Постановление от 26 марта 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-5509/2026


г. Москва Дело А40-259731/22 27 марта 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2026 года Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей Ж.В. Поташовой, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2025 по делу № А40-259731/22, вынесенное судьей М.А. Грачевым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

о признании недействительной сделкой договора дарения от 23.05.2018, заключенного ФИО2 и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО3 по дов. от 02.03.2026

от ГК «АСВ» - ФИО4 по дов. от 18.12.2025

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.12.2022 возбуждено дело № А40-251622/22-129-442 Ф о несостоятельности (банкротстве) ФИО2.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 177(7622) от 23.09.2023.

07.11.2025 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2025 признан недействительной сделкой договор дарения от 23.05.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества (жилого помещения (квартиры), площадью 57 кв. м, кадастровый номер 77:08:0004004:4233, расположенного по


адресу: г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Южное Тушино, бульвар ФИО7, дом 19, корпус 2, квартира 257) в конкурсную массу ФИО2.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки статусу спорной квартиры как единственному пригодному для проживания жилью должника и членов его семьи. Апеллянт указывает, что на момент совершения сделки дарения (2018 год) и в настоящее время спорная квартира является для должника, его матери (третьего лица) и самого ответчика единственным местом проживания, а ее площадь не превышает норму предоставления для семьи из трех человек в городе Москве. По мнению заявителя, суд первой инстанции не учел, что такое имущество обладает исполнительским иммунитетом, а его отчуждение не может причинить вред кредиторам, поскольку оно все равно не подлежало бы включению в конкурсную массу. При этом апеллянт обращает внимание на то, что на момент дарения брак между должником и ФИО6 уже был расторгнут, однако она продолжала проживать в квартире как член семьи собственника, что не было опровергнуто. Апеллянт указывает, что возражения кредитора (ГК «АСВ») были представлены в судебное заседание без заблаговременного направления лицам, участвующим в деле, что лишило его возможности представить мотивированные контраргументы и доказательства. Также в жалобе отмечено, что суд не привлек к участию в обособленном споре ФИО6 (мать ответчика и бывшую супругу должника) в качестве третьего лица, хотя обжалуемое определение затрагивает ее права и законные интересы как члена семьи, проживающего в спорном помещении.

На основании изложенного просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В суд апелляционной инстанции поступил отзыв финансового управляющего должника на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В суд апелляционной инстанции поступил отзыв ГК «АСВ» на апелляционную жалобу, в приобщении которого апелляционным судом отказано в связи с несоблюдением требований ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представитель ФИО1 поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт.

Представитель ГК «АСВ» возражал на доводы апелляционной жалобы, указывал на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее по тексту – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,


предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с рассматриваемым требованием, финансовый управляющий указывал, что в ходе проведения мероприятий, предусмотренных процедурой, им было выявлено, что 23.05.2018 между должником ФИО2 и его сыном ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) был заключен договор дарения, в соответствии с которым должник безвозмездно передал в собственность ответчика недвижимое имущество: жилое помещение площадью 57 кв. м с кадастровым номером 77:08:0004004:4233, расположенное по адресу: г. Москва, бульвар ФИО7, д. 19, корп. 2, кв. 257.

Заявитель полагал, что данная сделка совершена со злоупотреблением правом и направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем, просил признать ее недействительной на основании ст.ст. 10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылался на то, что на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Также заявитель обращал внимание суда на безвозмездный характер сделки и наличие заинтересованности между сторонами, поскольку одаряемый приходится должнику сыном.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик заявил о пропуске срока исковой давности, а также указал, что спорное имущество является единственным жильем для должника и членов его семьи, в связи с чем, обладает исполнительским иммунитетом и не может быть реализовано в процедуре банкротства.

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований заявителя, руководствуясь при этом следующим.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 22.06.2021) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ, течение срока исковой давности начинается с того момента, когда конкурсный управляющий реально имел возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемой сделки, но и о том, на каких условиях она совершена, чтобы определить, причинен ли вред кредиторам (определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393 и от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230).

В соответствии со ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.


Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Из материалов дела следует, что процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО2 введена определением Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2023 (резолютивная часть от 31.01.2023).

Поскольку заявление о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки подано 06.11.2025, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности на обращение в суд с соответствующим заявлением финансовым управляющий не пропущен.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено: исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суд Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Согласно положениям п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Несоответствие сделки требованиям ст. 10 ГК РФ означает, что такая сделка, как не соответствующая требованиям закона, в силу ст. 168 ГК РФ ничтожна.

Обстоятельствами, свидетельствующими о цели причинения вреда кредиторам, могут являться неисполнение существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене и аффилированность покупателя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N305-ЭС17-11710(4)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Вместе с тем следует учитывать, что в соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов


допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Презумпция добросовестности сторон при совершении сделок является опровержимой.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 по делу N 309-ЭС14-923).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.


Как указано в абзаце седьмом пункта 5 вышеназванного постановления, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления от 23.12.2010 № 63, наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период.

Судом первой инстанции установлено, что сделка совершена между заинтересованными лицами, поскольку ответчик является сыном должника, что сторонами не оспаривалось, а также носит безвозмездный характер.

При этом на момент совершения сделки (23.05.2018) ответчику было 12 лет, в связи с чем договор от его имени в силу статьи 28 ГК РФ подписывали его родители, включая самого должника.

Судом также установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от 23.04.2015 по делу № А40-31510/2015 Коммерческий Банк «Судостроительный банк» (ООО)


признан банкротом, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по тому же делу установлены обстоятельства привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, а именно то, что в октябре-ноябре 2014 года, действуя в качестве заместителя председателя правления банка, он выдал шести компаниям крупные необеспеченные кредиты в иностранной валюте, заведомо не способным обеспечить их возвратность, чем причинил ущерб в размере 10 653 296 495,72 руб.

Правонарушение совершено до 16.02.2015, то есть до заключения оспариваемого договора дарения. Впоследствии задолженность по указанным обязательствам перед единственным кредитором – КБ «Судостроительный банк» (ООО) в лице ГК «АСВ» – была включена в реестр требований кредиторов должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что на дату совершения спорной сделки должник уже отвечал признаку неплатежеспособности, а само отчуждение имущества совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, предотвращения возможного обращения взыскания на ликвидный актив, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны участников сделки.

Возражения ответчика о том, что спорное имущество является единственным жильем должника и членов его семьи, в связи с чем обладает исполнительским иммунитетом и не может быть истребовано, также были правомерно отклонены судом первой инстанции.

Суд обоснованно указал, что из выписки ЕГРН от 10.06.2025 и пояснений конкурсного кредитора следует, что решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 16.06.2015 по делу № 2-4606/2015 (после отзыва лицензии у банка) в пользу супруги должника ФИО6 перешли следующие объекты недвижимости:

- нежилое здание площадью 118,4 кв. м., кадастровый номер 50:08:0000000:159349, расположенное по адресу: Московская область, Истринский район, Бужаровское с/пос., д. Матвейково, ЛПХ "Респект", уч.23,

- жилое здание площадью 121,7 кв. м., кадастровый номер 50:08:0070349:121, расположенное по адресу: Московская область, Истринский район, сельское поселение Бужаровское, <...> "Респект", дом № 23,

- земельный участок площадью 1200 кв. м., кадастровый номер 50:08:0070349:72, расположенный по адресу: Московская область, Истринский район, сельское поселение Бужаровское, <...> "Респект", уч. 23,

- земельный участок площадью 1200 кв. м., кадастровый номер 50:08:0070349:73, расположенный по адресу: Московская область, Истринский район, сельское поселение Бужаровское, <...> "Респект", уч. 24,

- жилое помещение площадью 58,6 кв. м., кадастровый номер 77:08:0003007:4568, расположенное по адресу: Москва, Северное Тушино, б-р. ФИО7, д. 6, корп. 2, кв. 48.

Кроме того, из материалов дела следует, что 01.10.2025 финансовым управляющим подано заявление о признании недействительным раздела совместно нажитого имущества по указанному гражданскому делу.

При таких обстоятельствах судом правомерно отклонены возражения ответчика.


С учетом изложенного, суд первой инстанции признал договор дарения от 23.05.2018 недействительным и применил последствия недействительности сделки в виде возврата спорного жилого помещения в конкурсную массу должника.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и пунктом 2 статьи 167 ГК РФ.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Довод заявителя жалобы о том, что спорное жилое помещение является единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, в связи с чем обладает


исполнительским иммунитетом и не подлежит включению в конкурсную массу, а сделка по его отчуждению не может быть оспорена, признается несостоятельным.

Судебная коллегия отмечает, что ссылка апеллянта на исполнительский иммунитет является преждевременной, поскольку вопрос об исключении того или иного объекта из конкурсной массы как единственного жилья может быть рассмотрен самостоятельно после завершения всех обособленных споров по возврату имущества в конкурсную массу и определения его полного состава, с учетом всех имеющихся возражений кредиторов и проверки фактов на предмет злоупотребления правом со стороны должника.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724, исключение из конкурсной массы единственного жилого помещения не может быть признано обоснованным в случае установления обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестных действиях должника, направленных на искусственное придание спорному жилому помещению такого статуса.

Довод апеллянта об отсутствии у должника на момент совершения сделки неисполненных обязательств перед кредиторами, поскольку судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности был вынесен позднее, также отклоняется судебной коллегией.

Так, правонарушение ФИО2 было совершено до 16.02.2015, что подтверждается постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по делу № А40-31510/2015, которым установлено, что в октябре-ноябре 2014 года должник, действуя в качестве заместителя председателя правления банка, выдал крупные необеспеченные кредиты шести компаниям, заведомо неспособным обеспечить их возвратность, чем причинил ущерб в размере 10 653 296 495,72 руб.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.07.2018 № 305-ЭС18-1058, ответственность за причинение вреда возникает с момента его причинения вне зависимости от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Оспариваемый договор дарения заключен 23.05.2018, то есть после возникновения у должника обязанности по возмещению причиненного вреда, в связи с чем на момент совершения сделки должник уже отвечал признаку неплатежеспособности.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что сам по себе факт принятия судом возражений кредитора при отсутствии доказательств невозможности ознакомления с ними и представления опровергающих доказательств не свидетельствует о нарушении прав ответчика, который имел возможность высказать свою позицию в судебном заседании.

Доказательств, опровергающих выводы суда о злоупотреблении правом, которые не могли быть представлены по причине нарушения срока раскрытия доказательств, апеллянтом не приведено.

Довод о непривлечении к участию в деле в качестве третьего лица ФИО6 не может служить основанием для отмены судебного акта, поскольку обжалуемое определение не принято о правах и обязанностях указанного лица, а вопрос о ее правах на имущество подлежит разрешению в рамках иного обособленного спора об оспаривании раздела совместно нажитого имущества, что не препятствовало рассмотрению настоящего спора о признании недействительным договора дарения.

Таким образом, убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в


решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2025 по делу № А40-259731/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ю.Н. Федорова Судьи: Ж.В. Поташова

Н.В. Юркова