Решение от 6 июня 2023 г. по делу № А74-636/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


06 июня 2023 года Дело № А74-636/2023


Резолютивная часть решения объявлена 30 мая 2023 года.

Решение в полном объёме изготовлено 06 июня 2023 года.


Арбитражный суд Республики Хакасия в составе судьи С.М. Тропиной, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Федерального государственного унитарного предприятия «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Черногорские колбасы» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 948 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак «Кремлевская», при участии в судебном заседании:

представителя истца – ФИО2, на основании доверенности от 17.05.2022,

представителя ответчика – ФИО3, на основании доверенности от 02.03.2023, установил: Федеральное государственное унитарное предприятие «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации» (далее истец, предприятие) обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Черногорские колбасы» (далее ответчик, общество) о взыскании 948 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак «Кремлевская».

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме. В части суммы компенсации просил взыскать 948 000 руб. исходя из представленного отчета № 2022/1696 от 02.08.2022 об оценке рыночной стоимости права использования на условиях неисключительной лицензии на 2022 год товарного знака «Кремлёвская», номер регистрации 673657.

Истец рассчитал размер компенсации исходя из однократного размера стоимости права использования товарного знака: 1 год х 948 000 руб. = 948 000 руб. компенсации, при этом просил суд учесть, что производство и реализация продукции ответчиком производилось не менее чем с 13.07.2021 года (дата реализации товара фирменным магазином) и продолжалось до 28.07.2022 года (дата реализации товара фирменным магазином).

Представитель ответчика исковые требования не признал, просил суд обратить внимание, что общество, по сути, является микропредприятием, численность работников на котором составляет 4 человека, уставный капитал 10 000 руб.; за 2020 год выручка ответчика составила 1 620 000 руб., прибыль 150 000 руб., за 2022 год – выручка составила 1 408 000 руб., прибыль 230 000 руб.. При этом на продукцию колбаса «Кремлевская» пришлось 2,5% от указанного товарооборота. Считает размер компенсации завышенным, просил снизить его размер. На утверждение представил проект мирового соглашения.

Истец направил возражения по доводам ответчика, просил суд обратить внимание на факт реализации ответчиком спорной продукции на протяжении 1 года 4 месяцев в размере более 700 кг. Настаивал на заявленной сумме иска. Просил суд обратить внимание на то, что требования рассчитаны истцом добровольно в однократном размере стоимости права использования товарного знака, тогда как п. 4 ст. 1515 ГК РФ предусматривает, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Исходя из представленных документов следует, что предприятие является правообладателем словесного товарного знака «Кремлевская» № 673657 с приоритетом от 30.12.2016, дата истечения срока действия исключительного права – 30.12.2026.

Истцу стало известно, что общество на территории Российской Федерации производит, предлагает к продаже и реализует колбасные изделия (колбасу сырокопченую), маркированные обозначением «Кремлевская», сходным до степени смешения с товарным знаком истца.

В том числе, в ходе закупки образца продукции, осуществленной в розничном магазине «Колбасы», ИП ФИО4, адрес: <...> влд. 021 истец установил, что ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар - колбаса полукопченая с обозначением «Кремлевская». Факт закупки подтверждается кассовыми и товарными чеками от 13.07.2021 и от 28.07.2022.

На официальном сайте Федеральной службы по аккредитации (Росаккредитация) www.fsa.gov.ru истцом обнаружены сведения о полученных ответчиком декларациях о соответствии: ТС№ N RU Д- RU.РА01.В.44797 от 13.12.2016, действовавшей до 12.12.2019 и полученной ответчиком в целях коммерческого производства полукопченой колбасы категории «Г» «Кремлевская»; ТС № RU Д- RU.РА01.В.44780 от 13.12.2016, действовавшей до 12.12.2019, и полученной ответчиком в целях коммерческого производства продукта мясного из свинины копчено-вареной карбонад «Кремлёвский»; ЕАЭС № RU Д- RU.В.60662 от 06.08.2017, действовавшей до 05.08.2020, и полученной ответчиком в целях коммерческого производства колбасы полукопченого сервелата «Кремлевский»; ЕАЭС № RU Д-RU.РА01.В.60661 от 06.08.2017, действовавшей до 05.08.2020, и полученной ответчиком в целях коммерческого производства колбасы категории «Г» «Кремлевская»; ЕАЭС № RU Д- RU.РА01.В.02928/19 от 23.12.2019, действовавшей до 09.09.2022, и полученной ответчиком в целях коммерческого производства колбасы полукопченой категории «Г» «Кремлевская», что по мнению истца указывает на длительный срок использования товарного знака истца.

Согласно информации из общедоступных источников (сервис проверки российских и зарубежных контрагентов Контур.Фокус, focus.kontar.ru) выручка ответчика за 2022 год составила 2 млн. руб., баланс 1,8 млн. руб.

Управлением Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Республикам Хакасия и Тыва и Кемеровской области - Кузбассу предоставлены сведения из автоматизированной системы ФГИС «Меркурий», согласно которым ответчиком реализованы колбасные изделия с обозначением «Кремлевская» в период с 19.04.2021 по 29.08.2022 года в размере - 779 кг. 720 гр.

По мнению истца, заявленная сумма является разумной и обоснованной.

Поскольку, ответчиком были нарушены исключительные права истца на товарный знак «Кремлевская», истец направил ответчику претензию от 10.08.2022 с требованиями прекратить незаконное использование обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками «Кремлевский» и «Кремлевская» и о выплате компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 5 000 000 рублей.

Ответом на претензию от 06.10.2022 общество попросило предприятие учесть, что оно относится к микропредприятиям, так же указало, что имела место однократность допущенного нарушения, стоимость партии реализованного товара составила 25 000 рублей, просило снизить размер компенсации до 10 000 рублей, решив спорный вопрос без обращения в суд, а в случае обращения просило предприятие заключить мировое соглашение.

Требования, содержащиеся в претензии, оставлены ответчиком без исполнения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства и доводы сторон, арбитражный суд пришёл к следующим выводам.

В соответствии со статьей 10 bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 года актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах, в частности, подлежат запрету все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента.

Согласно пункту 4 части 14 ФЗ от 26.07.2006 №135-Ф3 «О защите конкуренции» не допускается недобросовестная конкуренция, связанная с продажей, обменом или иным введением в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации продукции, работ, услуг.

В соответствии с положениями статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом РФ.

Согласно пункту 6 статьи 1252 ГК РФ, если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее.

В п. 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10) указано, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Факт использования ответчиком указанных обозначений ответчиком не оспорен и подтверждается представленными в дело доказательствами (фотографиями с изображением товара, кассовыми и товарными чеками, содержащими сведения о товаре, дате покупки, стоимости, декларациями о соответствии продукции ТС № RU Д- RU.РА01.В.44797 от 13.12.2016, действовавшей до 12.12.2019; ТС № RU Д- RU.РА01.В.44780 от 13.12.2016, действовавшей до 12.12.2019; ЕАЭС № RU Д- RU.В.60662 от 06.08.2017, действовавшей до 05.08.2020; ЕАЭС № RU Д-RU.РА01.В.60661 от 06.08.2017, действовавшей до 05.08.2020; ЕАЭС № RU Д- RU.РА01.В.02928/19 от 23.12.2019, действовавшей до 09.09.2022, а также информацией предоставленной Управлением Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Республикам Хакасия и Тыва и Кемеровской области из ФГИС «Меркурий».

Согласно п. 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития РФ от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Более подробные разъяснения применения вышеприведенных критериев сходства обозначений содержатся в п.п. 7.1.2 и 7.1.2.1 Руководства по осуществлению административных процедур и действий, в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 № 128.

Сопоставив спорное обозначение, размещаемое на продукции ответчика, с товарным знаком истца в соответствии с пунктами 41-44 вышеуказанных Правил и пунктами 7.1.2. и 7.1.2.1. Руководства, а также принимая во внимание разъяснения, приведённые в пункте 162 Постановление Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10, арбитражный суд, исходя из своего внутреннего убеждения, пришёл к выводу о том, что обозначение на товаре ответчика «Кремлевская», и товарный знак «Кремлевская» являются сходными до степени смешения в отношении однородных товаров, имеют полное фонетическое и семантическое совпадение по признакам внешней формы, звукового и смыслового значения.

Представленными доказательствами подтверждается, что ответчиком в период с 19.04.2021 по 29.08.2022 реализованы колбасные изделия с обозначением «Кремлевская» в размере 779 кг. 720 гр., при этом, не принято во внимание, что продукция истца почти повсеместно реализуется на территории Российской Федерации. Данное обстоятельство ответчиком не оспорено и не опровергнуто.

Суд не может принять во внимание доводы ответчика со ссылкой на проект мирового соглашения, обращая внимание на непосредственное использование ответчиком в обозначении своей продукции (однородного товара) охраняемого товарного знака принадлежащего истцу, что недопустимо с учётом приведённых норм права в отсутствие согласия на то правообладателя – истца и в данном случае для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

В соответствии с положениями статей 1250, 1252 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в п.п. 1, 2, 3 статьи 1301, 1311, п.п. 1, 2 статьи 1406.1, пп. 1,2 п. 4 стати 1515, пп. 1,2 статьи 1537 ГК РФ.

Истец, предъявляя ко взысканию компенсацию в сумме 948 000 руб., сослался на пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, а для расчёта заявленной компенсации использовал отчет № 2022/1696 от 02.08.2022 об оценке рыночной стоимости права использования на условиях неисключительной лицензии на 2022 год товарного знака «Кремлёвская», номер регистрации 673657.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.п. 59, 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем. Аналогичное разъяснение содержится в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10.

Ответчик в ходе судебного разбирательства просил суд снизить размер подлежащей взысканию компенсации, указывая, что общество, по сути, является микропредприятием, численность работников на котором составляет 4 человека, уставной капитал 10 000 рублей; на продукцию колбаса «Кремлевская» пришлось 2,5% от общего товарооборота.

Оценив доводы и возражения ответчика, суд не нашел оснований для снижения заявленной истцом суммы компенсации.

Как указано в постановлении от 24.07.2020 № 40-П, сформировавшаяся судебная практика исходит из того, что размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе.

При этом в постановлении от 24.07.2020 № 40-П указано, что суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может составлять менее стоимости права использования товарного знака). Кроме того, снижением размера компенсации за нарушение исключительного права с учетом названного Постановления не могут подменяться как установление судом обстоятельств рассматриваемого им дела, так и исследование им доказательств, относящихся к допущенному нарушению и условиям правомерного использования товарного знака, на стоимость которого ссылается истец.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушении одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях:

- размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае истец при обращении с настоящим иском, сославшись на положения пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, воспользовавшись принадлежащим ему гражданским правом, определил по своему усмотрению размер подлежащей взысканию компенсации в сумме 948 000 руб. - в однократном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. Следовательно, с учетом вышеприведенный разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации снижение судом компенсации ниже указанного истцом размера, при отсутствии доказательств, подтверждающих иные обстоятельства, было возможно только до размера, равного собственно стоимости контрафактного товара, и при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Суд отмечает, что правовой подход к определению размера подлежащей взысканию компенсации, изложенный в постановлении от 24.07.2020 № 40-П, является специальным по отношению к разъяснениям, приведенным в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, и подлежит обязательному учету в ситуации, при которой размер заявленной суммы компенсации основан на положениях подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Наряду с этим суд обращает внимание на то, что снижение заявленного к взысканию размера компенсации ниже минимального предусмотренного законом предела с учетом разъяснений, приведенных в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, возможно лишь при наличии всей совокупности перечисленных в нем обстоятельств.

При этом, сторона, заявившая о необходимости снижения заявленного размера компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом, и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами. Данный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-2988.

Указанная позиция отражена также в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8, статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности сторон.

Компенсация является мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Данные о товарном знаке опубликованы и доступны на сайте Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам Российской Федерации.

С момента публикации сведений о товарном знаке все субъекты гражданского оборота считаются уведомленными о наличии исключительного права на товарный знак.

Таким образом, ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, осуществляющим деятельность на свой риск, знал или должен был знать о наличии исключительного права на товарный знак «Кремлевская», однако не принял всех зависящих от него мер, чтобы избежать нарушения прав правообладателя товарного знака.

При этом, суд принимает во внимание рыночную стоимость предоставления права использования товарного знака истца, срок производства ответчиком спорного товара (более одного года), а также исходит из необходимости соблюдения баланса интересов не только должника, но и взыскателя, так как предметом спора является взыскание с должника компенсации за нарушение исключительного права.

Суд не вправе своими действиями ставить какую-либо сторону в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поэтому обеспечение интересов должника в спорных правоотношениях не должно наносить ущерба интересам взыскателя.

При этом, суд учитывает, что истец в ходе рассмотрения дела указывал на возможность заключения мирового соглашения, но на иных условиях более приемлемых для истца, на что ответчик не согласился.

С учётом вышеизложенного у суда не имеется оснований для снижения размера предъявленной ко взысканию компенсации.

В отношении представленного истцом отчета № 2022/1696 от 02.08.2022 об оценке рыночной стоимости права использования на условиях неисключительной лицензии на 2022 год товарного знака «Кремлёвская», номер регистрации 673657, суд отмечает, что согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

То обстоятельство, что представленное истцом в материалы дела заключение оценщика получено вне рамок судебного процесса по настоящему делу не свидетельствует о его несоответствии критериям, предусмотренным статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статей 8, 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из вышеуказанных норм законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, требование истца о взыскании с ответчика компенсации в сумме 948 000 руб. является обоснованным и подлежит удовлетворению в заявленном размере.

Государственная пошлина по делу составила 21 960 рублей, оплачена истцом при подаче иска.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения дела расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 21 960 рублей подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

Удовлетворить иск: взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Черногорские колбасы» в пользу Федерального государственного унитарного предприятия «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации 948 000 (девятьсот сорок восемь тысяч) рублей компенсации, а также 21 960 (двадцать одну тысячу девятьсот шестьдесят) рублей расходов по государственной пошлине, уплаченной платежным поручение от 16.01.2023 № 5350.


На решение может быть подана апелляционная жалоба в Третий арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его принятия.

Жалоба подаётся через Арбитражный суд Республики Хакасия.


Судья С.М. Тропина