Решение от 24 июля 2024 г. по делу № А48-3271/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ



дело № А48-3271/2024
город Орёл
24 июля 2024 года
Резолютивная часть решения оглашена 16 июля 2024 года. Решение в полном объеме изготовлено 24 июля 2024 года.

Арбитражный суд Орловской области в составе судьи О.И. Лазутиной, при ведении протокола секретарем судебного заседания Ю.М. Богачёвой, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Компьютерные системы» (111024, город Москва, вн.тер.г. Муниципальный округ Перово, 2-я Энтузиастов ул., д. 3, этаж/помещение/комната 5/VI/9, ОГРН <***>, ИНН <***>) к Департаменту образования Орловской области (302021, <...>, ОГРН <***>, ИНН<***>), третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Акционерное общество «Альфа-Банк» (107078, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании суммы неосновательного обогащения, при участии в судебном заседании: от истца – представитель ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации, доверенность от 26.12.2022, диплом), от ответчика – представитель ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации, доверенность от 02.02.2024, диплом), установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Гигант-Компьютерные системы» (далее по тексту именуемое истцом, ООО «Гигант-Компьютерные системы», поставщик) обратилось в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением к Департаменту образования Орловской области (далее – ответчик, Департамент, заказчик), в котором просит взыскать неосновательное обогащение в сумме 15 958 908 руб., проценты за пользование чужими средствами за период с 27 ноября 2023 года по состоянию на 26 февраля 2024 года в размере 541 696,63 руб. и с 27 февраля 2024 года по день вынесения судом решения - исчисленные исходя из размера ключевой ставки, установленной Банком России.

В ходе рассмотрения дела истец, заявил ходатайство об уточнении размера исковых требований и просит суд взыскать с ответчика неосновательно полученные денежные средства в сумме 15 958 908 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 381 167,37 руб. за период с 29 ноября 2023 года по 27 июня 2024 года, с последующем начислением процентов за пользование чужими денежными средствами с 28 июня 2024 года по день фактического погашения задолженности, исходя из суммы основного долга в размере 15 958 908 руб.

В обоснование заявленных требований истец приводит доводы о том, что в связи с неисполнением поставщиком обязательств по поставке товара заказчик принял решение об отказе от исполнения контракта. Заказчик предъявил требования об уплате неустойки и штрафа в связи с ненадлежащим исполнением поставщиком принятых на себя обязательств. Истец добровольно уплатил финансовые санкции в полном объеме. Однако ответчик предъявил банку требования о выплате по банковской гарантии в связи с неисполнением поставщиком обязательств по контракту. Истец полагает, что сумма имущественной компенсации, причитающейся заказчику, не может превышать сумм, перечисленных ему неустойки и штрафа. Контракт не содержит условий об удержании данной суммы из суммы банковской гарантии в случае неисполнения поставщиком контракта, в том числе при расторжении контракта в одностороннем или судебном порядке. Ответчик до настоящего времени не предоставил надлежащих доказательств, в чем выражается нарушение истцом обязательств по контракту, в обеспечение исполнения которых выдана банковская гарантия, в связи, с чем поставщик понес убытки в виде выплаченной банку по регрессному требованию суммы 15 958 908 руб. на основании предъявленного заказчиком требования. Следовательно, на стороне Департамента имеет место необоснованное обогащение.

Суд, руководствуясь статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), принял уточнение исковых требований.

В судебном заседании представитель истца поддержал требования в полном объеме.

Ответчик исковые требования не признает, по основаниям, изложенным в письменном отзыве (том 1, листы дела 147-150). Департамент полагает, что неисполнение поставщиком основного обязательства по контракту влечет возникновение у заказчика права на получение предоставленного обеспечения в полном объеме.

Исследовав представленные по делу доказательства, арбитражный суд считает установленными следующие обстоятельства.

На основании протокола подведения итогов электронного аукциона от 27 февраля 2023 года № 0154200000723000080 Департамент образования Орловской области заключил с обществом с ограниченной ответственностью «Гигант-Компьютерные системы» государственный Контракт от 10 марта 2023 года № 10 на поставку ноутбуков в рамках реализации федерального проекта «Цифровая образовательная среда» национального проекта «Образование», предметом которого является поставка компьютерного оборудования (ноутбуки) производителя DEPO в количестве 581 штука (том 1, листы дела 38-50).

Заключенный сторонами Контракт размещен на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок.

Цена контракта составляет 30 502 500 руб., в том числе НДС 5 083 750 руб.

Согласно пункту 2.5 контракта выплата аванса при исполнении контракта, заключенного с участником закупки, не допускается. Расчеты между заказчиком и поставщиком производятся не позднее 7 рабочих дней с даты подписания заказчиком структурированного документа.

В соответствии с пунктом 3.1 контракта поставщик обязался поставить товар в срок до 30 июня 2023 года, в количестве 581 штук.

В обеспечение исполнения обязательств по контракту АО «Альфа - Банк» 9 марта 2023 года была выдана банковская гарантия № OC3G3X с обеспечением исполнения обязательств на общую сумму 18 301 500 руб. (том 1, листы дела 53-54).

В связи с неисполнением поставщиком обязательств по поставке товара по контракту заказчик 24 августа 2023 года принял решение об отказе от исполнения контракта, уведомив об этом поставщика (том 1, листы дела 51-52).

5 сентября 2023 года контракт был расторгнут, о чем в ЕИС размещена соответствующая информация.

Заказчик 5 сентября 2023 года выставил поставщику требование № 4-1-6273 об уплате штрафа в размере 1 525 125 руб. согласно пункту 6.10 контракта, что составляет 5% от цены контракта.

Поставщик добровольно исполнил платежное обязательство на основании полученного требования, осуществив 12 сентября 2023 года оплату штрафа в размере 1 525 125 руб., что подтверждается платежным поручением от 12 сентября 2023 года № 996763 (том 1, лист дела 59).

Заказчик 5 сентября 2023 года выставил поставщику требование № 4-1-6274 об уплате неустойки (пени) в размере 817 467 руб. согласно пункту 6.9 контракта.

Поставщик добровольно исполнил платежное обязательство на основании полученного требования, осуществив 12 сентября 2023 года оплату неустойки (пени) в размере 817 467 руб., что подтверждается платежным поручением от 12 сентября 2023 года № 996764 (том 1, лист дела 60).

13 сентября 2023 года Комиссия Управления Федеральной антимонопольной службе по Орловской области, рассмотрев обращение Департамента образования Орловской области о включении сведений в отношении ООО «Гигант-Компьютерные системы» в реестр недобросовестных поставщиков, принимает решение об отказе о включении сведений в отношении ООО «Гигант-Компьютерные системы» в реестр недобросовестных поставщиков. В Решении Орловского УФАС указано, что при исполнении контракта могли иметься обстоятельства, независящие от поставщика, объективно препятствующие его исполнению, а ООО «Гигант-Компьютерные системы» осуществляло действия, направленные на исполнение контракта, включая неоднократные обращения к заказчику с просьбой о заключении дополнительного соглашения о поставке товара с улучшенными характеристиками, поскольку поставка предусмотренного контрактом товара стала невозможной по причине наступления обстоятельств непреодолимой силы.

16 ноября 2023 года истец получил уведомление АО «Альфа - Банк» о получении банком требования заказчика от 31 октября 2023 года на сумму 12 201 000 руб. согласно условиям банковской гарантии от 9 марта 2023 года № OC3G3X, содержащее требование к истцу о предоставлении объяснений о причинах неисполнения обеспеченного банковской гарантией основного обязательства и требование об осуществлении выплаты суммы предъявленного Банком требования (том 1, лист дела 64).

На основании полученного уведомления банка истец 27 ноября 2023 года осуществил выплату банку суммы возмещения по банковской гарантии в размере 12 201 000 руб. на основании платежного поручения от 27 ноября 2023 года № 995439 (том 1, лист дела 65).

Банк на основании платежного поручения от 28 ноября 2023 года № 327578 от перечислил ответчику 12 201 000 руб. (том 1, лист дела 66).

11 января 2024 года истец получил уведомление АО «Альфа - Банк» о получении банком требования заказчика от 20 декабря 2023 года на сумму 3 757 908 руб. согласно условиям банковской гарантии от 9 марта 2023 года № OC3G3X, содержащее требование к истцу о предоставлении объяснений о причинах неисполнения обеспеченного банковской гарантией основного обязательства и требование об осуществлении выплаты суммы предъявленного банку требования (том 1, лист дела 73).

На основании полученного уведомления банка истец 22 января 2024 года осуществил выплату банку суммы возмещения по банковской гарантии в размере 3 757 908 руб. на основании платежного поручения от 22 января 2024 года № 255 (том 1, лист дела 74).

Банк на основании платежного поручения от 23 января 2024 года № 503417 от подтвердил перечисление в пользу ответчика 3 757 908 руб. (том 1, лист дела 75).

Таким образом, всего на основании выставленных ответчиком банку требований по банковской гарантии истец перечислил на счет банка сумму в общем размере 15 958 908 руб.

Истец полагает, что ответчик необоснованно получил денежные средства в сумме 15 958 908 руб.

Направленные истцом досудебные претензии добровольно Департаментом удовлетворены не были.

Невозможность урегулировать спор в досудебном порядке послужила основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Арбитражный суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению. При этом суд исходит из следующего.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иных правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц.

Согласно главе 60 ГК РФ обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого, и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

На основании статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

По требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение, на основании пункта 1 статьи 1102 ГК РФ истец должен доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; размер неосновательного обогащения.

Удовлетворение иска возможно при доказанности совокупности фактов, подтверждающих неосновательное приобретение или сбережение ответчиком имущества за счет истца.

Отношения, связанные с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, регулируются Федеральным законом от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе).

Закон о контрактной системе предусматривает особые процедуры осуществления закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд, что направлено на защиту публичных интересов в сфере таких закупок.

По общему правилу государственные органы (в том числе органы государственной власти), органы управления государственными внебюджетными фондами, органы местного самоуправления, казенные учреждения и иные получатели средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации или местных бюджетов могут вступать в договорные отношения только посредством заключения государственного или муниципального контракта на конкурсной основе и в пределах лимитов бюджетных обязательств.

Материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается факт получения спорных денежных средств.

При этом ответчик приводит доводы о том, что контракт содержит условие о праве заказчика требовать от гаранта (банка) уплаты денежной суммы по банковской гарантии в размере заявленных исковых требований (15 958 908 руб.) в связи с неисполнением поставщиком обязательств по контракту.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

По мнению суда, толкование условий контракта не позволяет сделать однозначный вывод о том, что заказчик имеет право на получение всей денежной суммы по банковской гарантии помимо неустоек и штрафов.

При этом суд исходит из системного толкования условий договора, его цели и существа законодательного регулирования.

Предметом спора по настоящему делу является взыскание неосновательно полученных им денежных средств по независимой гарантии (а не возврат обеспечительного платежа).

Как следует из пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 381.1 ГК РФ денежное обязательство, в том числе обязанность возместить убытки или уплатить неустойку в случае нарушения договора, и обязательство, возникшее по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1062 ГК РФ, по соглашению сторон могут быть обеспечены внесением одной из сторон в пользу другой стороны определенной денежной суммы (обеспечительный платеж). Обеспечительным платежом может быть обеспечено обязательство, которое возникнет в будущем.

В случае ненаступления в предусмотренный договором срок обстоятельств, предусмотренных абзацем вторым пункта 1 настоящей статьи или прекращения обеспеченного обязательства обеспечительный платеж подлежит возврату, если иное не предусмотрено соглашением сторон (пункт 2 статьи 381.1 Гражданского кодекса).

В силу пункта 1 статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства.

Таким образом, законодатель квалифицирует обеспечительный платеж и независимую гарантию, как самостоятельные способы обеспечения исполнения обязательств, которые регулируются разными нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (§6 и §8 ГК РФ).

Независимая гарантия не может рассматриваться, как один из видов ответственности контрагента по обеспеченному обязательству, призвана компенсировать потери бенефициара за нарушение его контрагентом обязательств по контракту.

Соответственно, исходя из правовой природы банковской гарантии как способа обеспечения исполнения обязательств и цели правового института независимой гарантии, ею должны обеспечиваться имущественные требования.

Таким образом, гарантия обеспечивает потери бенефициара и носит компенсационный характер, что прямо предусмотрено условиями гарантии.

Сложившаяся правоприменительная практика в части возможности удержания суммы обеспечительного платежа при неисполнении или ненадлежащем исполнении заключенного договора определение Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2024 года № 301-ЭС22-19253), исходит из наличия в договоре соответствующей оговорки.

Так, на примере рассмотренного спора по делу № А43-11822/2021, Верховный Суд Российской Федерации в указанном выше определении № 301-ЭС22-19253 установил, что пунктом 7.3 контракта стороны предусмотрели, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств по контракту заказчик вправе взыскать с поставщика обеспечение исполнения контракта. Суд пришел к выводу, что стороны в контракте предусмотрели условие, в соответствии с которым обеспечительный платеж удерживается заказчиком в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств по контракту. В контракте содержится понятное и однозначное условие о праве заказчика удержать всю сумму обеспечительного платежа в случае неисполнения поставщиком условий контракта.

Анализируя возможность применения правовой позиции, высказанной в Определении Верховного Суда от 24 марта 2023 года № 301-ЭС22-19253, в рамках настоящего спора суд учитывает, что указанное определение принималось по делу, в рамках которого истец требовал возвращения удержанного заказником обеспечительного платежа. В свою очередь в рамках спора между ООО «Гигант-Компьютерные системы» и Департаментом истец обращается с исковым заявлением о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов за пользования чужими денежными средствами в связи с необоснованным получением ответчиком суммы, выплаченной по банковской гарантии.

Применимые нормы права в спорах по указанным делам различны. Фактические обстоятельства исполнения государственных контрактов не тождественны между собой.

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что спорный контракт был в одностороннем порядке расторгнут заказчиком в связи с несоответствием поставленного обществом товара требованиям контракта, что свидетельствует о неисполнении обязательства по поставке. Таким образом, поставщиком обязательство по контракту не исполнено. С учетом установленных обстоятельств и представленных доказательств суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в контракте содержится понятное и однозначное условие о праве заказчика удержать

Вместе с тем пункт 7.13 спорного государственного контракта от 10 марта 2023 года № 10 не содержит условия, дающего заказчику право удерживать, не возвращать сумму обеспечения исполнения обязательств, получать удовлетворение за счет средств банковской гарантии в размере всей суммы независимой гарантии.

При буквальном толковании положений контракта следует, что Заказчик вправе потребовать уплаты денежной суммы по независимой банковской гарантии (пункт 7.13).

По мнению суда, очевидно, что под денежной суммой в данном случае понимается не вся сумма независимой гарантии, а размер имущественных требований заказчика, которые существовали у последнего в период действия обеспечиваемого обязательства.

Под таким имущественным требованием следует понимать требование об уплате аванса (если контрактом предусмотрено авансирование), неустойки (пени, штрафов), взыскании убытков, что обусловлено неисполнением (ненадлежащим) исполнением поставщиком обязательств по контракту.

Между тем, истец не перечислял денежные средства ответчику. Предоставление банковской гарантии заключается в принятии на себя банком обязательства уплатить бенефициару определенную денежную сумму. Банк стороной контракта не является.

При этом ни банковская гарантия, ни контракт не предусматривают каких-либо самостоятельных условий выплаты всей суммы банковской гарантии независимо от размера потерь ответчика или начисленных по контракту финансовых санкций: выплата производится на сумму обязательств истца перед ответчиком в установленных банковской гарантией пределах.

Иными словами, по гарантии бенефициар вправе получить лишь ту сумму, которую он получил бы со своего контрагента, если бы такой гарантии не существовало.

Таким образом, применительно к внесенному денежными средствами обеспечительному платежу по делу № А43-11822/2021 была установлена диспозитивная природа нормы права, позволяющая в рамках контракта установить возможность удержания суммы обеспечительного платежа в большей сумме, чем действительный размер обязательств поставщика перед заказчиком. Вместе с тем эта правовая позиция неприменима в данном споре к банковской гарантии.

При расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Сам по себе факт расторжения контракта в связи с неисполнением поставщиком обязательства не дает заказчику право на взыскание всей суммы банковской гарантии.

Согласно правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, получение заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии с обеспечиваемым гарантией обязательством.

Исходя из пункта 16 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 июня 2019 года), независимый характер обязательства гаранта перед бенефициаром и правила о возмещении гаранту сумм, выплаченных по гарантии, не означают, что бенефициар вправе получить за счет принципала денежные средства в большем размере, чем ему причитается по обеспечиваемому договору.

Из пункта 6.3 контракта следует, что в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).

В соответствии с пунктом 6.9 контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены Контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком, за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени.

Согласно пункту 6.10 контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, поставщик выплачивает заказчику штраф в размере 5 процентов цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей (включительно), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления штрафа.

Размер имущественных требований ответчика, которые возникли в связи с неисполнением истцом обязательств по контракту, составили 817 467 руб. неустойки и штрафа в сумме 1 525 125 руб.

Ответчик не ссылается на возникновение у него каких-либо конкретных убытков или иного ущерба от действий истца.

Доводы Ответчика, что выплата по независимой гарантии не подлежит возврату в полном объеме, являются необоснованными, поскольку сумма гарантии должна покрывать действительный размер обязательств истца (принципала) перед ответчиком (бенефициаром).

Таким образом, полученная ответчиком денежная сумма в размере 15 958 908 руб. является неосновательно полученной заказчиком.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2022 года № 305-ЭС21-29162 по делу № А40-11191/2021 установлено, что по смыслу положений Федерального закона от «О контрактной системе в сере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» обеспечение исполнения контракта к мерам гражданско-правовой ответственности не относится, а размер удержания обеспечения в пользу заказчика напрямую зависит от действительного размера имеющихся у него конкретных требований к исполнителю.

Установление требования об обеспечении исполнения контракта служит средством минимизации рисков неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком своих обязательств по контракту, обеспечение исполнения контракта призвано обеспечить обязательства контрагента по контракту. Обеспечение исполнения контракта не является средством получения заказчиком ничем не обусловленного дохода за счет поставщика.

Положениями закона и контракта не установлена возможность получения денежных средств по независимой гарантии в полном объеме вне зависимости от существа допущенного поставщиком нарушения и вне зависимости от размера имущественных требований.

Предлагаемое Департаментом толкование контракта приводит к неосновательному обогащению заказчика и противоречит компенсационному характеру гражданской ответственности, поскольку возможный размер убытков ответчика, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства истцом, значительно ниже удерживаемой ответчиком за счет истца денежной суммы.

Направленное ответчиком в банк требование о выплате суммы по независимой гарантии не соответствует восстановительному характеру гражданско-правовой ответственности, которая предполагает, что кредитор будет поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Удержание суммы банковской гарантии в отсутствие фактического ущерба означало бы двойную ответственность, что недопустимо.

Судом установлена правомерность применения истцом к ответчику имущественной ответственности, предусмотренной статьей 395 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 37, 39, 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Истец представил в материалы дела расчет процентов за пользование чужими денежными средствами. Представленный истцом расчет ответчиком не оспорен, судом проверен и признан арифметически верным.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьями 110, 112 АПК РФ понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины следует отнести на ответчика.

Также судом было учтено, что согласно пункту 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 11 июля 2014 года № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в случае если ответчик освобожден от уплаты государственной пошлины, а истцу, в пользу которого принят судебный акт, которым заканчивается рассмотрение спора по существу, была предоставлена отсрочка ее уплаты и государственная пошлина истцом не уплачена, государственная пошлина не взыскивается с ответчика, поскольку отсутствуют основания для ее взыскания в федеральный бюджет.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с Департамента образования Орловской области в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Компьютерные системы» неосновательно полученные денежные средства в сумме 15 958 908 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 381 167,37 руб. за период с 29 ноября 2023 года по 27 июня 2024 года, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 105 507 руб.

Дальнейшее взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами с Департамента образования Орловской области в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Компьютерные системы» производить с 28 июня 2024 года по день фактического погашения задолженности, исходя из суммы основного долга в размере 15 958 908 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу. Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Воронеж) через Арбитражный суд Орловской области в течение месяца со дня его принятия.


Судья О.И. Лазутина