Постановление от 20 января 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11267/2025(1)-АК

Дело № А60-72421/2024
21 января 2026 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 января 2026 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Гладких Е.О., Зарифуллиной Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д.,

в отсутствии лиц, участвующих в деле: не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

в связи с неявкой лиц, участвующих в деле, аудиопротоколирование судебного заседания не ведется,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 31 октября 2025 года

о завершении реализации имущества гражданина и неприменении правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-72421/2024

о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2025 (резолютивная часть от 10.03.2025) ФИО1 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий), член Ассоциации «РСОПАУ».

Сообщение № 77237832896 о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 47(7979) от 15.03.2025, сообщение № 7338901 о признании гражданина несостоятельным (банкротом) включено в «Единый федеральный реестр сведений о банкротстве» 12.03.2025.

11.08.2025 от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, перечислении с депозитного счета арбитражного суда 25 000 руб. вознаграждения финансового управляющего.

05.09.2025 от ПАО «Совкомбанк» поступило ходатайство о неприменении в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении гражданина от исполнения обязательств в отношении требования ПАО «Совкомбанк».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.10.2025 процедура реализации имущества должника завершена. Определено не применять в отношении должника положения п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств; перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области вознаграждение финансового управляющего в размере 25 000 руб. по представленным реквизитам.

Должник, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части не применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что суд не принял во внимание поведение должника в процедуре, поверхностно оценил его добросовестность, учел исключительно действия должника на момент принятия на себя должником кредитных обязательств; поведению должника дана неверная оценка. Должник системно исполнял взятые на себя кредитные обязательства, в том числе перед ПАО «Совкомбанк» (далее также – Банк), что исключает его недобросовестность в предбанкротный период. В отчете финансового управляющего указано, что в поведении ФИО1 не содержится признаков недобросовестного поведения. Действия должника были неразумными, но не недобросовестными. Кредитором не были задействованы все действующие инструменты проверки платежеспособности должника перед возложением на должника кредитных обязательств; не запросил выписки из электронной трудовой книжки с ЭЦП уполномоченного органа или иные справки, подтверждающие внесенные данные в анкету-заявку ФИО1; Банк ограничился формальной проверкой. Суд проигнорировал судебную практику при решении вопроса о не применении к должнику правил об освобождении от обязательств. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено.

ПАО «Совкомбанк» в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что должником оформлено не менее 7 кредитных договоров в краткосрочный период (12.04.2023 – 18.04.2023) на сумму более 5 541 019,66 руб. в разных банках, в связи с чем банки объективно не имели возможности получить информацию об уже выданных кредитах. Должник не имел реальной возможности погашать задолженность, так как его среднемесячный доход не позволял этого делать, сумма платеже по кредитным обязательствам составляла не менее 120 000 руб., что подтверждается пояснениями самого должника, который указывал, что исполнял обязательства за счет средств родителей. Есть основания полагать, что у должника изначально не было ни намерения, ни возможности возвращать денежные средства. Должник не представил платежные документы, подтверждающие несение расходов на лечение. Целью должника являлось недобросовестное использование института потребительского банкротства.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, только в обжалуемой части (в части не применения в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами).

Как следует из материалов дела, процедура реализации имущества должника введена и утвержден финансовый управляющий решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2025 (резолютивная часть от 10.03.2025).

Ссылаясь на то, что должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализация имущества, переход на процедуру реструктуризация долгов невозможен; у должника недостаточно денежных средств для погашения судебных расходов, достаточно денежных средств для выплаты вознаграждения финансовому управляющему, процедуру реализации имущества необходимо завершить; признаки преднамеренного или фиктивного банкротства должника отсутствуют; расходы на проведение процедуры банкротства составили 15 271,25 руб.; ввиду отсутствия конкурсной массы текущие расходы по процедуре реализации имущества не погашены в полном объеме, реестровые требования кредиторов не погашались; должник в ходе проведения процедуры действовал согласно принципам добросовестности и разумности; злоупотребления правом и фактов недобросовестности со стороны должника не усмотрено, жалоб на действия (бездействия) в суд не поступало; указав мероприятия, проведенные в процедуре, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, перечислении вознаграждения финансового управляющего.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника; пополнение конкурсной массы невозможно; доказательств возможности выявления имущества должника, дальнейшего пополнения конкурсной массы, возможности дальнейшей реализации имущества не имеется; основания для продления процедуры отсутствуют.

Отказывая в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суд первой инстанции исходил из доказанности обстоятельств, предусмотренных абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве; установил недобросовестное поведение должника при принятии на себя кредитных обязательств: должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимал на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что привело к его банкротству.

Определяя перечислить с депозитного счёта Арбитражного суда Свердловской области арбитражному управляющему ФИО2 25 000 руб. вознаграждения, суд первой инстанции исходил из требований пп. 1-3 ст.20.6, пп.3-4 ст. 213.9 Закона о банкротстве.

В части завершения процедуры реализации имущества должника, перечисления вознаграждения финансового управляющего определение суда первой инстанции от 31.10.2025 не обжалуется, соответствующих доводов апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции проверена судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы – в части отказа в освобождении должника от исполнения обязательств перед кредиторами (не применении в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х «Банкротство граждан», регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Задачей указанной процедуры является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов за счет конкурсной массы, то есть имущества должника, имеющегося на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина (п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

В процедуре реализации имущества финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пп. 7, 8 ст. 213.9, пп. 1, 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

Учитывая, что целью процедуры реализации имущества гражданина, по аналогии с конкурсным производством, является соразмерное удовлетворение требований кредиторов (ст. 2 Закона о банкротстве), арбитражный управляющий в процедурах банкротства обязан принять все меры по розыску имущества должника, формированию конкурсной массы. Результаты этой работы должны быть изложены в отчете арбитражного управляющего.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абз. 5 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Если обстоятельства, указанные в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные ст. 312 АПК РФ.

В данном случае вопрос о не применении в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве разрешен одновременно с завершением процедуры реализации имущества.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Согласно п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника финансовый управляющий представил отчет о своей деятельности и о результатах процедуры реализации имущества должника от 08.08.2025, реестр требований кредиторов должника по состоянию на 08.08.2025, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства, копии запросов в государственные органы в отношении должника, копии ответов кредитных организаций и госорганов в отношении должника, опись имущества должника, подтверждение публикаций необходимых сведений в процедуре; документы, подтверждающие расходы управляющего в процедуре, сведения о доходах должника.

В заявлении о признании себя банкротом должник указал, что по состоянию на октябрь 2024 года его задолженность с пенями и штрафами перед кредиторами составляет 5 541 019,66 руб. а именно:

- ПАО «Московский кредитный Банк», кредитный договор от 18.04.2023, задолженность – 660 865,70 руб.; кредитный договор от 12.04.2023, задолженность 33 279,32 руб.,

- ПАО «Совкомбанк», кредитный договор от 17.04.2023, задолженность - 544 578,22 руб.; кредитный договор от 17.04.2023, задолженность – 46 459,74 руб.,

- АО «ТБанк», кредитный договор от 13.04.2023, задолженность - 2 213013,07 руб.,

- ПАО КБ «УБРИР», кредитный договор от 13.04.2023, задолженность – 254 760,41 руб.,

- АО «Альфа-Банк», кредитный договор от 12.04.2023, задолженность - 1682 150,06 руб.; кредитный договор от 27.11.2021, задолженность – 5 913,14 руб.

Финансовым управляющим представлен список кредиторов должника, в котором содержатся аналогичные сведения, указанные должником в своем заявлении.

Из материалов дела о банкротстве следует, что резолютивной частью определения Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2025 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ПАО «Совкомбанк» (ИНН <***>; ОГРН <***>) в рамках кредитного договора: <***> от 17.04.2023 в размере 47 256,64 руб., из которых: 46 448,81 руб. - основной долг, 10,93 руб. - неустойки (штрафы, пени), 796,90 руб. – госпошлина в рамках кредитного договора: <***> от 17.04.2023 – в размере 632 531,07 руб., из которых: 452 652,62 руб. - основной долг, 764 53,89 руб. - проценты, 99 474,02 руб. - неустойки (штрафы, пени), 3 950,54 руб. – госпошлина.

Резолютивной частью определения Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2025 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ПАО "Московский кредитный банк" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в размере 694 744,21 руб., из которых: по кредитному договору <***> от 12.04.2023 – 33 878,51 коп., в том числе: 29 985,98 руб. – просроченная ссуда; 14 97,35 руб. – проценты по срочной ссуде; 1 795,99 руб. - проценты по просроченной ссуде, 599,19 руб. – государственная пошлина; по кредитному договору <***> от 18.04.2023 – 660 865,70 руб., в том числе: 575 792,22 руб. – просроченная ссуда; 76 682,79 руб. – проценты по срочной ссуде; 2 117,73 руб. – проценты по просроченной ссуде; 6 272,96 руб. – государственная пошлина.

Требования иных кредиторов по состоянию на дату принятия настоящего постановления апелляционного суда в реестр требований кредиторов должника не включены.

Кредиторов первой и второй очереди не установлено.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, в результате которого сделаны следующие выводы:

а) должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализация имущества, переход на процедуру реструктуризация долгов невозможен,

б) недостаточно денежных средств для погашения судебных расходов,

в) достаточно денежных средств для выплаты вознаграждения финансовому управляющему,

г) процедура реализации имущества в отношении должника введена обосновано.

д) процедуру реализации имущества необходимо завершить.

На основе проведенной финансовым управляющим проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, за период с 01.02.2022 по 29.05.2025 были сделаны следующие выводы:

1. признаки преднамеренного банкротства должника отсутствуют,

2. признаки фиктивного банкротства должника отсутствуют.

На момент подачи заявления о завершении процедуры реализации имущества финансовым управляющим проведены следующие мероприятия в процедуре реализации имущества гражданина:

1. направлены запросы в государственные регистрационные органы с целью выявления имущества должника,

2. направлены запросы в банки с целью выявления счетов, остатков денежных средств на счетах, а также проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности должника,

3. в целях установления имущественного положения должника финансовым управляющим получены сведения о зарегистрированном за должником имуществе. В ходе данных мероприятий объекты имущества, принадлежащие должнику и подлежащие реализации с последующим включением в конкурсную массу, финансовым управляющим не выявлены.

4. в связи с наличием включенных требований в реестр требований кредиторов производилось ежеквартальное уведомление кредиторов о ходе проведения процедуры реализации имущества должника; запросы о необходимости проведения дополнительных мероприятий по выявлению имущества должника в адрес финансового управляющего в ходе проведения процедуры реализации имущества не поступали.

Как указал управляющий, расходы на проведение процедуры банкротства (публикации в газете Коммерсантъ, почтовые расходы, расходы на публикации в ЕФРСБ, предстоящие почтовые расходы и расходы на публикации в ЕФРСБ) составили 15 271,25 руб. В ввиду отсутствия конкурсной массы текущие расходы по процедуре реализации имущества не погашены в полном объеме.

В ходе проведения процедуры банкротства финансовым управляющим было установлено, что должник не трудоустроен, получателем пенсии и иных социальных выплат не значится.

Ввиду отсутствия сформированной конкурсной массы реестровые требования кредиторов управляющим не погашались.

Установив, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника; пополнение конкурсной массы невозможно; доказательств возможности выявления имущества должника, дальнейшего пополнения конкурсной массы, возможности дальнейшей реализации имущества не имеется; основания для продления процедуры отсутствуют, суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества должника.

В данной части судебный акт суда первой инстанции не оспаривается.

Как следует из заявления финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника, управляющим заявлено требование об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, имевшихся на дату обращения в суд с заявлением о банкротстве должника.

При этом, финансовый управляющий отметил, что должник в ходе проведения процедуры реализации имущества действовал согласно принципам добросовестности и разумности, финансовому управляющему в получении достоверных документов не препятствовал, обязанности по передачи всех необходимых документов финансовому управляющему выполнил в полном объеме, каких-либо скрытых фактов от должника финансовым управляющим в процессе исполнения своих обязанностей не выявлено, в связи с чем, злоупотребления правом и фактов недобросовестности со стороны должника не усмотрено, равно как и жалоб на действия (бездействия) в суд не поступало.

Как ранее было указано, признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства должника управляющим не установлено.

Согласно абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 138, 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом приведенных выше разъяснений Постановления № 45 в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства. Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д. (определение Верховного Суда РФ от 15.06.2017 № 304–ЭС17–76).

Конституционный суд Российской Федерации в определении от 25.04.2019 N 991–О сформулировал позицию, согласно которой предусмотренная пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве возможность освобождения от исполнения обязательств перед кредиторами, направленная на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств для извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя. Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (п. 1 ст. 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.). Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину–должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019, разъяснено, что в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей отказа в освобождении гражданина от долгов в рамках процедуры банкротства. При этом последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

Кредитор ПАО «Совкомбанк» заявил ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед ним со ссылкой на недобросовестное поведение ФИО1 при получении кредитных средств по кредитным договорам.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании себя банкротом, должник указал, что потратил вырученные с кредитных договоров денежные средства на лечение, прочие медицинские расходы и бытовые нужды; до процедуры банкротства надлежаще исполнял обязательства по ранее взятым кредитам с помощью близких, что подтверждает его добросовестность.

Как было указано выше, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредитных организаций на общую сумму 1 393 553,92 руб. В ПАО «Московский кредитный банк» должник оформил 2 кредитных договора от 12.04.2023 и от 18.04.2023, в ПАО «Совкомбанк» - 2 кредитных договора от 17.04.2023. Требования данных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника.

Исходя из дат заключения должником кредитных договоров, в период с 12.04.2023 по 18.04.2023 должником заключено 4 кредитных договора на общую сумму 1 162 406,64 руб.

Из сведений, сообщенных должником в заявлении о признании себя банкротом, подтвержденных списком финансового управляющего о кредиторах должника, следует, что кредитный договор с АО «ТБанк» заключен должником - 13.04.2023, с ПАО КБ «УБРИР» - 13.04.2023, с АО «Альфа-Банк» - 12.04.2023, то есть в этот же период, а также договор с АО «Альфа-Банк» - 27.11.2021 (на два года ранее).

То есть кредитные договоры с банками, включенными в реестр, а также с иными банками (помимо договора с АО «Альфа-Банк» от 27.11.2021) заключены должником в короткий промежуток времени (7 дней), при этом, в один день 12.04.2023 заключено 2 договора с разными банками, 13.04.202023 – 2 договора с разными банками, 17.04.2023 два договора в одном банке, 18.04.2023 – один договор с банком).

Указанное свидетельствует о том, что информация о кредитных обязательствах должника, ранее принятых им на себя в течение короткого промежутка времени, не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату следующего кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в краткосрочный период (с 12.04.2023 по 18.04.2023).

В связи с установлением данного факта суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы должника о том, что кредитор ПАО «Совкомбанк» является профессиональным участником рынка кредитования, в связи с чем должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств.

Подобные доводы приведены должником в апелляционной жалобе, где должник указал, что кредитором не были задействованы все действующие инструменты проверки платежеспособности должника перед возложением на должника кредитных обязательств; Банк не запросил выписки из электронной трудовой книжки с ЭЦП уполномоченного органа или иные справки, подтверждающие внесенные данные в анкету-заявку ФИО1; Банк ограничился формальной проверкой.

Данные доводы отклоняются по аналогичным мотивам, поскольку при оформлении кредитных договоров в столь краткосрочный период, зачастую одним днем, препятствует кредитной организации установить обстоятельства наличия у должника обильной кредитной нагрузки, препятствующей выдаче нового кредита.

В анкете ПАО «Совкомбанк» должник указал свой среднемесячной доход за 4 месяца 115 000 руб.

По сведениям о трудовой деятельности, предоставленным из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования РФ, ФИО3 23.09.2022 уволен из ООО «Векама» с должности повара.

В настоящее время официально должник не трудоустроен.

Согласно справке 2–НДФЛ доход должника в 2022 году составлял 242 009,78 руб.

За 2023 и 2024 года справки 2– НДФЛ в материалах дела отсутствуют.

Какие–либо дополнительные источники дохода должником не раскрыты.

Таким образом, ежемесячный платеж по всем кредитам кратно превышал доход должника. Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что должник, получив заемные денежные средства, не имел реальной возможности погашать задолженность, так как среднемесячный доход не позволял этого делать.

Учитывая не предоставление должником сведений о получении какого-либо иного дохода, из указанного следует вывод, что в анкете-заявлении на получение кредита в ПАО Совкомбанк должник указал недостоверные сведения о своем доходе.

Должником представлены в материалы дела пояснения о том, что полученные денежные средства израсходованы им на лечение, прочие медицинские расходы и бытовые нужды. Так, должник представил в материалы дела заключение МРТ пояснично–крестцового отдела позвоночника и копчика; справку о кардиологических заболеваниях и направление на стационарное лечение; письменную консультацию врача, связанную с варикозным расширением вен нижних конечностей; прием врача невролога от 09.02.2024.

При этом в материалы дела должником не представлено ни одного платежного документа, подтверждающего несение вышеуказанных расходов.

Должник указал, что на протяжении 6 – 7 месяцев оплачивал ежемесячные платежи по кредитам.

При этом, из пояснений самого же должника следует, что на момент получения кредитных обязательств в краткосрочный период у него не было достаточного дохода, обязательства перед кредиторами должник исполнял за счет средств своих родителей.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что само по себе подписание должником в краткосрочный период кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки.

Разумных и рациональных объяснений относительно несообщения кредиторам о наличии задолженности перед иными кредиторами должником не приведено.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции обоснованно заключил, что в данном случае должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых очевидно был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимал на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что в конечном итоге привело к его банкротству.

Подобное поведение должника является недобросовестным.

Доводы апеллянта о том, что суд не принял во внимание поведение должника в процедуре, поверхностно оценил его добросовестность, учел исключительно действия должника на момент принятия на себя должником кредитных обязательств; поведению должника дана неверная оценка; должник системно исполнял взятые на себя кредитные обязательства, в том числе перед ПАО «Совкомбанк», что исключает его недобросовестность в предбанкротный период, отклоняются.

Как следует из расчета суммы требований по кредитной карте, предоставленного ПАО «Московский кредитный банк» по кредитному договору <***> от 12.04.2023 с суммой кредитных средств 30 000 руб., за период с момента заключения кредитного договора по 09.03.2025 должник уплатил в счет погашения кредита только 2 000 руб. Единоразовая оплата кредита осуществлена 30.04.2024, тогда как с заявлением о признании себя банкротом должник обратился в арбитражный суд 19.12.2024 (заявление датировано 04.11.2024).

Согласно расчету суммы требований по потребительскому кредиту по кредитному договору <***> от 18.04.2023 с суммой кредитных средств 622 406,64 руб. за период с момента заключения кредитного договора по 09.03.2025 должник погасил 74 083,21 руб. Погашение задолженности осуществлялось с 01.05.2023 по 01.11.2023, затем прекратилось.

Согласно сведениям, предоставленным ПАО «Совкомбанк», погашение задолженности по кредитному договору <***> от 17.04.2023 с суммой кредита 465 000 руб. осуществлено должником всего в сумме 45 000 руб. за период с 18.05.2023 по 18.11.2023, дальнейшее погашение кредита не производилось. По кредитному договору <***> от 17.04.2023 с суммой кредита 45 000 руб. погашение задолженности не производилось.

Таким образом, гашение кредитной задолженности должником осуществлялось нерегулярно, в незначительных суммах, несоответствующих ежемесячным платежам, со значительными перерывами, по некоторым кредитным договорам погашение не производилось совсем, по другим было прекращено, что не свидетельствует о добросовестном исполнении должником принятых на себя обязательств и не опровергает его недобросовестное получение кредитов в короткий промежуток времени на общую значительную сумму, зачастую одним днем в отсутствие возможности у банков проверить информацию о наличии у него иных кредитных обязательств.

Доводы апеллянта о том, что поведение должника было неразумным, а не недобросовестным; суд проигнорировал судебную практику при решении вопроса о не применении к должнику правил об освобождении от обязательств; злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено, отклоняются.

Согласно п. 57 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025 по смыслу положений п. 4 ст. 21328 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных обязательств ввиду сложной жизненной ситуации не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения гражданина сама по себе таким препятствием не является.

Между тем, материалами дела не подтверждается принятие на себя должником непосильных обязательств ввиду сложной жизненной ситуации, о такой должником не заявлено. Расходы, произведенные в связи с решением проблем со здоровьем, документально должником не подтверждены; какие-либо пояснения должника, раскрывающие необходимость принятия на себя долговых обязательств в столь значительной в общем размере сумме, не даны.

Таким образом, оснований считать поведение должника неразумным в целях освобождения его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами не имеется.

Напротив, представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается, что должник намерен был и имел возможность исполнять принятые на себя обязательства, что подтверждает его недобросовестное поведение по заключению кредитных договоров, не имея достаточного для погашения кредитов источника дохода (в деле не имеется сведений о наличии источника дохода на момент заключения кредитных договоров, в связи с чем суд исходит из отсутствия дохода) в короткий срок с разными банками, лишая последних возможности проанализировать финансовое состояние должника перед выдачей кредита.

Дальнейшее поведение должника также говорит о его недобросовестности, поскольку стабильное погашение кредитов не производилось, а в некоторых случаях не производилось совсем, при этом в материалы дела не представлены сведения о каких-либо попытках должника к трудоустройству, либо о иных его действия в целях исполнения своих обязательств перед банками.

Возможность не освобождения должника от дальнейшего исполнения от обязательств перед кредиторами в связи с недобросовестным поведением, выразившемся в наращивании кредиторской задолженности в преддверии банкротства и принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств (ежемесячные платежи по кредитам превышали доход должника за такой же период) подтверждается судебной практикой, том числе указанным Обзором ВС РФ.

Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности может являться самостоятельным основанием для вывода о недобросовестном поведении должника.

Исходя из фактических обстоятельств данного дела, обстоятельств возникновения долга, последующего поведения должника, а также учитывая, что каких-либо не зависящих от должника обстоятельств, послуживших причиной непогашения задолженности, им не приведено, несмотря на трудоспособный возраст с 2022 года должник не трудоустроился и не продолжил исполнение принятых на себя обязательств, источник средств к существованию с момента возникновения кредитных обязательств не раскрыт, суд первой инстанции правомерно не применил в отношении должника правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед всеми кредиторами.

Ссылка должника на недоказанность наличия в его действиях признаков злостного уклонения от погашения задолженности судом апелляционной инстанции не принимается.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга, ведет явно роскошный образ жизни (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу N 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 N 307-ЭС22-12512).

В рассматриваемом случае установив, что кредитные обязательства исполнялись должником только в течение семи месяцев (до 01.11.2023), в последующем должник обязательства не исполнял, не был трудоустроен и не сообщил суду источник своих доходов, а также учитывая, что должник не доказал, что причиной неисполнения обязательств стали какие-либо сложные жизненные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно отказал в освобождении его от долгов перед всеми кредиторами.

Вопрос об определении выплаты обжалуемым судебным актом вознаграждения финансовому управляющему не являлся предметом апелляционного обжалования, в связи с чем проверке в данной части судебный акт суда первой инстанции не подлежит.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены (изменения) судебного акта суда первой инстанции в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В связи с тем, что в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 333.37 Налогового кодекса РФ граждане, в отношении которых введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), освобождены от уплаты государственной пошлины по обособленным спорам, связанным с освобождением от обязательств перед кредиторами, 10 000 руб., уплаченные представителем должника ФИО4 в качестве государственной пошлины по апелляционной жалобе, подлежат возврату плательщику на основании ст. 104 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 октября 2025 года по делу № А60-72421/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить ФИО4 (ИНН <***>) из федерального бюджета 10 000 рублей, уплаченные по платежному поручению от 24.11.2025 № 420.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.В. Саликова


Судьи


Е.О. Гладких


Л.М. Зарифуллина