Решение от 9 сентября 2022 г. по делу № А14-20655/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ



г. Воронеж Дело № А14-20655/2021

«09» сентября 2022 года


Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Тимашова О.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Смородинным С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 319366800090401, ИНН <***>), г. Воронеж

к ответчику 1: ФИО2,

к ответчику 2: ФИО3

о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица и взыскании убытков в сумме 6 589 240 руб. 48 коп.

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4, представителя по доверенности от 17.06.2022, документ, удостоверяющий личность – паспорт гражданина РФ;

от ФИО2 – ФИО5, представителя по доверенности от 23.06.2021, документ, удостоверяющий личность – паспорт гражданина РФ;

от ФИО3 – ФИО6, представителя по доверенности от 10.02.2022, документ, удостоверяющий личность – паспорт гражданина РФ, диплом;

Установил:

В Арбитражный суд Воронежской области посредством почтового оправления (согласно отметке канцелярии) поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Бюро погоды» (далее по тексту – истец, ООО ТД «Бюро погоды») к ответчику 1 ФИО2 (далее по тексту – ответчик 1, ФИО2), к ответчику 2 ФИО3 (далее по тексту – ответчик 2, ФИО3) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица и взыскании убытков в сумме 6 589 240 руб. 48 коп., а также о взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 57 296 руб.

Определением от 23.12.2021 исковое заявление было принято к производству, предварительное судебное заседание, судебное разбирательство арбитражного суда первой инстанции назначены на 14.02.2022.

Определением суда от 14.02.2022 предварительное судебное заседание и судебное разбирательство были отложены на 28.03.2022.

Определением суда от 28.03.2022 судебное заседание арбитражного суда первой инстанции по настоящему делу было назначено на 11.05.2022.

Судебное разбирательство по делу неоднократно откладывалось в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств по делу.

В судебном заседании 28.06.2022 истцом было заявлено об увеличении размера исковых требований, уточнение принято судом к рассмотрению.

Определением суда от 28.06.2022 суд произвел замену истца ООО ТД «Бюро погоды» на ИП ФИО1, судебное разбирательство по делу отложено на 30.08.2022.

Все заинтересованные лица надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела. В порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заявление рассматривалось в отсутствие неявившихся лиц.

В ходе судебного заседания представитель истца заявленное уточнение поддержал.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения ходатайства об уточнении.

В порядке ст. 163 АПК РФ в судебном заседании 30.08.2022 объявлялся перерыв. Информация о времени и месте продолжения судебного заседания размещалась на доске объявлений в здании арбитражного суда и в информационном окне в сети интернет на сайте Арбитражного суда Воронежской области.

После перерыва судебное заседание продолжено с участием тех же лиц.

Стороны ранее озвученные позиции по делу поддержали.

Представитель ответчика ФИО2 представил письменный отзыв, согласно содержанию которого с учетом оснований заявленного иска и периода спорных правоотношений, являющихся, по мнению истца, объективной причиной банкротства ООО «СМУ-77» (2016-2019), положения ст. ст. 61.10 и 61.11 неприменимы, поскольку процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве применяются с 30.07.2017. Из анализа финансового состояния должника усматривается, что объективное банкротство наступило не по вине ФИО2 и ФИО3, факт вывода контролирующими должника лицами своего подтверждения не нашел, наличие оснований для признания сделок ООО «СМУ-77» недействительными (ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) заявителем также не доказано. В материалах дела отсутствуют обоснования истца о дате наступления объективного банкротства, после которой руководитель должника должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), отсутствует также и расчет требований, возникших после даты наступления объективного банкротства ООО «СМУ-77». Согласно отчету временного управляющего, возникновение у должника признаков несостоятельности (банкротства) обусловлено внешними экономическими факторами, а не внутренними корпоративными решениями его руководителей.

В порядке ст. 81 АПК РФ письменная позиция ответчика ФИО2 приобщена к материалам дела.

В силу части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска.

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении. Увеличение размера исковых требований не может быть связано с предъявлением дополнительных исковых требований, которые не были истцом заявлены в исковом заявлении.

Учитывая иное основание возникновения задолженности, на которую ИП ФИО1 ссылается в своем уточненном заявлении (т. 5 л.д. 108-110), суд отказывает в его принятии, поскольку по сути, истцом были заявлены дополнительные требования.

Как следует из материалов дела, ООО ТД «Бюро погоды» обратилось в суд с рассматриваемым исковым заявлением, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Определением суда от 26.09.2019 (резолютивная часть от 25.09.2019) в отношении ООО «СМУ-77» введена процедура наблюдения, дело №А14-13991/2019. Решением суда от 26.02.2020 (резолютивная часть от 25.02.2020) ООО «СМУ-77» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства (т. 2 л.д. 23-28). Определениями суда от 11.02.2021 и 22.07.2021 в реестр требований кредиторов ООО «СМУ-77» были установлены требования ООО ТД «Бюро погоды» в размере 1 151 248 руб. 89 коп. основного долга и 4 285 146 руб. 11 коп. основного долга, 1 411 986 руб. 48 коп. соответственно. Указанные требования были признаны подлежащими удовлетворению в порядке п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве (т. 1 л.д. 97-105, 110-119).

Определением суда от 31.05.2021 производство по делу о банкротстве ООО «СМУ-77» было завершено, при этом из суммарного размера РТК в 178 295 565 руб. 47 коп. были погашены требования кредиторов третьей очереди на сумму 3 940 767 руб. 47 коп. (т. 1 л.д. 106-109, т. 5 л.д. 70-107).

Генеральным директором общества с 07.07.2014 по дату признания должника банкротом являлся ФИО3, ему же принадлежала доля в уставном капитале в размере 50 %, ФИО2 также принадлежала доля в уставном капитале ООО «СМУ-77» равная 50%.

В качестве основания привлечения указанных выше лиц к субсидиарной ответственности заявитель ссылается на то, что ими не были своевременно поданы заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также на совершение ими преднамеренных действий, повлекших нанесение обществу умышленного вреда, вследствие сделок либо действий, не соответствующих на момент их совершения рыночным условиям и обычаям делового оборота, что привело к доведению ООО «СМУ-77» до банкротства.

Заявитель указывал на то, что среди дебиторов ООО «СМУ-77» имелись фирмы однодневки (т.1 л.д. 14), денежные средства на счета которых переводились в отсутствии какого-либо встречного исполнения, т.е. через эти фирмы выводились активы должника, которые должны были быть направлены на погашение требований его кредиторов. Кроме того, была создана фирма-дублер ООО «Стройтрест», на которую были переведены частично денежные средства и контракты ООО «СМУ-77».

От представителей ответчиков поступили ходатайства об оставлении заявления истца без рассмотрения, поскольку, фактически, оно подменяет собой заявление об оспаривании сделок ООО «СМУ-77», право на подачу которого у кредитора ООО ТД «Бюро погоды» отсутствовало, а также поскольку заявителем не было предложено иным кредиторам присоединиться к его исковому заявлению (т. 2 л.д. 29, 31-32).

Рассмотрев заявленные ходатайства об оставлении заявления без рассмотрения, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку заявителем соблюден порядок обращения в суд с подобной категорией споров, определенный в ст. 61.19 Закона о банкротстве. Довод о том, что заявление истца должно быть приравнено к заявлению об оспаривании сделок ООО «СМУ-77» вне рамок дела о банкротстве последнего подлежит отклонению как несоответствующий действительности.

Изучив представленные по делу письменные доказательства, заслушав устные пояснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу о том, что настоящее заявление не подлежит удовлетворению в силу следующего.

В силу п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Пунктом 4 указанной статьи установлено, что правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, содержащихся в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Таким образом, заявитель правомерно обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Из абзаца 2 пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П следует, что само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

По смыслу правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П, взыскание задолженности с общества в судебном порядке не означает автоматическое переложение долга на контролирующих это общество лиц; предъявляя требование о привлечении руководителя и участника общества к субсидиарной ответственности, истец, не имеющий доступа к внутренним документам общества, тем не менее, должен привести достаточно серьезные доводы подкрепленные согласующимися между собой прямыми либо косвенными доказательствами подтверждающими факт совершения ответчиком неправомерных действий/бездействия по погашению конкретной дебиторской задолженности (в том числе путем обращения за содействием к суду в получении доказательств), после чего бремя опровержения данных доводов переходит на ответчика.

Как следует из разъяснений, закрепленных в п. 23 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Заявляя довод о совершении ООО «СМУ-77» сделок, направленных на вывод его активов в пользу фирм-однодневок, первоначальный заявитель и его правопреемник не представили суду доказательств значимости и убыточности подозрительных, по их мнению, сделок.

Кроме того, судом учитывается вывод конкурсного управляющего ООО «СМУ-77», содержащийся в ходатайстве о завершении конкурсного производства по делу №А14-13991/2019, согласно которому все мероприятия в процедуре конкурсного производства должника выполнены в полном объеме, обстоятельства, которые препятствуют завершению конкурсного производства не выявлены (т. 1 л.д. 90).

В судебном заседании по рассмотрению вопроса о завершении конкурсного производства в отношении ООО «СМУ-77» заявитель не участвовал, свои возражения не направлял.

В анализе финансового состояния должника, подготовленном его временным управляющим, в качестве причин утраты платежеспособности указаны следующие факторы:

 Общее ухудшение условий предпринимательской деятельности, связанное с высокой себестоимостью строительно-монтажных работ, а также расходов на строительные материалы, снизить которые должник не в состоянии из-за постоянного роста цен вследствие обострившегося кризиса в стране и регионе;

 Недостаточность собственных оборотных средств и, как следствие – рост кредиторской задолженности и заемных ресурсов, невозможность привлечения инвесторов в силу низкой рейтинговой оценки кредитоспособности и отсутствия имущества (недвижимость), которое было бы приемлемо для обеспечения обязательств.

Учитывая изложенное в совокупности, суд пришел к выводу о том, что заявителем не доказана совокупность оснований, необходимых для привлечения контролирующих должника лиц по правилам ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Суд также не может принять довод истца о том, что ответчики подлежат привлечению к ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, согласно которой неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно (п. 1).

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 раздела I "Практика применения положений законодательства о банкротстве" Судебной коллегии по экономическим спорам), применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Установление момента возникновения обязанности по обращению руководителя в суд с заявлением о банкротстве возглавляемой организации напрямую связано с определением размера субсидиарной ответственности руководителя, которая по общему правилу ограничивается объемом обязательств перед кредиторами, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из этого, в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между введением в заблуждение потенциальных контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков объективного банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992).

В рассматриваемом случае истцом не представлено доказательств относительно периода возникновения у ООО «СМУ-77» признаков объективного банкротства, в связи с чем установить наличие/отсутствие нарушения обязанности контролировавших должника лиц по обращению в суд с заявлением о признании ООО «СМУ-77» не представляется возможным.

Суд обращает внимание истца на то, что сам по себе факт задолженности перед конкретным кредитором не может быть признан в качестве безусловного основания для обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед отдельным кредитором в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом. Даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Доказательств в подтверждение того, что возможность погашения задолженности перед истцом имелась и была утрачена вследствие недобросовестных действий ответчика, а также того, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) руководитель общества уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество должника, в материалы дела не представлено (статьи 65 и 9 АПК РФ).

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Указанная норма Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет общее правило о бремени доказывания. Содержание данного правила определяется действием принципа состязательности в арбитражном процессе.

Последствием неисполнения этой юридической обязанности (непредставление доказательств) может стать принятие судебного акта, который не будет соответствовать интересам стороны, не представившей доказательства в полном объеме.

В п. 1 ст. 9 АПК РФ закреплен принцип состязательности арбитражного процесса. Это означает, что стороны в арбитражных судах обязаны сами защищать свои интересы

Согласно сформированным подходам к распределению и реализации бремени доказывания в арбитражном процессе непредставление лицом, участвующим в деле, необходимых доказательств может означать как их отсутствие, так и его незаинтересованность в их предоставлении, так как последнее повлечет раскрытие нежелательной для него информации.

В соответствии со статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими Федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио-видеозаписи, иные документы и материалы.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В силу частей 1, 2, 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, оснований для удовлетворения исковых требований судом не усматривается.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Механизм определения выигравшей стороны строится на основе выводов суда о правомерности или неправомерности заявленного требования в итоговом судебном акте. В связи с изложенным судебные расходы подлежат возложению на сторону истца.

Руководствуясь статьями 109, 110, 167-171, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Воронежской области в порядке части 2 статьи 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья О.А. Тимашов