Решение от 21 декабря 2023 г. по делу № А41-34333/2023

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А41-34333/23
г. Москва
21 декабря 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 06 декабря 2023 года

Мотивированное решение изготовлено 21 декабря 2023 года


Арбитражный суд в составе:

председательствующего – судьи Арешкиной И.Д.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Леоновым С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО ТД «Окна» к ФИО1, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМК «ФАСАДЕОН»,

при участии в заседании:

согласно протоколу,

УСТАНОВИЛ:

ООО ТД «Окна» (далее – ООО ТД «Окна», истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО1, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМК «ФАСАДЕОН».

В судебном заседании представитель истца поддержал требования искового заявления в полном объеме.

Ответчики, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в суд не направили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей ответчиков.

Заслушав представителя истца, исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в связи со следующим.

Между ООО «ТД «Окна» и ООО «СМК «Фасадеон» 15.03.2021 заключен Договор № 15-03/21, в соответствии с которым ООО «СМК «Фасадеон» обязался выполнять работы, а ООО «ТД Окна» принять и оплатить их.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору со стороны ООО «СМК Фасадеон» ООО «ТД «Окна» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском о взыскании задолженности договору № 15-03/21 от 15.03.2021.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2022 года по делу № А40-129144/22-141-954 с ООО «СМК Фасадеон» в пользу ООО «ТД «Окна» взыскано 1 774 182руб. 90 коп. неосновательного обогащения и 30 742 руб. 00 коп. расходов по уплате госпошлины, решение Арбитражного суда города Москвы вступило в законную силу 26.09.2022.

ООО «СМК Фасадеон» в добровольном порядке вышеуказанное решение суда не исполнило.

Как следует из Выписки из ЕГРЮЛ, ООО «СМК Фасадеон» было зарегистрировано 10.03.2021, а 23.11.2022 деятельность ООО «СМК Фасадеон» была прекращена.

На момент исключения ООО «СМК Фасадеон» из ЕГРЮЛ у него имелась подтвержденная вступившим в законную силу судебным актом.

Генеральным директором ООО «СМК Фасадеон» с 10.03.2021 (дата регистрации) по 23.11.2022 (дата ликвидации) являлся ФИО1 , участниками ООО «СМК Фасадеон» с 10.03.2021 по 07.12.2021 являлись ФИО1 (с долей 50 % уставного капитала Общества) и ФИО2 (с долей 50% уставного капитал Общества), с 07.12.2021 участником Общества с долей 50 % является ФИО1, 50 % долей уставного капитала перешло обществу.

Таким образом, ФИО1 (генеральный директор и участник общества) и ФИО2 (участник общества) являлись лицами, контролирующими ООО «СМК Фасадеон».

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (п. 1 ст. 53.1 ГК РФ).

Как указывалось выше, согласно выписке из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «СМК Фасадеон» прекратило свою деятельность 23.11.2022 г. в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (п. «б» ч. 5 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29 сентября 2020 года № 2128-О и др.).

При этом, само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Во всяком случае, если от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, то исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению. При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 №20- П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального 6 закона «Об обществах с ограниченной ответственностью в связи с жалобой гражданки ФИО3» указал, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Конституционный Суд Российской Федерации в указанном Постановлении также указал, что по смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

При этом Постановление № 20-П не содержит выводов о запрете применения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ при рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, заявителями по которым выступают – индивидуальные предприниматели или организации по обязательствам, связанным с осуществлением ими предпринимательской деятельности.

На момент исключения из ЕГРЮЛ у ответчика существовали признаки неплатежеспособности, а у добросовестного руководителя в силу закона о банкротстве существовала обязанность подать заявление от имени должника о признании ООО «СМК Фасадеон» несостоятельным (банкротом), соответственно, неподача такого заявления свидетельствует о недобросовестном поведении руководителя должника.

Неосуществление ликвидации общества при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ задолженности перед истцом, взысканной судом, о чем ответчикам должно было быть достоверно известно, свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, уклонении от исполнения обязательств перед истцом как кредитором и должно признаваться основанием для возложения а них субсидиарной ответственности. Неосуществление ликвидации (в нарушение предписаний ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации) может являться попыткой избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота (Определения КС РФ от 13.03.2018 г. № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 г. № 2128-О и др., Постановление КС РФ от 21.05.2021 г. № 20-П; Определение ВС РФ № 1-КГ21- 4-КЗ от 20.07.2021).

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, а потому материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3)).

Бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется. Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Ответчиками причины неисполнения обязательства перед истцом и исключения общества из реестра не раскрыты, не опровергнуто, что погашение требований истца невозможно по причине его бездействия, суд приходит к выводу, что бездействие ответчика к невозможности исполнения обязательств перед истцом.

Ответчики не опровергли указанные обстоятельства и не представил доказательств экономической обоснованности своего поведения, а также доказательств того, что он действовал согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Судом истребованы в материалы дела выписки по счетам общества, согласно которым после получения оплаты от истца, ответчиком как руководителем общества расходовались значительные денежные средства, обоснование расходования которых на нужды общества ответчиком не представлены.

Неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Истцом доказано, а ответчиками не опровергнуто, что они не действовали недобросовестно и (или) неразумно.

Ответчики не представили доказательства, указующие на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.).

Виновное бездействие ответчиков лишило истца возможности истребовать задолженность с общества.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что возможность освобождения ответчиков от ответственности в силу самостоятельной ответственности юридического лица отсутствует.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о доказанности истцом недобросовестности и противоправности действий (бездействия) ответчиков, их вины, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившими последствиями, в связи с чем признает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и относятся на ответчиков.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

Привлечь ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМК Фасадеон» (ИНН <***>) перед обществом с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Окна» (ИНН <***>).

Взыскать солидарно с ФИО1 и ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Окна» (ИНН <***>) 1 804 924,90 руб. задолженности и 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать солидарно с ФИО1 и ФИО2 в доход федерального бюджета 25 049,25 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня принятия.



Судья И.Д. Арешкина