Решение от 11 августа 2020 г. по делу № А76-53817/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А76-53817/2019
11 августа 2020 г.
г. Челябинск


Резолютивная часть решения оглашена 04 августа 2020 г.

Решение изготовлено в полном объеме 11 августа 2020 г.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Жернакова А.С., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску закрытого акционерного общества «Корпорация «Мастернэт», ОГРН <***>, г. Москва, к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ОГРНИП 304740435900367, г. Челябинск, о взыскании 100 000 руб.,

при участии в судебном заседании:

от ответчика – представителя ФИО3 по доверенности от 10.02.2020, паспорт, диплом,

УСТАНОВИЛ:

закрытое акционерное общество «Корпорация «Мастернэт» (далее – истец, ЗАО «Корпорация «Мастернэт») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 289226 в размере 100 000 руб., а также судебных расходов на приобретение вещественных доказательств в размере 269 руб., почтовых расходов в размере 180 руб.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2020 исковое заявление принято, возбуждено производство с рассмотрением дела в порядке упрощенного производства по правилам гл. 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением от 24.04.2020 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Лица, участвующие в деле, извещены о судебном разбирательстве по делу надлежащим образом в порядке статей 121, 123 АПК РФ, истец явку своих представителей в судебное заседание не обеспечил.

Информация о движении дела также размещена на официальном сайте суда в сети Интернет.

На основании статей 123, 156 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле.

От ИП ФИО2 в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление и дополнение к отзыву (л.д 53-55, 82), в которых ответчик просил в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что после получения 29.11.2019 претензии истца в магазинах ответчика было проведено служебное расследование, в ходе которого было выявлено, что на ценниках ошибочно указана продукция к продаже: плоскогубцы утконосы STAYER /6/120 по цене 89 руб. и плоскогубцы 160 мм STAYER № 6/6/120 по цене 90 руб. На самих плоскогубцах и утконосах отсутствует маркировка спорного товарного знака.

Ответчик полагал, что представленные истцом фотографии приобретенного у ответчика товара не могут служить доказательством нарушения исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству № 289226. Не на всех товарах, приобретенных у ответчика, нанесена маркировка в виде спорного товарного знака. Истцом не доказан факт приобретения товара с нанесенным на него спорным товарным знаком у ответчика.

По мнению ответчика, заявленный истцом размер компенсации за нарушение исключительных прав нельзя признать обоснованным и соразмерным допущенному ответчиком нарушению. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих негативное воздействие нарушения на его имущественное положение и необходимость восстановления своего имущественного положения. Истцом не представлено доказательств возникновения и наступления возможных убытков, уменьшения объемов продаж на территории, где допущено использование товарных знаков ответчиком, оттока в этой связи значительной части потребителей товара, извлечения ответчиком значительной прибыли от использования товарного знака истца, уменьшения объема товарного рынка, снижения рыночной стоимости товарного знака, иных негативных последствий.

В случае признания судом нарушения прав истца ответчик просил суд снизить размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак до низшего предела по ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации до 10 000 руб.

Исследовав письменные материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

ЗАО «Корпорация «Мастернэт» является правообладателем исключительного права на товарный знак по свидетельству № 289226. Дата государственной регистрации товарного знака 19.05.2005, срок действия регистрации товарного знака продлен до 18.04.2023, зарегистрирован, в том числе, в отношении товаров 8-го класса МКТУ (клещи, кусачки, плоскогубцы) (л.д. 13 оборот-16).

В целях защиты исключительных прав истцом произведен комплекс мероприятий, в результате которых выявлен факт предложения к продаже и продажи продукции, нарушающей, по мнению ЗАО «Корпорация «Мастернэт», исключительные права истца, а именно: установлено, что:

- 31.08.2019 в магазине, расположенном по адресу (вблизи адресной таблички): <...>, ИП ФИО2 предлагался к продаже и был реализован товар – Плоскогубцы-утконосы «Stayer» (как следует из товарного чека);

- 31.08.2019 в магазине, расположенном по адресу (вблизи адресной таблички): <...>, ИП ФИО2 предлагался к продаже и был реализован товар – Плоскогубцы «Stayer»;

- 07.09.2019 в магазине, расположенном по адресу (вблизи адресной таблички): <...>, ИП ФИО2 предлагался к продаже и был реализован товар – Плоскогубцы «Stayer».

Указанные товары приобретены по договорам розничной купли-продажи. В подтверждение сделок ИП ФИО2 были выданы товарный чек от 31.08.2019 на сумму 242 руб., кассовые чеки от 31.08.2019 на сумму 89 руб. и 242 руб., кассовый чек от 31.08.2019 на сумму 244 руб., кассовый чек от 07.09.2019 на сумму 90 руб. (л.д. 27, 47, 48).

Процесс покупки товаров в порядке статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, в целях самозащиты гражданских прав, зафиксирован истцом посредством ведения видеозаписи. Материальный носитель с видеозаписью процесса закупки представлен истцом в материалы дела (л.д. 46).

На двух из трех купленных товарах размещено изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 289226.

В отношении третьего товара – плоскогубцев-утконосов ответчиком были выданы товарный и кассовый чеки от 31.08.2019, в которых указано обозначение товарного знака истца - «Stayer».

Истец направил ответчику претензию № 69 с требованием об уплате компенсации за нарушение исключительных прав истца в сумме 100 000 руб. (л.д. 9, 10).

Ответчиком данная претензия оставлена без удовлетворения, что явилось основанием для обращения ЗАО «Корпорация «Мастернэт» в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Оценив имеющиеся в деле письменные и вещественные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

На основании статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (пункт 3).

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными. Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Как отмечено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 23.09.2015, отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Согласно Руководству по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утв. приказом Роспатента от 24.07.2018 № 128, изобразительные и объемные обозначения сравниваются:

с изобразительными обозначениями;

с объемными обозначениями;

с комбинированными обозначениями, включающими изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

- внешняя форма;

- наличие или отсутствие симметрии;

- смысловое значение;

- вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.);

- сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом.

Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

При сопоставлении изобразительных и объемных обозначений следует учитывать значимость составляющих эти обозначения элементов. В частности, в случае сравнения двух объемных обозначений в виде бутылок для напитков, сходство выполнения донышка бутылок при наличии существенных различий их форм, пропорций, цвета, выпуклых и вогнутых элементов будет иметь второстепенное значение и не приведет к установлению их сходства в целом.

При определении значимости того или иного элемента в составе изобразительного или объемного обозначения следует руководствоваться функцией товарного знака, то есть необходимо установить, насколько этот элемент способствует выполнению обозначением различительной функции.

В частности, к выводу о сходстве сравниваемых обозначений может привести тождество или сходство следующих элементов этих обозначений:

- пространственно-доминирующих;

- акцентирующих на себе внимание при восприятии обозначений (к таким элементам относятся, в первую очередь, изображения людей, животных, растений и других объектов, окружающих человека, а также изображения букв, цифр при условии их доминирования в составе обозначения);

- легко запоминающихся (например, симметричные элементы, элементы, представляющие собой изображения конкретных объектов, а не абстрактных).

Как следует из материалов дела и не оспорено ответчиком, истец является правообладателем товарного знака по свидетельству № 289226.

В магазине, расположенном по адресу (вблизи адресной таблички): <...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар – Плоскогубцы-утконосы «Stayer» в количестве одной единицы.

В магазине, расположенном по адресу (вблизи адресной таблички): <...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар – Плоскогубцы «Stayer» в количестве одной единицы.

В магазине, расположенном по адресу (вблизи адресной таблички): <...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар – Плоскогубцы «Stayer» в количестве одной единицы.

Таким образом, ответчиком допущено три самостоятельных случая реализации товара, приводящих к нарушению исключительных прав истца на вышеуказанный товарный знак.

Факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств – товарным чеком от 31.08.2019 на сумму 242 руб., кассовыми чеками от 31.08.2019 на сумму 89 руб. и 242 руб., кассовым чеком от 31.08.2019 на сумму 244 руб., кассовым чеком от 07.09.2019 на сумму 90 руб.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Представленные кассовые и товарные чеки, выданные при покупке товаров, позволяют определить стоимость товара, содержат сведения о фамилии продавца, отвечают требованиям статей 67, 68 АПК РФ, следовательно, является достаточными доказательствами заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие риски, имеет право действовать не запрещенными законом способами так, чтобы добыть и зафиксировать информацию о событиях или действиях, которые нарушают названные исключительные права.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеуказанных норм процессуального законодательства осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений. Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, не имеется.

Истцом также представлены плоскогубцы-утконосы «Stayer» в количестве двух единиц, плоскогубцы 160 мм «Stayer» в количестве одной единицы в качестве вещественных доказательств по делу.

Оценив представленные доказательства, по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о доказанности факта реализации спорного товара ответчиком.

Довод ответчика о том, что представленные истцом фотографии приобретенного у ответчика товара не могут служить доказательством нарушения исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству № 289226, несостоятелен, так как факт продажи ответчиком контрафактного товара помимо фотографий подтверждается вышеперечисленной совокупностью доказательств, достоверность которых ответчиком не опровергнута.

Довод ответчика о том, что не на всех товарах, приобретенных у ответчика, нанесена маркировка в виде спорного товарного знака, также отклоняется судом, так как исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака как на товарах, так и на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, в силу чего согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации этикетки, упаковки товаров, чеки на товары, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

В рассматриваемом случае при всех трех закупках товаров у ответчика было выявлено обстоятельство незаконного использования товарного знака истца, в том числе путем его размещения как на самом товаре, так и на товарном чеке, выдаваемом покупателю, в силу чего у последнего не могло возникнуть сомнение в том, какой товар им приобретается.

Сравнив изобразительное обозначение, содержащееся на спорных товарах, и в свидетельстве № 289226, суд приходит к выводу о сходстве до степени смешения имеющегося на реализованном ответчиком товаре обозначения товарного знака с товарным знаком, права на который принадлежат истцу.

Доказательства предоставления истцом ответчику прав на введение в гражданский оборот указанного товара с товарным знаком истца в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) ответчиком в материалы дела не представлены.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции в соответствии со статьями 1229, 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о доказанности факта нарушения исключительных прав истца на товарный знак ответчиком.

Ссылка ответчика на то, что после получения 29.11.2019 претензии истца в магазинах ответчика было проведено служебное расследование, в ходе которого было выявлено, что на ценниках ошибочно указана продукция к продаже, правового значения не имеет, так как не опровергает самого факта трехкратного нарушения ответчиком исключительных прав истца на спорный товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе потребовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от 10 000 руб. до 5 000 000 руб., определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В силу подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пунктам 59 - 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Вне зависимости от способа расчета суммы компенсации в исковом заявлении должна быть указана цена иска в твердой сумме (пункт 6 части 2 статьи 131 ГПК РФ, пункт 6 части 2 статьи 125 АПК РФ).

Истец просит суд взыскать с ответчика в порядке подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 289226 в размере 100 000 руб.

В подтверждение цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, истцом представлен лицензионный договор № 32 от 12.08.2015 на использование товарного знака (л.д. 11-12), из условий которого усматривается, что размер лицензионного вознаграждения в отношении использования товарного знака № 289226 составляет 100 000 руб. ежеквартально.

Ответчик возражал против заявленного истцом размера компенсации, указал, что заявленный истцом размер компенсации за нарушение исключительных прав нельзя признать обоснованным и соразмерным допущенному ответчиком нарушению; истцом не представлено доказательств, подтверждающих негативное воздействие нарушения на его имущественное положение и необходимость восстановления своего имущественного положения; истцом не представлено доказательств возникновения и наступления возможных убытков, уменьшения объемов продаж на территории, где допущено использование товарных знаков ответчиком, оттока в этой связи значительной части потребителей товара, извлечения ответчиком значительной прибыли от использования товарного знака истца, уменьшения объема товарного рынка, снижения рыночной стоимости товарного знака, иных негативных последствий.

Оценив возражения ответчика относительно размера компенсации, суд не усматривает оснований для его снижения.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

Истцом представлены доказательства, подтверждающие цену, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Иной размер правомерного использования спорного товарного знака ответчиком не доказан.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Гражданского кодекса Российской Федерации в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из указанного Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака). Кроме того, снижением размера компенсации за нарушение исключительного права с учетом настоящего Постановления не могут подменяться как установление судом обстоятельств рассматриваемого им дела, так и исследование им доказательств, относящихся к допущенному нарушению и условиям правомерного использования товарного знака, на стоимость которого ссылается истец.

Поскольку из материалов дела следует, что стоимость права использования спорного товарного знака составляет 100 000 руб., иное ответчиком не доказано, оснований для снижения размера компенсации ниже указанной суммы суд не усматривает.

Суд также принимает во внимание, что истцом в разных городах одновременно предлагались товары, содержащие изображение спорного товарного знака истца, что свидетельствует о грубом и системном нарушении ответчиком исключительных прав истца.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд отмечает, что нарушение исключительных прав истца произошло ввиду осуществления предпринимательской деятельности ответчиком по продаже товаров (игрушек).

С учетом изложенного, оснований полагать, что заявленный размер компенсации не соответствует характеру нарушения и иным обстоятельствам дела с учетом требований справедливости и разумности у суда не имеется. Требования истца к ответчику подлежат удовлетворению в заявленном истцом размере – 100 000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании п. 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» по смыслу норм статьи 110 АПК РФ вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины разрешается арбитражным судом по итогам рассмотрения дела, независимо от того, заявлено ли перед судом ходатайство о его разрешении.

Согласно подп. 1 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 100 000 руб. размер государственной пошлины составляет 4 000 руб.

Истцом за рассмотрение иска платежным поручением № 349 от 23.12.2019 уплачена государственная пошлина в размере 4 000 руб. (л.д. 8).

Поскольку требования истца удовлетворены в полном объеме, расходы на уплату государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 4 000 руб. (ч. 1 ст. 110 АПК РФ).

Наряду с этим истец просит взыскать с ответчика расходы на приобретение вещественных доказательств в размере 269 руб. – стоимость приобретенного товара, что подтверждается представленными в материалы дела товарным чеком от 31.08.2019 на сумму 242 руб., кассовыми чеками от 31.08.2019 на сумму 89 руб. и 242 руб., кассовым чеком от 31.08.2019 на сумму 244 руб., кассовым чеком от 07.09.2019 на сумму 90 руб. (л.д. 27, 47, 48).

Исходя из того, что истец был вынужден обратиться в суд за защитой своего нарушенного права в связи с тем, что ответчик уклонился от добровольного исполнения возложенных на него обязанностей, для подтверждения юридически значимых обстоятельств истец был вынужден приобрести спорный товар как вещественное доказательство, и требования истца удовлетворены в полном объеме, суд относит заявленные расходы к судебным издержкам и взыскивает их с ответчика в пользу истца в размере 269 руб.

Истцом в просительной части искового заявления заявлено также об отнесении на ответчика почтовых расходов в сумме 180 руб.

В подтверждение факта несения указанных судебных расходов истцом представлены в дело почтовые квитанции на сумму 93 руб. и 90 руб. (л.д. 7, 10).

Расходы, понесенные истцом в связи с направлением ответчику претензии и копии искового заявления, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ).

С учетом изложенного, поскольку иск подлежит удовлетворению, понесенные истцом почтовые расходы подлежат отнесению на ответчика и взысканию с него в заявленном размере 180 руб., поскольку указанные расходы были необходимы для реализации истцом права на судебную защиту.

Согласно ч. 2 ст. 168 АПК РФ арбитражный суд при принятии решения устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств, представленных в материалы дела.

При обращении с иском в суд истец представил в качестве вещественных доказательств – плоскогубцы-утконосы «Stayer» в количестве двух единиц, плоскогубцы 160 мм «Stayer» в количестве одной единицы.

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Поскольку в ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу, что на вещественных доказательствах, чеках к ним отражено изображение товарного знака, нарушающее исключительное право истца, то они являются контрафактным и на основании ч. 3 ст. 80 АПК РФ не могут находиться во владении отдельных лиц.

На основании изложенного, представленные в материалы дела вещественные доказательства подлежат уничтожению после вступления в законную силу настоящего решения.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167, 168, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу закрытого акционерного общества «Корпорация «Мастернэт» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 289226 в размере 100 000 руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску в размере 4 000 руб., судебные расходы на приобретение вещественных доказательств в размере 269 руб., почтовые расходы в размере 180 руб.

Уничтожить вещественные доказательства – плоскогубцы-утконосы «Stayer» в количестве двух единиц, плоскогубцы 160 мм «Stayer» в количестве одной единицы после вступления в законную силу настоящего решения.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Судья А.С. Жернаков