносов в бюджет города Москвы закреплено в Московском трехстороннем соглашении на 2013-2015 между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями работодателей в пункте 2.34. Между тем, данный документ утратил свое действие к моменту уплаты истцом в бюджет города Москвы сумм компенсационной стоимости (с 11.08.2016 г. по 11.10.2018 г.).

Действующее в момент возникновения спорных правоотношений Московское трехсторонне соглашение на 2016-2018 годы такое право работодателя не регламентирует.

Истцом произведен расчет исковых требований с учетом довода ответчика о частичном пропуске срока исковой давности исходя из следующих показателей:

Среднесписочная численность работников (ССЧ) - на основе данного показателя производится вычисление размера установленной квоты. Средством доказывания, фиксирующего данный показатель, являются отчёты по форме 1-квотирование и сведениями о выполнении установленной квоты и движении денежных средств за спорный период, представленный в материалы дела ответчиком.

Размер установленной квоты - количество молодых специалистов, которые должны быть трудоустроены у работодателя (пункт 1 статьи 3 Закона о квотировании), который составляет 2 % от среднесписочной численности работников.

Количество молодых специалистов в каждом месяце, работавших у истца в периоды перечислений денежных средств за неисполнение обязанности по квотированию (с июля 2016 года по сентябрь 2018 года).

Размер прожиточного минимума для трудоспособного населения в городе Москве, который определяется постановлением Правительства города Москвы на день уплаты компенсационной стоимости квотируемого рабочего места.

Размер фактически перечисленных денежных средств.

Сумма компенсационной стоимости, подлежащая уплате в бюджет г. Москвы, складывается из количества квотируемых молодых специалистов, которое должно составлять 2% от среднесписочной численности работников, из которого вычитается фактическое количество трудоустроенных молодых специалистов, и данная разность умножается на размер прожиточного минимума для трудоспособного населения, действовавший в период уплаты.

Из представленного истцом расчета следует, что сумма, подлежащая уплате за период с 11.08.2016 по 11.10.2018 составляла 1813707 руб. Фактически за указанный период истцом перечислена сумма в размере 5411076 руб., в связи с чем, сумма переплаты составила – 3597369 руб.

Ответчик, оспаривая произведенный истцом расчет, представил контррасчет суммы переплаты, из которого следует, что за период с 11.08.2016 по 11.10.2018 истцом подлежало уплате 1955396 руб., в связи с чем, переплата составила – 3 455 680 руб.

В результате проверки представленного ответчиком расчета судом установлено, что данный расчет составлен с нарушением действующего законодательства.

Расхождения между расчетами, представленными истцом и ответчиком, состоят в указании Квоты для трудоустройства молодых специалистов за июль, ноябрь, декабрь 2017, январь, февраль, март, апрель, июль 2018.

Данные, указанные в расчете ответчика неверные, поскольку количество квотируемых мест не уменьшены в соответствии с п.2 ч. 3 Закона о квотировании, а напротив округлены в сторону увеличения.

Согласно п.2 ч. 3 Закона о квотировании, работодатель самостоятельно рассчитывает размер квоты исходя из среднесписочной численности работников, занятых на территории города Москвы. Среднесписочная численность работников в текущем месяце исчисляется в порядке, определенном федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области статистики. При расчете количества работников, трудоустроенных в счет квоты, округление их числа производится в сторону уменьшения до целого значения.

С учетом положений Закона о квотировании, квота для трудоустройства молодых специалистов за июль 2017 составляет 11 (23/2 с учетом уменьшения до 11), за ноябрь 2017 – 11 (23/2 с учетом уменьшения до 11), за декабрь 2017 – 10 (21/2 с учетом уменьшения до 10), за январь 2018 – 10 (21/2 с учетом уменьшения до 10), за февраль 2018 – 10 (21/2 с учетом уменьшения до 10), март 2018 – 10 (21/2 с учетом уменьшения до 10), апрель 2018 – 10 (21/2 с учетом уменьшения до 10), за июль 2018 – 10 (21/2 с учетом уменьшения до 10).

Иных расхождений в расчетах истца и ответчика не содержится.

Таким образом, учитывая, что расчет исковых требований произведен истцом верно, в соответствии с положениями Закона о квотировании, оснований для отказа в предъявленном иске не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 111, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ГКУ «Центр занятости населения города Москвы» в пользу АО «Международные услуги по маркетингу табака» 3 597 369 руб. неосновательного обогащения и государственную пошлину в размере 40 987 руб.

Возвратить АО «Международные услуги по маркетингу табака» из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 15 058 руб., уплаченную по платежному поручению №69049 от 10.07.2019.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья А.Г. Антипова