Постановление от 16 сентября 2025 г. по делу № А05-11219/2024

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-11219/2024
г. Вологда
17 сентября 2025 года


Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2025 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 сентября 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Фадеевой А.А., судей Селивановой Ю.В., Тарасовой О.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Муриной Р.Д.,

при участии от истца ФИО1 по доверенности от 09.01.2025, от третьего лица ФИО2 по доверенности от 27.04.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Ростелеком» на решение Арбитражного суда Архангельской области от 05 июня 2025 года по делу № А05-11219/2024,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Премиум сервис» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 173526, Новгородская область, Новгородский муниципальный район, Панковское городское поселение, рабочий <...>; далее – Компания) обратилось в суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к публичному акционерному обществу «Ростелеком» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 191167, город Санкт-Петербург, внутригородская территория муниципальный округ Смольнинское, Синопская набережная, дом 14, литера А; далее – Общество) о взыскании 7 220 273 руб. 47 коп. в возмещение убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательств по договору возмездного оказания услуг от 04.03.2024 № 10471251.

К участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк).

Решением суда от 05 июня 2025 года исковые требования удовлетворены в части, с ответчика в пользу истца взысканы убытки в сумме 6 792 473 руб. 09 коп., а также 55 599 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении остальной части иска отказано.

Ответчик с решением суда не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его изменить, в удовлетворенной части требований отказать.

В обоснование жалобы ссылается на недоказанность истцом факта несения заявленных по иску затрат и наличия их причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением договора ответчиком; непринятие истцом разумных мер к уменьшению убытков.

Представители Компании и Банка в судебном заседании возражали относительно удовлетворения апелляционной жалобы Общества, поддержали доводы, изложенные в отзывах на неё.

Ответчик о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещен надлежащим образом, представителя в суд не направил.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ при имеющейся явке.

Заслушав пояснения представителей истца и третьего лица, исследовав материалы дела, изучив доводы жалобы, отзывов на неё и документы, поступившие от сторон, суд полагает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, 04.03.2024 Компанией (исполнитель) и Обществом (заказчик) заключён договор на оказание услуг по комплексной уборке внутренних помещений и прилегающих территорий, а также по комплексному техническому обслуживанию инженерных сетей и коммуникаций объектов заказчика.

Договор заключен по результатам закупочной процедуры в виде ценового тендера, проведенной в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

Из приложения 2.1 к договору следует, что исполнитель обязался оказать услуги в отношении объектов Общества на всей территории Архангельской области.

Согласно пункту 3.1 договора общая цена услуг на весь период действия договора составляет 330 273 707 руб. 72 коп., ежемесячная стоимость услуг – 4 618 397 руб. 95 коп.

В силу пункта 1.2 договора срок оказания услуг – 36 месяцев с начала оказания услуг.

Пунктом 7.1 договора момент начала оказания услуг определен датой, указанной в письменном уведомлении заказчика о их начале, но не позднее трех месяцев с момента подписания договора, то есть не позднее 04.06.2024.

Посредством электронной почты 07.03.2024 в адрес Компании от Общества поступило уведомление о начале оказания услуг по договору с 01.04.2024.

По согласованию с заказчиком исполнителем дата начала оказания услуг по договору определена с 01.06.2024 со сроком оказания услуг 36 месяцев от даты их начала оказания.

Компания приступила к подготовке к оказанию услуг по договору. Так, с заказчиком согласован вариант спецодежды для работников. В целях надлежащего исполнения своих обязательств по договору истец принял на работу менеджеров по клинингу и КТО. В адрес Общества высланы заявки на допуск менеджеров на объекты, которые были отклонены заказчиком. Для получения технической документации на объекты Компания направляла в командировку своего представителя.

Компания представила в адрес заказчика графики развозки инвентаря и расходных материалов, необходимых для оказания услуг, а также направила графики приемки объектов для оказания услуг.

Исполнитель сообщил заказчику о завозе на объекты необходимого оборудования 29.05.2024. Однако заказчик не обеспечил беспрепятственный ввоз инвентаря, оборудования и моющих средств на объекты.

Письма Компании об оказании содействия при исполнении договора, направленные в адрес заказчика, были оставлены без ответа.

Письмом от 29.05.2024 № 323 Компания предложила Обществу расторгнуть договор в связи с нарушением заказчиком своих обязательств по договору.

В письме от 30.05.2024 ответчик отказался расторгнуть договор по вине заказчика, но согласился на расторжение договора по соглашению сторон без условия возмещения убытков.

В связи с изложенными обстоятельствами Компания обратилась в суд с иском о расторжении договора, который был удовлетворен вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Архангельской области от 22 октября 2024 года по делу № А05-6597/2024.

В претензионном письме от 12.09.2024 истец потребовал от ответчика возместить убытки, причиненные ненадлежащим исполнением обязательств по договору. Оставление требований претензии без удовлетворения послужило основанием обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив указанные обстоятельства и представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 15, 328, 368, 370, 382, 393, 450, 702-729, 779-783 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», правовыми позициями, изложенными в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019, Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2022), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.12.2022, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в части.

Апелляционный суд согласен с выводами суда, содержащимися в обжалуемом судебном акте, а доводы жалобы отклоняет.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В статье 783 ГК РФ закреплено, что общие положения о подряде (статьи 702-729) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779-782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В силу статьи 718 ГК РФ заказчик обязан в случаях, в объёме и в порядке, предусмотренных договором, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

При этом согласно статье 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

При наличии обстоятельств, указанных выше, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 719 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 382 ГК РФ в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

По смыслу статей 719 и 328 ГК РФ неисполнение заказчиком встречных обязанностей по договору оказания услуг, в результате которого исполнитель не смог приступить к оказанию услуг по уборке объектов, является существенным нарушением договора.

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 22 октября 2024 года по делу № А05-6597/2024, вступившим в законную силу и имеющим преюдициальное значение для настоящего дела, договор расторгнут судом по иску Компании в связи с существенным нарушением ответчиком условий договора. Так, судом установлено, что Общество как заказчик недобросовестно уклонялось от исполнения обязательств по договору, не обеспечив доступ Компании на объекты для завоза оборудования и не согласовав список сотрудников.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

По правилам статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отмечено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Таким образом, в силу приведенных правовых норм и разъяснений истцу при предъявлении иска о взыскании понесенных убытков по правилам статей 15 и 393 ГК РФ необходимо доказать наличие совокупности условий договорной ответственности, а именно: факт наличия у него убытков и их размер, противоправность действий ответчика, выраженных в нарушении условий договора, а также наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика.

При этом недоказанность хотя бы одного из указанных условий ответственности является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство вред. Вина в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истцом предъявлены к возмещению убытки, вызванные существенным нарушением обязательств со стороны заказчика, повлекшим расторжение договора, в общей сумме 7 220 273 руб. 47 коп., а именно:

- 6 499 575 руб. 95 коп. в возмещение расходов на оплату банковской комиссии за выдачу независимой гарантии;

- 216 330 руб. 42 коп. в возмещение вознаграждения, выплаченного ФИО3 и ФИО4, которые были привлечены для оказания услуг;

- 76 566 руб. 72 коп. в возмещение расходов на перелет и проживание сотрудников Компании в г. Архангельске;

- 427 800 руб. 38 коп. в возмещение расходов, понесенных на приобретение моющих средств.

В части заявленных к возмещению расходов на оплату банковской комиссии за выдачу независимой гарантии в сумме 6 499 575 руб. 95 коп. суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В пункте 13 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019, а также в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 21.12.2022, разъяснено, что расходы принципала на оплату банковской гарантии по государственным (муниципальным) контрактам, прекращенным по обстоятельствам, за которые отвечает бенефициар, являются убытками принципала, подлежащими возмещению бенефициаром.

Согласно пунктам 6.7 и 6.8 расторгнутого договора обязательства исполнителя обеспечиваются банковской гарантией или суммой обеспечительного платежа, которая определена размером 20 % от общей суммы договора, что составляет 66 054 741 руб. 54 коп.

Во исполнение данных условий договора Компания заключила с Банком договор-оферту от 29.02.2024 № М00-24-02990/EDG о предоставлении банковской гарантии на указанную сумму. Согласно условиям договора сумма платы за предоставление гарантии составила 6 499 575 руб. 95 коп. и была уплачена Компанией, о чем свидетельствует платежное поручение от 29.02.2024 № 936 (том 1, листы 87-88).

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что из материалов дела следует, что предоставление обеспечения было обязательным для Компании, что со стороны заказчика не отрицалось. Расходы на выдачу банковской гарантии понесены истцом в связи с заключением договора с ответчиком и обязательством его исполнить. При этом исполнитель рассчитывал получить от оказания клининговых услуг в интересах заказчика доход, компенсирующий все связанные с выполнением договора затраты, и прибыль.

Действия заказчика, в результате которых договор расторгнут без исполнения, лишили истца этого дохода, поэтому с момента прекращения обязательств сторон по договору у него возникли убытки в связи с утратой источника, из которого он добросовестно намеревался возместить понесенные расходы.

Поскольку договорные отношения между сторонами прекращены по обстоятельствам, за которые отвечает Общество как заказчик, расходы Компании на оплату комиссии за получение банковской гарантии являются прямыми убытками истца, возникшими в результате неправомерного поведения ответчика.

Доводы Общества, приведенные в апелляционной жалобе, о том, что Компания может потребовать у Банка возврата части уплаченной комиссии за выдачу банковской гарантии, суд отклонил как необоснованные, с чем апелляционная коллегия согласна.

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

По смыслу положений статьи 368 ГК РФ и пункта 8 статьи 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» выдача кредитной организацией банковской гарантии представляет собой банковскую операцию, за которую принципалом выплачивается банку соответствующее вознаграждение.

Оказанные Банком финансовые услуги по выдаче гарантии заключаются не просто в факте взятия на себя обязательства обеспечивать обязанности другого лица – принципала, а в совокупности сопутствующих этому действий, включая проверку платежеспособности принципала (в целях минимизации своих рисков), оформление необходимых документов, заключение договоров предоставления банковской гарантии по обязательствам принципала и т. д.

При этом по существу банковской гарантии у Банка помимо риска неплатежеспособности принципала, возникают также и предпринимательские риски. Банковская гарантия является алеаторным договором, где плата взимается, прежде всего, за риски невыполнения обязательств со стороны принципала или гаранта, а значит, такой договор заключается в специфических экономических условиях и имеет свои юридические особенности. Такие особенности деятельности банка влекут затраты как при выдаче банковской гарантии за оказанные услуги по сопровождению

Оплата Компанией банковской комиссии за выдачу банковской гарантии предусмотрена договором, заключенным с Банком, и действующим законодательством.

В представленной суду банковской гарантии не оговорено условие об освобождении от выплаты комиссионного вознаграждения в связи с отказом бенефициара от договора или от гарантии. Также банковской гарантией и договором, заключенным Банком и Компанией, не предусмотрен перерасчет стоимости комиссионного вознаграждения в связи с досрочным расторжением договора или отказа бенефициара от требований по банковской гарантии.

При этом Компания письмом от 04.12.2024 № 844 обращалась в Банк с просьбой вернуть уплаченное комиссионное вознаграждение, на что получила отказ Гаранта, выраженный в электронном письме от 24.12.2024.

В связи с указанным суд правомерно взыскал с Общества в пользу Компании 6 499 575 руб. 95 коп. в возмещение убытков на оплату комиссионного вознаграждения за получение банковской гарантии, которые подтверждены документально и находятся в прямой причинно-следственной связи с расторжением договора.

Истцом заявлено требование о взыскании 216 330 руб. 42 коп. в возмещение вознаграждения, выплаченного ФИО3 и ФИО4, которые были привлечены для оказания услуг, а также 76 566 руб. 72 коп., составляющих расходы Компании на перелет и проживание сотрудников г. Архангельске.

Как указывает истец, в целях организации рабочего процесса по заключённому договору он привлек к оказанию услуг менеджеров ФИО4 и ФИО3, что подтверждается заключенными с ними договором возмездного оказания услуг от 08.04.2024 и договором возмездного оказания услуг с самозанятым физическим лицом от 01.04.2024 (том 1, листы 78-82).

По договору возмездного оказания услуг от 08.04.2024 за услуги, оказанные в период с апреля по май 2024 года, ФИО4 выплачено вознаграждение в сумме 149 057 руб. 43 коп., о чем свидетельствуют платежные поручения от 27.04.2024 № 1997, от 24.05.2024 № 2481, от 04.06.2024 № 2613, от 08.05.2024 № 2098, от 24.05.2024 № 2457, а также уплачен налог на доходы физических лиц в сумме 22 273 руб. (платежное поручение от 06.05.2024 № 2046).

По договору возмездного оказания услуг с самозанятым физическим лицом от 01.04.2024 за услуги, оказанные ФИО3, данному лицу истцом выплачено вознаграждение в сумме 45 000 руб., что подтверждено представленным в материалы дела платежным поручением от 24.05.2024 № 2457. Довод ответчика о том, что плательщиком за услуги, оказанные ФИО3, является не истец, а иное лицо, опровергается сведениями, содержащимися в указанном платежном поручении, где плательщиком указана именно Компания.

Факт привлечения указанных лиц к исполнению договора, заключенного с Обществом, подтвержден материалами дела, в частности письмом Компании от 08.05.2024 № 254, в котором сообщается о необходимости доступа к объектам ФИО4 для проведения приёмки объектов (приложение к иску в электронном виде). Письмом от 08.05.2024 № 257 для проведения приемки объектов истец просил ответчика предоставить допуск ФИО3

Кроме того, в период с марта по май 2024 года в г. Архангельск для осмотра объектов Заказчика и последующего принятия и подписания акта приёма-передачи объектов и технической документации Компанией направлялись сотрудники, а именно ФИО5 (заместитель коммерческого директора), ФИО6 (инженер по обслуживанию), ФИО7 (прораб), ФИО8 (менеджер по клинингу).

Факт привлечения указанных лиц к исполнению договора, заключенного с Обществом, также подтвержден материалами дела, в частности письмами от 02.05.2024 № 301, от 08.05.2024 № 257, доверенностью от 13.05.2024 № 13/05/2024, выданной ФИО7

Трудовые договоры с данными работниками и договор о предоставлении персонала от 01.03.2024, заключенный истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Премиум» (ИНН <***>, далее – ООО «Премиум»), представлены истцом в электронном виде с ходатайством от 27.01.2025 (том 1, листы 81-82).

Расходы Компании на оплату авиаперелетов и проживание в г. Архангельске данных лиц составили в общей сумме 76 566 руб. 72 коп., что подтверждается авиабилетами и документами о проживании, представленными Компанией в материалы дела.

То обстоятельство, что авиабилеты приобретались посредством агента общества с ограниченной ответственностью «Вайт Тревел», услуги которого были оплачены ООО «Премиум», являющимся аффилированным с Компанией, правового значения не имеет, поскольку истец представил в материалы дела акт взаимозачета от 03.06.2024 № 50, согласно которому были прекращены взаимные задолженности между Компанией и ООО «Премиум». Наличие встречных обязательств ООО «Премиум» перед Компанией, вопреки доводам апеллянта, также подтверждено материалами дела, а именно договором займа от 13.02.2024, дополнительным соглашением к нему, платежным поручением от 13.02.2024 № 615 о переводе денежных средств по договору займа на сумму 5 000 000 руб.

Договор № 7196-1-К/03/02/20 с агентом обществом с ограниченной ответственностью «Вайт Тревел» был заключен именно ООО «Премиум» (ИНН <***>), которое и производило оплату агенту. Непосредственно с данным лицом, в свою очередь, у Компании заключен договор о предоставлении персонала от 01.03.2024 и подписан акт взаимозачета от 03.06.2024 № 50.

Указанные обстоятельства, как верно отметил суд первой инстанции, свидетельствуют об уменьшении имущественной массы истца в связи с понесенными расходами на оплату проезда и проживания работников в г. Архангельске.

В случае, если бы договор не был досрочно расторгнут и действовал в течение 36 месяцев, Компания покрыла бы эти расходы прибылью, полученной от оплаты по договору.

Необходимость привлечения персонала с целью принятия мер к организации исполнения договора является разумным и ожидаемым поведением исполнителя, имеющего намерения исполнять свои обязательства по договору. По условиям договора до момента начала оказания услуг Компания обязана была принять объекты, инженерные системы и коммуникации, составить график уборки объектов

С учетом изложенного, суд обоснованно взыскал с Общества в пользу Компании 216 203 руб. 43 коп. в возмещение расходов на оплату вознаграждения ФИО4 и ФИО3, а также 76 566 руб. 72 коп. в возмещение расходов на проезд и проживание.

В части взыскания убытков в сумме 427 800 руб. 38 коп., составляющих затраты на приобретение расходных материалов и моющих средств, суд в удовлетворении иска отказал.

В данной части решение суда не обжалуется.

При таких обстоятельствах апелляционная инстанция полагает, что выводы суда соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, сделаны при правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем отсутствуют основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы ответчика.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 110, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 05 июня 2025 года по делу № А05-11219/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Ростелеком» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

А.А. Фадеева

Судьи

Ю.В. Селиванова

О.А. Тарасова