Постановление от 12 апреля 2026 г. 10 ААС (Десятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3055/2026

Дело № А41-55938/21
13 апреля 2026 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 31 марта 2026 года Постановление изготовлено в полном объеме 13 апреля 2026 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В.,

судей: Досовой М.В., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ООО «ТЭК «СТГ» - ФИО2 по доверенности от 08.08.2025,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ТЭК «СТГ» на определение Арбитражного суда Московской области от 26.01.2026 по делу № А41-55938/21,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 01.12.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Московской области от 26.05.2022 ООО "СОКОРЛОГИСТИКА" (ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.04.2023 суд утвердил конкурсным управляющим ФИО3, (адрес для направления корреспонденции:129110, <...>, каб. 606).

30.09.2024 г. конкурсный управляющий ООО «Сокор-Логистика», с учётом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ от 27.10.2024, обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением со следующим требованием:

Признать недействительным Договор купли-продажи автомобиля № 28/2018 от 24.12.2018г., заключенный между ООО «Сокор-Логистика» и ООО «ТЭК «СТГ».

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с ООО «ТЭК «СТГ» в конкурсную массу ООО «Сокор-Логистика» денежные средства в размере

1 140 000 рублей.


Определением Арбитражного суда Московской области от 26.01.2026 заявленные требования удовлетворены.

Суд признал недействительным договор купли-продажи автомобиля № 28/2018 от 24.12.2018г., заключенный между ООО «Сокор-Логистика» и ООО «ТЭК «СТГ».

Применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ТЭК «СТГ» в конкурсную массу ООО «Сокор-Логистика» денежные средства в размере 1 140 000 рублей.

Взыскал с ООО «ТЭК «СТГ» в доход федерального бюджета расходы по уплате государственной пошлины в сумме 29 600 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «ТЭК «СТГ» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ООО "ТЭК "СТГ", участвующего в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Из материалов дела следует, что 24.12.2018г. между ООО «Сокор-Логистика» (Продавец) и ООО «Транспортно-экспедиционная компания «Сокор транс групп» (Покупатель) был заключен Договор купли-продажи транспортного средства, в соответствии с п. 1 которого Продавец продал, а Покупатель купил автомобиль:

Марка, модель - МАЗ-5440В9-1420-031 Категория ТС – С Тип транспортного средства по ПТС – грузовой –тягач седельный Идентификационный номер (VIN) – <***> Год выпуска – 2014г. Модель, номер двигателя - № ЯМЗ-651 № D0012450 Шасси (рама) - № <***> Регистрационный знак <***> Кузов – отсутствует Цвет – белый.

Согласно п. 3 Договора купли-продажи автомобиля № 28/2018 от 24.12.2018г. цена продажи составила 50 000,00 рублей.

Отчуждённый автомобиль был передан Покупателю по акту приема-передачи от 24.12.2018г.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ООО "Сокор-Логистика" ФИО3 указала, что договор № 28/2018 от 24.12.2018, заключенный должником с ООО "ТЭК "СТГ", является недействительной притворной сделкой, заключенной со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротства)".

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.


В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО3 указала, что договор купли-продажи автомобиля, заключенный ООО "Сокор-Логистика" с ООО "ТЭК "СТГ", является недействительной притворной сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об


ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).


В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,


действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как указывалось выше, производство по делу о банкротстве ООО "СокорЛогистика" было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 04 августа 2021 года, оспариваемый договор купли-продажи должником с ООО "ТЭК "СТГ" заключен 24 декабря 2018 года, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На дату заключения оспариваемой сделки у ООО "Сокор-Логистика" имелись неисполненные обязательства перед бюджетом.

12.06.18 генеральный директор ООО "Сокор-Логистика" ФИО4 присутствовал на заседании Комиссии по побуждению налогоплательщика к добровольному исполнению налоговой обязанности.

На основании решения Межрайонной ИФНС N 2 по Московской области N 14-12/844 от 14.12.18 в отношении ООО "Сокор-Логистика" была начата выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов и сборов за период с 01.01.15 по 31.12.17.

По результатам проведенной проверки в отношении ООО "Сокор-Логистика" принято решение N 173/Р от 25.09.2020 о привлечении Общества к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, которым должнику начислено 59 542 218 рублей недоимки, 23 201 540 рублей пени и 632 055 рублей штрафа.

Именно на основании заявления Межрайонной ИФНС N 2 по Московской области определением Арбитражного суда Московской области от 01 декабря 2021 года в отношении ООО "Сокор-Логистика" была введена процедура наблюдения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года N 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать третьего статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, оспариваемая сделка была совершена ООО "Сокор-Логистика" в условиях осведомленности о наличии у него неисполненных обязательств перед бюджетом и возможности привлечения Общества к налоговой ответственности.

Апелляционный суд также отмечает, что согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12 марта 2019 года N 305-ЭС17-11710(4) по делу N А40-177466/2013, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь


презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, оспариваемая сделка была совершена в условиях неплатежеспособности должника.

Об указанном обстоятельстве не могло быть неизвестно ООО "ТЭК "СТГ", поскольку оно является заинтересованным по отношению к ООО "Сокор-Логистика" лицом.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.


Согласно пункту 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из материалов дела следует и участвующими в деле лицами не оспаривается, что ФИО5, которая как генеральный директор заключила


договор купли-продажи N 09/2018 от 03.09.18 от имени ООО "ТЭК "СТГ", является дочерью ФИО4 - генерального директора и единственного участника должника.

ФИО5 также являлась единственным участником ООО "СокорЛогистика" в период с 21.03.16 по 28.03.19.

Следовательно, рассматриваемый договор был заключен в условиях неплатежеспособности должника в отношении заинтересованного лица. При этом указанной сделкой был причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Так, согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

Как указывалось выше, по условиям оспариваемого договора ООО «СокорЛогистика» передало ООО «ТЭК «СТГ» автомобиль 2014 года выпуска, за

50 000 рублей.


Пунктом 3 договора закреплено, что за проданный автомобиль продавец деньги в сумме 50 000 рублей получил полностью.

Однако, как было установлено в ходе налоговой проверки и отражено в решении Арбитражного суда города Москвы от 20 сентября 2024 года по делу № А40-107508/24 операции по перечислению денежных средств по договорам купли-продажи между ООО «Сокор-Логистика» и ООО «ТЭК «СТГ» (в том числе по оспариваемому договору № 28/2018 от 24.12.2018) отсутствуют в банковской выписке по счетам указанных лиц.

Также из названного судебного акта следует, что стоимость транспортных средств в сумме 50 000 рублей явно ниже рыночной стоимости на аналогичные транспортные средства.

Выездная налоговая проверка ООО «СОКОРЛОГИСТИКА» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов и сборов за период с 01.01.2015 года по 31.12.2017 года проводилась на основании решения от 14.12.2018 г. № 14-12/844, датой начала проверки являлось 14.12.2018. ООО «ТЭК «СТГ» образовано 29.06.2018г., т.е. за несколько месяцев до даты начала проведения выездной налоговой проверки в отношении ООО «Сокор-Логистика».


Генеральный директор ООО «Сокор-Логистика» ФИО4 был вызван в налоговый орган на Комиссию по побуждению налогоплательщика к добровольному исполнению налоговой обязанности.

Заседание комиссии, на котором присутствовал ФИО4, состоялось 12.06.2018г.

По итогам заседания комиссии был составлен Протокол заседания комиссии № 13-16/70 от 12.06.2018г.

Соответственно, о возможном проведении в отношении ООО «СОКОРЛОГИСТИКА» выездной налоговой проверки в случае неуплаты налогов, ФИО4 узнал именно 12.06.2018г.

На основании изложенного следует, что ООО «ТЭК «СТГ» создано с целью перевода на него бизнеса и последующего уклонения от уплаты налогов ООО «СОКОPJIOГИСТИКА».

В рамках настоящего обособленного спора доказательств произведенной по договору оплаты транспортного средства также не представлено.

Имеющийся в материалах дела акт сверки от 31.01.2019, подписанный сторонами, таким доказательством признан быть не может, поскольку не подтвержден первичными документами (платежным поручением, квитанцией и т.п.).

Следовательно, доказательства проведения расчетов по оспариваемому договору отсутствуют.

При этом, как указывалось выше, стоимость спорного автомобиля сторонами договора была определена в размере 50 000 рублей.

Из представленного в материалы дела заключения АО «Аналитическая экспертная группа» № 2010/24-ОЦ/ТС от 23.10.24 следует, что стоимость автомобиля Марка, модель - МАЗ-5440В9-1420-031 Категория ТС – С Тип транспортного средства по ПТС – грузовой – тягач седельный Идентификационный номер (VIN) – <***> Год выпуска – 2014г. Модель, номер двигателя - № ЯМЗ-651 № D0012450 Шасси (рама) - № <***> Регистрационный знак <***> Кузов – отсутствует Цвет – белый, по состоянию на 24.12.2018 составляла 1 140 000 рублей.

Сделанные независимым оценщиком выводы надлежащими доказательствами оспорены не были, о проведении судебной оценочной экспертизы в целях установления действительной стоимости имущества на момент его отчуждения заинтересованными лицами в суде первой инстанции не заявлялось.

Следовательно, по рассматриваемой сделке ликвидное имущество должника было отчуждено по цене, значительно (почти на 95%) ниже его действительной стоимости. Данное обстоятельство бесспорно свидетельствует о наличии противоправного характера оспариваемой сделки.

Допустимых доказательств того, что техническое состояние имущества или иные обстоятельства привели к существенному снижению его стоимости, материалы дела не содержат.


Следовательно, материалы дела свидетельствуют о противоправном характере рассматриваемой сделки, которая была совершена заинтересованными лицами, в условиях наличия у должника значительных налоговых обязательств, в отношении лица, которое было создано в период возникновения налоговых требований к должнику (заседание Комиссии по побуждению налогоплательщика к добровольному исполнению налоговой обязанности проведено 12.06.18, а решение о создании ООО "ТЭК "СТГ" принято 26.06.18), и о ее направленности на вывод имущества должника в целях недопущения обращения взыскания на него в пользу кредиторов.

Учитывая наличие совокупности обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно пункту 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Как указывалось выше, спорный автомобиль выбыл из собственности ООО "ТЭК "СТГ".

В рассматриваемом заявлении (с учетом его уточнений) конкурсный управляющий ФИО3 в порядке применения последствий недействительности сделки просила взыскать с ООО "ТЭК "СТГ" в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 1 140 000 рублей - в размере рыночной стоимости автомобиля на дату его отчуждения согласно отчету независимого оценщика.

Поскольку доказательств несоответствия указанной цены автомобиля его действительной стоимости не представлено, возврат имущества в конкурсную массу должника в натуре невозможен, суд первой инстанции обоснованно в порядке применения последствий недействительности сделки взыскал с ООО "ТЭК "СТГ" в


конкурсную массу ООО "Сокор-Логистика" денежные средства в сумме 1 140 000 рублей.

Довод заявителя апелляционной жалобы о пропуске управляющим срока исковой давности признается апелляционным судом несостоятельным.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давности признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При этом законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права или имело реальную юридическую возможность узнать о нарушении права, но и с моментом, когда у него появилось право оспаривать сделки.

Пунктом 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о


наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Из материалов дела следует, что податель рассматриваемого заявления ФИО3 была утверждена конкурсным управляющим ООО "Сокор-Логистика" определением Арбитражного суда Московской области от 18 апреля 2023 года, при этом она в силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве является процессуальным правопреемником ФИО6, который был утвержден конкурсным управляющим должника решением Арбитражного суда Московской области от 26 мая 2022 года.

Однако сам факт утверждения конкурсного управляющего не свидетельствует о начале течения срока исковой давности.

Как указывалось выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Заявленные требования конкурсный управляющий ФИО3 основывает на договоре купли-продажи № 28/2018 от 24.12.2018, экземпляр которого был ей получен 29.08.2024.

Следовательно, о факте совершения сделки и наличии оснований для ее оспаривания заявителю стало известно не ранее 29.08.2024.

В целях поиска имущества должника конкурсным управляющем был направлен запрос в ГИБДД о зарегистрированных и снятых с учета транспортных средствах, на который был получен ответ от 02.06.2023 г. с приложением сведений о зарегистрированных за Должником транспортных средствах. Указанное письмо не содержало информацию о том, что Должником с учета были сняты какие-либо транспортные средства.

07.06.2024 г. конкурсный управляющий ФИО7 обратилась в Арбитражный суд Московской области с ходатайством об истребовании документации у бывшего генерального директора Должника ФИО4


19.06.2024 г. в адрес конкурсного управляющего ФИО3 поступило письмо МИФНС N 2 по Московской области с приложением таблицы, содержащей сведения об отчужденных транспортных средствах, в том числе о спорном автомобиле.

29.08.2024 представитель ФИО4 по доверенности адвокат Шварев А.Б. передал конкурсному управляющему ФИО3 копию оспариваемого договора.

Учитывая тот факт, что ГИБДД не предоставило ответ на запрос конкурсного управляющего в части снятия с учета транспортных средств, конкурсный управляющий узнала о совершении оспариваемой сделки только после получения копии оспариваемого договора от представителя ФИО4 29.08.2024.

Поскольку рассматриваемое заявление было подано в арбитражный суд 30.09.2024 посредством электронной системы подачи документов "Мой Арбитр, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности заявителем пропущен не был.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что на дату совершения оспариваемой сделки ООО "Сокор-Логистика" не отвечало признакам несостоятельности подлежит отклонению.

Действительно, по состоянию на 28.08.2018 ООО "Сокор-Логистика" еще не было привлечено к налоговой ответственности. Тем не менее, в дальнейшем налог был доначислен за предыдущие периоды.

Генеральный директор общества присутствовал на заседании Комиссии по побуждению налогоплательщика к добровольному исполнению налоговой обязанности и не мог не осознавать возможность начисления обществу недоимки по налогам.

Более того, ООО "ТЭК "СТГ" было создано в кратчайший срок после проведения заседания названной комиссии дочерью генерального директора должника.

Следовательно, обстоятельства заключения оспариваемого договора свидетельствуют о противоправной цели сторон сделки.

Кроме того, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (Определение от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4)).

При этом наличие признаков неплатежеспособности не является необходимым критерием для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки сама по себе не препятствует квалификации такой сделки как подозрительной в соответствии с нормой пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку доказанность этих признаков всего лишь презюмируют цель причинения вреда кредиторам, а отсутствие таких признаков само по себе не исключает вывод о совершении сделки именно с этой целью. По смыслу указанной нормы, недействительной может быть признана сделка, совершенная с целью причинения вреда кредиторам при условии достижения этой цели.


По смыслу абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается также, если в результате совершения сделки должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из материалов дела следует, что в результате совершения оспариваемой сделки из конкурсной массы должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, что бесспорно свидетельствует о наличии противоправной цели рассматриваемой сделки.

Имеющиеся перед бюджетом налоговые обязательства ООО "СокорЛогистика" до настоящего времени не погашены, следовательно, отчуждение имущества было произведено в целях недопущения обращения взыскания на него в целях удовлетворения требований кредиторов.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы заявителю предоставлена отсрочка уплаты госпошлины до рассмотрения апелляционной жалобы по существу, то в соответствии со ст. 333.21 НК РФ и ст. 110 АПК РФ с ООО «ТЭК «СТГ» в доход федерального бюджета надлежит взыскать 30 000 руб. госпошлины.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26.01.2026 по делу № А41-55938/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ООО «ТЭК «СТГ» в доход федерального бюджета 30 000 руб. госпошлины.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий судья А.В. Терешин

Судьи М.В. Досова

В.А. Мурина